Моя маленькая фея

      Чонгук ненавидит небольшой парк, расположенный недалеко от его дома, но всё равно исправно каждый день посещает его, на несколько часов задерживаясь около злополучного озера.Он придаётся болезненным воспоминаниям каждый раз, прикрывая сгибом локтя стремительно влажнеющие глаза.Он максимально подробно рассказывает о прошедшем дне, будть то занудные лекции или же непродолжительные игры с одногруппниками.       Со своим уходом Юнги забрал частичку души темноволосого, бессовестно отказываясь её отдавать и до сих пор запрещает кому-то ещё поселиться в ней, заменяя себя.Чонгук ненавидит небольшой парк, но продолжает убирать любой попадающийся там мусор, подкармливать вечно голодных рыб и развешивать кормушки для птиц.Сердце каждый раз болезненно сжимается, когда ранним утром он открывает угольные глаза, а на месте маленького комочка лежит небольшой кусочек одеяла, до сих пор ниразу не тронутый Гуком.Он ненавидит небольшой парк, но каждый раз с замиранием сердца вслушавается в мимолетный шелест листвы, до последнего надеясь услышать знакомый заливистый смех или же слегка шепелявый голос, обязательно упрекнувший его в слишком лёгкой одежде и обязательном отморожении почек, из-за постоянного отдыха на холодной земле.Только ветер каждый раз слишком быстро замолкает, забирая с собой всё больше и больше крупиц надежды, оставляя лишь давящую на одинокое сознание тишину.В такие моменты Чонгук включает старенький плеер, по привычке оставляет себе лишь один наушник и вновь непроизвольно придаётся воспоминаниям, лишь в миллионный раз калеча израненное сердце.       Чонгук не любит осень, каждой клеточкой сознания сравнивая данную пору года с самым унылым временем, обязательно захватывающим подсознание в всепоглощающую депрессию и многотонную лень.Сегодняшний день ничем не отличался от множества предыдущих, ведь Чонгук вновь лежит на желтеющей траве, придавась болезненным, но таким счастливым, воспоминаниям.Он не придаёт значения внешнему миру, всецело выстраивая под прикрытыми веками постепенно стирающийся из памяти образ непоседливой феи.Бледная, будто стакан парного молока, кожа с еле просвечивающимися витиеватыми венами, плавные изгибы миниатюрного тела, скрывающиеся за белой кофточкой. Неотъемливой частью образа является сахарная улыбка, открывающая розовые десна, карамельные глазки-бусинки отражают самый настоящий космос, захватывая в свою пучину, а рыжие кудри, на ощупь сравнимые с шелком, переливаются в приветливых лучах осеннего солнца.       Пушистые ресницы трепещут на медных щеках, густые брови недовольно сходятся.Чонгук выныривает из воспоминаний из-за настойчивого незнакомца, каждую секунду тыкающего пальцем ему в рёбра, пробуждая самую настоящую агрессию. -Да что тебе надо? -не выдерживает обычно пессимистичный Гук, открывая яросто пылающие глаза и тут же застывает в неверии.       Перед ним склонился невысокий парнишка, являющийся идентичной копией его маленькой феи, только без небесных крылышек за спиной и больше в несколько раз, но всё равно уступая Гуку на полторы головы.Двойник улыбается также прекрасно и слегка склоняет голову набок, неосознанно пробуждая все ранее скрытые чувства темноволосого.Рыжеволосый протягивает опешевшему молочную ладошку, приветливо сверкая карамельными глазами. -Приятно познакомиться, Мин Юнги, -официально представляется, в конце обязательно добавляя.-Человек.       Дальше все мысли мигом покидают Чонгука, он со всей силы тянет вскрикнувшего от неожиданности Мина на себя, заставляя упасть в самые крепкие в мире объятья счастливого человека.Недовольное бормотание младшего тонет в персиковых губах, так отчаяно прижимающихся к его, что у Юнги ничего не остаётся, кроме как ответить на трогательный поцелуй, полностью отдавась вмиг нахлынувшим чувствам самой искренней любви.