Цветение черёмухи

Антон вышел из большего белого здания «Мед пункт» со справкой об аритмии сердца. Зайдя в первый магазин и взяв энергетик, он вышел на улицу и стал пить содержимое банки. Что же могло произойти в жизни человека, у которого поставлен такой диагноз, и он пошел в первый же магазин за напитком, который мог навредить и даже свести в могилу. ~10 лет назад~ Милый маленький мальчик Антон сидит в своей комнате и играет в деревянные машинки. Тем временем за дверью отец с матерью на кухне устроили ссору. Отец переходил на очень грубый тон, замахиваясь, но не смея ударить, скорее какая-то любовь в его сердце к Карине осталась. Мама стоит за себя и за своего сына, но последняя фраза отца «Не люблю я тебя больше, Карина, не люблю! Хватит! Я ухожу». Разве будет она его держать насильно, заставлять остаться, ведь это не в силу её характера. А характер у неё стойкий, тяжёлый и не убиваемый, но пока что не убиваемый. Последние слова отца Антона, и мама падает вновь в приступе на пол, но мужчина не обращает никакого внимания, а лишь скидывает свои вещи в сумку и хлопает дверью. Приступы Карины-эпилепсия, она падает и начинает вертеться, изгибаться, из рта начинает бежать слюна, будто бы вот-вот демон или что-то потустороннее выйдет из тела, а может войдёт. Приступы проходили сами по себе, но мама пыталась прятаться их от глаз Антона, ведь понимала что для ребёнка это может быть травмой. Отойдя от приступа, Карина наливает себе в стакан лекарство, которое ей прописал доктор. Хотя она до сих пор не понимала, есть ли в этом хоть какой-то смысл. «Антону всего 6 лет, а он взял и просто так ушёл». Она сидела на кухне, положив голову на стол, горячие слезы катились по её щекам, ведь она любила его, давала клятву быть вечно только с ним, а в итоге это обещание нарушил тот, кто первым давал его. Возможно им казалось, что ребёнок и правда ничего не знает, не слышит, не понимает, а Антон сидел тихо и вслушивался в слова родителей, понимая прекрасно, что папа ушёл и возможно больше не вернётся. Дитя слышало тихие всхлипы матери за дверью. Возможно, он не до конца понимал, но знал точно, что папы с ними больше нет. Карина понимала, что особо в жизни ничего не изменится, кроме пустоты внутри, но её 6-летний ребёнок давал силы жить и идти дальше, хотя бы ради него. ~год спустя~ Отец полгода жил в другой семье, но на коленях приполз извиняться к маме. Антон в это время стоял в прихожей и смотрел на то, как Петров стоял на коленях, прижимаясь к ногам Карины, и плакал. -Карина, я люблю тебя. Я не могу без тебя. Ты любовь моей жизни.-сильнее прижимаясь к ногам мамы, говорил он через слезы-я не знаю, что на меня нашло тогда. Скорее всего Лена меня приворожила. Но тянет меня к тебе. Антон-сын наш, как он без отца. Он должен расти в полной семье. -Ты про сына вспомнил? А когда уходил тебе было всё равно-она пыталась делать вид, что ей все равно и больше ничего к нему не чувствует, но это лишь маска. Маска сильной, независимой женщины. Но Антон видел, как мама пусто смотрела в окно, будто бы ищя его в силуэтах людей, проходящих мимо. Как реагировала на слова о нем. А реагировала остро, а на лице рисовалась грусть и обида. Когда к ней пытались подкатить другие мужчины, она лишь водила от них нос, говоря о том, что у неё есть муж. Хотя оно так и было, ведь они не развелись, а лишь жили в разных домах. Карина хоть и любила, но не могла поверить в слова возлюбленного. -Приворожила она меня. Но она не моё. Я тебя люблю. Хочешь давай даже уедем отсюда? — мама смотрела на него, а в глазах её виделись тусклые искры надежды. Постояв около 10 минут, не могла не простить его, она заплакала и села рядом с ним. Антошка стоял и улыбался, что мама и папа вновь вместе, но надолго ли. И отец правда сдержал обещание. Увёз жену и сына в поселок, в которой когда-то жили его отец и мать, дом был передан по наследству единственному сыну- Петрову. Хоть и посёлок не был таким больным, по сравнению с городом, в котором они жили, но как говорила Карина: «Всегда любила ездить к бабушке и была готова жить у неё хоть годами, но мама не позволяла остаться с ней». Дом был небольшим, но и не маленьким. Хоть в доме уже много лет никто не жил и даже не убирался выглядел он достаточно ухожено: краска на ставнях и окнах не выцвела, слегка пожелтела, но цвет ещё был ярким, забор мог бы прогнить, расшататься, часть могла сломаться, но все стояло как новое. Единственное что выдавало пустоту дома так это выросшая трава по колено вокруг дома, отсутствие занавесок. Смотря в окно можно было сразу понять, что дом не жилой. Странное чувство давало понять, глядя в окно, что там ничего живого и нет. Но семья быстро прибрала все в порядок, обустроилась. Поэтому жилось хорошо. Петров устроился на работу. Антону тоже нравилось здесь, природа. Река рядом, столько нового и интересного. Столько место, чтоб играть и резвиться. -Наш маленький Антошка уже в школу пошёл. Первый класс- бодро и гордо заявила Карина мужу, стоя с букетом цветов в руках. -Оглянуться не успеешь, как он выпускаться уже будет. Антон стоял в ряду с другими детьми и внимательно слушал речь директора, который так радостно описывал первоклассникам стены школы, которые будут заполнены весёлыми воспоминаниями. Прошло около месяца и Антоше правда нравилось учиться. Он даже познакомился с девочкой, которую звали Полина. Милая девочка с двумя косичками, в которые были вплетены ленточки синего цвета. Темно-голубые глаза веяли чем-то добрым и тёплым. Они сидели с ней за одной партой, иногда голубоглазая девочка помогала с уроками. А на перемене они вместе играли. В классе с Антоном учился темноволосый мальчик, который вечно ходил один, и тогда Тоша решил подойти к нему и предложить дружбу, на что тот мальчик ответил положительно. Ярко-зелёные глаза засияли от радости. Теперь у них образовалась маленькая компания из трех человек. Теперь они вместе играли, это было куда веселее. Антон стал ближе с зеленоглазым мальчиком, но и Полину они не оставляли одну. Хоть она и подружилась с какой-то светловолосой девушкой, но и с парнями была не прочь поиграть. Оценок у детей не было, а были разноцветные наклейки: солнце-это отлично или 5, цветочек с 4 лепестками-хорошо или 4, треугольник с улыбкой- удовлетворительно или 3, а двойки детям не ставили. Если ребёнок вёл себя не очень хорошо, ему клеили в тетрадь, на которой было написано «Дневник», красный круг с восклицательным знаком. Но Антона хвалили учителя, ведь он всегда вёл себя прилежно, а в его тетрадке были только солнышки, и ещё реже, цветочки. Всё шло лучше некуда, пока родители не поссорились на дне рождении сына. Папа купил не тот подарок, который имела ввиду Карина. И прямо перед Антоном разразилась сильнейшая ссора. Мама кричала, отец ещё громче пытался перечить Карине. Над домом будто бы поднялась грозовая туча, иссекая молнии и заливая дождём. Антон в слезах и в истерике убежал в свою комнату. Этот день рождение запомниться и правда надолго в его памяти, а скорее всего даже навсегда. Маленький ребёнок-первоклассник сидит с своей комнате на втором этаже плачет и слушает родительские крики о его же дне рождении. Он сидит, закутавшись в одеяло, в ожидании того, что рано или поздно это закончиться, но нет, как же он тогда ошибался. После этой ссоры отец заявил: -Меня переводят в город. Так что собирайте вещи, поедем назад. Антон ещё больше расплакался от этой новости, ведь здесь у него друзья. И как его новый друг мальчишка будет здесь без него. Полина уйдёт к своим новым друзьям, а как же он. Антоше вообще не хотелось уезжать отсюда, ведь ему здесь все нравилось. Поля, лес, река, небольшое население, красивые виды на закат и рассвет, вид из окна, выходивший на лес. Комната, которая полюбилась ему, хорошие учителя в школе. Но от мысли о зеленоглазом мальчишке ему стало куда больнее, и он расплакался ещё сильнее. ~5 лет спустя~ Семья уже хорошо обжилась в городе. Антон стал ходить в новую школу, но каждый раз мама замечала, как её сын гаснет. Не раз она пыталась с ним заговорить на эту тему, но Тоша лишь отвечал: «У меня всё нормально. Ты мама как?». Отец с матерью решились на ещё одного ребёнка. Когда Карина узнала о беременности первый кто узнал был Антон. Сын был рад этой новости. Ссоры в доме с появлением малыша утихли, теперь по дому разносились лишь звуки плача, невнятных бормотаний, шум погремушек. Антон хоть и помогал маме с сестрой: выносил пелёнки, сидел с ней, когда мама была занята, играл, веселил. Роль брата ему нравилась. Но проблемы в школе давали о себе знать. Ребята из школы часто высмеивали Антона за то, что тот хорошо учился, носил очки, в общем обычный ботан. Антошу могли подловить за школой и отобрать очки, кинуть их в снег, из которого он потом долго их искал. Но Тоша не жаловался, он молчал, никто не знал об этом кроме его самого. Ведь сейчас у мамы с папой другая забота-Оля. Маленькая девочка с ангельскими глазами. Наверное, единственная девушка, ради которой Антон будет готов на все, лишь бы она была счастлива. «Пусть лучше никто ничего не будет знать о моих проблемах. Так будет лучше и проще всем»-заявил в один из вечерних дней Антон, сидя на крыше дома и любуясь на закатное солнце. Последние тёплые лучи согревали, но осеннее время года охлаждал ветер, который пробирал до мурашек. Но парень любил замерзать, хоть иногда и болел от этого, но ему казалось, что так он заглушает свой внутренний голос, который просит о помощи. ~3 года спустя~ В семье встала проблема с деньгами. На работе отца платили не очень большую сумму, которой наврятли хватит на двух детей и их родителей. Тогда папа решил перевестись в поселковую часть, где платили хоть и не больше, но хотя бы вовремя. Зайдя домой, отец прошёл на кухню: -Карин, слушай… Сама видишь и понимаешь, что денег у нас не так уж и много. Я написал рапорт на перевод в посёлок. -В тот самый посёлок? — спросила мать, садясь напротив мужа. -Именно туда. Так что нам вновь придётся переехать. Вроде бы ничего плохо в этом нет, но на этом месте опять появилась ссора. Мама была просто не в духе и такая новость добила её. Антон же в свою очередь слышал о чем говорит отец и был искренне этому рад, он хотел уехать отсюда и куда подальше. За 3 года над ним издевались ещё куда хуже. Теперь хулиганы могли перейти на кулаки, ударить, могли выкинуть тетрадь с домашней работой. Антон рассказал об этом маме, а она в свою очередь донесла об этом директору. Но вы думаете они перестали это делать? Нет. Антон стал выглядеть безжизненно. Мама водила его к с психиатару, но тот же просто выписал антидепрессанты и все. Не сказать, что они помогли, но и не сказать, что нет. Он стал более спокойным, но оставался таким же безжизненным. Ведь психотропные лекарства могли лишь оттянуть момент ощущения внутренней боли и заглушить. Но вы слышали, что при потреблении этих средств, боль остаётся, если перестать приём, то боль вернётся и ещё с большей силой может ударить. И ещё вырабатывается привыкание, поэтому с определённым сроком нужно будет увеличить дозу препарата. Ситуация в школе из-за этого никак не изменилась. У Антона ухудшился сон, иногда он мог не спать неделями. Даже самого мальчика напрягало свое состояние, но ничего поделать с этим не мог. Утром семья отправилась в посёлок. Дом совершенно не изменил свой вид, стал только выглядеть старее, но своей массивностью не изменился. Зайдя в дом, ощущался запах чего-то старинного и нежилого. Оля и Антон смотрели на это будто на что-то новое. Для Оли так и было, но Антон мало что помнил из детства, кроме ссор. Даже своих первых друзей он уже не помнил. Хотя какие-то приятные ощущения навеивало мальчику это место. Половину воспоминаний парня исчезли, скорее всего из-за таблеток, плохого состояния и ссор. А, возможно, из-за потребления разных средств, чтобы заглушить боль. Чтоб разложить все вещи, привести в живой порядок дом, семье пришлось не мало потрудиться. Родители сцеплялись в каждый удобный момент. Антон в такие моменты всегда был рядом с сестрой. Удивительно, но в этой семье не было разногласий между братом и сестрой, а наоборот братишка всегда заботился о маленькой девочке. Антон свою комнату оживил рисунками и дополнил полки, новыми книгами, хоть на них и стояли какие-то старые произведения, но мальчик читал уже это, поэтому он отложил их в самую даль полок. На стенах красовались портреты людей, придуманный из головы подростка, рисунки животных и даже пейзажи. Всё же больше было именно людей. Рабочее место Антон украсил лишь лампой, стаканчиком с ручками и карандашами и комнатным растением-кактусом. Окна в комнате выходили на лес. Макушки деревьев были покрыты снегом, белоснежный не истоптанный никем снег лежал, согревая землю своим тёплом, понимаемый только ей. Смотря на этот вид, у Антона внутри что-то вызывало улыбку, но и тревожность одновременно. Пока Антон занимался своей комнатой большая половина дома уже была обставлена новыми вещами. Семья управилась за 3 дня с этим. И вот дом уже выглядел достаточно уютно. На полых вместо холодных досок лежали паласы или хотя бы тряпки, чтоб было куда теплее ногам. На кухне появились посуда, еда, холодильник. В доме пахло жжёнными дровами, которыми отапливалось это помещение. Дом даже снаружи стал выглядеть жилым. За ужином Карина начала разговор: -Антон, ты же помнишь, что послезавтра уже пойдёшь в школу. Завтра папа сводит тебя до школы тем путем, которым ты будешь туда ходить-говорила она, одновременно зачерпывая ложкой суп-сейчас зима и ты будешь ходить по темноте. -Угу-единственное что ответил на это сын, роясь в своей порции супа. Еда не лезла совсем. Как мама и обещала, отец повёл сына в школу. Шли они около 10 минут по заметенной снегом дороге. Дорога шла через лес, но Антона это не особо пугала, а даже наоборот его завораживала темнота и мрачность этого леса. У мальчика в голове даже пришла новая идея рисунка, олицетворяющая этот лес. И вот они к белому здания, это школа никак не отличалась от других: такая же мрачная, давящая и пустая. -Ну вот, Антош, будешь здесь учиться. Ты уже учился здесь. Я тут тоже начинал-говорил отец с какой-то грустью в голосе. -Только я не помню абсолютно ничего-пробормотал Антон Отец не стал отвечать, хоть и услышал слова парня. Сына перестали особо спрашивать о состоянии, будто бы забыли какие бывают от этого последствия. Хотя скорее они были заняты своими ссорами и вечными стычками. И они побрели домой, той же самой дорогой. ~Следующее утро от лица Антона~ Мой мир снов прервал жутко раздражающий сигнал будильника. Я высунул руку из-под одеяла и выключил часы, потянувшись за очками, уронил с тумбочки свой альбом, в котором вчера не успел закончить свой рисунок. С первого этажа уже послышался крик мамы: -Антон, вставай, в школу опоздаешь. Лежа на кровати, я взглянул в окно, за ним красовалась темнота со всеми своими оттенками, на стекле вырисовывались узоры холода. Всегда завораживала эти рисунки, если включить воображение, можно увидеть животных, пейзажи, людей, а иногда даже целые истории. Мы с Олей часто рассматриваем их, как летом облака, выискивая в этих узорах какие-то картинки. Я встал с резким скрипом кровати и побрел в ванную. Посмотрев в зеркало, вид меня совершенно не радовал: запутанные белокурые волосы, которые стали похожи на горы, холмы и сопки, нежели чем на равнины, которые были чаще всего, синяки и мешки под глазами видные за километр. На самом деле всё равно. Большего всего меня тревожила встреча с классом. Не желая больше терпеть то, что было в прошлой школе. Спустившись вниз и выпив кружку кофе под крики мамы, что я ничего не поел, напялил на себя одежду и выбежал на улицу. На улице было темно. Не видно ничего дальше одного метра. Я достал из кармана фонарик, положенный мамой вчера вечером, переключил кнопку, яркий луч света осветил тропинку, заметенную снегом. Я побрел по тому пути, который показал мне отец. Казалось бы, что меня должна пугать тропа через лес, а мне наоборот нравилось, нравилась эта мрачность, темнота, будто бы меня больше никто не найдёт. Может убежать в лес и умереть там? Моё желание идти в новую школу было маленьким, а точнее его вообще не было. Единственное, что меня радовало так это то, что я больше не увижу Вадима, но а кто даст мне гарантию, что здесь такого же не будет. В мыслях закрутились все слова, которые мне говорил хулиган из прошлой школы, я стал полон ненависти к нему или к себе. -Я не позволю больше никому себя обидеть! Ни-ког-да! — крикнул я и из леса раздалось эхо, будто бы подтверждая сказанное. Прошло минут 8 с начала пути, а мне уже виднелось двухэтажное здание со светом в окнах. Я зашёл в железные ворота, покрытые ледяными узорами. Поднявшись по ступенькам к большой деревянной двери, я распахнул их и зашёл в здание. В помещение было тепло, я сразу же заприметил надпись «Гардероб», значит сюда. Повешав куртку на крючок, я вышел и направился к двери с надписью «Директор». Постучавшись, я зашёл в кабинет: -Здравствуйте. Я Антон Петров-держа портфель в своих руках, я встал возле двери в ожидании дальнейших указаний -Здравствуй, Антон- директор посмотрела на меня через свои очки, ища что-то в стопке бумаг-тебе в 6 кабинет на втором этаже. -Спасибо, до свидания Я вышел и направился на второй этаж. Стены стали слегка меня сдавливать, а возможно это всё лишь из-за того, что я не выпил с утра свои таблетки. Пройдя немного, я заметил кабинет номер «6». Я подошёл в плотную к двери, и моё дыхание стало перехватывать, в ушах появился шипящий звук с перерывами на стук сердца. Постучавшись, я зашёл в класс. -Здравствуй.те.-запнувшись, поговорил я. -Здравствуй. А ты кто? -Я новый ученик. -Назови свою фамилию и имя -Антон Петров Учительница стала осматривать журнал в поисках нужной фамилии. В это время шум в моих ушах лишь усиливался. Дети стали перешептываться, переглядываться между собой. -Твоей фамилии нет в списке.-глаза учителя прожигали меня, будто бы я должен знать, почему меня нет в этом списке -Я не знаю. Директор направил меня в этот кабинет. -Стой здесь. Я сейчас разберусь. Принимают новых детей, а списки мне заполнять кто будет- учительница вышла за дверь. Я остался стоять на том же месте. Все смотрели на меня, перешептываясь. Меня накрыло лёгкой паникой. Я стал осматривать класс глазами. В конце класса стоял большой книжный шкаф. За первой партой сидела весьма милая девушка с голубыми глазами, кого-то в этот момент она мне напомнила, будто бы я видел её уже. Мой взгляд упал на последнюю парту у окна, за которой сидели два мальчика. Один из них пристально изучал меня своим тяжёлым взглядом. Его зелёные глаза бегали по мне, я ощущал каждое это касание. Другой парень что-то сказал тому и оголил свои зубы: два передних отсутвовали. Дверь кабинета открылась и в класс зашла учительница. -Ну что ж, Антон. Садись к… — она стала осматривать класс в поисках свободного места-садись-ка ты с Семёном Бабуриным -А че сразу ко мне то? У меня занято.-заявил парень и поставил на свободное место рюкзак. -Семён что это ещё за выходки? Опять мать в школу звать? -на что прыщавый мальчик промолчал. -Я на последнюю парту сяду-прошёл я мимо Семена, который смотрел на меня хищническим взглядом. Такие взгляды я уже выучить успел и этот точно не к добру. Я устроился на последней парте. Так было куда спокойнее, никто не смотрит тебе в затылок, а каждый такой взгляд я чувствую, да и чувствую я себя спокойно и безопасно. -Антон специально для тебя. Меня зовут Лидия Павловна-представилась она и села за свой учительский стол. На уроке я ловил косые взгляды тех двух парней. Я пытался не обращать на это никакого внимания, а старался вникать в тему урока, но иногда это сбивало. И вот. Прозвенел долгожданный звонок. Я собрал свои вещи в портфель и достал другие, нужные на этот урок. Сидеть в классе мне не хотелось, поэтому я вышел в коридор, встал, оперевшись, на подоконник. За окно ещё не посветлело, но за горой проявилась белая световая полоса, значит, скоро уже и солнце в зайдёт. Я стоял и любовался видом из окна, как сзади меня окрикнул противный немного картавый голос: -Э, очкарик! Я повернулся на звук, ведь был не уверен, что это сказали именно мне, но учитывая то, что в коридоре кроме меня никто больше не стоял это было адресовано мне. Повернувшись, я увидел перед собой большого и в ширь, и в рост Бабурина. За его спиной возле двери в класс стояли тех два парня. Один стоял, засунув руки в карманы, но я чётко ощущал его сильный взгляд. -Снял бы ты свои ботанские очки, а то выглядишь как педик. Такой хлюпик-заржал он, прихрюкивая. -А тебе то какое дело…. И вновь ситуация повторяется, а я надеялся, что все будет иначе. -Чё вякнул? — его большая фигура стала лишь ближе. Моё сердце бешено заколотилось, перед моими глазами вместо Бабурина встал силуэт Вадима. Вадим-один из главарей банды, которая меня травила. Грудную клетку сжало, внутри появилась злость. Злость на свою слабость, злость на такое отношение к нему. -Что слышал… — проскрипел я сквозь зубы, давясь воздухом -Ты че охуел что ли? — рука противника замахнулась. Опять же силуэт Вадима встал перед моими глазами, его рука с цепью, который бьёт больнее всего. Я по инерции перехватил руку человека напротив, который дышал так громко, что услышать мог даже глухой. -Уйди от меня. Не смей прикасаться ко мне! Не смей! -злость и воспоминания переполняли меня, разрыва изнутри. Хотелось плакать, хотелось ударить, но я лишь толкнул его и зашагал в сторону класса, в котором был учитель. Семён упал громко, как 100 кг мешок с картошкой. Парень в олимпийке смотрел на меня с ухмылкой и какой-то непонятной искрой в глазах. Такое свечение не было пугающим, а даже наоборот одобрительным. Я сел за свою парту, мои руки тряслись, перед глазами всплывали воспоминания, как меня зажали в туалете, облили водой, загнали в кабинку и Вадим ударил меня рукой в живот. Цепь на руке оставила кровавый след на моем теле. Шрам до сих пор красуется в районе печени. Оставшиеся уроки, я сидел за партой, но часто ловил на себе взгляды Бабурина и парней. Выйти из школы я постарался быстрее тех ребят. Но после звонка я не заметил, куда они исчезли. Домой идти нужно, поэтому делать нечего. Я вышел за школьные ворота, не обнаружив препятствий, направился в сторону дома. Погода была морозной. Холод обжигал щеки и нос. Ноги по снегу шли тяжело. Зайдя на территорию леса и пройдя немного, я услышал хруст палки где-то по близости, обернувшись на звук, я увидел Бабурина со своими, по-моему мнению, друзьями. -Ну че, очкарик, думал за базар свой не пояснишь? — начал говорить Семён своим мерзким голосом. Я не разу не слышал, как говорят те парни, поэтому их главарем скорее всего был именно Бабурин. В моей голове мгновенно начали перечислять варианты: бежать или остаться. Бежать не вариант догонят, учитывая телосложение двух парней. -Че молчишь стоишь? За базар поясни-стал он направлять ближе ко мне. Я сжал руку в кулак, готовясь дать отпор. Рука Семена схватила меня за капюшон и приподняла вверх, из-за чего моего горло было подвержено натяжению, которое душило. Я стал чувствовать, как кровь в моей голове утекла куда-то. Сделав движение рукой, я ударил по прыщавой морде противника, из-за чего тот пошатнулся и упал, а его рука отпустила мой капюшон. -Я же сказал. Не трожь меня. Иди и поиздевайся над кем-то другим.- я заглатывал холодный воздух, голос погрубел. Раньше я не мог дать отпор, но не могу позволить, чтоб опять все пошло по тому же пути. -слышь ты че охуел совсем? Страх потерял? — пыхтя, кричал он. Двое парней не сдвинулось и с места, а лишь наблюдали за этим. Я слышал голос парня ниже: «Пошли поможем ему, на». На что другой просто махнул рукой, говоря о том, чтоб тот оставался на месте. -Очки тебе не понадобятся больше-встал он и резко стянул мои очки.-фу блять ещё больше на бабу стал похож. Педик ебаный -Верни очки. Я не вижу ничего -Тебе же лучше! Не поймёшь как ебну тебя, раздавлю такое говно как ты-Бабурин стал приближаться, это я понял по размытому пятну, которое становилось больше. Я зажмурился, ожидая удара. Но услышал лишь звук разбивающегося носа. -Не по понятиям поступаешь, Свинья! -раздался грубый прокуренный голос. Открыв глаза, я увидел лежащего Семена и высокого парня, который держал свою ногу на груди врага. -Ром…. Ты че…. — заныл Бабурин -Да ниче, на, хули очки то отбираешь- заговорил второй -Не на равных играешь -Ром… Я ж это… — захрюкала Свинья-ты ж за меня был… -Был за тебя, а теперь нет- после этих слов последовал удар в живот. И ещё раз. И ещё. -Будешь знать, на, как не по понятиям поступать, тьфу-плюнул на лицо Бабурину парень без двух передних зубов. Семён лишь в слезах соскочил и побежал в сторону школы. Парни повернулись в мою сторону. -Ты как, нормально? — спросил парень высокого роста. Голос завораживал, он был бархатный. Грубый, но такой ласкающий. -Ага… — присел я и стал ощупывать снег в поисках своих очков -Ну ты, конечно, дал, мы думали ты ссыкло, на. -Твои очки походу Свинья стащила. Вообще ничего не видишь? -Плохо. -Ну че, пошли проводим тебя. -Не на… — не успел я что-то сказать, как меня взяли под локти и повели в сторону дома. -А это…. Меня кстати Рома зовут, а этот Бяша.-смотрел я на размытое лицо парня, от которого несло сигаретами и одеколоном. Хоть и все было размыто, я заметил ухмылку парня.-я так понимаю, твой дом крайний, потому что больше нигде ты жить не можешь. -Верно. -Ты кстати это, не переживай, очки мы вернём. Свинья их отдаст, как миленький. И так мы шли в полном молчании домой. На улице пошёл снег. Маленькие хлопья падали на лицо, оставляя от себя лишь мокрый след. Иногда мне казалось, что я те самые снежинки, которые падают и исчезают. Вокруг стояла тишина, вдалеке слышался лай собак, кое-где скрипели старые деревья, пытаясь не сломаться под натиском ветра. Я шёл медленно под руки двух парней, от которых несло дешёвым табаком и ещё мятной жвачкой. Выйдя из леса, перед глазами уже виделся мой дом. Возле калитки я нарушил тишину: -Спасибо, что довели. Дальше я сам. -да не за что, мы ж это братаны теперь. -Эээ-начал Говорить Бяша, на что Рома лишь стукнул того рукой. -Хорошо, ладно, мне пора. Пока вам. -Пока-крикнули они хором и пошли обратно. Зайдя домой, тепло окутало меня. Щеки, которые были обданы холодом, стали гореть. С верху послышались маленькие шаги. -Тошаааа-закричала Оля, спускаясь ко мне по лестнице. Сестра побежала и обняла меня.-как в школе? -привет. В школе вполне обычно. -Тебя опять били?.. — с грустью спросила она  — Нет, что ты-улыбнулся я и обнял маленькую девочку.-все хорошо -Пошли проиграем, мама со мной в комнате сидит, а без тебя скучно- щенячьими глазами стала она смотреть на меня. И вот как ребёнку отказать? -Давай я только уроки сделаю, а потом поиграем. Договорились? -Да-крикнула она и с улыбкой до ушей пошла наверх. -Антон, поешь суп на плите-раздался крик мамы, со второго этажа. Есть не особо хотелось, а точнее вообще не хотелось. Зная все слова матери насчёт этого, я наложил в тарелку еду и сел за стол. Еда еле-еле проходила в моей желудок. Я будто бы впихивал её в себя. Остановившись на половине, я помыл тарелку и пошел наверх делать уроки. Урок было не так много, но время говорило об обратном. Я обещал поиграть с Олей, но когда зашёл в комнату, сестра с мамой спали в обнимку. Зайдя в комнату, я лёг на кровать. По телу прошёлся приятный импульс расслабления. Уставившись в белый потолок, в голове промчались воспоминания из прошлой школы, воспоминания Бабурина. И зачем Рома за меня заступился? В первый же день он назвал меня своим другом. Это странно. Разве не должно пройти какое-то время, чтоб назвать «другом»? На этот вопрос не могу найти ответ. Но ещё больше меня интересовала девушка с голубыми глазами. Как её назвала светловолосая дама-Полина. С этим именем внутри что-то грело. Как и со взгляда Ромы. Было в его взгляде что-то знакомое и сильное. А силы эта была выражена в умение постоять за себя, устоявшегося человека. Огонёк в его глазах горел ярким пламенем. После того, как он спас меня, моё сердце внутри забилось, как только я вспомнил: Рома бил по животу Бабурина, а затем перевёл на меня свои глаза, и я почувствовал защиту, будто бы Роман будет со мной рядом. Я не заметил как покрылся алым румянцем. Но почему?.. Так я провалялся около часа. Уйти в сон не получалось, тогда, открыв свой блокнот, я стал вырисовывать скулы, острый нос, выразительные зелёные глаза. Грифель сам водил по белому листу, лишь, оторвавшись, я понял, что рисую Рому. Хотел было смять лист и выбросить, но во мне не хватило сил, будто что-то внутри останавливало меня. Откинув всё, я провалился в сон. Новый учебный день, я уже сижу за партой, точнее лежу на парте, уставившись на темноту в окне, пытаясь что-то разглядеть в этой темноте. Ночь выдалась не столь хорошей. Мне снились издевательства Вадима, из-за этого я проснулся в холодном поту и от бешеного стука сердца, которое было слышно даже через сон. Но не только из-за этого сердце билось так бешено. В том сне Рома спас меня, он бился с ним и одержал победу. «Я всегда защищу тебя, мой Зайчик»-последнее что мне снилось и это были эти слова Пятифана. Класс уже наполнился людьми. Все о чем-то говорили, кто-то досыпал на парте, парень в белой помятой футболке пытался выучить что-то с тетради. До звонка осталось несколько минут и в класс пошли Рома и Бяша. -Привет, Антон-заговорил сонным голосом Рома и кинул свой рюкзак рядом со мной. По телу пришлось мурашки от хрипловатого голоса. -Эээ… Привет. -А, ты ж это не против? -Да нет, садись-сказал я, утыкаясь в учебник. От Ромы повеяло сигаретами. И мятой, сладкой мятой. Видимо пытался перебить запах сигарет жвачкой, но он им уже пропитан. Я раз 10 прочитывал один и тот-же абзац, но не мог вникнуть, просто бегая по буквам текста. Присутствие парня в олимпийке темно-синего цвета не давало настроиться на смысл текста. Мой сосед все время урока осматривал меня, иногда общался со своим другом. -Слушай… — начал я шёпотом, обращаясь к Пятифану, тот качнул головой, давая понять, что готов слушать-это…. А почему ты решил стать моим другом? -А разве нельзя? — ответил тот, будто бы пытаясь убежать от ответа. -Обычно, чтоб стать друзьями, многое люди вместе проходят. А я… ну… сам понимаешь-произнёс я. Я заметил, как мой собеседник стал стучать пальцем по парте. -Чувствую просто, что ты отличный человек-вполне уверенно заявил он, но его глаза бегали по парте: от одного угла к другому, наискосок. Учитывая психологию людей, человек врет. Но я не стал больше доставать, а то не знаю что может быть в голове хулигана. Позади уже 5 месяцев. На улице во всю красовалось начало мая. За это время мы с Ромой и Бяшой и правда стали друзьями, можно сказать даже лучшими. Но ближе я был с парнем в прокуренной фирменной олимпийке. Хоть он и часто влезал в драки, огрызался, но был достаточно весёлым и заботливым. Иногда угощал меня булочками из столовой, а я в ответ помогал ему в учёбой и приносил мамину выпечку. Дома ситуация никак не поменялась. Мама с отцом так и продолжали ссориться. Я с Олей уже привыкли. Хоть и сестра ревела во время ругани, но я старался отвлечь её книгами, рисунками, поделками и игрушками. Я пытался с ними поговорить, но смысла в этом не было. Никто не стал даже слушать, ведь я ребёнок, а взрослым лучше знать. В школе стали нагружать неимоверно сильно. Конечно, из класса мало кто что-то делал, а я всегда был готов. Из-за всей этой нагрузки, ссор я стал просить Рому купить мне энергетиков на деньги, которые были даны мне на завтрак. Рома же никогда мне не отказывал, а даже предлагал что-то крепче. Но я отказывался, хоть и были мысли начать. Один раз даже пытался закурить с моими двумя друзьями, и это у меня получилось. Жгучий горло дым, будто бы перекрывал все, а это мне и нужно было. Хоть я и сидел в свой комнате, размышляя и понимая, что так нельзя. С каждым разом я стал угасать и это заметил Рома. -Тоох, у тебя всё нормально-звучал отдалённых голос Пятифана-Тоха блять ау! -А? Что случилось? -Блять, у тебя всё норм? Ты чёт слишком бледный -Да, отлично всё-быстро сообразил улыбку на своём лице -Чёт ты не договариваешь Возможно, если бы он знал о моих ссорах с родителями и о том, что мать стала требовать от меня высоких результатов в учёбе, а я ведь не хочу подводить её, расстраивать. Она и так слишком много терпит из-за этих ссор. Я очень много времени стал уделать учёбе, а это оказывается губит сильнее даже конфликтов в семье. Ещё губит моя любовь к Пятифану-главному хулигану. Как же я это осознал? Я не заметил как привязался к нему. Однажды он хотел устроить сцену с маньяком и спасителем. А ради чего же? А ради Полины, которая стала моей подругой, мы не были достаточно близки, скорее нас можно назвать просто одноклассниками. Когда Рома предложил план с тем, что я нападу на Полину, а он спасёт её. И меня взяла сильнейшая ревность. Я несколько дней не спал, пытаясь понять почему такая реакция на любовь Ромы к Полине. Но когда сон на 3 день взял надо мной вверх, мне приснился сон: Роман приближается ко мне, целуя мои губы, переходя на шею. Нависнув надо мной, расстёгивая свою рубашку. Проснулся я со стояком и сильной отдышкой. Тогда я осознал, что влюбился в своего друга. Чтобы принять это мне понадобилось около 3 месяцев. И вот ещё одна причина моего такого состояния. Признаться я боялся, не хотелось терять такого прекрасного друга, а пока есть возможность быть с ним рядом, почему бы не воспользоваться ей. -Уже скоро конец года, ура блять лето -Ага, я тоже этому рад. Хочу поскорее свалить отсюда. Уроки в последний месяц проходили медленно и мутарно. Этот урок не был исключением, если бы не резкая сдавленность в груди. В глазах стало темнеть, в ушах стоял гул, дыхание перекрывало, хотелось взять что-то острое, потому что было очень больно внутри-невыносимо. Я поднял руку и отпросился в туалет, выбежал из кабинета со скоростью света Зайдя в кабинку туалета, я сел на пол, пытаясь восстановить свое дыхание, но с каждым разом дышать стало все труднее. И таблетки я забыл дома. Я сжался в комочек, положив свою голову на колени. Давило сильно, слезы выступили с глаз из-за сильной боли в груди, а я пытался запихнуть это назад в кучу своих эмоций. Я бы просидел так вечность, но дверь туалета открылась и послышался знакомый голос, о котором я мечтал, чтобы именно он был рядом сейчас. -Тох, ты тут? Дверь кабинки открылась, взгляд Ромы выглядел взволнованным. Он кинулся ко мне и обнял: -Ты че? Куда пропал? Уже минут 7 от урока прошло. Че случилось? -В…сё…нор….мально-голос предательски дрожал. Я весь дрожал в руках Ромы. -Ты блять трясешься хуже, чем осиновый лист. И это нормально?  — Я устал…. Ус…тааал….просто… -Тихо, я с тобой. Я теперь с тобой. Я столько ждал тебя -Чт….то? Он отстранился, взяв мою руку, стал смотреть в мои глаза -Разве ты не вспомнил меня? Первый класс. Ты тогда ещё с Полиной дружил, а я один был. И ты тогда подошёл ко мне и сказал, что будешь дружить со мной теперь. Знаешь, как я долго тебя ждал. Каждый день в надежде смотрел в окно, пытаясь тебя там найти. Ты единственный, кто вот так ко мне относился, подошёл и предложил дружбу, ещё и помогал мне. Но, когда ты долго не появлялся, я потерял какую-либо надежду. Бяша хоть и появился в моей жизни, но тебя я помню и блять так хорошо. Когда ты только пришёл, я и не понял, что это был ты, но, рассмотрев тебя лучше, я вспомнил твои белокурые волосы и глаза цвета неба. Я смотрел на него, вспоминая в своей голове образ ярко-зелёных глаз. Маленького темноволосого мальчика в синей кофте. -Ты…. — я лишь обнял его-я к сожалению… Не все помню… Воспоминания многие стёрлись из-за таблеток  — Что за таблетки? -Антидепрессанты, успокоительное и ещё что-то  — ЧЕ происходит? Зачем этом? Рома был настойчиво и мне пришлось рассказать ему обо всем, в мельчайших подробностях. Кроме, естественно моих чувств к нему -Пиздец…. Тох… Почему ты раньше мне ничего не говорил? -Не знаю… Не вижу смысла в этом. Давай забудем-я встал и направился к выхожу-сейчас же физра вроде -Физра На уроке мы бегали, разрабатывая координацию движений. Я бежал и в какой-то момент перед глазами все потемнело, я упал на пол. В груди сердце билось бешено сильно до боли, в ушах стоял шум. Я лишь услышал, как ко мне подбежал Рома и на руках понёс куда-то. Открыл глаза я уже на кушетке. Белое помещение с отваливающейся известкой. Повернув голову, я заметил сидящую за столом женщину в белом халате -Очнулся. — она встала и стала осматривать меня, светить фонариком в глаза и села на свое место. — пульс пришел в норму. Что ж ты так с анемией сердца то бегаешь. Вот справка  — Хорошо, спасибо… ~настоящее время ~ Я вышел из большего белого здания «Мед пункт» со справкой об аритмии сердца. Аритмия? При ней же нельзя пить энергетики, да в принципе похуй. Моё желание добить себя до конца было сильнее моей боли внутри. Смысл продолжать это. Будущего я не вижу, с Ромой наврятли что-то, дома ссоры, а с моим диагнозом мама начнёт пилить меня, а потом отца, не замечая Олю. Оля… как она будет без меня? Прости меня, Оль, на глазах выступили слезы. Зайдя в первый магазин и взяв энергетик, я вышел на улицу и стал пить содержимое банки. Было лишь желание убить себя до конца. Сделав несколько глотков, мою руку перехватили. -Тох, ты че блять-выхватил из моей руки банку и справку, он внимательно изучил то, что прописал доктор в бумажке-не смей пить больше эту хуйню. -Дай, пожалуйста, я хочу убить себя до конца -Убить хочешь? А обо мне не хочешь подумать? — я вопросительно изогнул бровь. -Тоха, блять ты как цветение черемухи. Твой запах сводит с ума, нагоняя воспоминания. От твоего аромата я готов упасть в обморок или эйфо… эйфорию, во. Черемуха-нежное растение, тронешь-осыпится, только я хочу беречь это растение. Твои волосы на свету такие же белоснежный, как черемуха.-он кинул банку в кусты, смотря мне прямо в глазах, в которых был фейерверк из искр. -Ч…то.? Ответа не последовало. Рома приблизился ко мне, аккуратно подтянув мою голову ближе за шею. От касания по шеи всё тело задрожало. Лицо парня стало приближаться ко мне. Мои губы соприкоснулись с Ромиными. Он стал делать движения губами, а я неумело отвечал на поцелуй. Ведь я ещё не разу не держал кого-то за руку, не говоря уже о поцелуе. Движения стали ускоряться, рука по моей шеи изучала каждый сантиметр. Я в ответ положил руки на талию, водя по ней, затем запустив руки под футболку. Поцелуй стал углубляться, но кислорода в лёгких не хватало. Отстранившись, я не знал куда себя деть и как на это реагировать. -Нравишься ты мне, Тох… нравишься… Сказать, что я был счастлив: ничего не сказать. Внутри начался пожар, ураган эмоций. Сердце забилось, руки задрожали, ноги могли бы подкоситься, если бы не придерживающие руки на моей талии парня. -Ты…. Ты… тоже.мне нравишься… На глазах Ромы выступили слезы, он прижался ко мне. -Эх, черт… вот че ты со мной делаешь. Блять… мужик, а сопли распустил Я обнял его, прижавшись ещё сильнее поглаживая рукой спину Ромы. Я словно расплывался в его руках, а может и таял под тёплом его рук. Его касания были так нежный и приятны, что я наслаждался каждым его движением по моим щекам, скулам, шее. Импульсом по всему телу разливалось счастье. Меня трогает человек, о котором я мечтал, ждал, и от этого ещё больше было радостнее. Моё сердце разрывалось в такой гамме оттенков, которые когда то были лишь мечтой для меня. Есть ли у меня смысл жить? Он оказывается был ещё до этого, когда я только увидел зелёные глаза этого парня. |~Конец~|