Побег домой: Китикетный вор

Лопаточка постукивает о бортик глубокой сковородки, чтобы прилипший рис упал обратно. По кухне разносится пряный запах кимчи и жареной ветчины. Время обеденное, но это первый прием пищи за день: они уснули почти в пять утра, так как не могли оторваться от нового сериала, который недавно вышел. Джисон проснулся первым, еле разлепил глаза, осторожно скинул с себя чужую ногу и перед как встать, несколько секунд поглазел на спящего парня рядом. После того, как коты были покормлены, он умылся и принялся за готовку. Сегодня четверг, солнечный день и у них выходной. Вчера тоже был выходной день, который они провели полностью дома, валялись на полу, неловко обнимались и громко комментировали сюжет каждой серии. Сегодня уже хочется что-то поделать или куда-то сходить, надо будет обязательно у Минхо спросить, как проснется. Старший входит на кухню, когда Джисон достает кружки из шкафа, чтобы налить кофе. Он слышит тихие шаги, даже не поворачиваясь.       – Как хорошо, что ты уже встал. Я очень голодный. – Минхо стоит рядом, заглядывая за плечо, чтобы увидеть их завтрак на плите.       – Иди умойся, я наложу пока. Минхо хмыкает, быстро целует в щеку и удалятся из кухни, попутно воркуя с котами. А Джисон чуть не роняет из рук палочки. Нет, они не встречаются. После признания Минхо прошло три недели, в течение которых почти ничего не поменялось. Разве что касаний стало чуть больше и они увереннее. Даже поцелуя, как такового, еще не было. Джисона всё устраивает. Незачем торопиться, навешивать ярлыки и спешить вместе перепробовать вообще всё. Им комфортно и так: шептаться на работе в уголке, вместе идти домой, обсуждая клиентов или что приготовить на ужин, по выходным валяться в обнимку на полу и краснеть от любых других прикосновений. Конечно, иногда хочется чего-то большего, чтобы касания были горячее и дольше, но если никто не может решиться, значит еще рано. Они обязательно все успеют.       – Хён, может куда-то сходим сегодня?       – Можно. Только вот куда? – Минхо отпивает свой кофе, смотря в глаза.       – В кино? – Предлагает Джисон.              – Давай не в этот раз, – Улыбается Минхо. – Я больше не выдержу смотреть в экран, после вчерашнего марафона.       – Тогда… Посмотрим на реку? Можно будет устроить вечерний пикник.       – Точно, звучит здорово. Давай так и сделаем. Минхо мягко улыбается, склоняя голову. Джисону кажется, что с каждым днём он влюбляется все сильнее, хотя казалось бы - дальше только небеса. Интересно, чувствует ли тоже самое Минхо смотря на него?

✧✧✧

Ветер прохладный, обдувает щеки, залезает под худи и щекочет лицо, играя с волосами. От реки тянет тиной и водорослями, рядом слышится детский смех и людские разговоры сливаются в один. Под пальцами ощущается жесткая ткань чужих джинс. Джисон лежит головой на бедре Минхо, который откинулся на руки позади. Так спокойно.       – Джисон, а ты уже смотрел варианты квартир? – Тихо произносит старший, чуть сгибаясь над ним. Джисон открывает глаза.       – Да.       – И-и… как там? – Минхо снова звучит немного нервно. Его действительно пугает возможность снова остаться одному.       – Везде просят большущий залог, который я пока не потяну. А хочется все таки снимать квартиру, а не ванрум метр на метр. Минхо хмыкает.       – Может… я бы мог тебе помочь.       – Как?       – Ну помнишь, я говорил, что откладываю деньги… – Минхо смотрит на небо, кусая губы. Джисон выпрямляется, лишаясь чужого тепла, чтобы заглянуть в глаза.       – Нет, Минхо, ты что! Не смей мне такое предлагать.       – Почему?       – Я не возьму деньги твоей сестры. Почему ты вообще решил предложить? Джисон искренне не понимает, почему в голове Минхо вообще поселилась такая мысль. Он выжидает пока старший ответит.       – Кажется, они мне больше не нужны для той цели.       – В смысле?       – Мою сестру забрала к себе двоюродная сестра отца. Она хочет оформить официальную опеку над ней и подарить настоящую семью. Взгляд Минхо падает на собственные руки, он улыбается. На лице облегчение.       – Ты серьезно? Это же невероятно здорово! – Джисон чуть ли на ноги не подскакивает, но его удерживают за локоть. – Вау, я очень рад за нее. И за тебя. Ты ведь больше можешь не переживать из-за этого, да?       – Ну, получается так. Хотя мне все еще сложно в это поверить. – Он закрывает руками лицо, чтобы спрятать улыбку. Джисон сжимает чужое колено в поддержке.       – Я очень рад, Минхо. Но ты должен оставить накопленные деньги себе. Они - твоя подушка безопасности на любой случай. Я как-нибудь сам.       – Хорошо. Я знал, что ты откажешься. Минхо очень идёт улыбка. Такая светлая, словно с его плеч упала гора переживаний. Еще ему очень пошел бы поддерживающий поцелуй, думает Джисон, но вокруг слишком много людей. Они возвращаются домой в девятом часу вечера. Остатки недоеденных снэков пихаются в ящики на кухне, полупустая бутылка чая отправляется в холодильник. Джисон закидывает плед, который они стелили на землю, в стиральную машину. Вечер прошел хорошо. Спокойно и даже романтично. Джисон только сейчас подумал над тем, что они со стороны выглядели как пара на свидании. Была ли эта прогулка в принципе свиданием или просто дружеской посиделкой? Кажется, что их ситуация не вписывается ни в какие рамки.       – Пойдешь в душ? – Минхо, с полотенцем на плече, останавливается у дверного косяка, наблюдая за замешкавшимся младшим. Под ногами вьётся Дуни. Джисон выпрямляется, закрывает дверцу машинки и жмет на кнопки. Прочищает горло.       – Можешь пойти первым. Минхо отходит от двери, чтобы пропустить Хана и странно заглядывает в глаза на несколько секунд. Словно хочет что-то сказать, но не решается. Джисон направляется на кухню, чтобы приоткрыть окно, слыша, как закрывается дверь ванной комнаты. Минхо выходит спустя несколько минут, промакивая полотенцем влажные волосы. На нём черные домашние шорты и белая футболка без рукавов. Джисон на мгновение замирает, когда нос трогает шлейф геля для душа. Он идет в ванную следом, полностью погружаясь в кокосовый запах и глупо улыбается. Он быстро моется, смывая грязь большого города, сушит полотенцем волосы и возвращается в комнату. Минхо сидит на диване, играясь с Дори, который бегает за ниточкой. Джисон присаживается рядом, едва касаясь своим бедром чужого. Кажется, романтичный шлейф их свидания еще не рассеялся. Дори вскоре становится скучно, поэтому он убегает на кухню, доставать других котов. Минхо теперь полностью переключается на смущенного Джисона. И почему только он смущен?       – М-м.. Посмотрим что-нибудь? – Предлагает Минхо.       – Не хочется. Может музыку послушаем?       – О, давай. Включишь что-то свое? Джисон тянется за телефоном, а Минхо заметно оживляется. Несколько минут уходит на то, чтобы подобрать подходящую песню. Звук не громкий, так как по правилам уже нельзя громко шуметь, поэтому телефон останется лежать на бедре, чтобы поближе.       – Мне нравится. – Говорит Ли, покачиваясь под мелодию. – Голос очень красивый.       – Ага. Мне нравится этот артист. У него очень чувственные песни. – Джисон искренне рад, что Минхо тоже нравится. Музыка - его отдушина. Очень приятно, когда любимый человек разделяет интерес.       – Включишь другие его песни? Хан кивает, ища в библиотеке приложения плейлист, любовно составленный им самим. Там только его самые любимые песни. Каждая из них напоминает о том или ином событии в жизни, даже просто дне. Слушая их, он снова мысленно возвращается в прошлое. Интересно, скучают ли его родители по нему?       – Какой же ты красивый… Джисон не сразу понимает смысл услышанных слов, он немного погряз в свой мир, занырнув в прошлую жизнь. Смотрит круглыми глазами на спокойного Минхо, приоткрыв рот.       – Что?       – Говорю, что ты красивый. – Минхо улыбается, чуть игриво наклоняя голову. Джисон тут же весь краснеет с головы до пят. Такая честность старшего выбивает из колеи.       – Спасибо. Минхо смелеет, касается правой рукой чужой щеки и гладит большим пальцем родинку. Джисон млеет, позволяя ему это. Он прикрывает глаза, но в секунду их распахивает, когда старший вдруг оказывается слишком близко. Минхо мягко касается губами его щеки и отстраняется, уводя глаза. Невидимый отпечаток губ приятно жжется. Комната погружается в тишину, так как песня заканчивается, а следующая начинает проигрываться только через несколько секунд. Джисон сглатывает. Хочется еще раз ощутить это. Чтобы сердце снова ухнуло в желудок и перевернуло там всё. У Минхо губы заманчиво блестят и смотрит он наконец-то в глаза, когда Джисон его руки накрывает своими. Их лица все еще близко.       – Как же ты мне нравишься… – Выдыхает Хан, стыдливо пряча лицо в плече Минхо. Тот ощутимо задерживает дыхание после слов младшего. У обоих чуть вспотели ладони.       – Я не умею целоваться, кстати. – Почти шепотом произносится над ухом. Джисон хихикает, вертя головой.       – Я тоже. Придется учиться. Почувствовав на шее руки, Хан выпрямляется, тут же смешивая чужое дыхание со своим. И Минхо сдаётся первым, прижимается своими губами к джисоновым, отстраняясь спустя несколько секунд. Джисон тут же сам льнет снова, несколько раз чмокая то верхнюю, то нижнюю. Руки на его шее слегка дрожат, прямо как собственные на чужой талии. Хочется быть смелее, прижиматься ближе, сжимать тонкую талию и аккуратно гладить бока, слушая судорожные выдохи. Джисон на пробу захватывает губами чужую нижнюю, немного оттягивая и Минхо дрожит сильнее. Они неумело целуются, хихикают, когда сталкиваются носами, пока старший не отстраняется первым. Минхо побеждено укладывается головой в изгиб джисоновой шеи, обхватывая руками его спину.       – Не могу… – Приглушенно слышится. Джисон облизывает губы, смотря перед собой.       – Что не можешь? Ответа нет. Ли только лишь сильнее сжимает его футболку на спине и мотает головой. Джисон отмирает, обнимает в ответ и улыбается.       – Не можешь продолжать? – Минхо вздыхает, пару раз кивая. – Так плохо? Джисон пытается пошутить, но сам напрягается.       – Нет, наоборот. И Хан его понимает. Он никогда не испытывал столько чувств одновременно, сколько испытал за последние минуты. Мир словно перевернуло сто раз. Он хмыкает на слова старшего, притягивает ближе, сталкиваясь ногами. Тычется носом в висок и обнимает за плечи. На фоне все еще играет музыка, убаюкивая обоих. ✧✧✧ Джисон волнуется. Его вызвали в кабинет менеджера, не объяснив причину. Он ступает по коридору и тормозит у двери с табличкой. Вдох, выдох и стучит в дверь, входя с разрешения.       – Менеджер Со, звали? В кабинете они не одни, помимо Чанбина, сидящего за столом, на стуле устроился Кристофер. Он выглядит безмятежно, как и всегда.       – Да, Джисон, присаживайся. Я тут узнал, что ты, вроде как, музыкант?       – Ну, не то чтобы… – Хан смотрит в ноги, неловко улыбаясь. Он только вчера рассказал Чану, что ходил в музыкальную школу. – Просто играю на фортепиано, гитаре и барабанах немного.       – Чего ты такой скромный? – Менеджер улыбается, стреляя глазами. Его крупные плечи расслабленно откидываются на спинку стула.       – Он всегда такой. – Поддакивает Крис. – Такой потенциал прячется за неуверенностью в себе!       – Крис, что ты… – Хочется зарыться в землю. О каком потенциале вообще идет речь?       – В общем, у меня к тебе предложение. У наших с Крисом друзей есть музыкальная группа и им нужна временная замена пианиста. Тебе бы было интересно попробовать? Джисон округляет глаза в шоке. Идя сюда, он совершенно точно не ожидал чего-то подобного.       – Ну, наверное… я не уверен, если честно.       – Понимаем, что это неожиданно, но подумай до завтра, ладно? Они готовятся к фестивалю через месяц, а их участник по семейным причинам не может посещать репетиции. – Кристофер звучит мягко, почти убедительно. – К сожалению, не можем тебе предложить оплату, но это же неплохой опыт, разве нет?       – Я подумаю и завтра точно скажу, спасибо за предложение.       – Хорошо, иди. Джисон покидает кабинет с тяжелой головой. Эмоции смешались, но сметения и сомнений пока что больше. Он совершенно не уверен, что сможет потянуть игру в настоящей группе, так еще и выступить перед людьми на фестивале.

✧✧✧

Дома встречают хвостики и запах перцовой пасты. Джисон разувается и заглядывает на кухню, чтобы обнаружить Минхо, стоящего у плиты в наушниках. Он подпевает себе под нос и стругает зеленый лук на доске, совершенно не догадываясь, что Джисон вернулся. На лицо лезет коварная улыбка. Джисон ждет, пока старший уберет нож и тут же сгребает в объятия, слыша удивленный вскрик. Он смеется, пока его обиженно бьют по рукам. Но в итоге Минхо сдаётся, вынимает из ушей провода и разворачивается, чтобы обнять в ответ.       – Ты дурак.       – Я знаю. Минхо в ответ фыркает, закатывает глаза, но оставляет в уголке губ быстрый чмок, прежде чем вывернуться из рук.       – Как на работе дела?       – В целом все хорошо. Но… Мне сегодня Крис с Чанбином кое-что предложили. Минхо заинтересованно оборачивается, отвлекаясь от помешивания супа. Джисон присаживается на стул.       – Хотят, чтобы я побыл временным пианистом в группе их знакомых. Нужно будет ходить на репетиции и потом выступить на фестивале.       – Звучишь не радостно, и не воодушевленно. Сомневаешься?       – Да. Потому что я никогда чего-то подобного не практиковал. Это же… Нужно выучить как минимум несколько новых песен, ноты, отыграть все без ошибок, так, чтобы не спешить и влиться в звук других инструментов. А я всегда играл в одиночку. – Джисон вскидывает руки, тревожно смотря на спокойное лицо старшего. – А вдруг мы с ребятами не сойдемся характерами? Это будет катастрофа.       – Так ты переживаешь за то, что не справишься? – Получив кивок, Минхо подходит ближе, смотря снизу вверх. – Я думаю, тебе не стоит отказываться. Ты ведь так переживаешь о своем будущем. Но если совсем ничего не делать, не пробовать, не совершать ошибок или достижений - не получится построить жизнь, которую ты хочешь. Смотри на это предложение как на опыт и попытку, которая тебе может помочь понять себя. Джисон внимательно слушает, дырявя напряженным взглядом нарисованного кота на чужой футболке. Слова Минхо имеют смысл, но все же сразу решиться сложно.       – Думаешь, у меня получится?       – Не попробуешь - не узнаешь. Лучше попробовать, чем жалеть об упущенной возможности. – Теплые ладони касаются джисоновых щек, поглаживая. – Но лично я верю, что все ты сможешь.       – Спасибо.                               

✧✧✧

Джисон попробовал. Попробовал и остался в восторге. На первых репетициях было очень нервозно, тревожно и неловко. Но ребята быстро смогли расположить к себе, не ругали за косяки, а терпеливо начинали прогон заново. Джисон боялся, что из-за долгого перерыва в игре всё забыл, но стоило коснуться синтезатора, как пальцы сами затанцевали по клавишам. Ребята из группы при первой встрече сыграли для него пару своих песен, заставив открыть рот от восторга. Они были бесподобны. Особенно в душу запала умелая игра гитариста - Хёнджуна, совсем молодого, семнадцатилетнего паренька. Он так умело перебирал пальцами в своей соло партии, словно это его стихия. У Джисона загорелись глаза. Помимо своих партий на клавишах, он часто после работы зависал с их вторым гитаристом – Канхёном, который был постарше. Канхён с великим удовольствием давал бесплатные уроки по игре на электро-гитаре, видя, как сильно новому другу нравится это дело. Ребята часто хвалили его успехи, говорили, что у него явный талант к музыке и Джисон быстро учится. Группа состоит из двух гитаристов – Канхёна и Хёнджуна, барабанщика - Гониля, вокалиста – Ёнхуна и басиста – Вонсана. Последние два были самыми старшими, но с ними не чувствовалось неловкости. Уже спустя неделю Джисон свободно прикалывался над ними, получая тычки в бока. Сразу после смен в кафе, Джисон бежал в их небольшую студию, либо на репетицию с группой, когда они договаривались, либо чтобы самостоятельно поиграть на одной из невероятно крутых гитар из коллекции Канхёна. Иногда Хёнджун тоже был там и подсказывал в тяжелых моментах. Близилось время фестиваля, но Джисон уже почти не волновался, наоборот, хотел скорее выступить и почувствовать на себе какого это – выступать перед толпой. Одна мысль об этом вгоняла в мурашки. Он и не мог подумать, что когда-то будет чувствовать столько чувств к исполнению музыки. Во время обучения все делалось чтобы родители были довольны, чтобы приносить хорошие показатели и выступать на сцене в скучном смокинге с удушающим галстуком. Родители признавали только оркестровую и классическую музыку. Только после долгих уговоров разрешили сыну посещать курсы гитары, считая, что на гитаре играют только маргиналы и наркоманы. Джисон считал исполнение музыки чем-то обязывающим, поэтому оставался только слушателем. Но встретив ребят из группы, те словно открыли ему новый мир. Показали, как звучит реальная музыка, к которой всегда лежала джисонова душа. Показали, что можно выплескивать эмоции разными способами, в том числе превращая их в лирику. Так Джисон начал иногда записывать интересные строки, которые однажды могли бы превратиться в песню. Пока было рано об этом думать, но само занятие действительно помогало справиться с чувствами, которые иногда переполняли. Минхо тоже поддерживал Джисона, с самого начала по настоящее время. Джисон невероятно благодарен ему, что поверил в Хана. Возможно, если бы не те слова на кухне, он бы в итоге отказался и не узнал, к чему на самом деле лежит душа. Все было действительно хорошо. Но в какой-то момент Джисон начал замечать, что Минхо стал немного отстраненным. Он все так же показывал свою поддержку, восхищался умениями парня и с радостью смотрел видео с репетиций, звонко чмокая в щеку, взамен аплодисментов. Но всё равно, Хан чувствовал, что что-то изменилось. Как минимум, тот стал молчаливей, редко рассказывал о себе и почему-то иногда выпутывался из объятий, тихо извиняясь. Джисон немного беспокоился, но дал ему время побыть одному, не лез с расспросами. Он знал, что хёну сложно делиться своими проблемами и просто ждал, пока тот созреет.       – Джисон, у тебя завтра выходной?       – Технически, да. – Пробубнил Хан, кутаясь в ветровку. Начинало холодать по вечерам. – Но скорее всего я проведу весь день с ребятами из группы. Скоро выступление, нужно как можно больше прогонять песни.       – Понятно. – Прозвучало тихо. Джисон уловил в тоне грусть. Но прежде, чем успел что-то спросить, Минхо продолжил. – Просто у меня тоже выходной, и я думал, может ты захочешь куда-то сходить вместе. Мы давно не выбирались никуда. «Из-за твоих постоянных репетиций» – не было произнесено, но Джисон уловил настроение старшего. Вина больно кольнула куда-то в грудь, выбив воздух. Если так подумать, они действительно стали меньше проводить времени вместе. Джисон возвращался с репетиции ночью, так что они могли побыть вместе наедине всего несколько часов. А на работе все таки приходилось работать, побыть вместе без чужих глаз - было очень редкой удачей. Джисон досадливо закусывает губу.       – Хён, прости, но я правда не могу пропускать репетиции сейчас.       – Хорошо, я понимаю. Минхо опускает голову, немного ускоряя шаг. Джисон с неприятной тяжестью в теле смотрит ему в спину.                         

✧✧✧

Ему бы начать собираться на вечерний прогон, но почему-то тишина в доме так сильно давит на голову, что невозможно сдвинуться. Минхо ходит опущенный в воду, а Джисон не понимает, как подступиться. Он понимает, что не сделал что-то плохое, но почему-то на языке вертятся извинения. А за что? Просто хочется, чтобы хён был снова счастлив.       – Чего не собираешься? – Бросает старший, обнаружив младшего сидячим на диване. Он заглядывает в телефон, сверяя время. – Опоздаешь же.       – Хён.       – Что?       – Давай поговорим?       – О чём? Минхо присаживается рядом, подгибая под себя ногу. Он старательно делает вид, что все нормально. Джисон улавливает запах его парфюма, и тот почему-то выводит на чувства. Вдруг очень хочется обнять Минхо. Но Хан боится, что тот снова отпрянет.       – Мне жаль, что мы стали проводить меньше времени вместе. Извини.       – О, нет. Не извиняйся. Ты не сделал ничего плохого и я все понимаю. Ты нашел что-то, чем хочешь заниматься. Я рад за тебя.       – Ты понимаешь. Но это все равно делает тебе больно, я же вижу. Джисон видит, как парень напрягается, медленно сглатывая.       – Это не имеет значения.       – Как это? Конечно имеет. Ты чувствуешь себя одиноко, я ведь прав? – Минхо не отвечает, неопределенно ведя плечами. Его глаза смотрят куда-то вниз. – Тогда почему… почему ты сам отстраняешься от меня?       – Просто… я вижу, как ты горишь новым занятием. Не хочу мешать. Я понимаю, что стал менее значимым, так что стараюсь не напрягать тебя.       – Что… что ты такое говоришь? – Джисон искренне не понимает, что происходит у Минхо в голове. – Что значит менее значимым?       – Это значит, что ты двигаешься вперед. А я стою на месте. – Хён сжимает кулаки, лежащие на бедрах. Джисон уже хочет заплакать. – Ты должен и дальше заниматься, тем, что нравится, двигаться вперед. Мне не хочется быть обузой, удерживая тебя рядом. – Следующие слова звучат почти шепотом. – Только пожалуйста, не оставляй меня совсем одного. Хотя бы иногда. Джисон громко шмыгает носом, заставляя Минхо испуганно поднять глаза.       – Минхо… Почему ты говоришь такое? Я же… люблю тебя. Ты не будешь обузой для меня. Никогда.       – Ты просто не понимаешь. – Минхо двигается ближе, беря лицо Джисона в руки, вытирая слезы.       – Да, я не понимаю. Не понимаю, как ты пришел к этому всему. Перестань, пожалуйста. Это делает мне больно.       – П-почему? И в глазах искреннее непонимание. Словно это Джисон несет какой-то бред.       – Потому что мой любимый человек считает, что является для меня балластом на пути к счастью. Что я могу просто взять и бросить его ради какой-то мечты. Я же… я же каждой клеточкой тела благодарен тебе за всё, каждой клеточкой чувствую, что ты моя душа и с твоей поддержкой я могу чего-то достигнуть. А ты просто вычеркнул себя из моего будущего. Мне неважно, стоишь ты или двигаешься куда-то. Я буду любить тебя любым. Понимаешь? Минхо в ответ часто кивает, обнимая дрожащего парня. Джисону действительно очень обидно, что позволил таким ужасным мыслям оказаться в голове Минхо. Они сидят в тишине несколько минут, пока Хан не успокаивается. Теплые поглаживания по спине помогают.       – Минхо, пожалуйста, подумай над моими словами. Я имею в виду четко то, что сказал. Не нужно искать скрытый смысл. Ты всегда можешь просто поговорить со мной и узнать мои чувства и мысли, вместо того, чтобы додумывать за меня. Обещаешь?       – Обещаю. Джисон тянется вперед, касаясь губами влажных век Минхо.       – Не убегай, пожалуйста. Ты мне нужен. Шепот Джисона щекочет нежную кожу губ Минхо. Они целуются, выплескивая оставшиеся чувства. Джисон знает, что прямо сейчас Минхо не поменял свое мнение в отношении себя. Но он надеется, что поселил зерно в чужой голове. И впредь будет внимательнее относиться к молчаливым эмоциям старшего, постараясь помочь ему принять себя.