во вторник шаманы предсказали грозу

      бурей именуется срыв хëнджина. он видит на экране блокировки минхо, их замечательного нового хореографа минхо, лицо того человека, которого он бы очень хотел забыть давным-давно, да почему-то помнит.        помнит его характер, смущëнные улыбки, неловкие первые поцелуи, глупые шутки (но он смеялся) и помнит, как больно было расставаться.        – родители уезжают в малайзию, я тоже должен. прости, пожалуйста.        и пропадает. они даже не пытаются поддерживать отношения, не так уж и сильны подростковые симпатии, думают они. выходит, так уж.        хëнджин действительно забывается. ненадолго, до первой весны без него, когда некого вдруг звать домой, слушать первую грозу под тëплым одеялом. хотя даже тогда он не делает попыток связаться. эта фотография вообще первое действительное подтверждение того, что те их отношения (было ли это вообще отношениями?) существовали в реальности, а не были выдуманы хëнджином с ударившими в голову гормонами.       после той весны пришло лето, бегать по пляжу одному было не весело, пришлось искать друзей. нашёл феликса, феликс стал его новым партнëром по преступлениям (иногда и буквально, когда хëнджину очень нравились цветы на клумбе в парке). потом была осень с первым снегом, на который он смотрел уже с чанбином. а потом ещё восемь вёсен. о нëм он вспоминал только на день рождения феликса, потому что его был за день до этого.        так что, увидев вдруг загоревшийся экран телефона минхо, он будто на мгновение погружается под воду. кажется, что уши закладывает, пальцы покалывают, а сердце громко ухает, пропуская каждый третий удар. он набирается смелости в тот же вечер.        – хëн... – он останавливает его после тренировки, – извини за вопрос, но на твоих обоях... это джисон? – а на удивлëнное лицо, которое кажется ему подтверждением, отвечает: «мы в школе вместе учились».       – а, – он выдыхает как-то облегчëнно, – это хани, да. он же с пятнадцати в малайзии жил. вы так хорошо дружили, что ты помнишь?        он вдруг теряет слова. ведёт себя, думает, подозрительнее некуда.        – лучшими друзьями были. как он? мы тогда последний раз и общались.        – очень хорошо, пару лет назад вернулся после университета! может тебе его айди в катоке дать? или ник в инстаграме, если хочешь.        – ахххх, – он преувеличенно вздыхает и давит улыбку. – мой хëн такой добрый. может, в следующий раз. я просто был так удивлён. рад, что он в порядке, – говорит, а сам понимает, что его 'следующий раз' звучит кошмарно неубедительно, будто никогда не настанет. говорит, что рад, и давится мерзким бульканьем внутри, будто в аквариум залили нефть, и пузырьки воздуха теперь всплывают и лопаются ещё под ней.       инстаграм джисона попросить и правда хочется.        и хочется, и колется. он две с половиной недели подбирает слова, да так затягивает, что однажды, выходя из здания вместе с минхо, видит, как за тем на машине приехал смутно знакомый его сердцу человечек. он был таким низким, хиленьким, щекастым и громко ругался из-за ударившего в мозги пубертата. за тëмным стеклом не видно, но вряд ли за рулём сидит тот самый мальчик с грубыми текстами в блокнотике с котëнком.       хотя котëнок остался, лежит рыжий, плюшевый и пушистый в уголке под лобовым стеклом. дышать опять становится тяжело.        – пока, хëн, у меня автобус едет, – и убегает в другую сторону, натягивая кепку пониже, а маску повыше, будто он айдол на тайном свидании.        а минхо, если и замечает, что что-то не так, лишь мило улыбается и машет своей маленькой ладонью. этого хëнджин уже не видит, но улыбка ли расплывается ещё шире по лицу, когда он хлопает дверью машины за своей спиной и тянется щекой к руке джисона. (– домой? – давай заедем в кафе, чаги, очень хочется сладкого, – и мягко целует).       проходит три дня, и хëнджин снова набирается смелости.        – вот следующий раз, – хотя не уверен, поймёт ли парень отсылку. – я готов! дай инстаграм хана, пожалуйста, – и строит самое жалобное лицо.        – хëнни созрел, – снова дразнит и улыбается мило-мило. – а ты мне за это что? – а хëнджин готов и к этому. он вдруг тянется к столу позади них и берëт с него стакан с бумажным пакетом. внутри две булочки, кремовая и шоколадная. – да ты и правда настроен серьëзно, – говорит минхо, а внутри становится тепло, потому что хëнджин ему как человек правда нравится. – давай запишу куда-нибудь.        пользователь j.one с белкой и котом в описании и ссылкой на саундклауд кажется совершенно незнакомым. хван хочет начать в хронологическом порядке, поэтому листает его многочисленные фотографии до тех пор, пока не добирается до самых древних. тех, на которых он ещё похож на старого маленького себя.        и дальше он пропадает во временном потоке. медленно пролистывает и внимательно рассматривает каждую фотографию. удивлённо кашляет, когда три года назад на многих вдруг стал появляться незнакомый парень, минхо и, что самое главное, чанбин. его старый друг со чанбин, который с возрастом раскачался и стал по ширине как полтора хëнджина и с которым они до сих пор списываются по праздникам и обмениваются глупыми комментариями под фотографиями.        с минхо на фото джисон сначала стоит просто в кадре, затем понемногу приближается. вот он уже закидывает руку на его плечо. вот щурится, смотрит не в камеру, а в глаза ли совершенно очарованным взглядом, а вот целует его на фоне токийской телебашни с подписью 'влюблëнный кот уже не хищник', где в комментариях чанбин и cb97 шлют кучу сердечек. среди их сообщений почти теряется одно сердце, символьное, оставленное пользователем lee.meowho. хëнджину только хочется сказать, что оно затерялось, однако комментарий закреплëн, лайкнут и, что важнее, имеет ответ. чтобы сохранить нервные клетки, хëнджин решает его не смотреть. закрывает фотографию, переходит к следующей, внимательно смотрит. а затем возвращается и всë-таки читает.        «давай будем вместе как можно дольше? ты слишком хорош, чтобы я смог когда-нибудь отступить».       хëнджин рассыпается. он добавляет фото в закладки и выходит из глупого приложения. ему так больно-больно-больно. он решает подумать об этом в следующий раз. пишет феликсу:       «привет»       «ты сейчас свободен??»       «привет!!!»       «смотря для чего~~»       «шучу!»       «я у чонина, мы хотим испечь розовый тортик»       «если хочешь приходи!! и тебе кусочек достанется 💗»       и выходит из сети. хëнджин думает несколько секунд лишь о том, действительно ли хочет ехать к чëрту на куличики ради двух милашек-друзей. желание не быть одному побеждает. он натягивает панамку с розовыми очками на разлохматившиеся волосы, находит на вешалках светлый кардиган и так выбегает из дома к ближайшей остановке. если повезëт, милашки устроят ночëвку, и хвану даже не придётся тратить деньги на вечернее такси, когда автобус уже перестанет ходить.        – всë хорошо, хëн? ты такой печальный. хочешь кислый леденец? – и протягивает свой любимый, вишнëвый в форме сердечка. – последний! приберëг его для ликси-хëна, но так и быть! тебе нужнее.        хëнджин чуть не плачет. он всегда улыбается в компании друзей, ведёт себя так, будто старше не на один год, а на все двенадцать. часто повторяет «а вот в моё время…» и иногда хватает чонина за щëки.        – чудесно, нини. интернета дома нет, какие-то там проблемы, вот и грущу. извините, что и вам пришёл настроение портить, – вымученно улыбается. феликс быстро оказывается рядом. сначала несильно щипает за голое плечо, а потом обнимает со спины и утыкается тëплым носом в шею.        – глупый ты, джинни. с плохим настроением друзья помогают, а не перенимают его. хочешь чай твой любимый? с травками всякими? йенни, завари, пожалуйста, – и не даёт вставить ни слова. – на вот, соси свой леденец и жди чай. мы тебе даже кружку красивую выделим.  – мы, – кряхтит чонин. квартира-то его. но не злится совсем, ведь дома у хëнов бывает так же часто и хозяйничает там с такой же уверенностью.        кружку хëнджину выделяют и правда красивую, из прозрачного розового стекла, с кошачьими лапками и цветками вишни. пока торт из розовых коржей с нежно-лавандового цвета кремом пропитывается, они втроём садятся на диван, каждый в руках держит по чашке, а на столике стоит тарелка с шоколадным печеньем. пока чонин листает каналы, феликс, делая вид, что их чай пока слишком горячий, тыкается головой хëнджину под руку.        – ты расскажешь, что не так? выглядишь так, будто на твоих глазах цапля съела лягушонка, – хëнджин хихикает, раздумывая.        – минхо из танцевальной студии парень хан джисона.        чонин перестаёт листать каналы, зависнув на программе про пингвинов, а феликс перестаëт мурчать под поглаживаниями. вопрос «хан джисон, который..?» не озвучивается, потому и так уже понятно.        – и что ты чувствуешь?        они знают. знали тогда, когда в далëкие пятнадцать хëнджин страдал от разлуки, знают и сейчас. не думали, правда, что однажды придётся сорвать с почти зажившей раны друга лейкопластырь с лисятами.        – рад за них, на фотках счастливыми выглядят, – и пока чонин с феликсом немного печально на него смотрят, собираясь со словами, продолжает, меняя тон голоса. – кстати! он ведь, оказывается, друг чанбин-хëна. они там втроём с ещё одним другом даже группу свою намутили.        – чанбин-хëн… ты хочешь сказать, что джисони-талантливый-музыкант хëна это и твой джисон?        – не такой уж и мой, просто вон как неожиданно.        молчат минуту, две, чай остывает, диктор на фоне продолжает рассказывать, как бедные пингвины могут высиживать камни вместо детей.        – просто вспомнил слишком резко. да и прощание тогда не очень вышло. но минхо-хëн классный, я рад за них.        – правда… немного больно, – и теперь точно замолкает.        они не продолжают. раскладывают диван, чтобы вытянуть ноги, обнимаются все втроём. хëнджин с двух сторон облеплен своими милашками-друзьями. ему тепло.        кап-кап-кап.       на следующую тренировку хëнджин не приходит. по некоторому стечению обстоятельств он попадает под сильнейший апрельский дождь и добирается до дома промокшим до белья и с красным носом.  «ликси привезëшь какие-нибудь таблетки от простуды?? я под дождь попал ><»       и следом другое:       «хëн, добрый вечер! это хëнджин~ меня завтра не будет, приболел. извини, пожалуйста ㅠㅠ»       читает ответ феликса, думает оставить дверь закрытой на нижний замок и лечь спать, как минхо почему-то очень быстро отвечает:       «ахх хëнни!!!! лечись, пожалуйста, и не приходи, пока не выздоровеешь, а то ещё меня заразишь!!! ^^»       «тебе нужны какие-нибудь лекарства?»       «нет, хëн, спасибо за беспокойство и ещё раз извини :( лекарства не нужны, я уже написал другу~!!»       «обещаю скоро поправиться! спокойной ночи ʕ•ᴥ•ʔﾉ♡»       на том и заканчивают. хëнджин проводит дома ровно неделю, а потом появляется посвежевший и отдохнувший и совсем о хан джисоне не думавший (почти). на ключице под сползающей футболкой у минхо несколько розовых и сиреневых пятен, а на губах лëгкая улыбка.        – хëнджинни жив и здоров! а я-то думал.. – и делает вид, что грустно вздыхает. хван отводит глаза от засосов на теле старшего.        – не дождëшься, я не умру раньше капитализма, – хихикает и дëргает заусенец на руке в кармане. сегодня на нëм пушистая белая кофта, и он чувствует себя настоящим тревожным облаком. вот-вот прольëтся дождëм на самого себя и останется совершенно пустым.        – в любом случае.. ты уже написал джисонни? я у него спросил, но он был так удивлëн.        в его внутреннем мире извергается вулкан, а на собственном солнце три мощных вспышки подряд. потоки огненного и ледяного воздуха сбивают его 'я' с ног прямо в бездну, и он летит-летит-летит, потому что дна там нет по определению.        – что ты у него спросил? – еле выдавливает он.        – сказал, что работаю с милашкой, который узнал его на моей заставке и спросил ник в инстаграме. назвал тебя милашкой-блондином, ты же не против такого видения в моих глазах? – и снова щурится.       от сердца отлегает.        – времени не было, хëн. напишу обязательно на неделе.        они проводят тренировку как ни в чëм не бывало, а потом хëнджин вместо дома едет к феликсу и долго-долго его обнимает.       он решает для начала подписаться на аккаунт джисона, лайкнуть последнюю фотографию двух бело-рыжих котов с подписью «мои старшенькие ^^». дальше он думает пару минут и отправляет сообщение, которое предварительно написал в заметках.        «привет, джисон! это хван хëнджин :) это я милашка-блондин, о котором тебе сказал минхо-хëн (если он меня не обманул). увидел фотографию у него на заставке и понял, что знаю тебя,,, как ты? мы так давно не общались ><»       смотрит на отправленное сообщение несколько секунд, пока феликс продолжает гладить его по голове и повторять, какой он молодец. он думает закрыть уже инстаграм и спокойно проводить время с лучшим другом, когда под сообщением появляется слово просмотрено. телефон хочется уронить.        «джинни!!!!!!!!!!!!!!! пиздец пиздец!!!!!!!!!»       «десять лет прошло я щас умру ты вообще не изменился 😫😫😫»       «такой же красивый и крутой я имею в виду»       «я тоже скучал 😞💔💔»       а потом печатает что-то долго-долго. будто пишет, стирает, останавливается и думает. потом на телефон приходит:       «я очень хорошо!!! три года назад вернулся (хотя и за семь лет приезжал иногда :( но вы уже тогда переехали), познакомился как-то с очень хорошими людьми, даже в команду продюсерскую попал, я теперь крутая квокка, а не маленькая белка! >< ещё бы, уник по музыкальной специальности закончил… .. кхм 😋 сейчас вот в одной крутой компании работаю и с друзьями записываю свои песни. мы называемся 3RACHA, там в описании ссылка на саунд есть, можешь послушать как-нибудь 🤭»       «у меня всё правда здорово»       «а ты как?? я так понимаю, с минхо работаешь?»       «да, мелкий, приходится как-то выживать в таких условиях, не все гении искусства :( шучу, мне очень нравится! ученики замечательные, есть возможность самостоятельно тренироваться для конкурсов, не платя за аренду студии. ещё рисовать продолжил, в профиле пара рисунков есть •×• университет тоже закончил, правда по специальности глупой совершенно.. даже не вспомню название. ну, мама довольна. (я тоже немного! у нас практика на природе была, было здорово!)»       «и вовсе не мелкий!»       «не хочешь как-нибудь встретиться ><»       «?»       и хëнджин поднимает на феликса испуганный взгляд. всё развивается так быстро, хотя на деле они переписываются уже больше часа, а все фотографии в профилях друг друга уже лайкнуты. и вот джисон предлагает ему встретиться лично. он думает лишь минуту и соглашается.        в кафе он заходит на полчаса раньше, идёт к своему любимому столику, но тот оказывается занят. человек (с широкой спиной) сидит на его месте, спиной ко входу, так что лицо станет видно только если обойти его. и хëнджин обходит. он делает вид, что проходит к следующему столику, мимолëтно оглядываясь на мужчину, и зависает. за его столом сидит хан джисон, и выглядит он в жизни совершенно иначе. что-то от хана в инстаграме, что-то от хана из прошлого, но в основном – это не маленький хани, это уже большой и сильный джей точка ван, подающий надежды продюсер и талантливый музыкант. и всё такой же красивый. хëнджин поворачивается к нему всем телом и, стараясь казаться уверенным, садится перед ним. хихикает, когда парень вздрагивает и поднимает глаза от телефона.        – джинни…        – хани.        слушает писк, будто перед ним не двадцатишестилетний мужчина, а маленькая мышка, и присоединяется к нему. вскакивает обратно и торопится обнять джисона. он думал, что это будет так безумно неловко, но перед тем, как в его жизни появился джисон-бойфренд, у него уже был джисон-лучший-друг. они так скучали друг по другу, и впервые за десять лет тëмные пустые уголки в их сердцах оказываются заполнены теплом, которое проходит по всему телу до самых кончиков пальцев.       – я пришёл так рано, думал сделать сюрприз, а тут ты уже сам садишься за мой стол. как ты меня вообще нашёл?        – по одной спине и не нашёл бы, такой ты шкафчик стал, – он хлопает джисона по плечам и груди. – но ты сам за мой столик сел! кстати, извинись за это!        – бейб, – в голос снова возвращается игривость, которая раньше была там всегда. – я пришёл сюда первый.        они замолкают, смотря друг на друга, и улыбаются. на сердце становится так легко-легко. они берут в кафе напитки и выходят на улицу. бредут по узким улочкам, свернув с центральных, прямо к парку и разговаривают обо всём подряд. «вон скоростной поезд, вон розовая машина, а ещё я скучал». «я скучал тоже, сони».       они расходятся, обещая больше не терять связь.        встречи становятся постоянными, а сердце хëнджина почему-то болит всё меньше. может, это было не из-за джисона, а без джисона? иногда он думает об этом и ни к чему толковому не приходит. феликс с чонином напрашиваются на их встречи, однажды появляется чанбин (сильно удивлённый, что все они вообще знакомы). потом минхо. день самый обычный, они договорились впятером поесть китайской еды (позвали-таки чана, который оказался таким же широким, будто тройка в 3RACHA значит сколько часов они в день проводят в спортзале), но хан выходит из машины не один, с ним минхо и ещё какой-то парень, с которым они вместе хихикают над джисоном.        – хëнджинни, это сынмин, мой друг. вы извините, что мы так без приглашения, но мы и сами себя можем пригласить, мы с минни самодостаточные, а хани был не против.        – очень приятно, – он тянет улыбку сильнее, чем действительно хочет улыбнуться. – я друг джисона и коллега этого дурацкого хëна.       – а я не знаю, что здесь делаю, у меня сейчас должна быть смена на радио.        – минни врёт, – минхо вмешивается раньше, чем тот заканчивает своё предложение. – у них сегодня технические неполадки, так что его отпустили.        – а жаль! мог бы продолжать пиарить наши песни, – говорит уже чанбин. – сынмин, между прочим, на абсолютно бесплатной основе включает на радио те наши песни, которые проходят проверку на пригодность к прослушиванию массой. такое, конечно, не со всеми… – он вздыхает.        – да с вас и брать нечего.        пальцы хëнджина до сих пор холодные (хотя феликс и чонин держат его за руки с двух сторон, как самые лучшие младшие), но над репликами сынмина он смеётся абсолютно искренне, почти не обращая внимания на то, как джисон в углу стола шепчется о чём-то с минхо и смотрит в его глаза-сердечки своими такими же. как же отвратительно сильно они любят друг друга. даже аура вокруг них такая светло-розовая, будто та кружка из квартиры чонина или его любимые леденцы. хёнджин хочет так же. но, вдруг понимает он,       не обязательно с джисоном.       на это осознание ему потребовалось десять лет, зим, осеней и вëсен. они сменяли друг друга, а он всё говорил себе, что его разбитое сердце не сможет полюбить так сильно вновь. но опять он ошибался. он любил кками, собаку, которая осталась у родителей, любил своих учеников в студии, любил адреналин на танцевальных конкурсах, любил, когда его картины хвалят. и особо сильно любил своих друзей, феликса и чонина, которые слиплись как два пельмешка и периодически прилипают и к нему. подростковый мозг воспринимал всё слишком остро. и, видимо, до этого самого момента хëнджин всё ещё был подростком. он отказывался принимать, что человек, который когда-то был счастлив с ним, сейчас счастлив с кем-то другим. тот, кто любил его (а любил ли? – снова думает он, – нет, наверное, то была не любовь), сейчас очень любит кого-то другого и так же сильно любим в ответ.        ему потребовалось очень много лет и сил, но, когда он наконец понимает, дышать становится легче. он вдруг смотрит на мир совершенно другими глазами, под другим углом, будто всё это время он был в анабиозе, а сейчас в сердце наступает май. всё кажется тëплым и ярким, улыбки шире, а чужая любовь приятнее глазу. он не понимает, как доходит до этого, но, думает, самое время.       он просит всех подняться и вдруг крепко-крепко обнимает. притягивает к себе чана, минхо и даже сынмина. тот удивлён, но не сопротивляется. думает, что хван из-за хорошей еды такой любвеобильный.        – спасибо, что вы все есть в моей жизни.        он думает, что до этого момента время не шло, но сейчас, кажется, зима наконец закончилась.