Здравствуйте, чувства

Меркуцио всегда хотел, чтобы его любили и хотел любить. Был готов любить до беспамятства и преданно. Генератор явно ошибся, раз сделал его таким именно в Вероне. Правительница с роскошными кудрями и прелестным личиком тоже желала любви и желала любить, но постоянства там не было. Каждый визит к ней сначала вызывал восторг и тепло в солнечном сплетении, которое течет по венам и распространяется по организму, наполняя тебя жизнью. Но затем каждая встреча, оживлявшая его, только делала хуже, опустошая. Будто встречи и не было, а была темная непроглядная дыра в груди, которая ноет и болит. Он не будет здесь особенным, даже если отличается от остальных. Меркуцио видел, что королева не выделяет никого среди жителей своей страны в плане нежности. Всех она любит и всех ценит. Каждого треплет по щеке, с каждым кокетничает, каждого увлекает к себе. Вроде справедливо, но что-то кричит, что нет, не справедливо ни капли. К тому же его не очень любили из-за его идей и тяги к знаниям. Не то что бы против этого были против, Меркуцио в глазах остальных казался очень скучным и неинтересным, оттого и пошло одиночество. В Фелиции тепло, солнечно и весело. Люди похожи на лучики: трудолюбивые и способные согреть. Главным лучом в жизни Меркуцио стала Француаза -- секретарша правительницы Фелиции. Женщина сильная, ответственная, с ясными, янтарного оттенка, слегка флегматичными глазами, врезавшимися в память. Подобно ему Француаза несколько выделялась на фоне остальных жителей спокойным выражением лица, часто без улыбки, часто могла вкинуть сарказм. Она помогла ему сбежать и устроится в Фелиции, выставив его кандидатуру на пост министра экономики в силу хороших математических навыков и добросовестности с исполнительностью. Меркуцио нравилось. Его наконец-то оценили по достоинству и приняли! Работа тяжелая, такие нагрузки впервые, но парень счастлив. Столько вычислений он не делал за свою жизнь, сколько здесь за два дня работы с бумагами и графиками. Вечер душный, такое ощущение, что тесный, как кладовка, но Меркуцио шагает по дорожкам, мощеным пыльным желтым кирпичом и улыбается людям, домам, себе. --Француаза, вечерочка!--закрыв дверь, тот проходит в гостиную, где и должна быть секретарша. Так уж вышло, что они временно сожители, будущее жильё Меркуцио строится и будет готово разве что через месяца три. Неловкости первое время хватало, но все же потом она испарилась под действием более глубокого знакомства. Француаза отвлеклась от чтения бумаг. --Здравствуй, Куцио. Больно энергично звучишь, не устал совсем?--женщина приподняла уголки губ, улыбка получилась приятной. --Ничуточки, мне жутко нравится моя работа! Я счастлив, как никогда! --Хех, могла бы я радоваться, как ты...--Та снова опустила взгляд в листы бумаги--Все же не перенапрягайся, последствия паршивые, что еще мягко сказано. --Нееет, я не перенапрягусь, это точно!--Парень отложил пиджак на край дивана и прошел за кресло, где сидела собеседница, смотря на текст в листах--Что насчет вас? Вы сами-то когда в последний раз отдыхали? --Кажется я уже говорила, что дела моего состояния--только мои и разобраться с ними я смогу одна. Тебе лучше бросить силы на собственную адаптацию в Фелиции, у тебя еще есть незакрытые моменты наподобие медицинской страховки и прочего. --Я помню, просто...все же как-то неудобно, что вы помогли мне перебраться, а я ничего в ответ дать не могу... --Хах, неправда. Ты прекрасный работник, таких сейчас острая нехватка. Тем более с техническим складом ума. Куцио, ты тот еще алмаз. Меркуцио заулыбался шире и на эмоциях обнял женщину, прижимая к себе и кладя руку на светлые короткие волосы. --Я понимаю, что ты рад, но не настолько же...--последовали попытки выбраться из объятий, впрочем ничего не помогло, это безнадежно. --Нет, настолько! Да и почему бы вас лишний раз не обнять? По-моему, вы этого заслуживаете, учитывая, сколько на вас возлагают!--Рука Меркуцио перебирала короткие мягкие пряди. --Да что ты, не льсти--Француаза все же смогла отстранится и сохранить невозмутимость, хотя и были видны черты нервов: губы поджаты, щеки приобрели более пунцовый оттенок, а рука тянется к пенсе для того, чтобы его поправить--Слушай, лучше не делай так без предупреждения, серьезно. Парень немного сжался и неловко улыбнулся, трепля прядь волос около лица. --Простите, я понял... Меркуцио не спится, хотя уже середина ночи. Он сидит за столом перед книгой, буквы плывут, смысл сказанного главным героем не воспринимается. Хочется уснуть, убежать от этого отвратительного состояния оцепенения и внутреннего холода. Может быть это все же последствия перенапряжения? Куцио чувствует ярко, что отнимает силы, к этому добавляется его новая работа. Организм похоже решил поиздеваться, привыкая к новым условиям. --Вот же...это очень подло...--Меркуцио поднялся и тихо прошел в кухню, направляясь к шкафчику, где должна была быть аптечка. Роясь в небольшой коробочке, он находит снотворное и изучает надпись о дозе. Двух будет достаточно, не отравится, это второй момент, когда он пьет это, первый был в самую первую ночь на новом месте. Таблетки оказываются во рту и заливаются водой. Оставляя стакан, парень в последний раз смотрит в окно на ночной пейзаж. Полная луна ярко освещает улицу, "белая ночь", вроде так называется? Красивый эпитет. --Куцио, почему не спишь?--Неожиданный сонный голос Француазы за спиной испугал и заставил вздрогнуть. --А...мне не спится. Я пытался заснуть, ничего не помогает...Снотворное может дать эффект, конечно, я выпил пару таблеток. --Что ж, тогда идем, шесть часов до подъема--Француаза берет его за плечо и ведет к его комнате. Уже там Куцио расстилает кровать, рассказывая о чем-то из прошлых событий еще в Вероне. Секретарша слушает, слегка смеясь и облокотившись о стену. --И вправду забавно, в Вероне все же было что-то веселое, ты достойно держался. --Да, но это не было тем, что мне нужно. А тут все и даже больше, я даже могу приносить пользу обществу. Да и люди приятные, вы в первую очередь, хех. Француаза выдыхает и прикрывает глаза и подходит ближе, обнимая того первой. Розоволосый затаил дыхание и обнял в ответ, руки немного дрожали от волнения, но крепость объятий не изменилась, она была как в прошлый раз. В груди защемило, появилось чувство наполненности и тепла. Такое бывает, когда, например, коробка заполняется предметами до верху. Щека парня опустилась на макушку Француазы. Объятие длилось достаточно долго—полторы минуты уж точно. --С-спасибо...А в чем причина?—Жар на щеках давал о себе знать и Меркуцио слегка наклонил голову в другую сторону. --Хватит болтать, иди спи, а то до утра проговорим--рука женщины треплет волосы крепового цвета и та, желая спокойной ночи, уходит к себе. Меркуцио лег на кровать и улыбался минут пять перед тем, как окончательно провалится в сон. Одно объятие, а все же сколько эмоций...Никто кажется не обнимал его так. Он надеется, что если снова ляжет поздно, то его снова обнимут.