я запомнил сон, где мы вдвоем пытали день, морили ночь

Сияет небо, свет сквозь оспу звезд Как вспышка гнева, я в своем доме гость Я ничего не могу с собою сделать Я ничего не могу с собою сделать

на улице эти двое были совершенно обычными. играли самых обычных друзей. но стоило им зайти в стены давно знакомой квартиры.. начинался ад. летела посуда, мебель и всё, что было под руками. они крепко цеплялись в волосы друг другу, раздирали руки друг друга ногтями в кровь. а если кто-то спрашивал за синяки и царапины, либо уходили от ответа, либо умело выворачивались, говоря, что делали перестановку и тащили тяжеленный диван, которым отбили все руки. настоящую причину этим ранам никто не знал и никогда не узнает.

***

день у Серёжи выдался не сахар и ему срочно нужно было выпустить пар. радовало одно, дома его ждет его личная боксерская груша, которую можно дубасить как и сколько угодно. правда, эта груша всегда не хило била в ответ. вот, он домой заходит, Ваня на встречу ему направляется, и рта открыть не успевает, как за затылок его хватают, да коленом по носу прикладывают. не успел он понять, за что получил, как удар еще один в переносицу прилетел, только уже кулаком. кровь полилась из носу, сильно так. Серёжа лыбу давит, нравится ему, как Ванюша согнулся на пополам от боли. да не долго радоваться пришлось. через секунду Серёже в живот кулаком прилетает так, что тот пуще Ванечки за живот хватается, да сгинается до земли. и началось. хватаются друг за друга, матерятся на чем свет стоит, да дубасят кулаками. мебель вся летит в разные стороны, эти по комнате мечутся, остановиться никак не могут.

Разбитой вазой я упал на пол Как в старой сказке, я не знал, кто волк Я ничего не могу с собою сделать Я ничего не могу с собою сделать

на пол одежда полетела. сорвал Ваня с Серёжи худи, да начал по голому телу бить. Серёжа в стороне не остался, Ванину футболку рывком снимает, да синяками спину начинает разукрашивать. долго они ещё не остановятся..

***

спустя полчаса яростной бойни, устали парни и бросили глупую драку. сидят полуголые посреди комнаты, да отдышаться пытаются. вдруг Серёжа Ваню к себе притягивает. Ваня думает, мол, опять бить будет, поэтому инстинктивно напрягает суставы, дабы первые удары легче перенести. на удивление, бить его никто не собирался. наоборот, Серёжа медленно начал покрывать поцелуями шею, плечи и спину Вани. каждый синяк целуя, как бы извиняясь. вдоль всех царапин проходил. не было ни одного участка, который он бы не поцеловал. любил он Ваню.

никакого насилия, только любовь.

      Я целую тело, синяки и вены Плечи в веснушках и контур обкусанных губ.