Всё

*** Арефьева встала посреди тротуара, выражая вполне конкретное нежелание продолжать дальнейший путь до дома. – Что за протест? – Маме звони. – Чего!? – удивился Рыков. – Маме, говорю, звони. Какое из этих слов тебе непонятно? – Оль, может, не надо, а? – Надо. Я не сдвинусь с места, если ты сейчас при мне не позвонишь Марине Леонидовне. – Что за детский сад? – Звони. Или это сделаю я. – Уже набираю. – Рыков с большим трудом нажимал на зелёную иконку, – Не отвечает она, Оль. – Ещё звони. – Ладно. С пятой попытки Паше удалось дозвониться до матери. – Ну? – Дома она, такси вызывать? – Щас. – рявкнула Ольга, – Пешочком прогуляемся. Паша взял её под руку, и они шли выстраивать новые отношения с Авериной. *** – Рыков, веди себя прилично. – Оля пихнула мужа в бок в ответ на его настойчивые звонки в дверь. – Сколько можно открывать? У неё двухкомнатная квартира, а идёт так долго, будто живёт в замке. – Кхм, Павлуш, я всё слышу. – сказала Марина, открывая дверь. Ольгу несколько передёрнуло от такой формы обращения. – Здравствуй, Оля. – Вечер добрый. – ответила Ольга и прошла в коридор. Она сняла обувь, помыла руки и замялась, размышляя над тем, нужно ли им это примирение. – Оля, чего ты там стоишь? К столу подходи, у меня всё готово. – Олька, правда, притащила меня сюда и тушуется. – Рыков. – цыкнула Оля. За столом разговор не клеился, Оля нервно болтала ногой, а Паша пытался разрезать мясо по-французски. – Оля, как ты себя чувствуешь? – решила разрядить обстановку Аверина. – Спасибо, хорошо. Ой, – взволнованно сказала Оля, – кажется, он шевельнулся. – Можно? – настороженно спросила Марина, опасаясь, что Оля не доверит ей столь сокровенный момент. – Да. – ответила она и положила руку свекрови на живот. – Тихо. – шепнула Оля. – Правда шевелится, Паш, иди сюда! – радостно воскликнула Марина. Паша нежно положил свою ладонь на чуть округлившийся живот, и ощутил слабый толчок. – Привет, малыш, мы тебя очень ждём! – с трепетом произнёс Паша и поцеловал Олин животик. *** – Может, по чашечке чая? – спросила Марина. – Не откажусь. А лимон есть? – Тебе в чашку добавить? – Нет, я так. – задорно ответила Арефьева, садясь за стол. Вечер прошёл гладко, Оля уничтожила запас лимонов в квартире Авериной, Паша помыл посуду, а Марина хлопотада над Олей, если бы она могла постелить перину, она бы это сделала. – Видишь, всё чудесно прошло, а ты идти не хотел. – Ольга почти валилась с ног от усталости, ей безумно хотелось провалиться в удобную кровать. Сил добраться до дома совершенно не было. – Такой я у тебя вредный. – С этим и не поспоришь. Всё-таки, что-то я в твоём воспитании упустила. – отметила Марина и сочувственно посмотрела на Ольгу. – Оленька, может, полежишь? – Спасибо, я до дома как-нибудь. – Как-нибудь не надо. – ответила Аверина и завела автомобиль. – Я подвезу. *** Пока они ехали до дома, Оля дремала, и в квартиру пришлось подниматься втроём. – Паш, где ключи? – В правом кармане, бери. Разговаривали они шёпотом, чтобы никоим образом не разбудить Олю. Аверина отперла дверь, Паша уложил Олю на кровать и заботливо укрыл пледом, оставив невесомый поцелуй на макушке из россыпи тёмных локонов. – Паш, у Оли гемоглобин в порядке? – Врач ничего дурного нам не сказала сегодня, но меня тоже беспокоит сонливость и тяга к кислому. – Знал бы ты, сколько я лимонов съела... – отшуттлась Марина. – И ещё, у Оли скоро день рождения, что ей подарить? – Новый автопарк для подстанции. – Паш, я серьёзно.