Всё

*** Паша пришёл домой в десять вечера с букетом белых роз и фруктами. – Олечка, я дома. Ты спишь? – Нет, я тебя ждала. – Оля подошла к нему ближе и обвила руками шею. – Пашка, я так скучала по тебе. Может, чем-нибудь займёмся? – А тебе можно? – Нужно. – ответила Оля и поцеловала его в губы. Их языки сплетались в страстном фламенко, и Оля стягивала с мужа футболку. Паша подхватил её на руки и отнёс в спальню. – Ты же после смены, вот что ты делаешь? А если надорвёшься? – Не до того. Оля лежала на мягкой, точно облака, постели, а громадные рыковские ладони сжимали её грудь. – Паш... – обиженно произнесла она. – Что-то не так? – Да. Я толстая некрасивая. – Где? Ты самая стройная, восхитительная и обворожительная женщина на свете. Совсем скоро у нас появится маленький, ты чего раскисла? – А вдруг ты меня разлюбишь? – Никогда. – серьёзно ответил Павел и продолжил целовать ненаглядную Олечку. – Продолжаем? – Да. Через минуту её сорочка валялась где-то на полу, вместе с нижней частью одежды Паши. Он медленно в неё входил, и плавно двигался внутри. Оля чуть прикусила нижнюю губу и простонала. – Мне было так одиноко без тебя. Ложусь на подушку, а никто не треплет локоны, не желает сладких снов и доброй ночи. – Мне тоже не хватало твоего сопения. – Рррыков. – Оля забралась на Пашу и колотила его по груди. *** Прошло два месяца, Оля использовала любую свободную минутку для прогулки. В этот день она вышла на крыльцо подстанции и вдыхала свежий воздух. На её плечах оказалась тёплая куртка с надписью "Скорая помощь" . – Оль, ты чё творишь-то? Вышла в тонкой кофточке. – Не ворчи. Мне, правда, тепло. – С носу потекло. Тепло ей. Давно гуляешь? – Только вышла. Обычно я тут курила, а теперь вот исправилась. – Ничего, скоро начнёшь. – Почему скоро? – уставилась Ольга на мужа. – Ты ведь в декрете долго сидеть не сможешь. Когда домой пойдём? – Часика через три, мне ещё поработать нужно. А на счёт декрета, я тебе не Рая. – В смысле? – теперь ничего не понял уже Рыков. – В коромысле. Я нашего ребёнка никому не доверю, даже если у него будет самая лучшая бабушка на свете. И, вообще, если судить по тебе... – начала она, но опомнилась. – Ах, значит, тебе не нравится продукт воспитания Марины Леонидовны? – Не то, чтобы прямо совсем, но кое-что я бы предала огранке. – Простудишься, ювелир. – игриво ответил Павел и поцеловал любимую в уголок губ. – Ты в декрет когда? – Через полторы недели. – бодро, несколько по-солдатски ответила Ольга. *** Арефьева послушно ушла в декретный отпуск, и хотя ей было тоскливо, она понимала, что так будет лучше. – Пока. – провожая Пашу на работу, сказала она и передала ему контейнеры с обедом. – Оленька, ты когда успела? – Мне не спалось, приготовила тебе борщ и ленивые голубцы. Не шедевр, конечно, но вполне сносно. – Ммм, хозяюшка моя. До вечера. – Ой, не подлизывайся... – отшутилась Оля. *** У Ольги безумно отекали ноги, она лежала, закинув ноги вверх, чтобы было не так больно, однако, долго она в таком положении пребывать не могла — было безумно скучно. – Малыш, пойдём что ли позавтракаем? – риторически спросила она и получила резвый толчок под ребро. – А потише можно? Больно, вообще-то. Наспех позавтракав, Оля переоделась и позвонила свекрови. – Марина Леонидовна, мне нужна ваша помощь. – ... – Хочу съездить в детский мир за вещами, мебель нужно посмотреть, коляску. – ... – Жду. *** Женщины приехали в магазин, и у Ольги разбежались глаза от изобилия детских костюмчиков, пинеток, чепчиков, поэтому их покупку она отложила на потом. Оказавшись в отделе с колясками, Оля почти сразу определилась и с моделью, и с цветом. – Марина Леонидовна, Вам эта нравится? – Оленька, у тебя роды будут в декабре, я бы присматривалась к санкам. – с улыбкой произнесла Марина. – Ой, точно. – растерянно ответила Оля.