Встретимся у тебя во сне.

— И что же было сегодня? – спрашивает парень у друга и садится на кровать. — Опять он, Дим. Я уже устал, я не могу нормально спать из-за него. — Ты же принял снотворное? Оно не помогло? — Нет. – с отчаянием в голосе вздыхает Антон. — Может к психологу всё-таки записаться? Я думаю он сможет тебе помочь. – С разочарованием произносит Позов, не зная, что можно ещё посоветовать другу. — Не хочу я к ним идти. Они мне ничем не помогут, только бешеные деньги возьмут. — Не такие уж и бешеные. Если хочешь, могу подкинуть или дать в долг. В комнате слышится смешок Шастуна. — Интересно, откуда они могут быть у тебя, если мы с тобой каждый день на пару Доширак едим и боремся за каждый кусочек мяса в нём? Хотя... Если у тебя умер какой-то далёкий богатый родственник, о котором ты даже не знал, оставив тебе всё своё имущество с бассейном, то скажи сразу. — Тогда я тебе сообщу об этом первому. – Дима смотрит на своего собеседника и искренне сожалеет парню, которому уже на протяжении полугода снится неизвестный мужчина. — Ого, да мне крупно везёт. – Усмехается Антон. — А ещё повезло, что у тебя есть я. – В комнате повисла тишина. Оба парня были знакомы со школьных времён. Они начали дружить с первого класса, когда сели вместе за парту на первом уроке. С тех пор ребята были неразлучны. Они всегда помогали и поддерживали друг друга. Большим плюсом было то, что парни жили в одном доме, правда в разных подъездах. — А что сегодня приснилось? – Решил всё-таки задать вопрос Дима. — Сегодня мы с ним на пикник ходили, – начал рассказывать Антон, пока Дима полез за ноутбуком. – представляешь, в каком-то парке, в котором я никогда не был. Но приснился и запомнился он мне очень подробно, будто я в нём каждый день бываю. — А как выглядел этот парк? – Интересуется Дима. — Ну... Трава там очень высокая. Было ощущение, что её никогда не косили. Потом дуб огромный, мы рядом с ним как раз и расположились. Лавочек там вообще не было, но было небольшое озеро. А ещё были клумбы с тюльпанами и нарциссами. — И вы были одни? – Вмешивается Позов. — Да, кстати, ни одной души там не было. – Подтверждает Антон. — И что вы делали? – Продолжает задавать вопросы Дима, одновременно записывая всё в ноутбук. Такой своеобразный дневник он начал вести через месяц, как Антону начал сниться неизвестный. Туда парень записывал внешность мужчины, а также события, в которых оказывался его друг. Спустя три месяца таких записей, парни выяснили, что подобные сны снятся Шастуну только по понедельникам. — Да ничего особенного... Пили шампанское, о чем-то болтали, смеялись, смотрели на закат, обнимались, поцеловались... — Поцеловались, говоришь? – Дима поднял глаза от экрана ноутбука и улыбнулся. — Ага. – недовольно ответил Антон, засмущавшись. —Ита-а-а-ак, – протянул Поз. – по нашим подсчётам это уже восьмой поцелуй. — Зачем ты вообще их считаешь? — А вдруг это поможет раскрыть дело? Не думал об этом? – Дима ещё давно решил, во что бы то ни стало, раскрыть своеобразное дело по снам друга. Парень видел в этом какую-то мистику, а возможно и знак. Данное импровизированное дело №1 получило скромное название: «Личный ночной кошмар Антона Шастуна». Это всё, на что хватило фантазии парней в то время. Сейчас же Позову это название так приелось, будто бы оно стало его вторым именем. — Нет, не думал и думать не хочу. – С отвращением на лице произносит Антон. Когда он поцеловался с мужчиной в первый раз, Шастун утром долго залипал в одну точку и пытался осознать произошедшее, пусть даже и во сне. И это не удивительно. Поцелуй во сне ощущался как настоящий, чего как раз и испугался парень. Он ведь даже имени того мужчины не знает, а тут вон, уже такие страсти! Часто люди сами не понимают, где именно они находятся: в мире Морфея или в мире реальном. Такое каждый раз случалось с Антоном. — Тебе не нравится с ним сосаться? – Решает задать вопрос Дима, которого он мучил на протяжении долгого времени. Шастун впадает в ступор от такого вопроса. «И что мне ему ответить, если я сам не знаю? Может, сказать как есть? А если не поймёт? Ой, это же Димка, кто, как не он, всё поймёт?» Антон заканчивает монолог мыслей в своей голове и начинает рассказ. — Мне как бы и нравится, но как бы нет. — А если поподробнее? – Продолжает допрос Позов. — Ну-у-у, – тянет Антон, – Это приятно и будто происходит наяву. Но когда просыпаешься и понимаешь, что это сон... Немного отвратительно, что ли. Не знаю даже как сказать, но это явно странно. Типа мне снится какой-то левый мужик, который общается и сосётся со мной. — На твоем месте я бы чувствовал то же самое. — Ладно, а какого числа нам в универ вообще? – Вдруг вспоминает Антон. После того, как Шастун с Димой выпустились из школы, они решили поступить в один университет, но на разные специальности. Антон по совету матери решил пойти на менеджмент, а Дима, как и мечтал, на медицинское дело. Сейчас они уже устроились и находились в общаге, проживая в одной комнате. — Третьего сентября вроде. – Задумавшись, отвечает Дима. — Жаль, осталось меньше месяца и наша свобода улетит в окно. – С расстроенным видом произносит Антон. Он встаёт с кровати, надевает куртку и продолжает. – Пойдёшь со мной покурить? — Ещё спрашиваешь? – Дима закрывает ноутбук, берёт с вешалки куртку и выходит вслед за Шастуном. ***** — Арс, с тобой точно всё в порядке? – Спрашивает взволнованный Серёжа у лучшего друга. — Вроде того. – Только и слышится из уст мужчины. — Тогда что-то точно случилось. Я же вижу это по твоему лицу, выкладывай. — Хах, ну да, ты всегда узнаёшь, если что-то не так, – Начинает рассказ брюнет. – не знаю как правильно выразиться, но мне снится на протяжении долгого времени один парень. — Парень? – с удивлением произносит Матвиенко. — Парень – подтверждает брюнет. — И что же он делает в твоих снах? — Ну-у-у, – протягивает Попов, – Мы вроде там встречаемся... — Встречаетесь? Это как? — Мы вместе гуляем, ходим в кино, спим в кровати, обнимаясь. Ещё пару раз целовались... – Арсений замолкает. — Ну вы даёте. А как его зовут хоть? — Не знаю. — Как так? — Вот так. Мы каждый раз остаёмся одни, поэтому шанс, что мы обратимся к другому человеку, нулевой. — Я слышал теорию, что можно управлять своими снами. – Невзначай вспоминает Матвиенко. — Ты думаешь я не пробовал? Всё происходит как в воспоминаниях, как будто это было год назад. Как бы я не старался, управлять не получается. – На выдохе говорит Арсений. На самом деле мужчина был удивлён реакции друга на данную ситуацию. За полгода Попов уже смирился с высокой шпалой во снах, хотя в самом начале жутко этого боялся. А здесь сидит рядом за столом Серёжа, попивает свою кока-колу без сахара и говорит об этом как о погоде. Кстати, о погоде. Арс посмотрел в окно, где шёл дождь. Для Питера это было нормальным и частым явлением, тем более сам мужчина дождь обожал. — Не знаю даже, что и сказать... А тебя это прям сильно беспокоит? — Раньше – да. Вот представь: каждую неделю тебе снится какой-то парень, которого ты даже не видел в реальности и говорит тебе о любви, обнимает. Тебе с ним вроде хорошо, несмотря на его пол, а потом звонит будильник. Ты осознаешь, что всё это было неправдой, а того подростка просто не существует. Сейчас я, вроде как, привык, но так устал от всего этого. — К психологу ходил? – Спрашивает Серёжа, понимая, что если друг и ходил, то тот ему ничем не помог. — Где-то месяц ходил, но не помогло. Психолог сказала, что я мог его просто увидеть в толпе, а мой мозг запомнил его образ и воссоздаёт во снах. — А ты точно нигде не мог его видеть? – Единственное, что после небольшой паузы спрашивает Серёжа. — Точно, я бы его тогда хоть немного, но запомнил. — А как он выглядит хотя бы? – Интересуется Матвиенко. — Ну, он выше меня, на вид ему лет шестнадцать, может семнадцать, на руках постоянно кольца и браслеты. — Не чувствуешь себя дедом? – Спрашивает Серёжка, заливаясь смехом. — Ой, отстань, мне всего лишь двадцать пять. Между прочим, как и тебе. — Значит мы оба с тобой деды. – Заключает мужчина, – Кстати, готов к своей первой лекции? Серёжа с Арсением познакомились ещё в своё студенческое время, проживая в соседних комнатах общаги. Оба парня поступили в педагогический, только Арс предпочёл стать учителем математики, а Матвиенко историком. Выпустившись из университета, оба расстались. Попов пошёл преподавать в школу, а Серёжа пошёл в универ, куда после года работы с детьми, устроился и Арс. Через пару недель начнутся занятия, к которым преподавателям нужно быть готовыми физически и морально, особенно с первокурсниками, которые только почувствовали запах свободы. — Серый, даже не напоминай. Я просто хочу верить, что ничего страшнее пятиклашек и подростков нет. — Не, они спокойные в основном и сонные. Иногда, конечно, вычудить могут, но не сильно критично. — Надеюсь. ***** — Как здесь красиво! – восклицает Антон, осматривая милое кафе, в котором он был вместе с Арсением. — Полностью согласен. Специально выбирал, чтобы тебе понравилось. — А какой сегодня повод? — Никакого. Просто решил, что нам нужно вкусно покушать. – отвечает Попов, поглядывая на милого парня напротив, который уже изучал меню. Вдруг двое парней начали проваливаться в неизвестность. В темноте ничего не видно, но сориентироваться Антону всё-таки удалось. С его стороны послышался всхлипывающий вздох. Ребра сдавливает нехватка воздуха, он судорожно глотает кислород, понимая, что так только приближает удушье, но инстинкты сильнее. Перед глазами плывут белые точки, уши заложило. Арсений с большим усилием упёрся руками в мёрзлую землю, впиваясь в неё до боли пальцами. Земля попадает под ногти и больно жжёт свежие ссадины на ладонях. Тело не слушается, будто парализовано, и только разум где-то в этой оболочке ещё жив. Он кричит, надрываясь и оглушая: — Вставай, кто ты такой, чтобы умереть здесь? Никчёмный парнишка, никчёмный человек. – произносит Попов в сторону Шастуна. Антон снова глубоко вдыхает холодный воздух, обжигающий лёгкие изнутри. Он переносит весь вес на руки и пытается пошевелить промокшими ногами, увязшими в чёрном месиве из собственной крови и глины, размоченной недавним ливнем. Волосы неприятно прилипают к мокрому от пота лба. Шаст наконец подгибает затёкшие ноги под себя и садится на корточки. В ушах до сих пор звенит, а головная боль так и давит на виски, но наш парень не из тех, кто так быстро сдаётся, никогда, ни в коем случае. Через пару мгновений Арсений почувствовал сухость и жжение в горле, а затем закашлялся. Небольшие сгустки крови летели на внутреннюю сторону ладони, пока он пытался удержать себя одной рукой. Спазмы отдавали в каждую клетку продрогшего тела. На секунду показалось, будто лёгкие сейчас окажутся на земле. Попов продолжал кашлять и давиться кровью, и каждый раз тело резко дёргалось, а череп раскалывала слепящая боль, пока наконец страдания не стали невыносимыми, а сознание затуманилось. В глазах помутнело, опять стало страшно. Антон из последних сил нащупал под рукой какой-то уступ на стене, за который смог зацепиться и поднять себя. только сейчас он заметил, что под ногами валялись многочисленные трупы, а он сам был в рваной одежде, будто опасный зверь раз за разом хватал его зубами и рвал ткань, пока от одежды ничего не осталось. Наконец у мужчины получилось сфокусировать взгляд безумно уставших глаз на людей, чьи судьбы были оборваны. Лица мёртвых оказались отдалённо знакомыми, но трудно было сказать сразу, кто все эти люди. Подул ветер. Он засвистел среди развалин какого-то здания, на секунду даже показалось, что он что-то шептал парням на ухо, окутывая холодным потоком воздуха как руками. Это немного освежило Антона и он смог придти в себя, но так и не мог вспомнить, что привело его сюда. Арс вытер пот с лица и по привычке зачесал волосы назад, крепко зажмуривая глаза. Попова будто током прошибло, он резко распахнул глаза, голова закружилась, но мужчина смотрел на бездыханное тело прямо у его ног. Это тело той шпалы. Сложно сказать, какие эмоции бушевали внутри молодого человека. Арсений впивается ногтями в свои бёдра, сдавливая кожу до ярко-красных дуг на коже. Удары сердца отдаются во всём теле, будто ломают каждую кость, пересчитывают их. Глаза застилает пелена слёз, солёные капли стекают по грязным щекам Арса и капают на одежду. На лице появились разводы от слёз, глаза неприятно щипало от песчинок земли, мужчина не прекращал растирать глаза кулаками и царапать себя. С неба начали падать редкие крупные капли, которые учащались каждую секунду. Небо тоже плакало. Оно скорбело вместе с ним. Тело совсем перестало слушаться, оно просто рухнуло на землю и сжалось, принимая позу эмбриона. Веки стали невыносимо тяжёлыми, тело снова пронзила тупая боль, сопротивляться не было сил. Антон чувствовал, что куда-то падает, но открыть зажмуренные глаза сейчас казалось чем-то непреодолимо сложным. Он не справится. Шастун вскочил в холодном поту, сбрасывая с возбуждённого от ночного кошмара тела тёплое одеяло. Его взгляд упёрся куда-то в стену напротив. Сложно было отойти от увиденного, хоть это лишь выдумки больного разума. За окном медленно расцветало солнце и наступал рассвет, по оконной раме дождь отбивал тихий монотонный такт, обратно убаюкивая тех, кто уже не спит в такой ранний час. Переместив свой взгляд он видит рядом мирно спящего Позова. — Пиздец, – шёпотом произносит проснувшийся Арсений, находясь в своей квартире. — Блять, – в полный голос говорит Шаст, продолжая смотреть в сторону Димы. ***** Наступает следующий понедельник. Антон ложится спать, надеясь, что в этот раз не будет той жести, которая происходила в прошлый раз. Утром Шаст осознаёт, что... Ничего не было? Ему ничего не приснилось... Сначала конечно он расстроился. Но парень понял, что это наоборот хорошо и на его лице появилась улыбка. Шастун сразу же рассказал об этом Димке, который недавно проснулся и завтракал бутербродами. Еда была скромной: на куске хлеба лежал один тонкий кусок колбасы. — Как думаешь, может это закончилось? – спрашивает Антон после рассказа. — Не знаю даже... – задумывается Поз, – А ты бы этого хотел? — Конечно, спрашиваешь ещё. Он меня так достал за всё это время. — Жаль, если это так, я к нему уже привык. – с грустью в голосе произносит Дима, доедая последний бутерброд. — Ага, жаль ему. А меня не жаль? – предъявляет Антон. — Не особо, если честно, – уже теперь улыбался Позов. — Понятно всё, друг ещё называется. — Конечно друг, остальные же тебя на хуй не пошлют, только я. — Что правда, то правда. Такое происходит и на следующей неделе. Только вот теперь Антону было не до смеха. Ему нужен был тот мужчина. Раньше парень этого бы ни за что не признал, но сейчас он рьяно жаждет хотя бы увидеть его. Что-то внутри него разрывалось, принося странную боль, которая не хотела проходить. — И как? — Никак. – только и отвечает Антон. — Значит, и правда конец твоих мук настал. — Скорее всего. – вполголоса говорит Антон, укрываясь одеялом. — А что это ты такой нерадостный? Я думал сейчас пойдёшь салют покупать – интересуется Димка, переживая за друга. — Настроения просто нет. — Ну ладно. – говорит Поз, после чего собирается и уходит в магазин за продуктами. Не хотелось больше давить до него и докапываться с глупыми вопросами. Любовь и ненависть всегда идут рука об руку. Где есть одно, там будет и другое. Эти чувства - полные антонимы. И повезло же Антону, который не знает, что чувствовать к этому загадочному мужчине из своих снов. Такое случается, потому что человек полон разнообразных эмоций. В таком коктейле ощущений трудно разобраться. Эти два чувства очень сильны. Чем больше Шастун думает о возлюбленном, тем больше он ослепляет его своей улыбкой и детским счастьем. Это как посмотреть на солнце, пытаясь найти его лицо, в чёрном вакууме лишь потеряв своё зрение. Он глотает слюну и сразу желает выплюнуть её обратно. Антон бродит по закоулкам своего разума в поисках ответов на терзающие его вопросы, плотно поселившиеся в сознании. Закуривает снова и снова на балконе глубокой ночью после очередного резкого пробуждения и нового свидания у Морфея. Ноги подкашиваются, и он хватается за перила, недокуренная сигарета падает вниз на капот припаркованной под окнами машины. Антона очень тяготит странная ситуация со снами. Иногда ему хочется непременно сорваться вниз с балкона, догоняя окурок, разбивающийся о мокрый асфальт. Ему хочется бегать по улицам и говорить всем прохожим в лицо: «У меня всё хорошо, лучше всех!» Но одновременно с этим он хочет сорваться на бег и задыхаться от ледяного воздуха, свистящего в ушах и обжигающего лёгкие. Парень будет бесцельно бродить по улицам и подворотням города, будет кричать изо всех сил до тех пор, пока не найдёт того самого. Но так было бы слишком просто. Ненависть. Она подкралась незаметно и оглушила, попадая в самые незащищённые места. Злоба у Шастуна отражается во внутреннем его бунте, который возникает из-за невозможности отдать всю свою любовь тому, кто её заслуживает целиком и полностью. Этот бунт изнутри разрушает его, ибо желание есть, да только возможностей нет. Агрессия в виде ненависти разъедает внутренний мир Антона, деформируя его психику. Ненависть переросла во что-то большее из обиды. Почему его так мучают эти сны? Что они значат? Кто надо ним так жесткого издевается?! ***** — Ну что, готов? – спрашивает уже собранный Дима. — Вроде того, но лучше бы мы остановились и поспали ещё, - Антон зевает. Поздно лёг, рано встал, не выспался. — Да ла-а-адно, – протягивает Позов, – сегодня же первый день. Первая пара, ты обязан прийти. — Знаю, знаю. - с печалью говорит Шастун. – Давай сначала сходим покурить, а то чувствую задницей, между парами не успеем. — Окей, давай только уже у универа, – соглашается Дима и они выходят, не забыв закрыть дверь на ключ. Через полчаса они уже стоят у ворот университета. ***** — Ну как, заряжен энергией? – Спрашивает Серёжа, замечая уже третью кружку кофе в руках у друга. — Вроде того, – только и говорит Арс, листая ленту в социальной сети. — Бля, у нас пары через пять минут. – грустно произносит Матвиенко, вставая из-за стола в столовой, – Ты идёшь или как? — Иду я, иду! – отвечает Арсений, всё же поднимаясь из-за стола, но уткнувшийся в экран смартфона. Когда преподаватели проходили через коридор к своим аудиториям, в одного из них врезались. Антон спешил на пары и влетел в кого-то, ударившись правым плечом. Неприятно. Весь мир останавливается. Две пары глаз смотрят в душу друг друг другу, не желая отводить взгляд. Антон узнаёт эти родинки, по которым однажды во сне нарисовал созвездие, соединив их обычным чёрным маркером. Он узнаёт эти уложенные волосы, похожие на сгоревший уголь, которые так любил нюхать, пока Арс спал. Парень узнаёт эти губы, которые были просто невероятные, особенно на вкус. Он просыпался каждое утро и чувствовал на губах их вкус. Губы, которые шептали ему красивые и ласковые слова, которые парень никогда и ни от кого не слышал. Они согревали душу и тело. А какая улыбка... Её Шастун запомнил лучше всего. Улыбку, которая даёт надежду двигаться дальше, заставляя смотрящего на неё улыбнуться и поверить в любые чудеса и нелепицы. Антон узнаёт эти бескрайние глаза. Голубые, как небо и океан, проникающие глубоко в душу, заставляя пробежаться мурашкам. Глаза, в которые он готов смотреть часами, месяцами, годами. И каждый раз просыпаясь, он не хотел, чтобы они исчезали. Антон узнаёт эти сильные руки, которые не желали отпускать, прижимали к себе тело как можно ближе. Антон узнаёт этот нос, который был странной, но в тоже время удивительной формы. Арсений узнаёт эти изумрудные глаза. Глаза, наполненные любовью и добротой, заставляющие весь внутренний мир перевернуться вверх дном. Зелёные, как свежая трава после дождя. Глаза, в которые мужчина любил заглядывать, общаясь с парнем или просто любуясь им. Арсений узнаёт эту маленькую родинку на кончике носа, которая каждый раз его умиляла. Арсений узнаёт эту фигуру. Благодаря росту юноша был выше Попова почти на голову, что выглядело слегка нелепо, учитывая то, что старший был доминантом. Арсений, даже с надетой на парне толстовкой, узнаёт нездоровую худобу Антона, которая каждый раз его тревожила, но конкретного ответа за полгода он так и не услышал. Арсений узнаёт эту любовь ко множеству колец и браслетов на тонкой кисти Шастуна, которую он так любил целовать. Попов подмечает для себя всё те же длинные и тонкие пальцы парня, которому мог позавидовать любой пианист. Арсений узнаёт эти волосы, которые приятно пахнут мятой, особенно когда Антон выходил из душа, помыв голову шампунем. Эти мягкие волосы могли заставить мужчину оказаться в трансе, пока его рука лежала на светлой макушке. И конечно, Арсений узнаёт эти слегка пухлые губы, которые он так любил целовать и кусать, оставляя после себя приятные ощущения. И вот они встретились. Оба незаметно ущипнули себя, чтобы проверить реально ли то, что сейчас происходит. Парни просто стояли и смотрели друг на друга, не веря своим глазам. — Ты существуешь... - одновременно произносят Антон и Арсений. Это всё, что они смогли сказать друг другу.