Суицид моей веры

— Я не ребенок, Магнус. — Тогда веди себя соответственно! Магнус прикусил губу, жалея что сорвался на крик, но когда он поднял голову, чтобы смягчить свои слова, Алека уже не было рядом. Из коридора донесся хлопок двери. Тяжело вздохнув, Магнус опустил голову на сложенные руки. Алек все чаще перегибал палку, и сейчас это было совершенно не вовремя. Маг слишком устал от бесконечной борьбы с Валентином и нуждался в тишине и заботе. В нём. Его присутствии, ответственности и упрямстве, которое побеждало всё. Даже ночные кошмары, идущие из самого детства. Верховному Магу было восемьсот лет, да и семнадцать тысяч бывших просто так не проходят. Многовековой опыт отношений должен был превратить мага в настоящего эксперта, если не больше, а в итоге им крутил семнадцатилетний мальчишка, превратив могущественного колдуна в щенка на привязи, которого можно подманить ближе чтобы погладить или пнуть ногой, в зависимости от настроения. И вот опять. Хлопок двери вместо примирительного поцелуя, механический голос, повторяющий «этот абонент временно не доступен, перезвоните позже»… Магнус ждал трое суток, прежде чем презреть гордость и написать самому. «Сладкий, я заканчиваю в 6 вечера. Увидимся?» Им стоило поговорить. Магнус знал это и даже убедил себя не открывать бар вплоть до момента радостного применения. Нарушил слово чародей только в два часа ночи. «Скажи мне, что он не спит» — попросил Магнус, впервые посылая Изабель сообщение без сладких прозвищ и кучи смайликов. Девушка ответила незамедлительно, как будто сама собиралась ему написать. Впрочем, сам ответ мгновенно разубедил мага в подобном выводе. «Вы поссорились? Братец не говорил, что собирается возвращался в Нью-Йорк». Буквы расплылись перед глазами и Магнус быстро нажал кнопку вызова. — Что ты имеешь в виду?! — Магнус? — голос Изабель звучал немного сонно, на заднем плане нремела музыка, — Что у вас случилось? Призвав на помощь все свое спокойствие, Магнус решил первым пойти навстречу. — Мы с Александром немного повздорили три дня назад. Я думал, он сейчас в Институте. В трубке повисло молчание, а через пару секунд донесся звук мощного удара хлыстом. — Прости. Так вы не уезжали в Японию? Алек присылал фото. — Это было месяц назад. Наверное, Александр хотел немного побыть один, но я волнуюсь за него. Ты не могла бы узнать как он? Голос чернокнижника дрогнул, выдавая истинные эмоции, но он быстро взял себя в руки. Завершив разговор, Магнус вышел на улицы города, не обращая внимания на позднее время суток. Нью-Йорк не спит. Он опутан паутиной человеческих пороков, вылезаюших на поверхность с заходом солнца. В клубах зажигаются вывески, демоны манят к себе доверчивых примитивных, чья жизненная энергия светится ярче неоновых надписей и гаснет быстрее перегорающей лампочки. Магнус был королем Нью-Йорка. Александр был незаметным призраком, растворяющимся в огнях страбоскопов, чтобы уничтожать зло. Искать его на улицах было бесполезно, но колдун все равно бродил по ним до семи утра, отчего ноги в дизайнерских туфлях нещадно саднили. Каждый раз, когда на горизонте оказывалась человеческая фигура, ему мерещилось, что это идет Александр. Любой звук заставлял хвататься за телефон в надежде получить ответ от него либо от Изабель. Наконец, ноги сами привели его к Институту. — Изабель? — Девушка не подняла голову в ответ на зов колдуна, невидящим взором пронизывая иконы. — Я не могла позвонить тебе, — Магнус схватился за телефон, проверяя сеть, но девушка уже исправила себя, — Такое не сообщают по телефону. А пригласить тебя не нашла сил. Тело Алека уже сутки лежит в городском примитивном морге. Без документов и личных вещей, они не смогли установить личность самоубийцы, поэтому не связались с нами. Мысли спутались. Тело?! Самоубийство?! Чародей почувствовал как сознание медленно покидает его.