Сын Божий Филипп

Последнее, что помнит Филипп — это полную темноту и свой громкий, резко оборвавшийся крик. Он даже не успел ничего подумать, как все исчезло. Полная темнота, сквозь которую внезапно прорывается огонек, маячащий где-то впереди. Давящая сверху огромная сила пропала, как и все остальное. Мальчик поднялся на ноги и, скорее по инерции, отряхнул одежду и берет. "Так вот, какая она — смерть... Что ж, видимо, все, что мне остается — это идти," — на удивление спокойно подумал Филипп, шагая по пустоте. Свет медленно приближался, пока не превратился в светлую арку, заботливо приглашающую мальчика пройти. После полной темноты, свет практически ослепил Филиппа, и тот зажмурил глаза и лишь спустя пару минут решился снова их приоткрыть. Он увидел достаточно христианскую картинку: белоснежные облака, больше похожие на сладкую вату, и высоченные золотые ворота, охраняемые знакомой Филиппу фигурой: — Вы апостол Петр, да? Старец улыбнулся: — Да, сын Божий Филипп, ты совершенно прав. — Когда родители были ещё живы, они подарили мне Библию, но она была с картинками, — тихо сказал мальчик, не решаясь смотреть прямо в глаза апостолу, — и там вы были совсем такой же. Апостол Петр, — робко поднял взгляд Филлип, — я увижу своих родителей там, в Раю? Петр погладил мальчика по голове, не убирая улыбки с лица: — Ты так быстро принял свою смерть, Филипп? Многие спрашивают, могут ли они остаться там, на Земле. И многим мы отказываем. Но ты... — задумался старец, — ты особенный. В прошлые времена тебя бы причислили к святым... — Но мне вовсе не нужно такое высокое звание, — неловко возразил мальчик. — И все равно, ты заслуживаешь того, чтобы прожить хорошую жизнь. Ты погиб совсем юным... Сколько тебе было? Восемь лет? Мальчик кивнул. — А если я тебе скажу, что ты сможешь прожить свою жизнь, но без издевательств со стороны всех остальных, и, возможно, избежишь своей смерти во второй раз? Филипп робко и недоверчиво посмотрел на апостола: — А мои родители? Они будут живы? — Боюсь, что этого мы предоставить не сможем. Они уже мертвы, понимаешь? Меняются только живые. Апостол взял Филиппа за руку и отвёл от ворот в Рай. Затем, чудесным образом, в его руках появились карточки, на которых Филипп успел заметить изображения Кайла, Кенни, Токена... — Но за счастливую жизнь нужна своя плата. Нужно выбрать кого-то, кто будет страдать вместо тебя. Филипп отшатнулся, но, немного подумав, негромко сказал: — В целом, над всеми ребятами в моем классе издевались по какой-то причине. Давайте попробуем вытянуть наугад? Вряд ли что-то кардинально поменяется. — Ты уверен? Выбрать можно всего лишь один раз. Мальчик немного помолчал и кивнул: — Да, я уверен. Карты сами по себе перемешались и самая верхняя перевернулась, и на ней красовался Баттерс. — Ой... У него и так жизнь не сахар, зачем ему еще и мои страдания? — испуганно пискнул Филипп. Апостол вопросительно взглянул на мальчика, ожидая окончательный вердикт. Филипп отвел взгляд и дрожащим голосом сказал: — Я... Я отказываюсь. Я не хочу жить, зная, что кто-то так сильно страдает из-за меня. Мальчик отошел назад к воротам. Старец вздохнул и бережно потрепал волосы Филиппу: — Знаешь, раньше я думал, что святые — выдумка для дурачков. Но, кажется, я встретил сегодня настоящего мученика. Прямо как из Библии. И пусть ему всего восемь лет, не у каждого младенца такая же чистая душа. Филипп снял берет и поклонился старцу: — Это большая честь для меня, сэр, слышать такие слова от вас. Апостол улыбнулся и продолжил: — Ты прошел проверку. Мы бы не дали тебе вторую жизнь, но мы бы смогли создать ее иллюзию для тебя, с условием, что ты неминуемо попадешь в Ад, когда вернёшься... Но ты сделал правильный выбор. Золотые ворота со скрипом отворились и мальчик услышал что-то, похожее на пение ангелов: — Иди вперед, сын Божий Филипп. Твои родители ждут тебя там, в Раю. Они соскучились по тебе.