Пост скриптум

Был погожий летний день. Ничем не примечательная деревня посредине нигде в окружении полей и лугов, на которых пасутся стада коров. Люди, что работали в поле.  Молодой мужчина полулежал, прислонившись спиной к стогу сена, прикрыв глаза. Когда над ним нависла тень он лениво открыл левый глаз.       — Поговорим? Раздался длинный вздох и шелест платья. его собеседница уселась рядом.       — Поговорим, — ответила она чуть хрипловатым голосом.       — Как ваше ничего? Нигде ничего не болит? — участливо поинтересовался он, открыв правый глаз и повернувшись к собеседнице.       — Почему ты спрашиваешь? — на лице его знакомой застыло выражение, присущее человеку, подозревающему что-то нехорошее.       — Я, прежде всего,  врач, и мне нужно знать самочувствие своей пациентки.       — И все? — недоверчиво спросила девушка.       — И все, — ответил юноша ей в тон, — без подтекста, двойного толкования слов и всего прочего Ну, так что?       — Для человека, побывавшего одной ногой в могиле, я чувствую себя… превосходно, — ответила она после длинной паузы.       — Замечательно, — в голосе юноши было полное удовлетворение от услышанного.       — Почему?       — Почему что?       — Почему ты спас меня и вылечил?  Ты ведь …       — Да, — ответил он, — и что?       — Ладно. Попробуем по другому, — ответила девушка со вздохом, очевидно раздраженная ответом, — ты — герой. Борец с силами зла и так далее. Член отряда героев, бросившего вызов повелительнице тьмы. То есть мне. Вы прорвались в мой замок, почти убили меня, оставив подыхать под завалами от ран и магического истощения. Затем ты нашел меня в глубокой коме от всего пережитого, в тайне от своих дружков вывез меня в это место, где залатал все мои раны и выхаживаешь уже полгода. Так ответь мне…  ради какой тьмы ты делаешь это?!        — Вообще-то семь, — последовал ответ. юноша, в более цивилизованных частях королевства известный как один из героев, тихо вздохнул. Он знал, что эти вопросы будут заданы. Слишком диссонирующие поступки, идущие вразрез с тем, что его знакомая знала и видела.        — Это не ответ!        — Да. Вот ответ. Один из, — он развернул левую ладонь вверх. Темный сгусток пламени потрескивая, устремился в небеса. На правой горел его собрат желто — белого цвета. Шокированная повелительница тьмы, официально — мертвая, а на деле — очень даже живая, пораженно уставилась на силу своего сородича, считавшегося светлым настолько, что пробы ставить было некуда.        — Как? — только и выдала она придушенно. Слишком шокирующие были откровения. Юноша начал рассказ. Неторопливо, обстоятельно, не упуская детали. Грянувшие незадолго до его рождения чистки темных магов, на которых повесили все беды, случившиеся с королевством. Его мать, бывшая бастрючкой одного из знатных темных магов, и пребывавшая в хозяйском доме служанкой, и потому — спасшаяся лишь чудом и благодаря вмешательству его будущего отца. Про свое рождение и грянувшую восемь лет спустя чуму, унесшую жизни родителей и многих  его знакомых и друзей. Свое стремление стать целителем и медленный, но упорный путь наверх, чтобы выполнить обещание спасать жизни нуждающихся, данное на братской могиле погибших. Академия, знакомство с ее директором и будущими сопартийцами. Первый выход в поле, чуть было не ставший  последним. Дальнейшая учеба, встреча с собратьями и тайная помощь им, рискуя всем, крохи добытых с неимоверным трудом знаний, путь проб и ошибок в познании своих возможностей. Королевское испытание, официальное вхождение в свиту Избранника света, и заключенный договор о его участии в злоключениях до победы на повелительницей тьмы. Рейды на территории темных. Первая влюбленность и ее трагичный, но такой закономерный финал. Героям нужен стимул для свершений. Глухая ненависть к организаторам этого фарса, когда правда вскрылась и понимание собственного бессилия. Накаляющаяся обстановка и начало войны. Хаос, боль и кровь. Все дальше на острие атаки. штурм цитадели зла, последняя схватка. Поиск в развалинах непонятного чего и случайная находка решившая все. Закрытие договора и отбытие в деревню.       — Остальное… ты наверно знаешь и сама, — подытожил он.       — И что теперь? Вопрос его знакомой был закономерен. Все же… зная все, что знал он, месть была. закономерной.       — Я буду делать то, ради чего и пошел когда то в академию, — спасать жизни вне зависимости от их вектора силы и  его наличия. Что до остальных причастных к тому, кем я стал … — на лице юноши проступила злая усмешка, — высшая степень неудовольствия — невмешательство. Всю твою казну доставили в столицу.       — И?       — Ты в курсе, что она была проклята?       — Я… твою ж душу! — чертыхнулась повелительница тьмы, — так и знала, что та старая рептилия, что сторожила сокровища, как то прокляла их! А…что вообще это было? — Катализатор. Возгонка человеческих грехов. Действует только на волшебников. Я засек ее  в ходе проверки… и зарекся брать в руки  хоть что-то. Витиеватая трехэтажная ругань была ответом. Особенно от ситуации, в которую светлые загнали себя сами, по собственной глупости. Общеизвестно, что золото крайне инертно к магии людей, но магия драконов другое дело, и не проверить на нее, решив что там просто не может быть подвоха, так как золото валялось в замке повелительницы тьмы…мда. А Ведь она была не лучше… вот только ее спасло то, что тогда ее интересовала  голова потерявшего берега дракона, а не его золотые безделушки, после отправившиеся в сокровищницу и забытые за ненадобностью       — Что до тебя… то ты теперь вольна идти куда захочешь и когда захочешь, — произнес целитель. Как последний аргумент. Повелительница тьмы глубоко вздохнула, принимая решение. Вопреки расхожему мнению, совесть у нее была. Как и  понимание, что своему темному родичу она задолжала жизнь, а долги, она привыкла отдавать.  К тому же, ей было дико любопытно увидеть как светлые  дружно перегрызутся между собой. Желательно — с безопасного расстояния.        — Я остаюсь, — произнесла она твердо, — по крайне мере, пока. И надеюсь, что наши… предупреждены?        — Разумеется, — ответил целитель, тонко улыбнувшись, — лучше предупредить заранее чем лечить последствия. Идем? — произнес он, вставая и протягивая ладонь своей знакомой.       — Ага, — ответила она, сжимая ладонь родича и поднимаясь с земли, — Идем. Целитель улыбнулся. Кто бы что не говорил, но вынужденное одиночество  ему осторчертело. Плюс, повелительница тьмы была без дураков красивой, и он убил немало времени чтобы вернуть все как было до ее схватки с его, пожалуй, уже бывшими товарищами, с которыми его связывал лишь выполненный договор. Свой выбор он сделал и отступать не собирался.