Скажу как сильно люблю тебя

Можно ли сказать, что Чонгук простил Юнги до конца? Скорее нет, чем да. И хрен с ней этой Италией, но мечта то просрана. Конечно, Юнги вряд-ли когда-то об этом узнает, да и сам Чонгук не хочет, что Мин об этом знал. Но каждый раз, проходя мимо знакомого магазина музыкального оборудования, Чон готов выть от того, насколько сильно ему хотелось и хочется хорошую гитару. Вот только теперь придётся ещё как минимум несколько лет угробить на это. Не то чтобы Гук так сильно на этом зацикливался и то и делал, что винил Юнги. Нет, совсем нет. Просто он действительно не понимал почему так произошло. Да, Мин получил достаточно много денег за проект, но Хосок ему сказал, что он мог отказаться от этого, ибо не раз так делал. Тогда Чон не понимает, неужели нельзя было отказаться от прямого сотрудничества? Какую-то долю тот бы всё равно получил, потому что его имя есть в списках соавторов. Спросить Чонгук так и не нашёл сил, считая, что пора это оставить в прошлом, а Юнги больше не заводил тему на счёт этого.

***

В очередной раз Мин пришёл к Чонгуку, дабы провести вечер вдвоём, но Мин отошёл готовить им ужин, так что у Чона было немного времени на подготовку к завтрашнему экзамену по предмету самого строгого учителя у них в универе, который сейчас готовит для них ужин. Конечно, старший никогда не заваливал его на экзамене, поскольку большую часть времени они просто разговаривали друг с другом, и только пару минут Гук отвечал на какие-то самые лёгкие вопросы. Самый любимый из всех: "Как зовут мою маму?", на который Чон, благо, ответил верно. — Хэй, Чонгук-и, о чём ты так задумался? Чонгук немного вздрогнул, почувствовав руки Юнги на своём торсе, ибо действительно слишком углубился в изучение конспектов, что даже не заметил старшего рядом. — Повторяю материал на твой завтрашний экзамен, — немного с издёвкой сказал Гук, переворачивая страницы тетради одну за другой. — Правда? — Мин слегка прикусил мочку уха Чонгука, услышав как тот хмыкнул. — Учитель Мин, как вам не стыдно снова развращать вашего студента? А что если он недостаточно подготовиться к завтрашнему экзамену, м? — Чонгук закрыл тетрадь, отбрасывая её в сторону, что не прошло мимо внимания Юнги. — Я готов до конца года тебе автоматы ставить, и ты это знаешь. — Знаю. Чон осторожно убрал руки Юнги от себя, повалив его на кровать, рядом со столом, нависая над ним и устраиваясь между его ног. Кто бы мог подумать, что строгий профессор и его студент, которые всегда холодно к друг другу относятся в универе, сгорают друг в друге каждый вечер. Если бы Чонгуку сказали, что он в будущем будет трахать своего профессора по ненавистному предмету на любой поверхности дома или университета - он бы не поверил и ещё бы добавил "Ты дебил?". — Скажите, учитель Мин, — Гук склонился к уху старшего, сразу понижая голос. — Вы ведь вчера на паре сидели все 1,5 часа, краснея. Вас так впечатлила моя рубашка с вырезом? — Чонгук едко усмехнулся прекрасно понимая, что прав. Он знал, что Юнги метался между "отчитать за такой прикид" и "Чонгук, у тебя есть пол часа перемены". И это его забавляло. Забавно было наблюдать за тем, как тот сдерживается, чтобы не посмотреть именно на этот вырез. — Ах ты мелкий-.. — не успел Юнги закончить свою фразу, как почувствовал холодную руку Чонгука на своих уже оголённых бёдрах. Чонгук будто змей искуситель, заставляет свою жертву отвлечься на его тихий шёпот, теряясь в реальности, а после делает так, что не можешь и слова произнести от того, насколько хорошо. Конечно, Гук спокойный, рассудительный, иногда невнимательный, забавный студент художественного факультета, но сторону "Поймать и трахать" (Юнги сам до этого сравнения додумался) Мин просто обожает. В такие моменты он ощущает доминантность Чонгука, от которой крыша едет. — Тебе ведь нравится, когда я заставляю тебя голос срывать подо мной, да? — Чон полностью снял с Мина джинсы вместе с нижним бельём, откидывая их куда-то на пол, наслаждаясь той картиной, которая уже не первый раз радует его взор. — Нравится..очень.. — на секунду Юнги почувствовал, как у него начинают дрожать коленки, наблюдая за тем, как Гук достаёт смазку из-под подушки и размызывает её на пальцах. — Ты готов? — Чонгук знает, что Юнги испугается, если он будет делать всё резко. Старшему очень важна подготовка, хотя и долгие ласки тот ненавидит. Поэтому Чон всегда предупреждает его перед тем, как собирается что-то сделать, и всегда делает это максимально осторожно. — Более чем, — Юнги хоть и не видит, но чувствует, как Чонгук разводит его сжатые коленки в стороны, осторожно прикасаясь к колечку мышц. — Чонгук, я доверяю тебе.. На Чона это действует как катализатор, поэтому после этих слов он надавливает пальцами и проникает внутрь сразу двумя, поскольку знает, что Мин готовился к его приходу. Это было понятно по смазке под подушкой, ибо та всегда лежит у него в тумбочке, но не под подушкой. — Я так чертовски люблю тебя, Юнги, ты даже представить это себе никогда не сможешь, — Чонгук по выражению лица Юнги понимает, что тому приносит дискомфорт растягивание, поэтому всячески отвлекает его поцелуями в чувствительные места. — Ты весь для меня, — младший плавно вошёл по самые костяшки, сгибая пальцы внутри. — Чонгуууук~ — Юнги вцепился в плечи Гука, выстанывая его имя раз за разом. Чёртов мелкий паршивец знает все его чувствительные точки, знает всего его до мелочей, чем активно пользуется. — Я..Ах, боже, блять.. Гук остановился на трёх пальцах, но поняв, что старший уже готов, вынул их снова выдавливая смазку из тюбика. Приспустив свою одежду вместе с нижним бельем, парень стал растирать смазку по члену не в терпении. Только вот он снова повторяет себе "Не смей сделать ему больно". — Золото моё, — Чон приставил головку ко входу, склоняясь над Мином, чувствуя как тот тяжело дышит. — Я вхожу, — дождавшись одобрительного кивка, Гук приподнял бёдра старшего, плавно входя пока что наполовину. — Расслабься, жизнь моя. Я не сделаю тебе больно, — после этих слов Чонгук вошёл уже до конца, давая Юнги привыкнуть. — Чонгук, я.. — Мину всегда безумно неловко из-за того, что он буквально превращается в лужу под таким властным Гуком, но сделать что-то с собой просто не в силах. — Я верю тебе.. Эти слова стали своеобразным зелёным светом для Чонгука, который уже медленно начал двигаться, ловя стоны Юнги нежными поцелуями. Только когда Мин полностью расслабился, Гук позволил себе ускориться, сжимая бёдра до красных следов от пальцев. Чонгук знает каждую чувствительную точку, каждый миллиметр кожи старшего им обследован. — Обожаю когда ты такой послушный для меня, — Чонгук усмехнулся, целуя старшего в лоб, не прекращая двигаться, а наоборот ускоряясь. — Обожаю тебя всего до безумия. Юнги слышит это всё и разум говорит пока. Всё, что он сейчас может это позорно срывать голос, слушая этот блядский шёпот и закатывая глаза от наслаждения. Тело сейчас его не слушается, потому что у него единственный хозяин - тот, кто сейчас заставляет видеть звёзды перед глазами. И ведь Мин может с лёгкостью кончить только от таких умелых прикосновений; иногда старший ругает себя за такую чувствительность, но что он может сделать? При виде такого Чонгука у него ноги подкашиваются, заставляя становится перед ним на колени. Старшего это раздражает, но ничего не остаётся кроме как подчиниться. — Гук-аа~ я..скоро..ах!~ — Знаю, золотой, — Чон снова едко усмехается, опуская руку на член старшего, подстраивая движения рукой под толчки. Он снова на долю секунды взглянул на Юнги, но этого было достаточно, чтобы увидеть самую прекрасную картину из всех, что он видел: такой замученный Мин, который отчаянно пытается вцепиться в плечи Чона, чтобы не потерять связь с реальностью, и такой блядско стонущий. Точнее, тот уже хрипит, поскольку сорвал голос. Юнги имел всё-таки какую-никакую выдержку, ибо с предыдущими партнёрами был исключительно в роли актива, но с Чонгуком он даже не рассматривал свою возможную доминантность. С ним Мин буквально теряется, не зная что делать, но старший доверяет Чонгуку так, как не доверяет себе. Юнги знает, что Гук не позволит себе сделать ему больно и это он доказал ещё в первый их раз. Да, это было внезапно, но Чон был аккуратен, а это для Мина было важнее всего. Вот эта нежность к нему заставила его сейчас наплевать на свою выдержку и излиться в руку Чонгука. Тот в свою очередь кончил следом, всё ещё оставаясь внутри. Оба безумно выдохлись, оба слышат сбитое дыхание друг друга, но оба не находят в себе силы отлипнуть друг от друга. Они ещё пару минут позволяют себе лежать двигаясь, и только потом Чонгук первым обессиленно падает на другую сторону кровати. Как только Мин ложится на грудь Гука, на тумбочке вибрирует телефон, на котором высветилось "Валера". — Что ему опять надо? — Юнги нахмурился, всё же отвечая на звонок, потому что знает, что Хосок может приехать сам если ему не ответят добровольно. — Хосок, сьеби на Марс на ближайшие сотню лет, чтобы я тебя не видел! — старший откидывает телефон обратно на тумбочку и поудобнее устраивается на груди Чона. — Зачем ты так с ним? Может, что-то важное? — посмеялся Гук, осторожно перебирая пальцами волосы Юнги. У него это странная привычка, который Мин даже не противиться. — Куда более важное я хочу у тебя спросить сейчас, — старший попытался прокашляться, чтобы не так сильно хрипеть, но всё тщетно. — Например? — Чонгук, Тэхён и Хосок мне всё рассказали. Ты ведь копил на свою мечту, Гук, — голос Юнги дрогнул, но он мысленно надеялся, что Чонгук пропустил это мимо своего внимания. — Почему ты не сказал? — Потому что считаю, что это не главное. Но я совру, если скажу, что полностью отпустил эту ситуацию Мин промолчал, прекрасно понимая намёк. И ведь он это заслужил. Чёрт, да если бы он знал чем Чонгук пожертвовал ради этих путёвок - кинул бы всё и сорвался к нему. А ведь даже всё это время он не чувствовал вины за содеянное. Кажется, впервые ему так стыдно перед Чонгуком. — Чонгук..как я могу исправить свою ошибку? — Исправить свою ошибку? — Гук усмехнулся, выводя только ему понятные узоры на плече Юнги. — Завтра мы пойдём мне за гитарой. — Ах ты мелкий хитрец — А что? Всё честно, — подмигнул Чон, всё ещё издевательски усмехаясь. — Ладно, как скажешь. Пойдём за гитарой. Только не отдаляйся от меня.. Что ж, в их отношениях появилась первая трещина. Интересно, сколько ещё таких трещин будет? Никто не знает. Но то, что их отношения изменятся - это неоспоримый факт. И все прекрасно понимают в какую сторону, даже сами Юнги и Чонгук.