Студенческий проект: Стресс

— И мы, разумеется, должны сдать это до того, как мы сдадим проект «Б», ведь в чем тогда суть букв, если они даже ничего не значат? Вообщем, если мы сдадим проект " Г» раньше проекта «А», то он подумает что мы жульничаем! И не поверят нам, а может и вовсе за ложь выпрут с уни– я вот одного не понимаю, для кого я тут распинаюсь?! Роберт злобно посмотрел на полностью расслабленного и явно не слушающего его полную стресса речь Сашу. — Роберт, ну ты че? Не надо сразу столько всего планировать, нам бы хотя бы одно дело сделать. Будем делать все по порядку… " А», «Б», может даже " В»… — Может даже?! — округлил глаза Роберт. Он раскхаживал назад-вперед по комнате, дрожа и кусая зубы. — Эх… — Саша вздохнул и потянул соседа на кровать, усаживая его рядом. — Ну ты че? Мы молодцы, и вообще у нас столько времени осталось… не парься ты так, — уже в сотый раз он произнес. Саше самому было не очень хорошо — от одной мысли о профессорах, оценивающих их проекты и требующих долги что-то в животе скручивалось, а коленки дражали. Но с Робертом он не сравнится — он, итак был человеком достаточно экспрессивным, а конец года с кучкой экзаменов и дедлайнов масштаб проблемы только усугибили и сводили беднягу с ума. Чего Саша не ожидал, так это уткнувшегося ему в плечо Роберта — тот прижался к нему щекой и сжал в кулаках хлопковую рубашку. В Сашином окружении физический контакт был большим табу, особенно у мужчин. Те редко прикосались друг к другу, а осмеливших любителей тактильности выставляли на смех. Но чувствовать тепло другого человека, ощущать костяшки смуглых рук и щекочущие кожу волосы было удивительно приятно. Он почувствовал, как на одежде остаются следы от слез. Странно, Саша совсем не заметил, что Роберт плакал. Ему никогда не доводилось успокаивать других людей — разве, только с сестрой были некоторые казусы, и те были не часто. — Ты в порядке? — Нет! Нет, блин! У нас куча всего… куча разных вещей, которые надо сдать… успеть… я не могу, понимаешь! Я думал… мы же всего на первом курсе, да?! Я просто хотел программировать, я не хотел столько всего… мне не нужно это все… Роберт посильнее прижался к боку соседа и уже полностью обнимал. Обычно он уважал границы Саши — тот всегда казался тем человеком, которому навряд ли бы понравились объятья и нежности. Но сейчас, Роберт нуждался в физическом контакте. — Ты… черт, эм… Мне жаль… Саша неловко приобнял Роберта, положив руку ему на талию. И что нужно было говорить в такой ситуации? — Мне тоже сложно… но эй, в школьные годы было сложнее… и вообще, с зимней сессией справились? Справились! И с этим справимся. Ты молодец, Роб. Ты эта… о боже, как стыдно. Пчелка. Ты трудолюбивая пчела. — И это значит, — подрагивающим голосом спросил Роберт, — что мои проекты это мёд? — Ага. — Мне нравится. По ощущениям очень долгие минуты, а может часы — а может, секунды, — они провели так: обнимаясь и держась друг за друга в столь тяжелой ситуации. Но Роберт первым отпрянул, смущенно закусив губу. — Ты это, прости что я со своими обнимашками… — Я не думал, что это скажу, но мне понравилось. Лицо Роберто озарилось и вернуло свой типичный игривый румянец. — Значит ты не против пообниматься со своим любимым соседом еще немного, а? — Ну нет, тут ты уже далеко захо– Ладно, тебя уже не остановить. — Неа. Ты как медведь. — Это я-то как медведь? Удивительное сравнение — Роберт занимался спортом и в целом был спортивного телосложения, от чего у него были плечи и грудь широкими. А вот Саша был задротом, чтящим скорее книги — хрупким и дрыщавым. — Да. Роберт сказал это так жестко и серьёзно, что желаниес спорить совсем пропало. Саша более уверенно обхватил соседа и чуть ли не замурлыкал — это было так приятно. Он просто обнимался со своим другом. И это просто, по-человеческому хорошо.