Счастье не в истинности

      «Ты серьёзно? Как я оставлю Артёма сейчас?» — возмущённо произнёс Максим.       «Что ты предлагаешь мне сделать? Дмитрий заболел и мне не с кем лететь, я бы рад взять кого-то кроме тебя. Увы, нет такого человека. К тому же отец будет с ним эти три дня. Да и три дня не так уж и много. Хочешь я позвоню ему и всё объясню?» — ответил Андрей.       «Не надо, я сам. Ещё и отец. Три дня не так много, да. Ты даже не представляешь, что происходит с Артёмом: его настроение меняется быстрее, чем я понимаю, что оно в принципе сменилось. Просто не представляю, как они будут уживаться».       «Вот ничего страшного, отцу полезно сменить обстановку. Где-то Тёма на него поворчит, где-то утешит, а может отец сам поворчит или подумает не только о себе и поддержит омегу. Короче, я уверен они разберутся. И это будет им на пользу!» — давая понять, что разговор окончен, Андрей вышел из кабинета Максима.       «Нужно попробовать поспать», — ложась в кровать, думал альфа. Рядом Тёма мило сопел. У альфы же сна не было ни в одном глазу. Ему не хотелось оставлять Артёма даже на каких-то три дня. Андрея тоже подводить не хотелось. Альфа понимал, что для продления этого контракта Андрею просто необходима помощь и присутствие альфы. Конечно с ним будет Марк, но его недостаточно для решения всех вопросов. Артём воспринял новости мужественно. Максим видел, что омега расстроен и немного растерян. Альфа понимал, что сейчас совсем не время его оставлять, но выхода у него не было. Он как мог попытался успокоить омегу, обещал быть на связи и поговорить с отцом о его достойном поведении. Всего этого было бы достаточно, не будь омега так уязвим сейчас. Артём начал гормональную терапию восемь дней назад. Эффект был хороший. Так говорил Антон Борисович. Уже на второй день Тёма отреагировал, у него начались перепады настроения — он мог смеяться, а через минуту плакал на плече у альфы. Ночью же его могло бросить в жар или начинался озноб. Всё это по сути проблемой для Макса не было. Он прекрасно справлялся со всеми трудностями.       Было ещё одно изменение. Более интимное, личное. Артём почти всегда хотел секса. Он набрасывался на альфу как только тот приходил с работы. Иногда требуя ласки, а порой животного инстинкта. Максим уже давно поговорил с врачом о занятиях сексом с Тёмой. Оказалось всё очень просто, секс будет как с бетой, разве что в их случае можно допустить вязку с узлом. Омега есть омега и его тело создано для узла. Теорию альфа изучил давно, а вот с практикой была беда. С бетами спать ему не доводилось, а с его Тёмой было банально страшно. Макс боялся навредить или сделать больно. И пусть тысячи врачей скажут ему, что это безопасно для омеги, Макс всё равно будет чего-то опасаться и бояться. Он чувствовал себя трусом и неудачником, но пересилить себя не мог.       Альфа мучил себя и омегу до тех пор, пока Артём не начал терапию. Тёма был настолько не удовлетворён, что в одну из ночей просто заставил Максима брать и делать. На самом деле альфа не сильно сопротивлялся. От такого напора омеги, у него оставалось не так много выдержки, а страх и сомнения уходили на другой план. А когда на деле всё оказалось гораздо проще, совсем не опасно, более того, безумно приятно, Макс совсем расслабился. И последующие дни и ночи были потрясающими. Секса в их жизни стало много. Альфа был счастлив вновь обладать омегой вот так. Понимать, что он твой целиком и полностью, только твой и только для тебя. Это было восхитительно. Сам процесс подготовки был некой прелюдией и Максим полюбил это. Ему нравилось доводить Тёму почти до пика, ощущать его дрожь и безумное желание, а потом медленно брать, продолжая сладкую пытку.       Вся эта неделя была просто сумасшедшей. Артёму оформили больничный отпуск, в таком состоянии он просто не мог работать. Максим на работу ходил, но старался уйти как можно скорее. Благо его должность и положение позволяли это делать. Иначе омега просто бы сошёл с ума от собственных эмоций. Не зная, куда себя деть от таких диких перепадов. И вот сейчас самолёт уже через пять часов. Макс до сих пор не спал. Вроде бы не стоит так переживать. Тёма сильный и справится. Тем более ближе к десятому дню он должен более-менее успокоиться. Об этом написано и говорил врач. Как можно перестать волноваться? Как не переживать? За своего такого родного, любимого, нежного, хрупкого омегу. Пусть и три дня. И конечно Тёма не будет один. Отец был не в счёт, Макс считал его больше проблемой. Может и зря. В последнее время он стал куда мягче и сговорчивее. И альфа надеется, что эти три дня отец будет вести себя сносно. Он попросил Стёпу и Сашу по возможности заезжать к Тёме и отцу на ужин. Отцу нравилось беседовать со Степаном и даже немного поменял мнение о психологах. Александр же мог поддержать любую тему в разговоре, разбавляя всё шутками, а также он мог прекрасно поддержать Артёма. Макс знал, что Тёме очень симпатизирует Саша, он был такой открытый и светлый как будто ещё не знал горестей и бед в жизни. Хотя все знали, что его жизнь была не такая лёгкая и светлая, как казалось на первый взгляд. Несмотря на это, он мог зарядить всех своим оптимизмом и позитивом. И Тёма всегда был ему рад.       «Отец, если Артём говорит, что ветеринар ни к чему, значит он и правда ни к чему. Да он разберётся в собаках, тем более в своей собаке. Так, я прилечу уже завтра и мы с тобой съездим в ветеринарную клинику, хорошо? Всё, отстань от Тёмы с этой темой. Я позвоню позже. Пока».       «Они меня сума сведут, отец решил, что Уголёк заболел, хочет вызвать ветеринара на дом, а Артём упёрся и не согласен. А мой телефон просто разрывается от сообщений Тёмы и звонков отца», — жаловался Андрею Максим.       «Да ладно тебе, они мирно прожили два дня, осталось немного. Переживут они, а ты уж подавно. Я даже удивлён со слов Юрия (очередная омега-сиделка), наш отец просто золото. Вёл себя отлично. Да и Артём в присутствии Юры был спокоен и мил. Так что расслабься, скоро будем дома», — ответил Андрей.       «Да, Степа мне тоже говорил, что всё там в порядке. Я рад, что мы решили все дела и завтра будем дома, ты заберёшь отца завтра или отправить его на следующий день?»       «А ты даже мысли не допускаешь, что он решит остаться у вас? Ты никогда не думал, что я тоже могу уставать или что у меня тоже может быть личная жизнь? Макс, это не предъявления, просто я подумал, вы ведь сейчас не плохо ладите. Почему бы и нет, вы ведь можете пожить с ним у него или взять его к себе. Ты ведь знаешь, что лучше ему не станет. И оставлять его одного просто страшно».       «Слушай, я ведь и правда об этом не думал, прости. Ты как-то всё это взял на себя, переехал к отцу, а я принял за должное. Я конечно помогаю, но об этой стороне и не думал, хотя Тёма пытался до меня это донести. Ты же знаешь, до меня как до утки. Извини, я обязательно исправлюсь, братишка».       Совсем недавно у старшего Альфы вновь случился микро инсульт. Врачи, не утешая, говорят, что сосуды головного мозга отца повреждены. Этого уже не изменить. Он пьёт лекарство, следит за давлением, старается избегать стрессовых ситуаций. Максим видит, он старается и совсем не хочет умирать, как любой разумный человек. И отцу страшно стать беспомощным инвалидом. Он исполняет всё, что говорят врачи. Андрей переехал к нему, и Максим принял это как должное. Ведь его младший брат всегда был ближе к отцу. Это казалось таким правильным, что Макс даже не подумал, что у Андрея и правда есть своя жизнь. Точно такая же, как и у него. В которой есть проблемы. Альфа знал, что они есть. Ещё на новогодних праздниках, прилетев с отдыха, Макс понял, что что-то случилось. Был виноват истинный Андрея. И Максим это знал. Андрей молчал, а Макс не допытывался. Сначала ждал, что брат расскажет сам, а потом и вовсе забыл об этом. Какой же он всё-таки эгоист. Он ведь даже не спросил, не поинтересовался случившимся. Причина была ясна как белый день. Он просто был немного счастливее.       Весь путь домой, летя в самолёте, он думал, как странно устроена жизнь. Как только человека немного отпускает его горе или беда, он перестаёт быть одиноким в душе. Чувствует себя счастливым и наконец начинает дышать свободно. Он невольно начинает отдаляться от тех людей, с кем пережил самые тёмные времена своей жизни. Кто день ото дня был рядом, и до сих пор рядом. Но близость становится иной. Она больше не на том уровне. Человек будет стараться быть ещё счастливее и строить свою жизнь, забывая обо всех. Создавая видимость и небезразличие к другим жизням. Нельзя сказать, что Максим ни о ком не думал, думал, просто недостаточно. Причём Андрей скорее всего так не считает. Так думает сам Альфа. Артём ведь намекал, и пытался сказать. Но Максиму надо в лоб. Он понял и изменит ситуацию.