Провал или успех

Черная машина свернула на парковку больницы, о чем Лиам сразу же сообщил Скотту. Тео немного подождав, когда хозяева выйдут направился туда же. Подъехав к зданию, парни почти выпрыгнули из пикапа и направились внутрь здания. В больнице было не очень много народу, что улучшало ситуацию. Заметив девушек, Тео повернулся к Лиаму. — Иди, предупреди Мелиссу, нужно эвакуировать больницу, я пойду за ними. — не став ждать ответ Лиама, Тео направился следить за девушками подходящими к лифту. Данбар же послушав Рейкена, направился к Мелиссе. Тео шел за девушками на достаточном расстоянии. Когда парень увидел, что сестры вызвали лифт, Рейкен дождался пока они зайдут внутрь, в после побежал по лестнице на второй этаж. Простояв пару секунд там, он понял, что девушки поехали выше — на третий. Пока они не успели далеко уйти, химера поднялся на следующий этаж. Отойдя от лестницы Рейкен заметил девушек, заходящих в одну из палат. Обрадовшись, что он не потерял их из виду, Тео подошёл к палате. Заглянув за дверь палаты, которая осталась приоткрытой, Рейкен заметил парня, которого он недавно спас в лесу. Мальчишка спал. Взрослая девушка наклонилась к пациенту, а после стала его душить, видимо избавляясь от свидетеля. А одноклассница Лиама стояла рядом, не двигаясь, наблюдая за ее действиями. Когда показатели парня стали ухудшаться, Тео решил вмешаться. Открыв дверь койот зашёл внутрь палаты и взглянул на удивлённых девушек. Рейкан всей душой надеялся, что Лиам успел предупредить Мелиссу и многие люди успели уйти. Глаза девушки, в черных перчатках, загорелись алым цветом. Костюм находившийся на ней, стал разрываться, из тела стали вырастать черные лапы, а ноги уменьшались в толщине и покрывались черным цветом. Быстро среагировав, Тео выбежал из палаты. Существо вот-вот готовое стать пауком, вышло за ним, ломая своим телом проход палаты. Оборотень становился все больше и ужаснее. Сердце Тео издало непроизвольный, выбивающиеся из ритма удар. Медленным шагом, отходя от существа, Тео стал прислушиваться к происходящему в больнице и первое, что он услышал — это звук пищащего кардиографа, который оповещал о чьей-то смерти, этот звук разносился из ближайшей палаты. Его все-таки убили. Позже Тео услышал звуки уезжающих машин, которые все дальше и дальше отдалялись от здания, а потом почти во всей больнице наступила тишина. К этому времени паук принял истинный облик, что никак не помогало химере сейчас. Присмотревшись Рейкен заметил фигуру, подходящую к лифту, которая стала нервно нажимать на кнопку вызова лифта. Эта девушка не была главной целью, но ведь она помогала оборотню и ее нужно было поймать. Среагировав на это, Тео двигаясь назад, стал рушить все, что находилось с боку, тем самым преграждая путь к нему, правда для оборотня это не стало особой проблемой. Сзади послышался быстрый топот, приближающийся к химере. Спустя пару секунд появился Лиам, чему койот несомненно был рад. — Лиам, беги в морг — крикнул Тео, не оборачиваясь на подростка — твоя одноклассница направилась туда, тебе нужно ее поймать, ну или хотя бы остановить. Лиам хотел возразить, но моментально обдумав ситуацию, побежал вниз.

***

Наконец стало прохладно. Лёгкий холодок, находившийся в этом помещении, окружил Лиама. Стены морга были тёмно-синего цвета, а лампы, придающие жуткость этому помещению, светили слабым белым цветом. Принюхавшись Данбар учуял запах своей одноклассницы и побежал в его сторону. Длинные коридоры начали сводить с ума Лиама, а резкие повороты — до смерти раздражать его. Заметив новый поворот Данбар заворачивает в него и в прямом смысле натыкается на нож, который теперь протыкал оборотня. Девушка отпустила рукоять оружия и победа вперед. Лиам качнулся, ноги стали более ватными, но все ещё могли удерживать оборотня в горизонтальном положении. К сожалению это был не просто нож, он был пропитан аконитом. Внутренности стало разъедать. Сконцентрировав всю злость в руках, Лиам вытащил лезвие и выкинул его в сторону. Из отверстия сильнее потекла кровь, более темная — отправленная. Времени оставалось все меньше, Тео нужна была помощь, медлить — нельзя. Кое-как Данбар учуял запах, которые стал приторнее благодаря ее страху, но с такой дырой было тяжело его не терять. Девушка тем временем бежала, отдаляясь от оборотня все дальше по коридорам. Добежав до огромных дверей, девушка вошла в достаточно крупное помещение, в котором не оказалось окон или других выходов на поверхность. Направившись обратно, двери захлопнулись прямо перед носом. Лиам нашедший откуда-то швабру, засунул ее в ручки дверей, тем самым не давая ей открыться. — Эй! — послышался голос по ту сторону комнаты — выпусти немедленно, это не законно. Лиам, не обращая внимания на крики Поли, стал искать мебель, чтобы ещё больше забаррикадировать дверь, чтоб уж наверняка. Приметив небольшую тумбочку — находившуюся в другой комнате, оборотень качаясь направился туда. С огромным трудом Данбар довёз тумбу до дверей и придвинул к ним ещё чуть ближе. Проверив конструкцию Лиам зажал кровоточащую рану рукой и побежал наверх.

***

Подниматься по лестнице стало сложнее. Голова кружилась, ноги подкашивались. Опираясь обеими руками об поручни, Данбар поднимался все выше. На втором этаже Лиам услышал звук открывающейся входной двери снизу и знакомые голоса стаи, а после оглушающий удар, раздающийся сверху, заставивший оборотня ускориться. Наконец преодолевши лестницу, Лиам увидел Тео — сидевшего на полу, облокотившись об стену. На той стене осталась вмятина, глубокая вмятина. Сердце Лиама кольнуло. Стало неприятно. Данбару было непривычно видеть такого Тео. Его глаза были закрыты, а грудная клетка ели поднималась. Лиам помнил, что стая уже здесь, сейчас ему нужно задержать Кумо, чтобы она не съела Рейкена. Подобравшись ближе, оборотень не пытался бить, он запутывал паука в своих же ногах. Первые пару минут у него это получалось, но позже дыра в теле дала знать о себе ещё сильнее, из-за чего Кумо смогла ударить и откинуть Данбара подальше, также впечатывая его в стену, чуть дальше от тушки, лежавшей там уже несколько минут. Боль в теле стала невыносимой, хотелось все бросить и убежать, чтобы не чувствовать этого больше никогда, но он не мог. В нескольких метрах от него лежит Тео, которые так и не очнулся. Но разве Лиаму не все равно? Разве Лиам должен ему помогать? И разве все дело в ответственность? Или в чем-то другом? Лиам встряхнул головой и попытался подняться, но ноги подкашивались. Попытавшись ещё несколько раз он понял, что не может подняться. Оглянувшись он увидел приближающегося паука. Его глаза сверкали красным цветом и чувствовалось, что он несомненно рад такому исходу событий. Но не успев приблизиться, сзади показалась вся стая, во главе — Скотта Макколла. Даже Питер изволил появиться. Теперь пауку было все равно на подростков — валяющихся у стены, теперь у него были другие проблемы. Дальше Лиам ничего не видел и не слышал. Не драки, не криков — н и ч е г о. Перед глазами был только ели дышащий Тео. Приподнявшись на локти Лиам пополз к нему. Двигаться по холодному полу было неприятно и больно, а позади него оставался кровавый след. Приблизившись к химере, Данбар сел и взял его руку, проверяя пульс. Услышав небольшие удары, Лиам стал его трясти за плечи. — Тео! — ответа не последовало. Лиам уже был зол. Немного собравшись Лиам зарычал — ТЕО! — рык сам по себе должен быть громким, но его скорее всего никто не услышал, слава богу, кроме Тео. Он и предназначался только для него. Рейкен открыл глаза, очень медленно, размеренно, а Лиам обрадовавшись, схватил Тео за руку, пытаясь забрать его боль. — Потерпи — уже прошептал Лиам. Оборотень пытался перемещать руку, наклонять, брать обе, но ничего не получалось. Смотря на эту картину Тео улыбнулся. — Мне не больно — сказал койот наблюдая за тем, с какой скоростью меняются эмоции Лиама. — Что? — Данбар всматривался в черты лица Рейкана и не мог понять, врёт тот ему или нет. Перестав пытаться забрать боль, Лиам стал трогать его тело, пытаясь найти рану или что-то подобное, чтобы хоть как-то помочь. А Тео продолжал с нежностью наблюдать за оборотнем, когда-то ненавидевшим его, а сейчас пытавшимся спасти ему жизнь. Приподняв свою руку, он кистью провел по острым и на данный момент очень напряжённым скулам подростка. — Тео я не понимаю, что нужно делать… — Данбар поднял голову и посмотрел на лицо химеры в отчаяние и тут же испугался ещё сильнее. Из ушей и носа койота текла ртуть — какого черта? Я не думаю что это хорошо! — Лиам начинал срываться, гнев стал вырываться наружу, хотелось убивать. Тео заправил прядь волос, мешающую по его мнению подростку и все ещё улыбаясь опустил руку и взглянул в глаза Лиаму. Он часто смотрел в глаза оборотня и всегда подмечал их красоту. Раньше он не мог себе позволить долго в них смотреть, а сейчас, почему-то осмелел и продолжал в них тонуть. — Все хорошо волчонок, все хорошо. Тео закрыл глаза и головой облокотился о стену больницы. Лиам проследил за этими движениями не шевелясь, внимательно изучая механизмы лица Рейкена. Затем по щеке Тео стекла слеза, оставляющая на его лице след цвета — ртути. Спустя ещё мгновение Лиам понял, что сердце напротив не бьётся. Спереди стало тихо. Слишком тихо. В случившееся не хотелось верить и он не верил. Сердце в груди Данбара больно сжалось, стало трудно дышать. Пальцы согнулись в кулак, а рана нанесённая когда-то ножом перестала ныть. Стало больно выше, где-то слева, под ребрами. Хотелось царапать свою плоть, чтобы достать этот ненужный орган и вырвать его к чертям. Глаза загорелись жёлтым, а по щекам потекла соленая жидкость. Руки сами по себе стали ударять об пол, разбивая свои костяшки и превращая их в месиво. Лиам бил всё сильнее и сильнее. Но больно все ещё было где-то, внутри, а не снаружи. Дальше все было как в тумане, он не помнил, как его оттащили от мертвого тела химеры. Он не помнил, как оказался сидящим в коридоре первого этажа. Зато сердце все ещё помнило ту боль, а внутренний волк скулил и ныл, никак не помогая хозяину. Послышался голос Мелиссы. Она вроде как позвала его к себе, чтобы залатать раны. Из кабинета вышел Кори, смотрящий на Данбара с сожалением, что делало ещё больнее ему. Давая понять оборотню, что это все не дурной сон. Что он не проснется в своей кровати, а завтра вновь не увидит того, чьим присутствием пропиталась жизнь оборотня. И чей запах засел глубоко в голову Лиама. Данбар поднялся с лавочки, стоящей в коридоре и медленными шагами направился в кабинет Мелиссы. Забавно, несколько недель назад, он шел в ту же комнату, этой чертовой больницы. Лиам машинально обернулся, в надежде увидеть уходящую химеру, но к сожалению, там был лишь пустой коридор. Лиам заходит в палату, залезает на стол. По лицу вновь начинают стекать слезы, а голова фантазирует, что Тео любезно отказался от осмотра и уехал куда-нибудь подальше от этого места. Мелисса подходит к столу. От нее начинает пахнуть скорбью, что усугубляет положение Данбара. Но она ничего не говорит по этому поводу. Она понимает и лишь просит снять порванную футболку, а затем лечь на стол. Всю процедуру Лиам лежит и не двигается. Он не чувствует, что происходит вокруг него, он даже не чувствует, как ему выжигают остатки аконита. В голове лишь меняются воспоминания о парне, так сильно раздражающим, когда-то Лиама. И оборотень не понимает, как он посмел умереть. Почему он не дождался помощи. И почему он бросил его. Он сам отправил Лиама вниз, а Данбар должен был знать что один он не справиться. Тогда какого черта — Лиам сейчас лежит живой здесь, а Тео мертвый где-то в морге. Данбар считает себя идиотом, послушавшемся химеру. Если бы он не побежал за Поли, то может Рейкан сейчас сидел бы в коридоре и ждал бы своей очереди. А может направлялся бы куда-то в лес, на время залечь на дно.

***

На следующий день, Лиам избегает людей, особенно кого-то стаи. Он пока не готов разговаривать ни с кем, кто мог хоть на немного упоминать о Тео. Он выходит из дома. Кое как добегает до больницы, на парковке которой все так же стоял знакомый пикап. Лиам залезает внутрь, на переднее пассажирское сиденье и вдыхает аромат, давно пропавший всю машину. Он поворачиваться назад и видит зелёное худи химеры. Лиам берет его в руки и вдыхает его. Затем он натягивает кофту на себя и закапываться лицом внутрь, закрывая глаза. Так он сидит некоторое время, а после в чужой кофте выходит и направляется к дороге. Он идёт сбоку шоссе, ближе к лесу, нюхая чужое худи. Если бы Тео узнал, что оборотень взял его вещь и тем более надел, то он бы переломал ему пару костей. Напоминая о том, чья же это вещь. В мыслях о Тео, Лиам и не заметил, как подошёл к повороту в лес. Он прошел по тропинке, поднял ветви и прошел внутрь. Поле не было больше жёлтым, теперь его цветки стали белыми, круглыми. Лиам аккуратно зашёл внутрь поля и сел, прямо посередине него. Взглянув на небо, он увидел огромные скопления облаков из которых он стал собирать фигуры. Рейкен бы точно подшутил над этим и назвал бы его ребенком. Стало грустно. А после подул ветер и от когда-то прекрасных цветков остались лишь голые ножки. Зато вокруг белые семена стали кружить, создавая очень красивую картинку придавая этому месту ещё большей загадочности.

***

Лиам сидит на одуванчиковом поле, рядом с могилой покойного друга. Бывшего врага, ставшего хоть ненадолго но прекрасным человеком, с которым было трудно, но весело и приятно общаться. Жёлтые цветки все так же ярко пылают во всей своей красе. Лиам часто приходит сюда. Ему нравиться просто сидеть и наблюдать рядом с Тео, за природой этого место. Никто не смотрит на него с грустью. Никто не пытается впихнуть ему свое мнение. Здесь он может быть собой. Здесь ему хорошо. Именно здесь ему хочется провести остатки своих дней. И не из-за того, что здесь покоится человек, который понимал его, хоть и не давал этого понять. А потому что здесь действительно красиво. Ему больше не больно. Не так сильно. Прошло чуть больше года. А Лиам все ещё приходит сюда и разговаривает с химерой. И дальше будет приходить на это поле и вспоминать, все что связано с человеком покоившимся в этом месте. Это поле навсегда останется их местом. Он никому не расскажет о существовании этого мирка. Мира только для Тео и Лиама.