Белая Ворона

-Как же мне надоело патрулировать этот чертов речной берег! Неужто ль босс думает, что какой-нибудь идиот намеренно подойдет к полному лагерю наемников со стороны реки? Это ж как у человека мозги отбить надо? Да и воняет тут порядком. Наемники уже час расхаживали вдоль илистого укрытого тонким слоем зеленых водорослей берега речки с мутно-зеленой и дурно пахнущей водой. Сложилось такое ощущение, что вдоль границ с Северным Ирилом чистых речек и озер не бывало со времен драконов и виверн. Казалось, что каждый водоем пропитался запахом и вкусом войн, гнилых тел и крови, которую неустанно проливали на Севере последние три года едва ли не каждодневно. Трупы на покореженных постройках и ветвистых больших деревьях встречались в последнее время чуть ли не чаще, чем обитающие в местных лесах лисы, чей рыжий мех пользовался небывалым спросом у знатных эрлесс на Южных островах. Долговязый и жилистый наемник время от времени попинывал раскинутые по берегу мелкие камешки, проклиная командира и его обязательные вахты. Шагающий рядышком приземистый и широкий в плечах парень недовольно закатывал глаза и молча выслушивал причитания то и дело прикладывающегося к бурдюку товарища по вахте. Краус ему лично не нравился: вечно причитающий, раздражительный, нервный и истеричный мужик с кривым длинным носом, маленькими свинячьими глазками и впалыми щеками, этот человек был в состоянии вывести из себя даже их бугая Шлота, который славился завидным терпением к любого рода истерикам. Да и голос у наемника был противный, похожий на звук скрипучих половиц, которые постоянно скрипели в старом доме, где он жил до этого. -Слышь, коротышка, может это, пойдем уже в лагерь – жрать охота что просто жуть! - потянулся Кроу и демонстративно хлопнул себя по животу. -Босс сказал, что до смены караула мы никуда не уйдем. – Строго, со всей ответственностью заявил Джос, поправляя грубую перевязь с арбалетом. -Ты просто перед боссом красуешься, недоросток. – фыркнул мужик. Джос, по его мнению, был слишком уж занудным малым. – Кто тут шастать-то может, после всего произошедшего-то? Иль, ты думаешь, маги опять внезапно нарисуются? Да ладно тебе: они же не такие мудаки, как их бывший лидер. Вот он был мудак из мудаков! -Ты думаешь, что все равно маги где-то рядом обитают? – насторожился парень. Магов никто не любит, даже на словах. -Хах, ишь как напрягся, полурослик! – посмеялся мужчина – Да нет их тут уже давно. Али выпендриться перед капитаном решил, мага поймав? – противно сощурился, словно хитрый лис. -Вот начерта он нам нужен? Только если показательно с него, шкурку-то спустить. -Ишь, какой ты, однако-то, затейник. Вот прям и спустишь, если босс прям попросит? И прекрати своей рыжей башкой мотать. Бесишь, волосатик! Парень отрицательно замотал головой, после чего ощутимо врезал в бок «провокатора». Пока тот, проклиная «полурослика», тер отбитый бок, да ругался аки последняя скотина, арбалетчик обогнал его на пару шагов, да отцепил от пояса небольшой обходной фонарь. -Я просто пытаюсь хорошо выполнять свою работу. Босс не любит, когда отлынивают – насупился парень, деловито щелкая кресалом, поджигая огарок за дырявыми железными стенками -Знай, что маленьких коренастых и волосатых мальчиков босс не любит. Ему нравятся сисястые и безотказные бабёнки из борделей. Как и мне. – Гордо вздернул нос Краус и противно так рассмеялся. Джос же подумал, что хорошо было бы этот нос сломать, да не раз, а зубы выбить. Вот только кулаки свои упорно не хотелось о его лицо портить -Иди к черту, тупой ты свин. У меня в отличие от тебя борода уже растет, и мне не нужно нажираться как скот, перед тем, как идти лапать первую попавшуюся пастушку. – Толкнул крепким плечом мужчину и пошел патрулировать себе дальше. Патрулирование на задавалось: ничего кроме летающих над водяной гладью мух и иногда пробегающих мимо больших крыс не попадалось. В воздухе стоял смрад, состоящий из застоялой воды и сгнивших растений на мутной глади, а гнетущая тишина лишь усиливала ощущения того, что на этой мертвой земле помереть можно как пить дать. Джос то и дело вертел между пальцев арбалетный болт, в надежде себя развлечь, а Краус же недовольно хмурился и потягивал кислое вино из бурдюка. Берег был ровный, без кочек, без лежащих на берегу коряг. Только вот все равно что-то заставило арбалетчика запнутся и смачно выругаться. Заинтересованный в том, чтобы найти причину своего падения на илистый и грязный берег, парень недовольно поморщился и зажег висящий у него на поясе фонарь. То, обо что он запнулся, оказалось серой, распухшей рукой с синими, вздувшимися пальцами, из-под ногтей которых сочились капельки слишком уж вязкой крови, вперемешку с желтой мерзкой жидкостью -Чего ты там нашел? Труп очередной? – Краус не любил, когда приходилось задерживаться – мало того, что шансы вернуться обратно к себе и проспать до утра становились все прозрачней, так еще и трупы они находили слишком уж часто. Трупов мужчина очень не любил. Джос аккуратно раздвинул куст, из которого торчала рука. Тело, в наспех штопанной и поношенной охотничьей куртке, в подранных штанах, без какой-либо обуви, с разодранными в кровь ногами лежало лицом в землю. Парень поставил рядом с телом фонарь, опустился рядом с трупом и поднял голову за путанные сальные волосы. -Труп как труп, но больно уж свежий. – Нахмурился - Даже чересчур. – Арбалетчик всматривался в поросшее бородой лицо с кривым и уродливым шрамом через всю правую щеку, который перебирался на лоб и пересекал сломанный нос. В отличие от серой руки, кожа у трупа была немного бледнее обычного - лишь местами на ней проступали синяки и кровоподтеки. Да и простых царапин за глаза хватало. -Может местный? - Неохотно отозвались напротив - Хотя, нет: местные, обычно в такую глушь не забегают даже под страхом смерти - Согнулся рядышком пехотинец, натужено кряхтя и причитая -Я вот все думаю. Раз он свеженький такой, то давай у него куртку заберем? Она хоть и ношенная, но равно добротная. - на этих словах он потер между пальцев грубую ткань на грязном лацкане. -Ты уже настолько сбрендил, что уже у трупов одежду забирать вздумал! – Зашипел на него парень. Осквернять трупы в его родном краю считалось чем-то немыслимым и позорным – труп тоже уважения достоин. Не каждый, но в большинстве своем. -Нам, живым, нужнее. А ему равно проку нет – мертвый ведь. – С ноткой пьяной радости пытался переубедить Джос, словно они не труп собираются обирать, а очередного неуклюжего пройдоху на рынке. «Мертвый» неожиданно резко дернулся, стоило только начать стягивать рукав куртки. От неожиданности парень резко отпустил волосы, а долговязый от страха протрезвел и достал из сапога нож. Обычно, трупы не имели привычек оживать. Вот ни разу такого не было! -Наг меня дери! Оно живое! – Выругался испуганный мужчина и ошалело поглядел на тело под ногами. От неожиданности даже ругательства свои родные забыл, кои были бы очень кстати. -Что теперь делать будем? – Джос удивленно взирал на еле живого «трупа» у ног своих. Живой, то живой, но вот если ничего не сделать – откинется, как пить дать. Если даже не от ран, то от голода –то точно. Если кровью или желчью своей раньше не захлебнется. Или пока немногочисленные волки не растащат живьем. Есть еще куча способов помереть. Не услышав ответа, покосился на мечника: тот вел себя, словно девица, что впервые кровь на простыне свей увидала, да и смириться с этим не может. Еще чуть-чуть и маменьке плакаться побежит. Одним словом - истерил -Да что тут думать! Прирежем его и дело с концом! Мож он разбойник какой или вообще преступник сбежавший? – Подумав, немного, добавил, но уже тише – А вдруг, он вообще маг! -Да погодь ты! - толчок под дых, дабы унялся – Ты это у трупа выяснять собрался? Нельзя добивать источник информации, дуралей. Давай лучше у него и узнаем, кто он и какого лешего тут помирать вздумал Краус злобно фыркнул, а Джос перевернул человека на спину и потянулся за деревянной флягой с водой. Приподняв голову незнакомцу, он стал постепенно вливать воду в приоткрытый рот, стараясь, чтобы бедняга не задохнулся и не подавился. «Труп» дернулся и судорожно разошелся кашлем, выплескивая изо рта воду. Тело его прошибла крупная дрожь, а человек пришел в себя: Теперь на Джоса смотрел ошалелым взглядом один широко распахнутый глаз, второй же открывался плохо, словно его предварительно просмолили. Он судорожно вцепился в руку с фляжкой тонкими костлявыми пальцами. Джос мог бы поклясться, что на пальцах не было ни кусочка мышц – одни острые кости. -Помогите – жалобно заскулил человек, глядя на ошалевшего парня – Больно – он зажмурил глаза и уткнулся лбом в колено Джосу, словно побитая псина – больно… -Еще бы больно не было – проворчал Краус, тыча пальцем в покрытую кровью и грязью щиколотку человека – Столько костей себе переломать, да и подрать так. Слушай – обратился он к арбалетчику - давай его просто упокоим и все, чтобы не мучился? -Ты совсем сдурел! Я говорил тебе, что он может быть полезен. -Полезен? Помочь? Поможет еще, как же! Себе-то помочь не смог! – Зло посмеялся наемник, поддевая его распухшую руку носком сапога: ибо руками трогать брезговал целиком и полностью. -Краус! -Не, ну а что? Убей его и все. Да ты посмотри только на него! Может он раб чей-то и сбежал, а ты его покрываешь сейчас? – На этих словах Джос почувствовал, как человек едва заметно напрягся. Что-то было не так. Но решил промолчать. -Ты его видишь вообще? Ты бы и в лучшем состоянии уже сдох где-нибудь в лесу, а этот же как-то выжил. Значит, не с проста -Боги твои помогли? -Да даже если так, то что? – Злобно процедил парень. «Вот же верун тупоголовый» -И что ты делать предлагаешь? – Если не можешь переубедить, то придется смириться и терпеть -Давай я за командиром сбегаю, а ты с ним посиди, мож расскажет, что. Только я тебя прошу, не прирежь его, пока я бегаю, иначе я тебе лично болт в ногу засажу, да насквозь – Джос обвинительно ткнул пальцем в сторону раздраженно сложившего руки на груди собрата, кривившего губы в выражении отвращения. Ситуация ему не нравилась. Мало того, что этот полурослик ему указывает, так еще и теперь угрожает. Мужчине на секунду представил, как притопал в бордель с простреленной ногой, и это представление ему не понравилось. Можно было конечно соврать шлюхам, что это от ранения в бою, но постоянно боль испытывать, пока вжимаешь продажную девку в кровать не хотелось -Твоя взяла – за задохликом я присмотрю. Только давай быстрее. Джос высвободил запястье, ногой аккуратно подвинул фонарь ближе к телу, и сорвался с места, стремительно возвращаясь в разбитый в лесу лагерь. Краус же опустошал до конца флягу с кислым вином и цветасто ругался, глядя на потерявшего сознание едва живого человека. Последнее, что помнил человек, перед тем как вновь упасть в пропасть собственных кошмаров, были голоса и недовольное ворчание над самым ухом. А потом была острая и до ужаса кошмарная боль. Человек кричал, извивался, срывая нечеловеческими звуками голос, а сильные руки продолжали причинять ему нестерпимую и мучительную боль. В одну из этих рук он до боли в челюсти вцепился зубами, ощущая, как рвется под его зубами грубая кожа. Еще боли, и его рот наполняется металлической вязкой кровью, а к горлу подступает желчь. После очередной волны боли, он впал в беспамятство окончательно. Деревянная перекладина и светлый полог шатра – первое, что удалось разглядеть чужестранцу, стоило только разлепить налитые свинцом веки. Глаза болели от яркого света, льющегося сквозь отверстие в пологе, тело била дрожь, а в голове было подозрительно пусто, словно в ней ничего не находилось. -Проснулся, болезный? – Человек аккуратно повернул голову в направление звука, боясь любым способом сломать и без того тонкую шею, едва держащуюся на плечах. Его взгляд уперся в дешевую дырявую хлопковую ткань юбки, натянутой на круглые смуглые коленки. Выше поднять взгляд сил не было. Но и ученым быть не надо было, чтобы смекнуть – женщина. -Откуда же ты такой болезный на нашу голову то свалился? Думали, помрешь ты тут, ан нет – мал клоп, да живуч. Босс от всего этого не в восторге. Но что поделать – на лоб легла теплая смуглая ладонь – Джос убедил. Если бы не он, помер бы ты незамедлительно. Если не от холода и голода, то от ран своих то точно. Скажешь что-нибудь? В ответ женщина получила неуверенное покачивание головой в знак отрицания. Горло нещадно саднило, словно его подрали изнутри тысяча диких кошек. -Ох, орал ты знатно, пока мы пытались тебе руку отрезать. Умудрился даже нашему крепышу руку зубами подрать, а у носатого до сих пор в ушах звенит. Глаза удивленно распахнулись в осознании этой странной легкости, охватившей левую половину тела. Он попытался пошевелить левой рукой, но та не отзывалась. Пошарив правой рукой под слоем одеял он нащупал плечо и медленно повел ладонью вниз: кожа была горячей и влажной на ощупь, под ней, по ощущениям четко проглядывались остатки мышц и тонкие кости, и чем ниже ладонь двигалось, тем сильнее сердце билось и хотелось закричать. Горячая ладонь тем временем опустилась чуть выше локтя, и костлявые пальцы нащупали, грубо стянутую нитками к едва выступающей кости, кожу. Руки не было. -Как ты вообще умудрился с такой рукой проходить? Эй, слышишь меня? Мужчина никого не услышал – просто закрыл глаза и отвернулся, засыпая снова. На сегодня ужаса ему хватит. Когда он проснулся снова, света не было: по навесу, под которым он лежал, барабанил каплями дождь, а до обоняния доносился запах сырой травы и грязи, вперемешку с дымом от недавно затухшего костра. Тепло рядом морило и вызывала желание опять уснуть и проснуться уже дома, в окружении любимых склянок, трав и цветных шелковых закладок, игриво выглядывающих между страницами недавно купленных книг. -Да, болезный, спишь ты как убитый – насмешливо пропели прямо в ухо, и теплая узкая ладонь, лежащая до этого на плече, перекинулась через грудь – Третьи сутки беспробудно Женщина поднялась на локте и подперла смуглой ладошкой щеку. Теперь мужчина мог разглядеть ее: хитрые раскосые темные глаза, тонкий нос и замершие в усмешке тонкие губы выдавали в ней жительницу Сирая – такую же хитрую и острую на язычок. -Ты кто? – не нашел ничего лучше спросить человек, смущенно отводя глаза от обнаженной полной груди, едва ли прикрытой тонким одеялом. -Я Граньи, болезный. – усмехнулась женщина и похлопала его по изувеченной руке. –, Зови меня просто Гри, или «женщина», на худой конец, если не выгонят тебя сразу. Я та женщина, что тебя уже третий день собой греет, так что, мы с тобой, более чем знакомы. – посмеялась она, вновь укладывая голову на плечо изумленному мужчине и засыпая снова. -А – мужчина открыл было рот, когда Граньи вновь поднялась и на этот раз стукнула его ладошкой по лбу. -Да дам я тебе одеться завтра, болезный, не переживай – Возвела глаза к небу женщина, видя, как цвет лица у «болезного» меняется столь же стремительно, как и погода где-нибудь на Западе. Тот, казалось, смотрел на все, кроме женщины. Из вредности, женщина дернула его за мочку красного, как маков цвет, уха и, морально довольная, устроилась спать. Этот парень ее определенно забавлял. Утром дождь закончился. И стоило ему только закончиться, как косматый, наспех одетый, исхудавший мужчина вылез из отведенной ему палатки, и еле шевеля перемотанными желтыми полосками импровизированного «бинта» ногами, поплелся к капитану, придерживаемый под руку местной шлюхой. Капитан оказался агрессивным и злобным на вид мужчиной: у него было исполосованное белесыми шрамами лицо, большая квадратная челюсть, кривой нос, кустистые густые светлые брови и злой взгляд темных глаз, от которого хотелось съёжится. -Значит, так, потрудись объяснить мне – начал капитан, не отрываясь от точильного камня - Зачем мне оставлять такого крысеныша, как ты? – Он провел по мечу камнем, высекая из наго яркие красные с золотым искры. – Если даже ты и лекарь, то ты абсолютно бесполезен без руки. Так что же мне и ребятам моим мешает просто тебя не утопить в ближайшей реке или продать? - На секунду отвлекшись от занятия, он одарил жмущегося у порога оценивающим взглядом и хмуро добавил – Хотя, за такой кусок дерьма много денег не выручишь. -Мессир – Неуверенно попытался начать мужчина, но его едва разборчивый лепет прервал рык капитана -Мы не рауте мамзелей кадрим! Без формальностей давай! - И раздраженно добавил – И поторапливайся давай. - Хорошо – кивнул мужчина, набирая воздух в грудь для более уверенного разговора - Я лекарь. И учился быть лекарем всю свою сознательную жизнь. Чтобы готовить припарки и варить настойки, мне не нужно иметь двух рук. Это все вполне можно провернуть и с одной – сноровка решает. -А как насчет таких вещей, как зашивание и промывание ран у людей? – Покосился капитан. – Об этом думал? -Я… можно попросить кого-то о помощи мне. В отряде же нет настолько тупых, чтобы не понимать указаний –и тут же осекся, опустив глаза в импровизированный «пол», как это делают провинившиеся дети. Он понял, что одним предложением оскорбил всех, кто состоит в этом отряде, включая их командира. Командир же, сделал вид, что пропустил фразу мимо ушей и продолжал расспрашивать. -А с чего мне знать, что ты настоящий лекарь? Может ты просто засланный в наши ряды убийца, которого для достоверности свои же и покалечили. Чтобы спящего зарезать и двух рук не нужно – Капитан отложил точильный камень, взял в руки меч и навис над хрупким мужчиной во всей своей пугающей мощи, раздувая ноздри и тяжело дыша через рот. -А если я докажу? -И чем, же докажешь, крысеныш? -Если я о болезнях расскажу, вы мне постараетесь поверить? – Поднял глаза и неуверенно пробубнил целитель, поправляя сползший с костлявого плеча рукав большой для него рубахи трясущейся рукой. -Уж постарайся – процедил капитан, вставляя меч в ножны. Целитель облегченно выдохнул и стал пристально осматривать мужчину. Прикасаться он не рисковал – еще руку оторвёт. -Вам нос переломали, и довольно давно, повредив его шибко, поэтому Вы и не можете нормально дышать через него, и предпочитаете дышать ртом. Вредно это – задохнуться недалеко. У вас белки чуть желтоваты: Вы пьете настойки из корня крамидии, чтобы спать крепче, но она дает побочный эффект. Я бы лучше бы заваривал белоцвет и росину – они абсолютно безвредны, да и после них не пить, словно в последний раз. А еще, я бы делал припарку из листьев черной астры и королевского корня на лицо – они помогают быстрее затянуть раны и шрамов почти не оставляют. – От тарабанил мужчина, смотря в глаза капитану. -Это каждая деревенская собака знает, а что-нибудь посущественнее скажешь? – зыркнул на целителя капитан, поведя плечами. Целитель в ответ сощурился и что-то неразборчиво пробубнил себе под нос. Взгляд его скакал от головы капитана к ногам и обратно, то и дело останавливаясь то на плече, то на правом боку. -Печенка и ключица – тихо проговорил косматый -Чего? -У Вас ключица неправильно срослась. Кость слишком сильно на плече выпирает. С рукой поэтому проблемы. И у Вас слишком живот выпирает, при всем уважении – кашлянул в кулак целитель, затравленно глядя на недовольного сказанным капитана – И ткани грязные в углу говорят, что крови у вас слишком много выливается. – Кивнул в сторону корзины с небрежно уложенными туда тряпками с яркими красновато-коричневыми пятнами - Надо печень лечить – и тут же замолк, уставившись на нервно потирающего ладонью шею, капитана. Молчание мужчине явно не нравилось: черт его знает, что капитан там удумывает. -А вот это уже весомей, заморыш – Он отступил на пол шага, не сменив выражение по-солдатски хмурого лица– Ты не такой бесполезный, как я думал. -Я могу остаться? – тихо спросил мужчина, на что получил в ответ полный неприязни взгляд. От такого взгляда, не грех и поежится. - Можешь остаться – Снисходительно, словно одолжение делает – Но, если я узнаю, что ты вредишь моим людям – я тебе самолично оставшуюся руку отрублю и в канаву кину, чтоб издох мучительно. Понял меня? – Рявкнул капитан и теперь уже новоприбывший целитель отряда послушно кивнул косматой головой. - Вот и молодец. А теперь вон пошел! Дважды повторять не пришлось и лекарь, сверкая пятками так быстро, как только мог, ретировался из капитанской палатки -Капитан обычно редко кого берет в отряд – У повозки с провизией, стоящей рядом с капитанской палаткой, к нему подошел коренастый крепкий молодой мужчина с арбалетной перевязью за спиной, грызущий с крайне довольным видом яблоко - Тебе повезло -А? – Новоиспеченный лекарь непонимающе хлопал глазами и глупо открыв рот, разглядывая парня перед собой, подмечая, что с одним глазом явно есть проблемы: арбалетчик словно стоял в пелене тумана, окутавшей фигуру, словно парное молоко. «Час от часу не легче» - вздохнул мужчина, покачав раздосадовано головой. -Тебе даже очень повезло, говорю: Граньи три дня грела тебя своим телом. Капитан приказал. Граньи была не против – арбалетчик скупо улыбнулся и хлопнул лекаря по здоровой руке, мол «нормально все». -Ты бы его не поощрял, коротышка – за спиной у арбалетчика грыз еще яблоко сухопарый мужик, при взгляде на которого лекарь подумал «мерзкий» -Чего встал? Иди работай! – Презрительно кинул ему мужик и удалился со своим яблоком под злобным взглядом арбалетчика Мужчина лишь вздохнул – работа предстояла веселая.