Ради тебя я постараюсь.

Пышные облака медленно скользили по горизонту, холодный ветерок лениво подгонял их, заставляя лететь чуточку быстрее. Розовое солнце садилось на востоке, как ему и положено, окрашивая всю вереницу неба сначала в нежно-розовые цвета, а после в яркие красные или оранжевые. Мужчина сидел на краю крыши собственного дома, свесив ноги, и задумчиво вертел в руках пачку сигарет. В мыслях обеспокоенно пролетало: "Какая это уже за день? Четвёртая? Седьмая?", но тот нервно отмахивался от таких мыслей, словно от надоедливых мух, жужжащих над ухом. Меньше всего сейчас его волновало сколько бабла он потратил на очередную пачку, что его опять выперли с работы или то, что под окнами стоит бывшая жена, плюясь от злости и одновременно харкая на асфальт от безысходности. Какая уже разница, а? Мужчина медленно достаёт новую сигарету из пачки, засовывает в рот между жёлтых от продолжительного курения зубов. Дрожащими руками с выступающими на них венами он подводит зажигалку к концу сигареты и щёлкает. Зажегшийся огонек ласкает конец сигареты, тем самым поджигая её. Первая затяжка. Любимый им дым летит прямо в заходящее солнце, кажущееся таким маленьким издалека. Обычный неудачник. В России таких тьма-тьмущая, чего ещё можно было ожидать? Разбитые вдребезги мечты, ежедневное желание сдохнуть и практически отсутствие любой цели. Практически. Кроме одной. — Пап? Кажется, цель решила сама дать о себе знать. — М? — мычит в ответ Марк, пуская дым в солнце. Как маленький ребёнок, не может наиграться со своей игрушкой. В его случае, руки держат достаточно смертельную игрушку, так же весело играющую с его лёгкими и здоровьем. — Ты опять?  — в голосе сына слышны нотки недовольства. — Опять. Марк вздыхает, тушит сигарету об край крыши и кидает её в самый низ, надеясь попасть прямо в свою бывшую. К сожалению, эту бестию охраняет, наверное, сам Сатана, так как она успевает вовремя отойти, пригрозив кулаком бывшему мужу и сыпет очередные проклятия. Как у неё ещё язык не отсох? — Пап.  — снова зовёт парень. Влад садиться рядом с отцом на край крыши и свешивает ноги, позволяя им свободно болтаться в воздухе. Он смотрит на отрешенное лицо отца, круги под глазами, впалые щеки и сухие губы, которые до сих пор целуют его на ночь каждый день. Прижимается к нему ближе, обнимает, чтобы чувствовать его тепло и ощущать сбивчивое дыхание на своей шее. — Ты обещал. — Прости. — Я слышу это в тысячный раз. — Прости. — Разве ты не умеешь держать слово? — Прости. Влад отстраняется и пытается поймать взгляд Марка. Попытка защитана, но успешно провалена. — Заебал извиняться уже. — Прости. Парень переводит злобный взгляд на отца. Подмечает, что на эти родных сухих губах и впалых  щеках застывает лёгкая улыбка и немного успокаивается. Ему нравится видеть эту улыбку, ведь  папа обычно редко улыбается, хотя в молодости был душой компании и той ещё "хохотушкой". Что же с ним стало за эти годы? Что заставило курить такое количество пачек в день и не спать по ночам? Что или кто? А может всему виной именно он сам? Отец с улыбкой осторожно прикасаются губами к лбу сына и обнимает его за плечи. — На этот раз я обещаю, что не буду курить больше одной в день. — выдыхает. Словно гора с плеч. Влад хмуриться, но на самом деле его перехлестывает радость с ног до головы. Неужели на этот раз он содержит слово? На самом деле? И бросит наконец-то курить... Как бы хотелось в это верить. Ведь он не может смотреть на эту мертвенную бедность лица и полное отсутствие какой-либо радости, кроме очередной сигареты во рту. — Только сдержи обещание на этот раз, — улыбнулся младший, наслаждаясь видом заходящего солнца, которое почти скрылось за горизонтом. — Ради тебя я постараюсь.