Будь моим спасением

Алексис рассматривал экран ноутбука, не в силах поверить тому, что он видит. Француз перечитывал текст раз за разом, "бледнея" всё больше. "Почему сейчас? Как они его нашли? — слишком много вопросов появилось в голове мужчины, а ответов на них, к сожалению не находилось — она же обещала, что они больше меня не тронут..." — он закусил губу, пытаясь создать некий пазл в голове, но все попытки нормального осознания обрывались с каждой фразой, написанной в письме. Сначала, он даже не смел двигаться, но услышав шаги финна, что уже разумеется приготовил для них кофе, он быстро открыл сайт итальянского аэропорта и ввёл маршрут "Турин - Париж". — Ты издавал какие-то не членораздельные звуки, что-то случилось? — Я просто в шоке с цен на билеты, они выросли наверное вдвое! Двести пятьдесят евро, когда такое было? — Ну, для меня лично, это достаточно пустяковые деньги, но хочешь, я тебе доплачу, если такая проблема. Я скину на процентов 20 больше. Первый раз Морван ему соврал. За всё время, что они встречались, он всегда был честен с Юлёненом, но видимо пора и ему согрешить. Конечно же, делать этого не хотелось, но Альван видел в этом единственный выход, тот путь, который будет правильным. Лаури не должен знать, что было внутри того письма, по крайней мере пока. К сожалению никто, даже самые близкие люди, не посмеют раскрыть, что внутри. — Необязательно...но если ты настаиваешь, то можно. Получается на два билета будет в районе 500 евро. — Да без проблем. И не бойся ты так, сразу говори, если на что-то не хватает средств. По мне это не проблема. — Не хотелось сильно тебя напрягать по этому поводу, всё-таки я независимый артист. — он старался говорить максимально правдоподобно. И Алексис, кажется, сыграл достаточно хорошо, чтобы ему поверили. Это и прекрасно. — Получается летим через три дня? — Планировали через неделю, но в принципе нормально. А то, что-то мы тут уже достаточно долго. Пора ехать дальше.

***

— У меня голова болит, и уши заложены, и высоко. — Альван в принципе ненавидел находится на самолётах, даже на бизнес классе перелёты давались безумно тяжело, ни таблетки, ни конфеты не помогали Алексису. Даже Лаури был в шоке с того, насколько француз тяжело переносит банальный взлёт. А ещё, к букету общих проблем этот взрослый мужик боялся высоты, поэтому делал всё, чтобы обстрагироваться от мысли того, что он на какой-либо высоте. — а если мы упадём? — Не упадём, не бойся. Уже скоро прилёт, тут от силы час до Парижа, это тебе не в Хельсинки. — Юлёнен посмотрел на лицо и тело мужчины. Похоже он реально боялся, руки дрожали, а он прямо таки вжался в кресло, в котором сидел. — хорошо, будешь бояться, отпущу твою руку и буду рассказывать тебе страшные истории про турбулентность. — Эй! Ладно, молчу. — тот сделал обиженное лицо и попытался успокоиться. Всё-таки финн умеет разбавить атмосферу и это даже немного помогло Альвану избавиться от болей и страхов. — Вот уже объявили посадку, а ты боялся. — Да кто знал, что это будет так быстро! Я летал по этому маршруту три месяца назад! И тогда я уснул ещё до взлёта. — Лучше бы и сейчас заснул, попросил бы, я мог дать снотворного. — Боюсь, я бы потом не проснулся. — А ты мне не доверяешь? — Лаури усмехнулся, смотря на лицо Морвана, которое постепенно менялось с каждым словом солиста "The Rasmus". — Доверяю, но не хотелось бы получить потом проблем, если бы я не встал потом. Они смеялись. Парижский аэропорт был огромным, что даже необычно для этого города, который кажется особенно маленьким, по сравнению со многими другими мировыми столицами. Погода была так же достаточно хорошей, по крайней мере солнечной, что иногда может быть редкостью. Всё-таки дожди тут были частым явлением. Но им повезло, по прогнозам, атмосфера не ухудшится в течении целых двух недель. Поэтому нужно было провести их на полную катушку, пока Альван был на это способен. Ведь уже через на следующий день, его прекрасное, беззаботное время может смениться ужасным внутренним ливнем.

***

— Слушай, мне нужно сейчас будет вернуться в родной город, по делам. Надеюсь ненадолго, и я вернусь к тебе, как можно скорее. — А зачем тебе? — Юлёнен был удивлён такой резкостью мужчины, обычно он предупреждал об о всём хотя бы за день. А не просто ставить в известие, поэтому финну особенно сильно хотелось выяснить причину ухода. А Альван будто предвкушал этот вопрос, поэтому с серьёзным видом ответил — На встречу с менеджером. Нам нужно обсудить моё конкретное будущее. Когда будем планировать альбом или сингл. Всё-таки мне для развития нельзя быть популярным на одной работе. — Хм. Ладно, хотя обычно ты предупреждал о таком заранее. Буду ждать тебя, мы так и не сходили на Елисейские поля! — Хорошо, я тоже надеюсь, что это ненадолго. Хотя ему хотелось бы, в принципе вернуться из этого путешествия. Не то, чтобы поскорее. На прощание, он обнял Лаури, как будто чуть сильнее прижав его к себе и поцеловав в губы, аккуратно и нежно, как он умел. А позже, собрав некоторые важные вещи в рюкзак, он ушёл, тихо хлопнув дверью.

"И зачем же ты мне врёшь, Але?"

***

Лорьян. Такое родное, но одновременно ненавистное Альвану место. Ему бы хотелось не приезжать сюда никогда. Но к сожалению, это невозможно. Прибыл он сюда на час раньше, чем планировалось, поэтому он решил посетить место, на которое он так и не решился приехать хоть раз. В руках были какие-то тюльпаны, которые он купил в ближайшем магазине, а после он аккуратно положил их на чужое надгробие. «Ты была плохой родительницей, мам. Если бы не вы, возможно, моя жизнь сложилась бы совершенно по-другому» Он ещё раз осмотрел холодным взглядом коричневых глаз гроб собственной матери и ушёл, так же безразлично, как и приходил. Эта женщина умерла ещё два года назад, но посетил он это место только сейчас, и не потому что ему было скорбно. Мать была Алексису просто безразлична. Вот и всё, да и не за ней он сюда приехал. Цель была совершенно другая, иначе бы он не посмел второй раз соврать Лаури. Он был его любимым человеком и очередная ложь была раной в сердце Альвана, а эта женщина не стоила подобного. А вот то самое письмо, к сожалению, имело сильное назначение. "Vous souvenez-vous de moi? Je représente maintenant ton visage. Tu as l'air d'être célèbre. Commencé une nouvelle vie. Voyons combien de temps cela va durer. Vous attend dans le même quartier de Lorient où nous nous sommes rencontrés Ordre de la Croix Rouge (Помнишь меня? Представляю твоё лицо. Ты вроде стал популярным. Начал новую жизнь. Посмотрим, насколько долго она продлиться. Жду тебя в том самом районе Лорьяна, где мы встретились. Орден красного креста.)" Конечно, он помнил где это. Удивительно, что вроде обычное сообщение таило столько страха. Но для Альвана оно значило даже слишком много. Он знал, что если он не приедет сюда, они найдут его сами, в любой точке Франции, а может быть и мира. Ему не убежать, ему не скрыться, он осознает это. Морвану казалось, что они больше никогда не смогут его потревожить, но видимо слишком много надежд было в его душе. Несколько мгновений, и он подходит к заброшенному переулку где-то на окраине города и издаёт звук сигнал, знакомый им всем. — Я знаю, что вы здесь. Проходит буквально секунда и пистолет уже находится на его затылке. Стало холодно, а тело предательски впало в мерзкую дрожь. — Конечно, а ты сомневался? — не дав сказать ни слова, мужчина продолжил — и я знал, что ты тоже будешь тут. Каким бы гнильём ты не был, ты всё-таки не трус. — после этих слов из переулка вышел человек, с виду пожилой, лет 45-50. Лицо было всё в морщинах, сильно усталым и грязным. Но тем не менее, когда бы они последний раз не виделись, Алексис узнает этого человека из тысячи. — было тяжело тебя найти, Морван. Ты сильно изменился, везучий ты чёрт. А ведь должен был загрянуть года на три, но ты наказания избежал, единственный из всей банды. Странно, да? Всех посадили со сроком до пятнадцати лет, и только Алексис Морван-Розиус даже не судился. Смекаешь? Нас бы никто и никогда не расскрыл, если бы не ты. Если бы не ты, мы бы продолжили свою деятельность без проблем, но ты нас всех сдал грёбанным полицаям, которые искали нас больше десяти лет. Я даже из соображений собственного достоинства, хочу тебя прикончить. — Но ты этого не сделаешь, ведь я тебе нужен для каких-то своих целей. Иначе бы ты уже это сделал. — Я всегда знал, что ты не глуп. Ты абсолютно прав. Первое, мне нужны деньги, в районе 150.000 евро, а так же доказательства, которые ты сделал для полицейских по нашему делу. Я знаю, что они у тебя есть. А так же в курсе, что сейчас ты живёшь в Париже, поэтому так уж и быть, встретимся через три дня недалеко от Версаля. Если же ты не придёшь или не сможешь отдать нужные нам вещи в нужный срок, мы найдём способ посадить тебя в тюрьму за наркоторговлю, а так же разнесём дурную славу, которую ты никогда не сможешь очистить. И поверь, у нас есть, что о тебе сказать, Розиус. У тебя есть ровно 72 часа на подумать и принять решение. Надеюсь, ты поступишь благоразумно, мой дорогой Лорьянец. И да, сними с него курок, а то он весь дрожит, как девочка. — тон был холоден, и как будто злорадствовал. Морван понимал, что он в очень херовом положении. Они имели все возможности сделать так, чтобы Альван вообще из тюряги не вышел, да и в принципе забыл о беззаботной жизни, которую он так долго строил. В голове всё рушилось, как карточный домик, а к горлу подступал ком страха. Он чувствовал себя должником, к которому пришла мафия, чтобы наконец расплатиться по счетам. И если честно, это было недалеко от истины. Он не знал, что ему теперь делать, а так же он не осознавал ещё одну очень важную вещь.

— А что мне теперь сказать Лаури?