Так безопаснее

Рэй подкинул в уже затухающий костёр несколько сухих веточек и, аккуратно поправив их палкой, потеплее закутался в куртку. Когда огонь разгорелся с новой силой, он с облегчением вздохнул и перевёл взгляд на Эмму, которая спала недалеко от него. Она лежала в спальном мешке, крепко сжимая пальцами его края, и тихонько сопела. Выглядела она спокойной, даже её вечно стоявшая торчком антенна мирно покачивалась из стороны в сторону. Рэй снова облегчённо вздохнул и отложил палку. С тех пор, как они покинули убежище B06-32, прошёл ровно месяц, и это был первый раз за всё время, когда она так безмятежно спала. Обычно она подолгу не могла заснуть, всё время ворочалась и бормотала что-то, что у него совсем не получалось разобрать, как бы он ни пытался. А порой случалось и такое, что она просыпалась посреди ночи в холодном поту после очередного кошмара. Но сегодня, судя по её умиротворённому выражению лица, ей не снилось ничего плохого, и его это несомненно радовало. Он не хотел, чтобы Эмма страдала. Тем более, после того, как они потеряли Юго и Лукаса, она начала стараться ещё больше, чем раньше. Она уставала ещё сильнее прежнего, и потому ей требовался отдых. Целый месяц она работала не покладая рук, а сегодня наконец могла отдохнуть и спокойно поспать, чему Рэй был искренне рад. Убедившись, что с Эммой всё в порядке, он повернулся обратно к костру. На самом деле, ему тоже не помешал бы хороший крепкий сон. Он так же, как и она, нормально не спал с того самого дня, как они сбежали из убежища. Просто не мог себе позволить. Он, как самый старший, должен, нет, просто обязан был защищать их и заботиться о них. В конце концов, не одной же Эмме брать на себя всю ответственность, верно? Вот Рэй и старался помогать ей всем, чем только мог, чтобы ей не приходилось так сильно напрягаться. Правда, в последнее время он начал сдавать позиции. Всё же бессонные ночи давали о себе знать. Силы медленно, но верно покидали его, и оставаться в строю с каждым днём становилось всё сложнее и сложнее. Даже сейчас, сидя у тёплого огня, он невероятно хотел спать. Периодически его глаза закрывались, а мысли путались. Пару раз он даже чуть не заснул, однако вовремя успевал дать себе отрезвляющую пощёчину. Нет, он не мог позволить себе спать сейчас. Не тогда, когда их жизни снова находились в опасности. Не тогда, когда Эмма наконец могла передохнуть и расслабиться. Вот он и старался изо всех сил держаться, чтобы не вырубиться прямо на месте. Только вот сопротивляться подступающей дремоте было не так-то просто. Треск дров в костре убаюкивал, глаза с каждым разом открывались всё неохотнее, а руки постепенно начинали опускаться. Рэй пытался, честно пытался бороться с сонливостью, но получалось у него, откровенно говоря, плохо. За последний месяц он сильно ослабел, и потому не мог контролировать себя так же, как раньше. Тем более, вся обстановка вокруг него располагала ко сну. Сложно было не поддаться соблазну, когда всё вокруг убаюкивало. Однако, несмотря на всё это, Рэй всё равно не прекращал попыток. Он усиленно продолжал бороться с дремотой, даже если понимал, что их силы не равны. Он должен был постараться, ради Эммы, нет, ради них всех. В конце концов, он ведь их старший брат. Тот, кто несёт за них всех ответственность. Он не мог проиграть. Но, чёрт, как же всё-таки хотелось спать… Рэй нахмурился и резко мотнул головой в тщетной попытке прогнать сонливость. Нет, он не должен сдаваться сейчас. Он, как самый старший среди детей Благодатного дома, просто не имел на это права. «Давай, соберись, тряпка, — мысленно приказал себе он. — До рассвета осталось не так уж и долго» — Рэй… — знакомый голос в почти полной тишине прозвучал даже слишком громко, отчего Рэй невольно вздрогнул и крепко вцепился пальцами в палку. Однако, обернувшись и увидев позади себя обеспокоенных Гильду и Дона, он мысленно с облегчением вздохнул. Хоть про себя он и удивился, что они не спят в такое время, внешне он старался никак этого не показывать. — Чего? — фыркнув, спросил он и подкинул дров в начавший затухать костёр. — И вообще, чего вы не спите? На улице ночь давно. — Мы знаем, просто… — Гильда глубоко вдохнула и опустила взгляд. Боковым зрением Рэй заметил, как она начала неловко теребить край своей куртки. — Просто ты всё время сидишь здесь и совсем не отдыхаешь, и я подумала… — Гильда хочет сказать, что мы очень переживаем за тебя и хотим, чтобы ты пошёл спать, вот, — закончил за неё Дон. Рэй от его слов вздрогнул и в удивлении распахнул глаза. Он уже было открыл рот, чтобы что-то ответить, однако Гильда его опередила. — Мы знаем, что ты хочешь сказать, но, пожалуйста, выслушай нас, — сказала она, заглянув ему прямо в глаза. В этот момент она выглядела непривычно серьёзной, и потому он замолк, слушая её. — Мы уже много раз говорили вам с Эммой, что вы слишком много на себя берёте. Вы жертвуете собой ради нас и совсем не думаете о себе. Мы наблюдали за тобой всю ночь, и за это время ты ни разу не прилёг, чтобы хоть немного передохнуть. Это неправильно, Рэй. — Вот именно, — поддержал её Дон. — Вы вечно решаете все проблемы вдвоём, и совсем забываете, что вы не одни. У вас есть мы, — он махнул рукой на детей, которые мирно спали. — Мы тоже хотим помогать вам. — Мы переживаем за вас, понимаешь? — Гильда подошла к Рэю и мягко взяла его за руки, отчего тот растерялся. — Отдых нужен не только Эмме, но и тебе. Поэтому, пожалуйста, позволь нам помочь и иди поспи. — Но… — их слова настолько обескуражили его, что он совсем не знал, что им ответить. С одной стороны, он чувствовал себя неловко за то, что заставил их переживать. Но с другой, было приятно осознавать, что у него есть семья, поддержка и опора. Та самая, которой ему не хватало все эти годы. — Никаких «но». Давай, иди отдыхай, а мы с Гильдой тут посторожим, — Дон подошёл вслед за Гильдой и стал вместе с ней поднимать его на ноги. Рэй чисто из вредности ещё какое-то время посопротивлялся, но в конце концов сдался и направился к Эмме. Когда он поудобнее устроился рядом с ней в спальном мешке, она поморщилась и проворчала что-то нечленораздельное. Он улыбнулся, прикрыл глаза и взял её за руку, как всегда это делал. Она быстро успокоилась, невольно прижалась к нему во сне. Он сомкнул тяжёлые веки, покрепче сжал её маленькую ладонь и начал засыпать. Усталость быстро накрыла его, и в этот раз он уже не противился ей. Наоборот, он наконец поддался соблазну, и потому уже совсем скоро сладкая дремота обволокла его приятной пеленой. Вообще, раньше он не засыпал так легко. Обычно даже с Эммой он не мог спать спокойно, хотя они делили один спальный мешок на двоих именно потому, что так было безопаснее. Но сегодня он впервые за долгое время смог быстро уснуть, не метаясь из стороны в сторону в безуспешных попытках поймать сон. Теперь он был абсолютно и полностью спокоен, потому что знал, что на них не нападут. Ведь за их безопасностью следили люди, которым он точно мог доверять.