Я иду к вам

Он уже больше десятка лет сидит в этой дыре, каждую секунду сомневаясь в том, что имеет право на жизнь. Хуже точно некуда. Желудок мистера давно привык к просроченной еде, которая тут дольше, чем он сам. Мужчина уже не испытывает отвращение к просроченной провизии, а наоборот — в охотку ест заплесневелое печенье, запивая воздухом в кружке, помотанной даже больше, чем он. В его сердце навсегда остались их чаепития, которые больше никогда не повторить. Сколько раз за эти долгие годы он винил себя за то, что сбежал? Юго сбился со счёту ещё в самый первый день. Всё, что осталось от товарищей — полуразбитый чайный сервиз и капсула времени, которую он открывал несколько раз, чтобы вспомнить былые времена и проплакаться, как настоящий слабак, но потом потерял и её. Снова тошнит. Ему страшно, безумно страшно. Он живёт только ради них. Они не простили, если бы он ушёл так рано, не прожив всё то, что они уже никогда не смогут. Мужчина часто в порыве очередных галлюцинаций слышит их голоса, которые просто молят его жить дальше. Юго обязан выполнить их просьбу. Мистер давно не празднует свои дни рождения. Он и в помине не помнит, какой сейчас год, о месяце с числом и речи быть не может. Да и если бы беглец следил за временем, то все равно не праздновал, поскольку не заслужил веселиться, пока их тела разлагаются в земле. Кажется, он теряет рассудок. Мысли спутаны и постоянно проговариваются вслух, чтобы не разучиться говорить, пусть в этом и нет смысла — Юго даже не мечтает быть спасённым. Сейчас он просто садится за свой побитый жизнью стол без пары стульев, сломанных в порыве очередной истерики. Расставляя сервиз на каждое место с целым стулом, мужчина вслух разговаривает с выдуманными товарищами, которые прямо сейчас сидят перед ним, а потом ложится головой на стол, всеми силами пытаясь не плакать. Он должен стараться держаться хладнокровнее, иначе совсем свихнётся. Умоляю вас, простите.Я не смог.. Юго хотел зарыдать, но уже выплакал всё. Держа в своей трясущейся руке пистолет, он лишь неразборчиво бурчит, щурясь, а потом резко поднимает голову, будто смотря на кого-то и с дрожью в голосе говорит: "Я иду к вам." Бах Бездыханное тело скатилось со стула на пол, когда дети вошли в бункер. Улыбки на их лицах сменились на ужас, стоило только взглянуть на труп мужчины, который упал на глазах. Они опоздали всего на одно мгновение.