Голодные Игры. 1 том: Кто мы друг другу?...

Напоминаем, действие происходит за 3 месяца до Жатвы. POV Кайли. Поезд мчался по своей полосе, среди густого леса. Я стояла у окна, наблюдая за проносившимися мимо меня огромными деревьями. Никогда не видела таких огромных в живую, только по телевизору. Раньше, мы с моей лучшей подругой собирались у меня или у нее дома и смотрели разные программы, в особенности про природу. Хейли была моей лучшей подругой почти с самого рождения. Когда мы подросли, стали понимать, что мы уже как сестры. Она даже смеялась, что мне стоит сменить имя с Кайли на Кейли, тогда мы точно были бы почти сестрами: Хейли и Кейли. Я могла доверить ей все что угодно и она мне тоже. Она просто обожала природу и все, что с ней связано. Мы с ней были разными внешне, но все-таки схожесть была. Хейли была высокой, загорелой(кожа у нее была с рождения загорелого цвета, не как у меня. Ведь она была рождена в Дистрикте 4, не то что я. Я даже помню, как в детстве удивлялась, почему я отличаюсь от детей 4 ого. Я ведь тогда не знала, что мой родной Дистрикт — это Дистрикт 12.), глаза у нее были голубые, волосы были светло-золотистого цвета, у нее было спортивное телосложение, ярко выраженная талия и длинные стройные ноги. Если во внешности у нас была схожесть, то в месте проживания мы были совершенно разными. Я жила в бедном районе Дистрикта 4, а Хейли вместе с семьей в самом центре города. Когда нам исполнилось 12 лет, мы с ней устроились на работу. Точнее, Хейли меня устроила на катер, где работал ее отец. Так меня научили плавать, нырять, ловить рыбу и другие морепродукты. Спустя несколько лет, мы с Хейли стали лучшими девушками — ловцами или охотницами, как нас любили называть. Для Хейли это было просто развлечение, а для меня способ заработать необходимые для моей семьи деньги. С возрастом мы с ней стали родственными душами, у нее был также замечательный брат, Саймон. Саймон был нашим ровесником и его внешность была почти как у сестры. Они были близнецами. Он тоже был высоким, спортивным, загорелым, но на этом их схожесть заканчивалась. Волосы у него были светло-пшеничного цвета, глаза были голубо — зеленые, как цвет воды в Дистрикте, к тому же его глаза были в обрамлении густых ресниц. Когда я была гораздо меньше, он казался мне идеалом красоты. И он сам это знал. Потому что был гораздо более гордый, чем его сестра. Он любил задирать нос, но только не с нами, нас он считал сестрами. Девчонки вешались ему на шею, что ему очень нравилось. Так что, он перестал быть идеалом для меня из-за своей гордости. Я до сих пор помню нашу первую Жатву. Мы стояли с Хейли, держась за руки, и надеясь, что все обойдется. Саймон стоял недалеко от нас с мальчиками и, подбадривая нас, улыбался. Даже сейчас, когда все позади, я все равно невольно вздрагиваю. Ведь скоро очередная Жатва и на этот раз мне придется пережить ее одной, без Хейли, без Саймона и без... мамы. На моей первой Жатве, да и на каждой другой, повернув голову, я видела ее лицо в толпе, которое улыбалось мне и губами говорило, что все будет в порядке. Мама... При упоминании о ней, к глазам подступили слезы. Почему она не сказала мне? Мимо меня прошла женщина. Увидев на моем лице слезы, она остановилась и дотронулась до моего плеча. –Детка, с тобой все в порядке? Ну не буду же я говорить ей, что все хреново. Поэтому я кивнула. –Да, все хорошо, спасибо. Я попыталась ей улыбнуться и у меня получилось. Женщина ушла. Я развернулась и пошла в свое купе. Закрыв предварительно дверь на замок, я села на широкий подоконник. Лес меня успокаивал, я чувствовала себя, как дома. Раздался голос, оповещающий нас, что через час мы прибудем в 12ый Дистрикт. Я снова вернулась к окну, вещи мне собирать не надо было, их у меня было мало и я их не раскладывала по полкам, как это делают некоторые. Прислонившись к прохладному стеклу щекой, я погрузилась в воспоминания. Передо мной закрутились картинки произошедших событий. Вот я маленькая бегу по дорожке, за мной, еле поспевая, бежит Хейли. Она зовет меня и я звонко смеюсь. Мы добегаем до моего дома, где нас на крыльце ждут мама и бабушка. Мамины волосы развивает ветер и я невольно замираю, залюбовавшись ею. Мама звонко смеется, когда мы с Хейли подскакиваем к ней и она поднимает нас на руки. Картинка меняется. На этот раз это уже печальная картинка. Похороны бабушки. Хейли и Саймон стоят рядом со мной. Саймон обнимает нас, а мы с Хейли плачем. Мне было одиннадцать лет, когда бабушка умерла. Маме стало тяжело кормить себя и меня. Мне было очень ее жаль, именно поэтому я в 12 лет пошла на работу к отцу Хейли. Когда я стала зарабатывать маме стало немного проще. Хейли отдавала нам некоторую часть своей прибыли и мы стали жить немного получше, чем наши соседи. Мама работала 5 дней в неделю по 12 часов на заводе по производству изделий из морепродуктов. А я 6 дней в неделю по 4 часа проводила с Хейли, Саймоном и их отцом у них на катере, прыгая с оружием(трезубцем, копьем или гарпуном, как получалось) за добычей. Благодаря этому занятию, и не только ему, у Хейли было полно поклонников. У меня тоже были, но не столько, сколько у нее. Жизнь была бы отличной, если бы не мама. Когда мне было 10 лет, ее поставили главной в отделе заморозки(не знаю как назвать). Она должна была следить чтобы все продукты были в холодильнике на своих местах. И вот однажды она пробыла там слишком долго, у нее было воспаление легких. Она никому не сказала об этом, даже мне. Я узнала об этом только перед ее смертью. Она умерла от того, что не вылечилась до конца и у нее начался рак. Напоследок она сказала мне, что на самом деле я родилась в 12 ом Дистрикте, что у меня есть отец. Она попросила меня уехать к нему и не оставаться одной. Сначала я категорически не хотела никуда ехать. Но там, в 12 ом, у меня был единственный родной человек, пусть я даже его не помнила, но все равно он был родным. От мысли, что я не одна, что у меня кто-то есть, мне уже становилось лучше. Ведь в 4 ом, никого не было. Я любила и Хейли, и всю ее семью, но они не заменят мне моих родных. И оставаться одной в пустом доме мне не хотелось, там все напоминало о маме. Это было просто невыносимо. Хейли пыталась меня уговорить остаться, но я слишком упертая, ей это не удалось. Поэтому вчера вечером она проводила меня вместе с Саймоном на платформу. Мы все вместе обнялись, как в старые добрые времена, когда мы втроем хотели отгородить друг друга от всех проблем. Я обещала им позвонить, как только приеду и обещала, что буду приезжать в гости. Мне очень не хотелось оставлять мой Дистрикт, друзей, ведь там я прожила всю мою пока еще короткую жизнь, но жить там одной, без мамы, вообще не хотелось. Я попросила их не забывать обо мне и хоть разочек приехать в гости, оставила им адрес, они согласились. Саймон - уверенно, он обожал путешествовать, а Хейли - не очень, она не особо любила выезжать за пределы своего Дистрикта, кроме Капитолия. Она очень любила этот город, просто за его красоту. Мы с Саймоном в этой теме ее не особо поддерживали, особенно я. Поднявшись по ступенькам к поезду, я развернулась к ним и, в последний раз взглянув на своих любимых близнецов, вошла внутрь вагона. Оставив чемодан в своем купе, я ринулась к окну. Они еще стояли на платформе. Саймон приобнял Хейли, а та, на мое удивление, в первый раз его не оттолкнула. Видимо, она, правда, тяжело переносит мой отъезд. Я помахала им рукой и тут Хейли заплакала, я видела это даже через толстое стекло поезда. Я не могла так просто на нее смотреть, слезы потекли по моим щекам. Поезд тронулся, я послала им воздушный поцелуй, еще несколько секунд я смотрела на них и махала. Отправилась я в купе, когда лица моих друзей исчезли с поля моего зрения. –Уважаемые пассажиры! Поезд прибывает на вокзал Дистрикта 12 через 5 минут! Просьба подготовиться к высадке! Спасибо за внимание! Провозглас­ил голос, выводя меня из мыслей. Я с удивлением заметила, что по моим щекам текут слезы. Вытирая их тыльной стороной ладони, я заметила, что пейзаж за окном слегка изменился. Лес стал реже, но остался таким же прекрасным. Пошел мелкий дождь. Да, прекрасная погодка! Хотя очень подходит под мое настроение. Я встала с подоконника и подошла к шкафу. Достав оттуда свой бежевый кожаный рюкзак, я кинула его на кровать и направилась к шкафу. Оглядела себя. Вроде все в порядке. На мне была рубашка с коротким рукавом в бело-сине-красную клетку, под ней была майка, на шее висел кулон, который мне подарила Хейли на 15 День Рождения, он был в форме буквы К, что значит Кайли, синие джинсы, бежевые спортивные ботинки с рифленой подошвой. Вытерев оставшиеся слезы на щеках, я надела бежевую кожаную куртку, которую когда — то покупала себе мама и у меня просто не хватило сил ее оставить или выбросить после ее смерти, рюкзак надела на одну лямку и, распахнув дверь купе, направилась к выходу. В коридоре было полно народу, все толкались, пытаясь пробраться как можно ближе к выходу. Я не понимала этой толкучки, все равно же все выйдут, чего так спешить. Поезд резко остановился, так, что я могла упасть в проход на женщину, если бы не успела схватиться за дверь купе. Наконец входная дверь открылась и весь поток людей вывалился на улицу. Я пропускала всех, чтобы не толкаться. Так что, вышла я последней. Ну, почти последней. Там еще какие-то люди остались. Я вышла на платформу и огляделась. Надо было у кого-нибудь спросить адрес. Передо мной, метрах в трех, стояла женщина в старом платье в горошек. Я подошла к ней, предварительно достав из кармана куртки листок с адресом дома отца. Женщина оглядывалась, наверное, тоже кого-то искала. –Извините, - начала я. - вы не подскажите, как мне пройти к этому дому? Женщина оглядела меня и приветливо улыбнулась. Я протянула ей смятый листок, она его развернула, обращаясь ко мне. –Первый раз здесь? –Да. - Я не смогла сдержать слабой улыбки. Взглянув на адрес, женщина резко подняла голову и, широко улыбнувшись, произнесла. –Это ты дочка Шона Райта? –Да... - Удивленно произнесла я. Откуда она знает? Видимо поняв мое замешательство, она поспешила уточнить. –Шон плохо себя чувствует и попросил меня встретить тебя и проводить. Я так волновалась! Я же не знаю, как тебя зовут и как ты выглядишь! –А... - Я улыбнулась. А потом задумалась, а кто она ему? - А вы .. его... –Соседка. Просто соседка... К тому же он работал раньше с моим мужем. –Ясно, простите, если я вас обидела. - Виновато улыбнулась я. –Нет, что ты! Ну пойдем, я тебя провожу и попутно что-нибудь расскажу, разъясню. А тебя как зовут, прости за вопрос? –Кайли. Меня зовут Кайли. –Очень приятно, а я Хазелл. –Взаимно. Мы пошли с ней по дороге через город. Могу сказать, что город выглядел очень тихим и заброшенным, по сравнению с нашим. Но достаточно многолюдный. Мы прошли по площади и Хазелл рассказала про Котел, их «браконьерский» рынок. Оказалось, что у нее есть дети. Самому старшему сыну 18 лет. Чуть старше меня, а остальные младше. Она мне сказала, что обязательно попросит его провести мне экскурсию. Я отнекивалась, что это не обязательно, сама разберусь. Потом мы свернули на пустую улицу и пройдя несколько метров, я увидела впереди более старые и обветшалые дома, чем в городе. Оказалось, что это место называется Шлак. Бедный район Дистрикта 12. Здесь и живет Хазелл и мой отец. Дом отца, теперь и мой тоже, располагался в середине Шлака. Дом Хазелл был слева от него. В Шлаке все дома были полу — разрушенными, но мне показалось, что дом отца был самым ветхим. Хазелл, видимо, поняла мой взгляд потому, что она произнесла. –Хозяйки­ в доме нет. Поэтому он в таком состоянии. Мы с ней зашли внутрь. Хазелл не хотела, но я настояла. Входная дверь легко распахнулась и передо мной предстал средней величины коридор. Слева от коридора располагалась небольшая кухня с квадратным деревянным столом по середине, а справа комната. Как я поняла, отец жил здесь потому, что в углу стояла застеленная кровать. Сверху послышались легкие шаги. Я повернулась к Хазелл. –А что, есть второй этаж? –Да. Там только одна комната. –Понятно. –К­айли? Я резко повернулась на звук своего имени. На пыльной лестнице стоял мужчина средних лет. –Шон? Не знаю почему, но язык просто не поворачивался назвать его папой или отцом. У него была сильная небритость, глаза были опухшими, а под ними были синяки. Видимо, Шон пьет и пьет по-черному. Теперь понятно откуда этот запах алкоголя по всему дому. Шон сделал шаг мне на встречу. Я подошла к нему. Пусть он и был пьяницей, но это мой родной отец, черт подери. А мне так нужен был сейчас родной человек. Я подбежала к нему, обняла за шею и в первые за долгое время дала волю слезам в присутствие кого-то. –Я, пожалуй, пойду. Не буду вам мешать. Приятно было познакомиться, Кайли. Пока, Шон. - Произнесла Хазелл. Я повернулась к ней. –Хазелл? –Да? –Ещ­е увидимся? –Конечно. Заходи ко мне в гости, когда захочешь. Я буду рада тебя видеть. –Спасибо большое за все, Хазелл. –Не за что, Кайли. Она скрылась за дверью. –Ну здравствуй, Кайли. Какая ты взрослая! Я ведь тебя совсем маленькой помню. –А я вот тебя вообще нет. Шон сразу загрустил. Что-то я переборщила, слишком резко прозвучало. –Но я очень рада, что наконец вижу тебя. - Поспешила исправиться я. –Ну что мы в дверях стоим? Проходи. С этими словами, Шон направился в большую комнату с его кроватью. Он плюхнулся в старое порванное кресло в углу комнаты. Справа у спинки кресла, на полу, я заметила большую стеклянную бутылку. Нет, только не это. Надо его отвлечь. –Эм, может проведешь мне экскурсию? - попыталась отвлечь его я. –Ладно. - Шон вздохнул и слегка привстал, но потом снова плюхнулся в кресло. - Слева-кухня, комната, в которой мы находимся — гостиная плюс моя спальня. - Он указал на кровать в другом углу. - Наверху твоя комната. Вот и вся экскурсия. Все остальные мелкие упущенные мной детали узнаешь по ходу. По-моему я что-то забыл... - Он слегка задумался и почесал свой подбородок. - Ах, да! - Воскликнул он, поднимая указательный палец вверх. - Добро пожаловать! Я заметила, как его рука потянулась на ощупь к бутылке. По-моему ему пора завязывать. Я вздохнула. –Ладно, давай на чистоту. –Давай. - Подхватил он, откупоривая бутылку. Я быстро преодолела расстояние между нами и выхватила бутылку из его рук. –Эээ! - Запротестовал он, потянувшись за своей желанной добычей. Я убрала бутылку за спину, а сама другой рукой усадила его обратно. - Тс! - Уперто начала я. - По-моему , тебе уже хватит. Пора завязывать, Шон. –А тебе то какое дело? –Такое. Ты какой никакой, но все таки мой отец. И сейчас ты нужен мне трезвым. - Шон внимательно смотрел на меня. Я собралась с мыслями. - Все, Шон. С этого момента, твоя жизнь полная серости и выпивки закончилась. Ясно? - Серьезно посмотрела я на него. Он нехотя кивнул.- Ну вот и славно. Я развернулась, намереваясь уходить, как он остановил меня. –Кайли, так что произошло с Перри? При упоминании о маме, на глаза навернулись слезы, мне все еще больно вспоминать о ней. –Она умерла от рака легких. - Слезы снова потекли по щекам. Шон сидел, опустив голову, по его щеке стекла одинокая слеза. Ему тоже больно вспоминать. Ведь несмотря ни на что, он все равно любил ее. Я посмотрела на бутылку в своей руке. Подойдя по ближе к нему, я протянула ему руку с зажатой в ней бутылью. - Держи. - Шон поднял на меня голову и не понимающе посмотрел. - Только ради мамы. Ее нужно поминуть. Только сильно не увлекайся.- Он осторожно взял бутылку и сделал глоток. Я прошла к выходу из комнаты и на секунду обернулась к нему, застыв в дверном проеме. –Это самый последний раз. Завтра чтобы ничего не было и ты был чист, как стеклышко. –Хорошо. Я­ поднялась наверх. В конце узкого коридора, слева от лестницы была маленькая комната. Она была почти пустая. У маленького окна, служащего как источник света, стояла маленькая старая обшарпанная тумбочка с зеркальцем. Слева от тумбочки, у стены стояла железная ванная. Над ванной висело железное ведро с длинной веревкой до пола, служащее для полива. Рядом, в углу стояло еще несколько железных ведер. Рядом с этой комнатой была другая, чуть по - больше и по - светлее. Тут у окна был старый деревянный стол. Справа от стола, стояла небольшая железная кровать с матрасом. С другой стороны стола стоял деревянный стул и небольшой деревянный шкаф. Вся мебель была цвета шоколада, но гладкая на ощупь. Я бросила рюкзак на кровать и спустилась вниз. Шон сидел в той же позе, в какой я его оставила. Он даже не поднял головы, когда я спустилась. Я прошла на кухню. Здесь мебель была светлого цвета и тоже вся деревянная. Я осмотрела все полки и шкафчики до последнего, но еды не было. Я вернулась в гостиную. –Ты что, вообще не питаешься? Шон встряхнул головой и только тогда заметил мое присутствие. –С тобой все в порядке?- Я начинала волноваться. –Да. Все отлично. Просто когда ты ушла и замолчала, мне показалось, что это все просто сон. –Кошмар? - Усмехнулась я. –Нет. Просто сон. - Тоже слегка улыбнулся Шон. Когда он улыбается, выглядит гораздо лучше. Я облокотилась на косяк в проеме. –Так что с едой? Ты вообще ешь? Или как? –Когда как. Когда ем, а когда просто не хочется. –Ясно. Ну что могу сказать. Со мной придется. И когда хочешь, и когда не очень. На данный момент, у нас ничего нет. У тебя деньги остались? Или все на выпивку спустил? - Упс, опять вырвалось. Язык мой — враг мой. - Прости... –Да ничего. Ты права. Ну остались еще кое — какие сбережения. –Где? –В верхнем ящике стола на кухне. Я вернулась туда и, достав эти сбережения, пересчитала. Не так уж много, но должно хватить. Вернувшись обратно, я предупредила его, что пойду в город за едой. Он согласно кивнул. –Ой, Шон, а в городе есть где-нибудь телефон? Мне нужно позвонить. –Эм... В пекарне должен быть. –Ага... В пекарне.. Спасибо. Пока, скоро вернусь. –Я буду тут. Я выбежала из дома и, уже по знакомой мне дороге, отправилась в город. POV Гейл. Мы с Китнисс шли с очередной охоты ко мне домой. Я смотрел украдкой на нее, какая же она красивая и милая. Только она этого не замечает. Она посмотрела на меня и я поспешил отвести взгляд, еще рано ей что-то говорить. Я посмотрел вперед и с удивлением заметил, как мать выбежала из дома Шона Райта. Я ускорил шаг и окликнул ее, она обернулась. Китнисс остановилась рядом со мной. –Здравствуйте,­ Хазелл. - Произнесла Китнисс. –Привет, Китнисс. Гейл, ты что-то хотел? –Да... - Задумчиво произнес я. - А что ты делала дома у Райта? –А. Ты про это. Ну я же тебе говорила, он попросил встретить его дочь. Вот я ее проводила до дома. –А что, она уже приехала? –Ну да. Уже. Очень хорошая девочка. - Я даже слегка удивился. Мама часто говорила «хорошая» и про Китнисс, и про других девчонок, но никогда не говорила «очень хорошая». Чем же она ее так поразила? –Очень хорошая? И что же в ней хорошего? –То, что не смотря ни на что, она заботиться о своем горе-отце. –А что же она только сейчас то о нем заботиться? Где до этого была? –Жила в другом Дистрикте. А сейчас у нее трудные времена, поэтому ей нужен был он, как родной человек. Кстати, ты можешь провести ей как нибудь экскурсию, так сказать, по городу? –Ничего не могу обещать. У меня, у нас с Китнисс, дела. С этими словами я развернулся и ушел в противоположную сторону. Китнисс, попрощавшись с мамой, поспешила за мной. –Гейл, ты чего? - Китнисс схватила меня за руку. –Ничего. Все в порядке, Кискисс. - Как можно мягче произнес я. При упоминании ее такого имени, она улыбнулась. - Просто мне надоело, что мать всегда все решает за меня. Что сделать и как. Вот опять. А может я не хочу никому экскурсию проводить? –Ну не хочешь, тебя не заставляют. Ладно, Гейл, мне пора, Прим заждалась. Еще увидимся. –Пока, Кискисс. - Улыбнулся я, она тоже улыбнулась. Мне очень нравилась ее улыбка. Китнисс побежала домой. А я поплелся в город. У меня были там кое-какие незаконченные дела. Pov Пит. Я вышел на улицу из пекарни и увидел, шедших от Котла, Гейла и Китнисс. Руки сами сжались в кулаки. Опять он с ней и опять втаскивает ее в какие-то нехорошие дела. Он что-то бурно ей рассказывал, а она улыбалась. У нее очень милая улыбка, но опять же, как всегда, она одаряет ею только его, Гейла. Они прошли мимо меня, даже не заметив. Я проводил их взглядом, пока они не скрылись за углом дома, предположительно идя в Шлак. –Пит! - Раздался знакомый мне голос рядом с пекарней. Я слышу его каждый день по множеству раз. Делли подбегала ко мне. –Привет, Пит. –Очень давно не виделись. Всего час! - Потом я заметил, что она тяжело дышит. - Что-то случилось? Ты бежала? –Да. –Зачем? Что произошло? - Насторожился я. –Да, произошло. –Что?! - Я рванул с места. –Эта девчонка приехала. –Фух, Делли, ты меня напугала. Я уж думал, что-то плохое случилось. Стой, а ты откуда знаешь, что она приехала? –Мне рассказали, что ее видели в Шлаке. Мальчишки говорят, что она симпатичная. –Ну а мне то что? –Тебе неинтересно? –Да не особо.- Если бы я мог, я бы сказал, совсем неинтересно. Но это обидит Делли. –Да ну тебя, Пит. Пойду кому-нибудь другому расскажу. Джеку например. –Давай. –Ты­ со мной не пойдешь? –Нет, у меня дела с отцом в пекарне. - Придумал я себе оправдание. –Ясно, жаль. Ну ладно, пока. –Пока. Делли убежала по направлению к дому Джека, а я зашел в пекарню. Надев свой фартук, я подошел к отцу. Он стоял у печи. –Ты же вроде собирался уходить куда-то? - Спросил отец. –Передумал. Тебе вроде помощь нужна была. –Конечно нужна. - Потрепал меня по голове отец. Отец стал месить тесто, а я вытаскивал буханки хлеба из печи и клал на стол. –Пит, у нас мука закончилась. Ты не мог бы принести мешок с чердака? –Да, конечно, пап. Я ушел в другую комнату, где была лестница на чердак. Я услышал шаги и чей-то звонкий голос внизу вместе с голосом отца. Сначала, я подумал, что это Китнисс. Но тут же отбросил эту мысль, она бы ни за что не пришла сюда. Это наверняка Прим. Да где же эта мука? Наконец, я нашел этот мешок и стал спускать его. –Пап, вот мука. - Произнес я, затаскивая мешок в кухню и стоя спиной к отцу. Повернувшись лицом и вытирая лоб рукой, я замер. Отец был не один. И это была не Прим... Pov Кайли. Я завернула к Котлу, но резко остановилась. Хазелл говорила, что этот рынок «браконьерский», значит, будет лучше, если я сначала заскочу позвоню, а потом уже пойду за едой. На улице начинало смеркаться. День клонился к вечеру уже. Развернувшись на 180 градусов, я, прибавив шагу, пошла обратно к площади. Пекарня должна находиться где-то здесь. Внезапно мне в нос ударил аромат свежего хлеба. Я улыбнулась сама себе. Вот и пекарня. Это был маленький аккуратненький домик. Осторожно открыв дверь, я прошла внутрь. Внутри было гораздо теплее, чем на улице. Передо мной, около стола, стоял мужчина, его руки были все в муке. Увидев меня, он приветливо улыбнулся. –Чем могу помочь? –Мне бы позвонить. А мне сказали, что у вас есть телефон. Я ненадолго. Я быстро, правда. Мужчину видимо рассмешил мой извиняющийся тон. Он мило улыбнулся. –Конечно можешь позвонить. Телефон вот там. Проходи. Он указал на дверь в другом конце комнаты. Я сделала пару шагов, когда она отворилась. –Пап, вот мука. Произнес парень в фартуке, вынося большой мешок. Его руки и даже лицо было испачкано в муке. Я еле сдержалась, чтобы не засмеяться. Увидев меня, он замер. Pov Пит. Девушка смотрела на меня, ее губы подрагивали. Что ее так рассмешило? Я взглянул на свое отражение в витрине и понял. Я был весь в муке. Отвернувшись, я быстро вытер лицо фартуком. –О, Пит, ты как раз во время. - Произнес отец. - Покажи, пожалуйста, этой милой молодой особе, где у нас телефон. –Конечно. - Голос получился как не мой. Слишком хрипло он как-то прозвучал. Просто ее появление застало меня врасплох. Я указал ей на дверь и сам скрылся за ней, она последовала за мной. Пройдя к телефону, я показал молча ей на него, а она мило улыбнулась и кивнула. –Спасибо. У нее оказался довольно приятный голос. Она поравнялась со мной и, осторожно подняв трубку, набрала номер. Я отошел к двери и молча следил за ней. Девочка оказалась очень даже ничего. Симпатичной. Это конечно была не Китнисс, далеко не она. Но она тоже легко могла нравиться мальчикам. У нее были светло-пшеничные волосы, которые лежали мягкими волнами до плеч. Ее зелено-серые глаза, в обрамлении густых ресниц, смотрели уверенно, но в них плясали бесенята. Только тогда я заметил, что она тоже смотрит на меня. Я поспешил отвести взгляд, стало как-то неудобно. Она ухмыльнулась. Но как только она отвернулась от меня, я снова стал оглядывать ее. Вся одежда была ей как раз и сидела идеально. Девушка была высокой, загорелой, стройной. У нее были пухлые губы и над верхней губой у нее была аккуратная маленькая родинка. Нос у нее был маленький, остренький и слегка вздернуты наверх. Она улыбалась, с улыбкой она становилась даже симпатичнее. Странно, я раньше ее никогда не видел здесь. Я пытался вспомнить ее лицо, в школе или еще где-нибудь, но не вспоминал. Ну не мог, я такую девушку не замечать. Девушка тем временем положила трубку и смотрела на меня. –Все? - Я удивился. Внезапно, я почувствовал еще что-то. Расстройство. Мне бы еще хотелось понаблюдать за ней. –Да. - Произнесла она и прошла мимо меня. Мне ничего не оставалось, как пойти за ней. Отец стоял у печи, рассматривая немного подгорелый хлеб. –Черт, подгорел. - Произнес он. - Придется выбросить. –Зачем выбрасывать? Давайте я его куплю. - Произнесла она. Мы с отцом удивленно смотрели на нее. - Я срежу подгорелую корку и мы с отцом съедим. Сколько он стоит? - Она полезла в карман за деньгами. –Брось. Забирай так, если хочешь. –Хочу. - Она взяла хлеб из папиной протянутой руки . - Спасибо большое. Мне ужасно хотелось спросить кто она, но спасибо отцу, он меня опередил. –А ты чья дочка то? –Шона Райта. Хм.. Где то я слышал это имя... Я задумался... И тут меня как передернуло. Так это она! Та приезжая девушка! Которая навела столько суматохи среди моих друзей своей таинственностью. Вид­имо, от нее не осталось незамеченным, как я вздрогнул о упоминании имени ее отца. Она непонимающе смотрела на меня. Отец снова выручил меня. –А.. Знаю, знаю. Он всем уже рассказал о твоем приезде. Так рад был. И мы тоже очень рады, что ты приехала. Наконец, старик Райт, уже больше не один. –Он, правда, был рад, что я приеду? - С надеждой в голосе спросила она. Мне даже показалось, что она сейчас заплачет. –Правда. - Мягко произнес отец. –Я тоже очень рада, что приехала сюда. Я, пожалуй, пойду. Спасибо за все, мистер... –Мелларк. - Поспешил представиться отец. - А ты... Она назвала свое имя, но я как назло его прослушал, потому что в окно постучали. На пороге стоял Джек. Увидев ее, он растянулся в улыбке и оценивающе посмотрел на нее. Я стал махать ему рукой, чтоб он уходил и он скрылся. –Приятно было познакомиться. –И мне, мистер Мелларк. До свидания. Я внимательно смотрел на нее. Она на секунду развернулась ко мне. –Пока, Пит. Я замер. Она запомнила мое имя? Улыбнувшись моему поражению, она вышла за дверь пекарни. Я подошел к окну и долго смотрел ей вслед, пока она не скрылась в переулке, ведущем к Котлу. –Милая девушка. - Произнес отец. –Да. - Как можно беспристрастней, сказал я. –Ну давай заканчивать, пора закрываться. С этими словами, мы с отцом стали убирать со столов и закрывать дверь пекарни. POV Кайли. Я вышла за дверь пекарни. На ступеньке перед пекарней сидел парень. Он уставился на меня. Я хотела ему сказать: « Сейчас глаза выкатятся». Но потом одумалась и просто молча прошла мимо. Интересно, у них так все пялятся на новых людей? Наверное. Отбросив все мысли я отправилась к Котлу. Пока шла, вспомнила Хейли и Саймона. Как я сейчас по телефону сказала ей, что у меня дома его нет и я звоню из пекарни, она просто ужаснулась. А узнав, что у нас нет автоматической ванной, она категорически отказалась приезжать в гости, а вот Саймон, наоборот, сказал, что с радостью приедет. Только когда, неизвестно. Передо мной предстало большое черное деревянное здание. Я осмотрелась по сторонам. Рядом с зданием в углу стояли люди. Приглядевшись получше, я увидела, что это парень и девушка. Особо умной быть не надо было чтобы понять, чем они там занимаются. Целуются. Встряхнув головой, я подошла ко входу, но, на свою беду, еще раз посмотрела на них. Парень отошел немного от девушки и теперь взгляд его холодных серых глаз был прикован ко мне. Парень был не дурен, но я бы в такого не влюбилась. Хотя бы из-за его поведения. Он смотрел на меня и зло ухмыльнувшись, произнес голосом полным горечи и злости. –Ну, чего уставилась? Иди куда шла! Во мне вскипела ярость. Ну вот, только приехала и меня уже разозлили. –Тебя забыла спросить! Еще будешь мне указывать, что делать?! Закричала я таком же тоном. Парень, видимо, не ожидал такого ответа, потому что, на его лице проскользнуло удивление. Но оно быстро сменилось маской злости. –Конечно. Раз сама не знаешь, что делать. –Ну уж нет. Сама разберусь, без сопливых! –Что?! Паре­нь полностью разозлился. –Что слышал. Чао! Я помахала ему рукой и зашла в Котел. Он оказался, и в правду, рынком. Тут стояли лавки с продуктами и множеством еще всяких безделушек и полезных вещей, одновременно. За лавками стояли и женщины, и старики, и дети. В общей сложности, я ходила по Котлу минут двадцать. В итоге, купив масло, кое-какие овощи и несколько пакетиков чая, я отправилась домой. Выйдя из Котла, я огляделась, парня нигде не было. Ну и хорошо, можно идти спокойно. Я вышла на площадь и увидела Пита, того мальчика из пекарни, он шел через площадь к {censored}. Оттуда ему на встречу вышла девочка, примерно его возраста, и мальчик. Я улыбнулась, ну было что-то в этом Пите. И это точно не его внешние данные. Да для меня внешность и не была главной никогда. Ведь очень часто бывает так, что внешность просто замечательная, а в душе {censored} {censored}. И наоборот. Нет, Пит был симпатичным, но не красавцем. До дома я дошла спокойно и без приключений. С удивлением я заметила, что свет в доме не горит. А где Шон? Я осторожно вошла в дом и позвала его. Никто не отозвался. Я вошла в его комнату. Шон мирно посапывал в кресле. Я улыбнулась этой картине. Я прошла на кухню. Пошарив в ящиках, я нашла 2 тарелки, 2 чашки и сковороду. Ну хотя бы что-то. Хорошенько отчистив их, я потушила на сковородке овощи(хорошо хоть плита есть). Все это выложила на тарелки. Найдя в ящике также железный чайник, я вскипятила воду и налила в отмытые чашки, заварила чай. Надо было будить Шона. Я прошла к нему, он еще спал. Я осторожно вынула из его сжатой руки пустую бутылку. Хватка у него оказалась железная. Я осторожно подергала его за руку. –Шон! Шон. Вставай. Пойдем ужинать. –Кайли? Это ты? - Сквозь сон пробормотал он. –Да, я. Пойдем. Кое-как распихав его, я привела его на кухню. –Вкусно пахнет, но я есть не хочу. –Придется, я же тебе говорила. Все-таки он съел весь ужин и пошел обратно к себе. Через пару минут я услышала храп. Убрав все со стола, я пришла к нему. Он лежал на кровати в одежде, даже не соизволивший накрыться одеялом. Я осторожно вытащила его из-под своего горе-папаши и накрыла последнего. После, я поднялась к себе. Разложив свои вещи в шкафу, я взяла с нижней полки постельное белье и расстелила его на кровати. Сняв с себя одежду, я легла спать в длинной белой майке и черных узких тренировочных штанах. Я вспомнила, как когда мы с Хейли были маленькими и ночевали друг у друга, мама научила нас говорить на ночь поговорку: «Сплю на новом месте — приснись жених невесте.» Вот и сейчас я сказала это и улыбнулась. Теплые воспоминания всегда вызывают улыбку.