изумрудные глаза

Входная дверь тихонько поскрипывает, а на пороге слышатся легкие шажки, шуршание пакетов, раздается «Сяо, я дома!», и веселый бард влетает в квартирку, будто на крыльях ветра. Сегодня день выдался солнечным, таким теплым-теплым, что даже несвойственно для середины апреля. Хорошо, все же! Венти любил такую погоду, когда ясное синее небо не мрачит ни одна тучка, когда волосы его развеваются так легко и приятно, когда с ним рядом его самый дорогой человек. Но что же сегодня? – Ээй, Сяоооо? – протянул Венти, – Сяо, милый, ты где? Нет, нет нет, только не это, только не это, пожалуйста.. Дверь ванной спешно распахивается и ударяется о стену, так грубо, но так тревожно. Посреди комнаты на плитке сидит он – единственный близкий, единственный любимый в мире Венти. В его руке окровавленное лезвие. К глазам барда подступают слезы, такие крупные и соленые, которые докатываются до самых уголков губ и остаются на них мокрыми пятнами. Желтоглазый так безысходно и виновато поднимает взгляд, будто просит прощения за содеянное, будто может скрыть свои же слезы, вовсю катящиеся из глаз. – Прости меня, прости меня, Венти.. Ты не должен видеть меня таким, можешь уйти. Я же говорил, я ничего не стою.. – Замолчи..! Замолчи, пожалуйста, не говори этих слов.. – сквозь слезы произносит голубоглазый, – Ведь я же обещал тебя сберечь, твоей вины в этом нет, совершенно нет, поверь! – Я никчемен и жалок.. Я о себе то позаботиться не могу, чего уж тут говорить о тебе, я- Не дав договорить, Венти прижимает к себе Сяо, и шепчет «мы справимся, вместе все будет хорошо, я обещаю». Такое хрупкое, такое ранимое тело, что заключал он в своих объятиях.. Он так им дорожил, будто больше своей жизни, будто мог умереть за него. – Ты не никчемен, не жалок. Ты - это ты, и я люблю тебя таким, какой ты есть. А солнце продолжало светить сквозь задернутые шторы, а шум ветра все не утихал. А изумрудные глаза, такие спокойные и родные, такие тёплые и одновременно решительные, еще заплаканные, но вселяющие надежду были единственными, ради чего Сяо еще жил.