13 секунд

Юджи сладко простонал под ним, прикусил нижнюю губу и выгнулся. Сатору не смог сдержать ласковой, томной и влюбленной улыбки. Раскрасневшийся, запыхавшийся, с горящими глазами, трогательный, ласковый, нежный — и весь его, Годжо. Блондин, ведомый щемящим чувством которое обуяло его, наклонился к груди, целуя вздыбленные соски, а потом цепочкой поцелуев спустился по груди вниз, и остановился в том месте, где гулко и учащенно билось чужое сердце. Мужчина с жаром прижался губами к этому месту, чувствуя легкую вибрацию, а после уткнулся лбом. И замер. Прохладная ночь творила свои чудеса. Через открытое окно пробирался прохладный, сырой воздух и из него же доносились слабые голоса людей, машин и писк светофоров. Все это вместе дарило ощущение сладостной эйфории, какого-то особенного спокойствия и бесконечного счастья. Прошедшая неделя выдалась тяжелой и Сатору с наслаждением поддался усталости. После горячего секса с Юджи голова приятно опустела и он был готов вырубиться прямо сейчас, но довести дело до конца все же нужно. Поднявшись вверх, млея от ласковых поглаживаний рук Итадори, мужчина прошелся губами по шее, накрыл любимые губы поцелуем и возобновил плавные движения бедер. Юджи горячо, шумно выдохнул через рот, его язык пробежался по распухшим губам и он открыл свои глаза, встречаясь с глазами Годжо. И как Сатору минутой ранее, замер, плененный и поглощенный. Его темно-карие, кристально-шоколадные глаза, затуманены дымкой страсти; его глаза так ясно влюблены — это осознание разлилось теплом в грудной клетке мужчины. Сатору почувствовал как собственное сердце сбилось с установленного ритма, как оно сжалось не от боли, а от нежности и как принялось с удвоенной силой качать кровь. Блондин вздохнул глубоко и рвано, чувствуя как поднимается волнение и как температура тела подскочила на пару градусов выше. Наверное до сорока, мелькает мысль в белокурой макушке. — Сатору, — прошептал Юджи и потянулся к его лицу руками, обхватывая щеки и поглаживая кожу, — Сатору, — со стоном вновь протянул парень, сжимая его талию своими бедрами сильнее. — Я знаю, — шепотом отзывается блондин, прикрывая глаза, — я тоже, сейчас. Качнув бедрами буквально еще пару раз, мужчина ощутил как Юджи сжался и с его губ сорвался продолжительный стон. Опустив глаза вниз, Годжо убедился в своей догадке: Юджи кончил так же тихо, сладко и обильно, испачкав и свой живот, и живот мужчины. Давление мягких стенок на член, теплая пульсация и ощущение теплой спермы на собственном животе довели Сатору до края. Он едва успел выйти, прежде чем кончил на живот Юджи, мешая их сперму. Ласково улыбнувшись, Сатору завалился рядом на бок. Итадори тоже повернулся к нему лицом и придвинулся поближе. — Спать? — пробормотал он, его глаза уже слипались от усталости. — Спать, — кивнул Сатору и подвинулся еще ближе затем, чтобы поцеловать парня на последок. — Спокойной ночи, родной. — Спокойной ночи, Сатору, — полусонно отозвался Юджи. Потянувшись, Годжо накрыл их одеялом и удобнее устроился на подушке, все еще продолжая наблюдать за спящим Юджи. Еще более невинный и прекрасный во сне. Такой родной, близкий и буквально весь принадлежащий ему. Хмельным взглядом скользнув по телу парня вниз, Сатору зацепился за его левую руку: широкая кисть, запястье, яро выступающие костяшки от спаррингов, широкая ногтевая пластина, выступающие темные вены. Задумавшись, Годжо не заметил как подковырнул расслабленную руку и скрепил их пальцы в замок. Подняв их руки над головами, мужчина зацепился взглядом за безымянный палец. Да, они говорили с Юджи о свадьбе. И Юджи вроде как сделал ему предложение. Но с учетом их работы, их занятости, как-то продвинуться дальше слов они не смогли. Только вот выбрались в отпуск за границу, вроде как с понятным намеком. Еще раз, мельком взглянув на руку Юджи, воображение Годжо живо и детально нарисовало на безымянном пальце золотое кольцо и это изображение, и полетевшие кинолентой цветастые картины, выбили из него дух. У Сатору в буквальном смысле затряслись руки. Он прикрыл веки, глубоко вздохнул пытаясь отгородиться от нахлынувших эмоций, которые взрывались у него в голове фанфарами. Слова Юджи — о костюмах, о кольцах, о путешествии. Все это казалось таким нереальным ему когда-то. Пару лет назад. После их «паузы». Но не сейчас. Годжо выдохнул так, словно из него вышибли этот клочок воздуха. Он зарылся одной рукой в волосы и яросто их взъерошил. Бритый затылок начинал колоться, а челка уже щекотала нос. Но все это совершенно не волновало Сатору в данную минуту. Все о чем он думал это, как сделать Юджи предложение. Да, Юджи все еще остается первым, кто попросил руки. Но Сатору ощущал себя так, словно сейчас он тот, кто должен позаботиться обо всем. Он не мог узнать наверняка, как парень хотел, чтобы ему сделали предложение. Но зная самого Юджи, можно предположить, что какой-то пафос тут ни к чему. Улыбнувшись своим мыслям, Сатору прижал костяшки Ю к своим губам, внимательно наблюдая как тот дернул носом во сне.