привкус мяты на простынях

      пиковый король — великолепный правитель виноградной империи. у него есть его верный народ, преданная стража. он обладает высоким авторитетом среди других правителей, в отличии от габриэля и данте — он был более собранным, в отличии от ромео и феликса — умел держать ситуацию под контролем, в отличии от зонтика и куромаку — его королевство было более процветающим, что в экономическом плане, что в социально-духовном. и в отличии от вару…впрочем его старались не упоминать. никто не любил этого маленького выскочку который заполучив замок и народ, тут же исчез в своем мире. всюду, куда ступала нога бывшего валета, царил хаос и разруха. и это не нравилось пику. ему всегда хотелось чтобы вару вел себя сдержаннее, чтобы он не позорил его. бесполезно.       став правителем мятного королевства, вару стал вести себя как бельмо в глазу. жить мешает, да вытащить не судьба. его народ ненавидел такого неудачливого правителя и при каждом его появлении закидывал камнями или гнилыми овощами. вару никогда не показывал того что ему обидно. вообще характер мятного короля был достаточно скверным, ему нравилось мучать людей, отчего он получал несравнимое ни с чем удовольствие. он никогда не сдавался и всегда позорился до конца.

***

      в один из солнечных дней, мятный устал от всего. он приехал навестить феликса и его солнечную и сахарно-ванильную супругу и поздравить их с рождением ребенка. феликс был одним из немногих добродушных простаков над которыми даже издеваться не хотелось. сердце сжималось в тиски, когда вару наблюдал за тихим воркованием феликса и его возлюбленной с ребенком. неужели он не заслуживает хотя бы капельку понимания и любви? хаотичные мысли крутятся в голове, отчего королю становится невыносимо душно и запах сладкой карамели начинает сводить его с ума. и лимонная отдушка. просто кошмарно.       оказавшись на улице, вару бездумно побрел по чистым, освещенным улочкам королевства, в надежде что вскоре его сердце перестанет так судорожно биться. он шел медленно, иногда боязливо оглядываясь по сторонам, словно боясь что и тут его могут унизить, напомнить какой он ужасный правитель и человек. вопреки ожиданиям на улочках было тихо, а редкие жители, что осмелились выйти в такую жару, приветливо махали мятному. а один из них, даже осмелился подойти к нему почти вплотную. вару замер, рассеянно глядя куда-то за спину подошедшего к нему. но ничего страшного не произошло. они просто мило побеседовали вместе с вайт. вайт оказался славным парнем-художником который в последнее время безнадежно страдал в одиночестве. и кажется…вару мог бы ему помочь. ведь ничего не случится, если он попытается найти в этом парне утешение?

***

      пиковый король был вне себя от ярости и уже битый час смотрел на фотографии, довольно-таки интимного содержания. и притом, вару даже не позаботился о том чтобы хоть как-то скрыть это от виноградного. стоит еще раз уточнить что пиковый терпеть не мог когда что-то или кто-то без его согласия творили нечто уму непостижимое. мятного короля ждет долгий, приватный и принудительный разговор который окончится наказанием. все же…мятный король — его собственность. несмотря, на казалось бы, очевидную неприязнь, пик одержим им и его крышесносным, резковатым запахом мяты, его зелеными непослушными кудрями, которые было бы так приятно намотать на кулак, втрахивая его в стол или в пол, такого мерзкого и посыпая поцелуями ключицы, грубо кусая предплечья, царапая его бедра, спину, оставляя кровоточащие метки которые так и кричат о том, что вару собственность пика.       очнувшись от оцепенения, пик понял что сломал карандаш который держал в руках, старательно зачеркивая лицо наглеца который посмел протянуть «руку помощи» отчаявшемуся мятному. а ведь сам мятный не знал того как сильно пиковый был им одержим. это была больная, отвратительная зависимость, она засела в ребрах, мешая дышать, заставляя комок тревоги скручиваться тугим узлом внутри.       пик позвонил вару и очень мягко и ненастойчиво позвал на важный разговор. сути вару не уловил, но быстро вскочил с постели, наспех одеваясь в привычные зеленые одежды и покидая теплую постель, оставляя вайта в легком недоумении.       примчавшись в виноградное королевство и наспех поднявшись в зал для гостей, вару не ожидал того, что сзади его ударят чем-то, отчего сознание катится в тартары и он падает без чувств на пол, едва не разбивая себе голову, если бы его не подхватил пик. виноградный злостно улыбается и осторожно усаживает свою любовь на стул, привязывая веревками.       вару очнулся, вару ничего не понимает, вару видит то, что пик взбешен и то и дело, нервно потирает руки, скрытые за черными перчатками. вару не боится, он такой же напыщенный как и обычно. это раздражает, бесит, выводит из себя и без того разозленного пика и заставляет его врезать по лицу вару, дабы «разбудить». вару тихо шипит не разжимая зубы, из носа фонтаном хлынула кровь, а в глазницах скапливаются слезы. удар пришелся по переносице и основной части щеки. вару вздыхает. пик приподнимает его за подбородок, грубо слизывая слезы и заставляя вару смотреть в его безумные янтарно-желтые глаза с сузившимся зрачками. вару пытается оказать сопротивление, кусает пика за язык, мычит бессвязные проклятья и горько жалеет о том что вообще явился сюда. тем временем пик продолжает грубо царапать тело, срывая одежду и нетерпеливо прикусывая язык и внутреннюю сторону щек своего пленника. кровь…приятная, отдает легким мятным морозцем. пик отрывается, смотря на тяжело дышащего вару который сплевывал кровавые ошметки на пол. упс, все же виноградный слегка перестарался. он отвязывает веревки, берет вару на руки (а он и сделать ничего не может, руки-ноги отказываются слушать хозяина) и относит его в свою спальню. вару брыкается из последних сил, шипит какие-то угрозы, но все что ему остается…это смириться. смириться с тем, что он отныне и всегда будет с пиковым. как красивая и хрупкая статуэтка. как маленькая и послушная марионетка которая исполнит любой приказ. пик хрипло смеется, облизывая кровь с губ и нависая над вару, заставляя того испуганно отвести взгляд. без очков неприятно, без очков он чувствует себя таким уязвимым, таким слабым. пик спускается в торсу вару, утыкается в соски, начиная их покусывать, сминать, грубо исследуя открытые участки, отчего вару то недовольно ерзал, то как-то приглушенно вздыхал.       это длилось долго, казалось, пик хотел пометить не только сверху, но и снизу, укусы алели на внутренней стороне бедра, на ягодицах, на руках, на плечах. вару прикусив язык уже не сдерживался и горькие солоноватые слезы стекали по белым простыням пикового. а его это возбуждало еще сильнее, отчего ткань штанов неприятно оттянулась. заставив вару сесть, пиковый распахнул ширинку, спуская штаны с нижним бельем и буквально вгоняя свой член в рот шокированного вару. взявшись за кудряшки вару, пик буквально втрахивал свой член в его рот, отчего последний давился, мычал, захлебывался. неприятно, больно, много, он задыхается в этом противном и дурманящем голову запахе шипучки и винограда, челюсть сводит судорогой, вару тщетно брыкается, едва ли не отталкивая от себя пикового. бесполезно…минет продолжался пока пик не кончил, зажав вару нос и рот, заставляя проглотить все. пара капель семени упала на постель, но возбужденный и озверевший король ничего не замечал кроме тела которое находилось под ним. пик потерся головкой члена об колечко мышц, судорожно сокращавшееся от напряжения и немедля вошел. конечно, никакой речи о растяжке или более-менее какой-либо подготовке, и быть не могло. вару закричал, впиваясь ногтями вв спину пикового который несмотря на его отчаянные крики, продолжал нещадно рвать его изнутри и грубо втрахивая, поставив раком. колени дрожали, локти нещадно болели, а разум не мог отключиться из-за боли которая сводила его с ума. а пик наоборот, наслаждался долгожданной, приятной узостью, горячим телом и конечно же, слезами и кровью своего бывшего валета. это было просто великолепно. но длится вечно не могло, к сожалению. с утробным рыком пик кончил внутрь вару и вынул свой член. на идеально чистые (уже не особо) простыни капнуло его семя вперемешку с кровью, а обессиленный мятный просто рухнул на кровать, закрывая глаза в изнеможении и сразу же отключаясь от пережитого изнасилования.       пик собственнически погладил его по голове, прижимая к себе. улегшись на кровать и пристроив рядом дрожащего партнера, пик еще долго не мог уснуть, прокручивая в голове те фотографии. злость не исчезла. позже он обязательно разберется с тем парнем. вайт? вроде бы так его звали.