Моменты из жизни

Это должна была быть обычная пробежка, ничего особенного. Своеобразная разминка, почти игра, просто чтоб наконец покинуть душное логово. Даже братья согласились с необходимостью проветриться, именно так, все вместе. Как-то так получилось, что в последнее время каждый был занят своими делами, а теперь, вон, и Донни на свалку забежать не прочь, и Лео только за. Майки вообще за любой кипишь, тут даже сомневаться не приходилось. Короче, Раф был внутренне счастлив провести время с семьёй. Никому об этом, естественно, говорить не обязательно, и так наверняка догадываются… Держалось бы настроение до самого возвращения, но, как гласит закон подлости, что-то должно было пойти не так. Ну, как всегда, когда он с братьями желает просто отдохнуть от всего. Драко-Даймио-сын появился практически прямо перед ними, их разделял всего один узенький переулок между домами. Как такое возможно? Никто, ни одна вселенская сущность не удосужилась ответить, каким образом пепел драконоподобного урода восстал и слился с маленьким сынишкой правителя Нексуса. Благо, никаких супер-мега-мощных посохов у противника не оказалось, и то хлеб. Потому что этот внезапно невероятно молчаливый двулицый ублюдок оказался куда сильнее, чем Раф помнил. Хотя, а они разве хоть раз сходились в схватке? Да вроде нет: сынок Даймио вызвал на дуэль только Лео и сражался только с ним. Драко же точил зуб конкретно на Сплинтера, черепахи же изначально шли в комплекте. Потом они все вместе помешали захватить мультивселенную… Потом их разбросали по разным концам этой же мультивселенной… Но да, прямого столкновения не было ни разу. Стоило вспомнить тот эпизод, как где-то на периферии заметил очень опасный замах шипастого хвоста в сторону Майки. Туда уже направился Лео, но, насколько хорошо Раф знает своего старшего брата? Он сделает всё, чтобы защитить каждого из нас. А что подразумевает под собой это размытое «всё»?.. Рафаэль не допустит худшего из вариантов, спасибо, ему на всю жизнь хватило этих «на волосок» в исполнении Лео. Дайте и ему хоть раз поиграть в героя. Он услышал противный треск откуда-то со своего панциря, на адреналине совершенно не почувствовав боли. В любом случае, сейчас ему было всё равно. Главное – оба брата перед ним целы и невредимы. Немного смущали выражения лиц этих самых братьев, глядящих на него с неверием, страхом и какой-то даже детской обидой. Вообще-то, в отличии от этих двух недо-черепах, Раф хотя бы додумался подставить панцирь вместо головы. Кажется, кто-то кричал его имя? Рафаэль не расслышал – громкий треск всё заглушил. И на этот раз боль наконец достигла разума, нахлынув убийственным цунами ощущений. Колени непривычно подкосились, а бетонная крыша приближалась слишком уж быстро. Удар вышел неприятный, разве что не прямо лицом влетел. Получилось так, что взгляд его упал на Донни, который чуть в стороне ото всех сражался с головой Драко на длинной шее. Словил контакт с его испуганными глазами. Ага, действительно, с таким противником незазорно и испугаться… … Черепашка подорвался на кровати, тяжело дыша. Морок ужасного сна не желал отпускать, перед глазами стояла страшная сцена: один из братьев прикрыл собой двух других и в итоге оказался буквально раздавлен, раздроблен на куски… Осколки его панциря разлетелись вокруг, словно только что разбившиеся кусочки стекла. Один только вид резал душу до крови. Но. Это ведь был лишь сон, верно? Просто дурацкий сон, ахах. Главное, чтоб не вещий. Иначе всё печально. Или чтоб не какое-нибудь очередное приключение, та же петля времени… Да нет, тогда бы это всё помнил Раф, верно? По законам жанра… А с каких пор Донателло думает о законах жанра? Он же реалист, механик. Который, впрочем, признаёт силу некоторых конкретных совпадений. Так, вернёмся. Это вполне может быть и он сам, если своеобразным триггером бы послужило, скажем, конкретное смешение эмоций? Гормонов? Мыслей? Или событие. Как если бы смерть близкого человека… Так, стоп! Хватит зацикливаться! Лучшим решением будет поделиться с братьями, это однозначно. Они все пережили всякое, как минимум смеяться никто не будет. Даже наоборот, теперь Дон сомневается, не организуют ли они какое-нибудь осадное положение… Умник выбрался из-под власти одеяла, слез со своей кровати, быстренько взбодрился холодной водой. По пути в ванную он заметил свет на кухне, значит, компания у него точно будет. Там за столом сидел Лео с опасно задумчивым выражением лица и уже остывшим зелёным чаем. Да как можно пить эту траву, фе. — Хей, Лео. Не спишь, — не вопрос и не утверждение, нечто среднее. Печально, но сие зрелище стало уже практически нормой, и даже не только со старшим братом. Тут можно иной раз и Майки встретить, и даже Рафа. А иногда, в особенно плохие ночи, они все вчетвером тут собираются и просто медитируют над рандомным напитком. — Не сплю, — отозвался лидер, медленно переводя взгляд на брата. — Кошмары? Дон слабо пожал плечами, проходя мимо стола к буфету. Кофе абсолютно не хотелось, как и в принципе ставить чайник. Спустя полминуты раздумий, что уже много, он остановился на простой воде. — Не совсем уверен. Это было… Более реальнее, чем обычные мои сны, — Фиолетовый немного отпил. — Ну, когда они у меня бывают. — М-м. Насколько? — подобрался Леонардо на другом конце стола. — Может быть шесть из десяти? Хорошо помню только последнюю сцену. И это было не от моего лица, что самое странное… Я как будто был Рафом. И все его мысли были такими логичными в тот момент… — Мы разберёмся с этим, — опустил ему на плечо руку старший брат. Такой вечный жест, всегда успокаивающий самые буйные мысли. Стало немного легче дышать. Совсем чуть-чуть. — Точно. У меня даже есть пара идей, — поглощённый внезапной мыслью, гений семьи убежал к себе в лабораторию. Старший, только покачав головой, последовал за ним. Звук оказался слишком уж внезапным, неправильным. Не должны дома, в одном из немногих безопасных для них мест, раздаваться такие… зловещие взрывы. Не то чтобы у Донни никогда ничего не взрывалось, верно. Но в этот раз было совсем не так. Как бы предвещая беду. Леонардо не был готов ни к заставшему врасплох звуку, ни к открывшемуся зрелищу, стоило только войти в слегка задымленное помещение. Его брат лежал на холодном полу, придавленный какой-то машиной с кучей невероятно острых лезвий, окружённый огнём. Где-то в убежище два других брата уже бежали на шум с оружием наготове, но Лео их не замечал. Только отголоски. Всё его внимание было поглощено распластавшимся Донателло и погасающими искрами жизни в его глазах. Остался незамеченным и чёрный, как смоль, дым, окутавший пару, словно змея. Подпрыгивающие вокруг в сатаническом танце красноватые угольки. Они не касались своих жертв, нет. Зачем? Всё и так уже произошло. Произошло… Черепашка открыл глаза с судорожным глубоким вздохом, едва не подавившись им же. Зажмурился, растёр лицо ладонями. Не сильно помогло избавиться от застрявших в сознании картин. Сел на кровати, осмотрел комнату. На самом деле было практически кромешно темно, но он ниндзя или погулять вышел? Вон, на полке стоит бонсай, под и над ним собраны все его личные книги, начиная стратегией и психологией и заканчивая каким-то популярным русским романом, над переводом которого он до сих пор в свободное время бьётся. Черепаха чуть потянулся и нащупал свои ножны с катанами. Он всегда оставлял их так, чтобы в любой-любой момент можно было дотянуться. Даже через полсекунды после пробуждения. А то мало ли… Бесцельно прошёлся по комнате, смотря на знакомые предметы, но умом витая где-то в другом месте. Вышел, бесшумно оказался в додзё. Мелькнула мысль, что утренняя тренировка в таком состоянии – не лучшая идея. Медитировать настроения нет. Вышел, прошёлся по периметру. Все выходы прочно закрыты и сокрыты, тут всё в порядке. Телевизоры выключены, на диване никто не заснул. Хорошо. Но коробку с дисками лучше убрать с пути. Вряд ли кто споткнётся, но мало ли. Ненадолго остановился у общего книжного шкафа. Читано, читано, скучно, что он вообще тут делает? Горячий чай звучал хорошо. Не доводя чайник до кипения, выключая плиту ровно за мгновение до противного свиста. Так же бесшумно залил заварку водой, пуская поток по стенке чашки. Напиток, к сожалению, быстро закончился, но на второй заход совсем не тянуло. На часах три дня, в четыре должны проснуться братья. Ещё целый час… Почему бы и не проветрить голову? Зимой темнеет рано, с этой стороны проблем не будет. Только что одеться придётся, зима всё-таки. А это сковывает движение… Но да ладно, проблемы нужно преодолевать. Морозный воздух был колюч и жесток, особенно к полухладнокровному существу, а ледяные остатки подтаявшего снега давали прекрасную возможность отточить реакцию и ловкость. Леонардо бегал бы вечность, наверное – так легко на мгновение стало. Пока это всё не прервал гром и сверкнувшая где-то на горизонте молния. Настроение моментально переменилось. Вспомнилось одно из худших его поражений, когда, наверное, весь клан Фут часами гонял его по городу. Когда в итоге опасности подверглась вся семья, когда Эйприл лишилась буквально всего, что имела. Словно вторя воспоминаниям, на соседней крыше показалась до дрожи знакомая тень. Леонардо не хотел верить. Нет, потому что это не могло быть правдой. Они победили Шредера, окончательно. То есть, совсем окончательно, буквально распылили супер-лазером. Для этого понадобилось всего лишь три команды черепах и поддержка альтернативного Шредера, ага. Но вот он, приближается парящей тенью, готовый к бою. Не замедлился ни на секунду, ничего не стал говорить, просто набросился. Черепаха яростно сражалась, чувствовалось его желание избавиться от врага. Ещё раз, снова и снова, чтобы упокоить кровного врага. Но его сковывала непривычная тканевая одёжка, холод жадно облизывал свою жертву, особенно стараясь на напряжённых местах, от усилий покрытых ледяным потом. Он замахивался снова и снова, наносил удары. Наблюдал, как противник слабеет с каждым движением, каждой секундой. Он упивался этим моментом, словно с первого дня мечтал раздавить жалкую зелёную букашку, поломавшую столько прекрасных планов… Погодите-ка… Как такое возможно? Каким силам в этой мультивселенной подвластно столь качественное влияние на разум, что Леонардо теперь видит из железного доспеха, избивает самого себя? Что он находится в роботизированном теле своего злейшего врага, что он думает мыслями своего злейшего врага… И он хочет убить самого себя, потому что стал своим злейшим врагом… Это такой урок напоследок? Тем временем, панцирный уже держался на последнем издыхании. Блок-блок-блок, даже не было сил нанести атаку. Вот уже и решающий удар, тяжёлая металлическая броня ударила прямо в чувствительное сочленение на боку, проступила кровь. Ещё один удар. Леонардо ошеломлён и одновременно уже смирился с поражением. Мечи выпадают из рук, громко лязгая о промёрзшую крышу. Тёмный шлем и кроваво-алые глаза на фоне свинцового неба – всё, что он может увидеть перед падением. Тяжёлая земля ударилась о его тело. Или наоборот. Снег приятно охлаждал ноющие мышцы. Пока нежность прохлады внезапно не стала смертельно колючим посланником ада. Он замерзал, Леонардо полностью осознавал свою судьбу. Ему не выжить: не с этими ранами и не с таким переохлаждением. Зрение быстро туманилось, поглощая всё больше и больше чудом до сих пор сохранившегося обзора. Последнее, что видел лидер в этой жизни – обеспокоенные голубые глаза самого младшего из братьев. А вот они наполняются паникой, ужасом… Прости, братишка, но… Черепашка едва не свалился со своей высоко поставленной кровати прямо на недружелюбный каменный пол. Но он ниндзя, в последний момент удержался в постели. Крошечный прилив адреналина почти затмил ужасный сон, но всё же не до конца. Весь следующий день Майки был более рассеян, чем обычно. Даже хмурый Лео с чашкой чая оторвался от созерцания в пользу уточнения его самочувствия. Даже внезапно остервенело избивающий несчастную грушу Раф и с самого утра закрывшийся в лабе Дон обратили на это своё царское внимание. Майки было немного тошно от этого: на его незначительную промашку в спарринге все так реагируют, словно не они сейчас тени самих себя. Именно поэтому младшенький быстро стащил наушники и скейт и максимально тихо выбрался из логова. Ведь как лучше всего обдумать увиденное во сне, как не во время расслабляющей поездки по канализации? Микеланджело был настоящим профессионалом своего дела, даже не особо задумываясь выполняя такие прыжки и сальто, которые ни один чемпион не решился бы повторить в столь тесных коридорах. Он размышлял о возможных знаках, теориях видения, основных моментов. Выполнил флип с пол-оборота. Значит ли оно, что Лео грозит беда? Значит ли оно, что Ведроголовый снова вернётся? Коснулся свисающего провода, перепрыгнул через выступающую трубу. И почему его сон был от лица Лео? Проскользил по трубе на другую сторону отходного бассейна, вызывая за собой дорожку искр. От лица Лео, которому приснился кошмар с Доном, которому приснился кошмар с Рафом. Прыжком-шовитом Оранжевый приземлился на старую заброшенную платформу метро. Поэтому ли братья были такие невсебешные? Им тоже приснилась подобная муть?.. Следующий трюк оказался прерванным внезапным гостем – одиноким вагоном-тягачом, спешащим куда-то по своим делам с нереальной скоростью. Микеланджело, естественно, за громкой музыкой и собственными мыслями его не услышал… Сердце старой крысы прихватило, когтистая лапа беспомощно схватилась за ткань и мех. Сплинтер поспешно встал, опираясь на трость много сильнее обычного. Но он должен идти, должен проверить своих мальчиков. Такие сны – они не просто так. Никогда яркие сны, полные впечатлений, равных реальным, не бывают просто так. Ранним днём все мальчишки ещё спали после трудной ночи. Что ж, это пока хорошо. Значит, есть немного времени набрести на аптечку, достать таблетку и, возможно, подумать о насущном. А вот медитация тут совсем не помощник, не в этот раз. Почувствовав небольшое улучшение собственного состояния, крыс вышел обратно в атриум… Его встретил заляпанный морем крови Шредер, старый враг. А вокруг… Сплинтеру снова поплохело, старик просто рухнул на колени – ноги его больше не держали. Из глаз потекли горькие слёзы, теряющиеся в густом меху и не способные отразить в своей водной сущности ни одно из изуродованных тел. — Ты следующий, Назуми, — пророкотал демон, внезапно приковавший его к стене сгустком чернющего дыма. А крысе было всё равно, он неотрывно смотрел на сыновей, искал хоть единственный признак жизни, ради которого стоит сейчас взять себя в руки и пойти на врага. Смотрел и находил только искалеченных жизнью и обстоятельствами детей. Его детей… Удар был безжалостно милосерден. Раз – и спасительное падение во тьму… Мальчишка с приглушённым криком подпрыгнул со своего импровизированного ложа, разбудив своего соседа. — Йоши? Ты чего это? — приподнялся на локте Юкио, его лучший и единственный друг в этом жестоком послевоенном мире. — Это… Какой-то странный кошмар… Там были огромные каппа и непонятный йокай-крыса. И они все там умирали… — Да ладно, Йоши, забудь о них. Или, нет, не забывай, лучше потом утром расскажешь, — сонно попытался развеселить друга Масима. — Прикинь, сколько мы могли бы заработать, если красиво подать этот твой сон… Может что-то типа старинной легенды. Богатые дамочки точно поведутся и кинут нам пару йен. — Точно, — согласился Йоши, едва перебарывая ком в горле. Ему было неожиданно жаль тех существ… Даже если это всего лишь сон. — Давай, спи дальше. Совсем чуть-чуть до рассвета осталось. — Ага. Спокойной ночи, — мальчишки развернулись спиной к спине друг друга, словно бы защищаясь со всех сторон. Укрылись старым дырявым одеялом, более никому, кроме них, ненужным, и уснули беспокойным сном. Через пару часов снова предстоял сложный день, полный выживания и надежд на лучшее.