День моего рождения стал днем твоей смерти. Хотя, правильнее сказать, днем нашей смерти.

Одинокий автобус остановился у неизвестного кладбища с несколькими могилами. Покачиваясь от недостатка сна, Минхо вышел из него и неровной походкой направился к самой большой могиле, тряся бутылку коньяка в руках. —Привет, друг, —опускаясь на свежевыкрашенную скамейку произнес Минхо, скользя взглядом по выбитым на ней словам «Алби. Лидер. Друг. Герой», —Мне сегодня 20. Мне удалось откопать это в архивах ПОРОКа, сохранившихся в интернете. Забавно получается, —азиат отпил из горла бутылки, —День моего рождения стал днем твоей смерти. Хотя, правильнее сказать, днем нашей смерти, —Он немного помолчал, нервно хрустя пальцами, —Представляешь, у тебя есть сестра. Вивиан. Ей 9. Когда все это началось, твоим родителям удалось ее спасти, отправив на север, где Вспышки почти не было. Сейчас я о ней забочусь. Она славная. Часто спрашивает о тебе. Я.. Не смог сказать правду, —тяжелый вздох, —Сказал, что ты спасаешь мир от плохих людей. Но мне кажется, она все понимает. На небо надвинулись тучи. Мощный порыв ветра закружил пачку чипсов, брошенную каким-то недотепой. Минхо протер влажные глаза, отпил коньяка и продолжил: —Мы целый год прожили в Тихой Гавани. И без тебя там как-то пусто. Знаешь, —доверительно улыбается, —я часто думаю, как ты мог стать замом Винса и с вредным видом поучать всех и каждого, исследовать окрестности вместе со мной. Без единого гривера, представляешь?! А этот триждыклятый ПОРОК...! —парня передернуло, рука машинально потянулась к шраму в форме буквы П на руке, —Адская организация. Безмолвная могильная плита молча слушает, помогая чересчур гордому парню рассказать, что его гложет. Минхо почудилось, будто он разговаривает не с бездушным куском камня на чужом кладбище, где помимо надписи не было ничего саязанного с его другом, а вернулся в Глэйд и говорит с живым Алби. Он видел чуть наклоненную к нему голову, огонек в глазах и теплую улыбку. —Да чего же несправедлива жизнь! —алкоголь распалил и без того буйный нрав юноши, —Та сука не сдохла, пока ее жалкая пародия на совесть не замучала. А ты.. Укоризненный взгляд. Началась гроза. Мощные капли дождя забили по плитам, скамейкам, деревьям. Не миновали и Минхо. —А я и забыл, как ты умеешь злится, —улыбается азиат. Алби тяжело вздыхает: от старой дерзкой широкой улыбки не осталось почти ничего. После третьего удара молнии насквозь мокрый парень поднимается. —Мне нелегко это говорить, но я в тебе нуждался. Чертовски. А теперь во мне нуждается Гарриет, —тяжелый вздох, —Я.. Мы. Мы переезжаем. Гарриет беременна и хочет дать Вивиан и будущему ребенку больше личного пространства...Мы встречаемся третий год и я вел себя как последний мудак. Я пренебрегал интересами живого любимого человека ради мертвого, пускай и самого близкого друга. Не думаю, что это правильно, —дождь усиливается. Недалеко прогремел мощный раскад грома, —Не жди меня больше, приятель,—опустошив бутылку произнес Минхо, быстро уходя прочь. Алби еще долго провожал уходящего друга. —Будь счастлив,—шепчет он с теплой улыбкой. ****** —Я и-ди-от! —с этими словами через пару недель приходит на кладбище Минхо.