Во что ты влез?
27 июня 2022 г., 09:09
Слава Богу, что улицы Затонска были почти пусты. Вечером город почти замирал. Это играло на руку Трегубову, который гнал, что есть мочи, и одновременно мешало, потому как с толпой ему смешаться не удавалось. Преследователи оказались ребятами не промах и не отставали ни на шаг, хотя Юрий водил их по улицам, пытаясь запутать. Маша вцепилась в сиденье и в ручку на двери, стараясь удержаться на месте. Водительские умения майора её восхищали и при этом пугали до чёртиков. Когда он в очередной раз совершил поворот, не снижая скорости и стирая шины об асфальт со страшным скрипом, девушка зажмурилась и вжала голову в плечи. Так не гонял даже Петя Миронов, её многоюродный родственник, живущий в Швейцарии, а у него «Бугатти», между прочим. Иногда он катал её по извилистому горному серпантину, и у неё захватывало дух от скорости и высоты.
Сегодняшняя поездка будоражила её гораздо сильней. То ли от того, что адреналин бушевал в крови, то ли от того, что Трегубов рядом с ней был похож на взведенный курок и сжатую пружину одновременно. На смеющегося Петю Миронова он не смахивал ни на грамм. Юрий на секунду скосил глаза и снова стал смотреть на дорогу. Он сделал удачный поворот, и у них было секунд десять форы. Внезапно в голову Трегубова пришла отличная идея. Впереди были расположены гаражи работников когда-то функционирующего в Затонске лёнзавода. Предприятие было огромным, и государство выстроило для его служащих настоящий лабиринт. Дальше была развилка, поэтому Юра нажал на газ, рванул вперед как на гоночном болиде, а почти перед перекрестком погасил фары и нырнул в съезд между гаражами. Проехав немного вперед, он заглушил мотор и прислушался. Маша и даже вопящая на полу сзади Муська прониклись моментом и затаили дыхание.
Секунды две спустя по основной дороге пронеслась машина, помедлила на перекрестке и полетела дальше. Звук мотора доносился совсем издали, а после стих вовсе. Трегубов позволил себе выдохнуть и разжать пальцы, стиснувшие руль.
— Теперь проедем через гаражи и выедем с той стороны на кольцевую. А там двинемся на Вдовий Яр, — сказал он, взглянув на Машу, вжимающуюся в сиденье.
Она покивала, тоже выдохнула, поправила растрепавшиеся, торчащие во все стороны волосы и, посмотрев назад, встревоженно позвала:
— Мусенька, Муся! Иди сюда, девочка! Не бойся!
Кошка взвыла и к изумлению Юры показалась из-под сиденья и запрыгнула прямо на руки Маши. Девушка немедленно прижала её к груди, несколько раз поцеловала широкую Муськину макушку и принялась наглаживать несчастное животное. К еще большему удивлению майора, Муська стала мявкать, подвывать и будто пощёлкивать, что ли, — жаловалась, не иначе.
— Едем, — сказал Трегубов.
Медлить было нельзя. В любой момент их преследователи поймут, что больше ни за кем не гонятся, и вернутся обратно. На перекрестке, конечно, они замешкаются, но кто их знает. Форд тронулся с места, но в этот раз поездка вышла куда более спокойной, несмотря на быструю езду. Маша и Муся затихли, и майору стало легче. У него появилась небольшая отсрочка. Зазвонил телефон. Юра достал его из кармана и увидел, что это звонок, которого он ждал. Звонил его друг, Серёга Мартынов, которого он попросил об услуге часа три назад. Майор нажал на кнопку.
— Юрец, друг мой дорогой, скажи мне, куда ты влез? — спросил Сергей.
— А что такое? — ответил вопросом на вопрос Трегубов.
— Я аккуратно поискал сведения о твоей сестре, как ты и просил. Аккуратно, заметь, так, как я умею. Никаких данных о Юлии Николаевне Трегубовой в системе нет. Официально и неофициально. Это было странно, но я решил попытать счастья и копнуть на девичью фамилию твоей матери. Да, ФСО, довольно незначительная проходная должность. Ну, думаю, нужно немного поспрашивать. Так вот, Юрка, как только я просунул в щёлку свой любопытный нос на полмиллиметра, начались весьма любопытные звонки. Начиная с моего начальника, который устроил мне такую головомойку, что я век буду помнить, заканчивая полковником ФСБ. Мне последний раз звонил полковник ФСБ, когда я занимался вопросом помощи его сыну в деле о вождении в нетрезвом состоянии. Посыл звонков был одинаковым — не лезь не в своё дело. И поверь мне, ради обычного статиста в канцелярии никто бы не стал в субботу поздним вечером поднимать свой зад и звонить любопытному товарищу вроде меня.
— Понятно, — помолчав, сказал Трегубов. — Спасибо. И прости за беспокойство.
— Да брось, — хмыкнул Мартынов. — Ты просишь о помощи раз в сто лет. А я дожил до тридцать пяти только благодаря тебе. И твоей бабушке. Поэтому — не вопрос.
— Спасибо, — снова сказал Юра.
— Я, конечно, все пожелания от вышестоящих чинов выслушал и к сведению принял, — почти весело проговорил Сергей, — но я ведь тоже не лыком шит. Я пробью, что смогу, Юрец. Постараюсь не наследить. Как будет, что сказать, я позвоню. Давай, не лезь там на рожон! Если что — звони. Пока!
— Пока, — сказал Юрий и нажал отбой.
Маша, которая всё слышала, молча смотрела на него.
— Разберемся на месте, — сказал он. — Пока не понятно ничего.
Он прибавил газу, и они направились во Вдовий Яр.
