дерьмо брат.

      Утро следующего дня для меня было крайне сложным после вчерашнего происшествия. Вернулась я в комнату в то время, когда прекрасно знала, что там не будет поджидать меня моя подруга с расспросами про брата, а после и сна ни в одном глазу не было до самого утра. В общем счете я поспала, наверное, часа два, после чего по нашим комнатам раздался будильник и открытие дверей — эти действия означали у нас как подъем во все лагере. Я нехотя встала с кровати, сразу же ее заправила и пошла в душ, потому что голова была очень тяжелая из-за мыслей о ситуации.       — Варя! Ну, рассказывай, он клюнул на меня?       Ну вот и пришла смерть в виде ебли мозгов. Это было очевидно, не отрицаю, но в глубине души я надеялась на то, что этого не будет. Я с выдохом отвожу от подруги взгляд, закидывая полотенце на плечо и выходя из душевой.       — Ну не игнорируй ты меня!! Знаешь же, как он мне нравится, хочу я с ним...       — Чего блять?       — Встречаться.       Я закатываю глаза в недовольстве, заходя в собственную комнату. Что мне ей сказать? "Мы с ним вчера сосались" или "С ним флиртовала какая-то девушка и, чтоб спасти ваши будущие отношения, я его засосала"? А если быть вообще точнее, то это он меня первый поцеловал, а не я его, но мразью я не буду и лучше вообще промолчу насчет этого момента.       — Нравишься ему, но скрывает эту симпатию. Действуй лучше.       Что ты, блять, сказала только что? Какое нравишься, какое скрывает симпатию. Да если она поймет, что это все вранье, она меня в котле сварит вместе с крысами. Как говорится: а потом — суп с котом, только в моем случае я совсем не кот, а гнида какая-то последняя. Если, конечно, за мной еще никто не занимал.       — О боже.. Все, я точно сегодня с ним встречусь и серьезно поговорю. Спасибо!       — Че. Э, сто..       Не успела я глазом моргнуть, как этой дуры и след простыл. Во я делов-то наварила, потом самой же это хавать придется. Но если так подумать: он может ее отшить культурно, она придет ко мне, я ее, как настоящая подруга, успокою, скажу, что он еблан полнейший и что вообще тупой баран и все! Я в шоколаде, братец мой останется бараном, а моя подруга останется моей подругой. Дело в шляпе, реально, я просто гений. А сейчас стоит лучше одеться поскорее и пойти на тренировку, иначе получу я смачного пинка под зад.

***

      Тренировка прошла, на удивление, очень даже спокойно. Никто никого не доставал, все спокойно тренировались и так же играли. Это было странно, но я лишь пожала плечами на все это и спокойно пошла в сторону своего корпуса, чтобы наконец-то отдохнуть. Однако я замечаю знакомые две фигуры, которые направляются в корпус вожатых и так мило о чем-то беседуют, что там явно не о каких-то мармеладках со вкусом клубники. Там кое-что другое, блять, с запахом клубники и банана. Из-за собственного интереса я аккуратненько за ними следую, потому что.       Справа идет моя подружаня, которая буквально из штанов выпрыгивает от счастья и мой брат слева, который идет с довольной ухмылкой, но я-то знаю эту ухмылку, я ее узнаю из тысячи других. Она всегда означает что-то совсем нехорошее, поэтому я пулей захожу за ними в корпус и поднимаюсь на нужный этаж. И, конечно, как по канону и специально дверь было слегка приоткрыта. Ебать, конечно я в нее свои моргалы засуну, чтоб посмотреть, что да как там. Тут мои глаза стали размером с пятирублевой монетой: моя подруга сейчас сосется с моим братом в его комнате вожатого. Она целуется так зверско, а тот ее приостанавливает наоборот, потому что вы представьте — вас буквально жрут в поцелуе, это же пиздец, я бы лично не вывезла. Да и всей этой информации я тоже не вывожу. Но.       По моему телу пробегается стая мурашек когда я вижу, как мой брат медленно снимается с себя майку, открывая вид на подкаченный торс, на его руках жутко-красиво выпирают вены, а губы мокрые и блестят на солнце. Когда он проходится кончиком языка по губам моей подруги, я рефлексом облизываю собственные, сглатывая невольно вязкую слюну. Он хорош, действительно. Он осторожен и умен в таких планах, нежен с этой девочкой до последнего, чему я была приятно удивлена, ведь за это я беспокоилась больше всего. Но сейчас меня колит другое. Сердце. Оно словно начинает болеть от чего-то, и я не хочу даже знать, от чего именно, потому что как только задумываюсь об этом, то в голове ничего, кроме происходящего в данной комнате. Резко для они прекращают, он обратно надевает майку и вытирает губы кистью руки.       — Я сделал то, что ты хотел. Не думай больше обо мне, я лишь твой учитель.       В моих глазах полнейший шок, я быстро отбегаю от двери, когда слышу быстрые шаги свое подруги, а когда та вышла и, не заметив меня, ушла, я начала действовать.       — А теперь объясни мне, что это сейчас было.       Зайдя в чужую комнату, я сильно хлопаю дверью и скрещиваю руки на собственной груди. Глаз не оторвать, какой же он сейчас безумно красивый: его кожа блестит из-за того, что она мокрая от пота, волосы неуклюже лежат, словно он только что встал, и дышит через рот, как будто у него был забег несколько километров.       — Настолько стыдно стало, что даже отдышка началась?       — Не из-за этого.       Меня смех пробирает. Из-за чего же ему, сука, тогда стыдно может быть, когда он является просто самым бесстыдным человеком на этой планете? В такие моменты из-за его слов меня охватывает злость, мне хочется его ударить, дать смачную пощечину, потому что. Потому что я люблю ненавижу его.       — А из-за чего тебе, блять, стыдно? Ты понимаешь, что ты играешься над чувствами девочки? Ты противный, ты просто не имеешь право так поступать.       — А тебе не стыдно? Целовать меня.       В моем горле резко появился комок, который невозможно было проглотить или выплюнуть, он намертво застрял в глотке от чужих слов. Меня словно гвоздями прибили к месту, на котором я так злобно стояла и отчитывала только что собственного старшего брата, который, по сути, должен всегда отчитывать меня за неправильные поступки и решения перед ними. Я глупа и нерешительна. Я аморальна и извращена. У меня нет выбора, кроме как отрицать этот факт.       — Начнем с того, что это ты меня поцеловал.       — А ты первая потянулась.       — Я не хотела, чтоб эта девушка тебя целовала.       — Я тоже не хотел, чтоб она меня целовала.       — Тогда зачем позволял ей тянуться к тебе?       — Потому что представлял на ее месте тебя.       — Тогда почему не мог поцеловать меня?       — Я уже это сделал.       — Так сделай это еще раз, еблан.       В следующую секунду я забываю обо всем, кроме резкой боли в лопатках и губах брата на своих. Именно в этот момент я впервые ощутила тех самых бабочек в животе, которые бьются прямо о живот, все сильнее и больше напоминая о себе, из-за чего мои ноги моментально становятся ватными, я буквально не чувствую стопами пол. Меня резко подхватывают на руки и аккуратно укладывают на мягкий матрас постели, который прогибается под весом двух тел. От моих губ отстраняются, я чувствую горячее дыхания своего брата и поднимаю в его глаза взгляд, все еще держа руки на его шее.       — Мы должны остановиться.       — Уверена?       Хотела бы я сказать да, только это будет сплошным враньем. Я в ту же секунду вновь тяну его на себя и накрываю его губы своими. Нежно-настырный поцелуй переходит на более грубый, мы буквально кусаем друг друга, я царапаю его шею ногтями, а он, предварительно уместившись меж моих ног, сжимает одной рукой мое бедро, притягивая его к себе ближе. Я не представляю, куда себя деть, что морально, что физически, имея такой контакт с мужским полом. Имея такой контакт с родным братом. Его мокрый язык с холодной штангой проезжается по моей шее, спускаясь к ключицам и груди, а его теплые руки забираются под мою футболку, дабы побыстрее стянуть.       — Погоди, я.       — Я знаю. Это очевидно, что у тебя никого не было. Я просто сделаю тебе приятно, ладно, малышка?       От последнего слова я вздрагиваю всем телом, и он это замечает. Мой брат настолько нежно обращается со мной, что мне хочется буквально как волк выть, я выгибаюсь в спине при каждом его касании и как маленькая девочка хнычу от сильного возбуждения. На моем теле не оказывается какой-либо тряпки, его руки аккуратно разводят мои колени в стороны, а язык движется прямо по внутренней стороне бедра, оставляя после себя мокрую дорожку. Я вижу его жадный взгляд и похоть в глазах, из-за чего меня пробирает до мурашек, я укладываю голову на подушку, а рукой прикрывают свой рот, чтобы не издавать громких звуков. И почувствовав, как меж половых губ проезжается влажный язык с холодной штангой, из моего рта невольно вылетает стон, после чего я губами ловлю воздух, дабы побольше вдохнуть. Ощущения настолько странные, что я даже не понимаю, почему это может быть приятно. Мои руки опускаются на чужие волосы, и пальцы зарываются в них, слегка оттягивая. Темноволосый не торопится, он делает все аккуратно и нежно, ведь понимает, что его девочка испытывает это все впервые, поэтому успокаивающе поглаживает мои бедра и иногда взгляд поднимает, проверяя мое состояние и реакцию. Он словно языком вырисовывает весь алфавит на моем сокровенном месте, проходится кончиком языка прям по нервам и с легкость нащупывает им нужную точку, начиная именно с ней играться. В это время я чуть ли постель не рву в собственных руках, вся извиваюсь и простанываю с каждым новым касанием. Финальное действие и из моих уст вырывается громкий стон, спина выгибается чуть ли не до хруста костей, а в глазах буквально звездочки летают. Я чувствую, как мои бедра начинают сильно дрожать, которые держат руки моего брата и поглаживают большим пальцем, а подняв голову я вижу перед собой довольную и мокрую улыбку, из-за чего тихо смеюсь и пытаюсь с этим же отдышаться.       — Я ненавижу тебя.       С выдохом проговариваю я, падая обратно на кровать и оставаясь у брата в комнате, ведь ноги мои точно никуда не пойдут, а до ужина еще полно времени.