Когда правильное — неправильно

      На часах было уже одиннадцать часов вечера. Гермиона готовилась ко сну, когда услышала тихий стук в дверь. Она застыла и напрягла слух.              Когда звук не повторился, Гермиона осторожно подкралась к двери и потянулась к ручке, чтобы проверить, есть ли кто-то по ту сторону стены. Выглянув в коридор, она увидела Драко, который возвращался к себе в комнату. Звук открывшейся двери заставил его обернуться. Его глаза округлились, а щёки залил румянец.              — Грейнджер.              — Всё в порядке? — спросила она, моргнув.              Малфой отвернулся, его взгляд скользил по коврам, картинам — по всему, к чему можно было приковать внимание, лишь бы не смотреть на Гермиону.              — Да, я просто…              — Тебе нужна моя помощь?              — Я могу войти? — спросил он спустя пару мгновений, наконец взглянув на неё.              Отойдя в сторону, Гермиона натянула на плечи ночную сорочку, чтобы прикрыть голую кожу. Бледный Драко вошёл в комнату и остановился у кресел, разглядывая незастеленную постель, прежде чем снова уткнулся взглядом в ковёр.              — Присядешь? — тихо спросила Гермиона. Это было похоже на попытку усмирить дикого коня.              Покачав головой и глубоко вздохнув, Драко повернулся к ней лицом.              — Завтра утром состоится медицинский осмотр.              У Гермионы сбилось дыхание, и ком будто встал поперёк горла. Она уже представила светлые потолки, мятные зелья и острую боль.              — Я не знаю, зачем, — продолжил Малфой, двинувшись с места. — Очевидно, они проверяют лоты… Каждую девушку в каждом доме.              Драко замолчал. Гермиона ждала, стараясь не выдать своего беспокойства и успокоить бешеное сердцебиение.              — Ладно, — выдавила она. — От меня что-то потребуется?              Драко резко выдохнул — этот звук даже напомнил смех — и обернулся, чтобы осмотреть книжный шкаф, словно ему было невыносимо смотреть на Гермиону.              Она стояла молча, затаив дыхание.              — Ты всё ещё девственница.              Осознание обрушилось на неё. Под кожей распространились мелкое покалывание и онемение, стоило Гермионе глубоко вздохнуть.              — Они собираются проверить это?              Драко хранил молчание.              — Это входит в их задачи. Я узнавал.              Гермиона слышала стук сердца в ушах. Завтра они узнают… они узнают, что Драко не делал с ней того, ради чего купил её.              Его убьют. И Нарциссу с Люциусом. Возможно, даже эльфов. Вызовут его друзей на допрос.              Звук резкого вздоха около книжных полок вырвал Гермиону из мыслей.              — Я изучал магические варианты, чтобы решить эту проблему, — быстро сказал Драко, по-прежнему блуждая глазами по обложкам книг. — Я искал заклинание, чтобы обманом пройти медосмотр. — Гермиона наблюдала за Драко, затаив дыхание, пока он собирался с силами. — Мне ничего не удалось найти.              Грейнджер кивнула. У неё зудело под кожей, пока она перебирала в голове все возможные варианты и способы, чтобы найти выход.              Но Малфой провёл весь день в библиотеке в поисках решения. Она вспомнила, каким нервным и решительным Драко был с утра. Гермиона понимала, что визит к ней стал последним возможным вариантом. Он был здесь, потому что не существовало других решений…              Кроме очевидного.              — Получается, мне нужно заняться сексом до завтрашнего утра, — строго сказала Гермиона.              Драко стиснул челюсти. Он сделал глубокий, хриплый вдох, и, казалось, его снова одолело волнение. Малфой снова начал мерить комнату шагами.              — Мы можем поискать другие варианты. Возможно, я всё же смогу…              — Разве не на это ты потратил целый день?              Драко застыл у окна её комнаты. Гермиона увидела, как его грудная клетка несколько раз сократилась, прежде чем он, наконец, кивнул, глядя на пруд.              — Они прибудут сюда рано утром?              Драко ещё раз кивнул.              Другие варианты. Гермиона задумалась. Теоретически, конечно, они могут существовать, но на их поиски уйдут дни. Недели. Возможно, нужно будет нанести визит к специалистам. Но в их распоряжении было всего лишь восемь часов.              Не существовало никаких компромиссов. Если завтра утром выяснится, что она нетронута, и их разоблачат. То, что последует за этим, казалось слишком ужасным исходом, чтобы даже думать об этом.              Наконец Драко обернулся, его лицо было бледным, и конечности Гермионы тут же онемели от нахлынувшей паники. Но лишние эмоции не помогут никому из них.              Решимость растеклась по её венам, уничтожая страх. Гермиона глубоко вздохнула и попыталась взглянуть на Драко по-настоящему. Она думала об этом. Она хотела этого. Она не знала, как точно, не знала, что именно надо делать, но Драко был в её мыслях так долго.              Гермиона представляла, как он нависает над ней, целует её губы и шею, а она запускает руки в его волосы.              — Я могу попросить Блейза, — вдруг сказал Драко. — Если тебе… Если тебе хочется, чтобы это был не я.              Гермиона растерянно моргнула, а затем нахмурилась. Он снова пытался сбежать, как и всегда, когда думал, что таким образом защищает её.              — Думаешь, мне будет легче сделать это с незнакомцем?              Малфой с трудом сглотнул, вновь разглядывая ковры.              — Я просто подумал… учитывая нашу с тобой историю… — Драко замолчал, и Гермиона увидела, как он снова бросил взгляд на незаправленную кровать. А может быть, ему на ум пришли воспоминания, как приходилось прижимать её тело к матрасу и имитировать насилие. Или, может быть, он имел в виду их вражду. — У тебя нет такого прошлого с Блейзом.              — Я не хочу спать с Блейзом, — твёрдо сказала она, не оставляя Драко возможности вступить в спор. Его плечи, казалось, вздрогнули. Гермиона взяла себя в руки и сказала: — Ты не против, что это будешь ты?              Взгляд Малфоя метнулся к ней. Он сжал пальцы в кулаки, прежде чем сунул их в карманы и кивнул ей.              Мягкая волна облегчения окутала её.              — Драко, послушай меня. Я не хочу, чтобы кому-то из нас было некомфортно, ладно?              Он расслабил челюсти, и его взгляд всё ещё был прикован к ней. Драко в очередной раз кивнул головой.              Гермиона отвернулась от его обжигающего взгляда и схватила со стола перо и пергамент.              — Есть одно простое зелье, которое может облегчить нам задачу. — Когда они были в бегах и когда Рон постоянно подвергался вспышкам злости и ярости, она нашла его, прежде чем поняла, что дело было в медальоне. — Оно не такое сильное, как успокаивающее зелье, но оно помогает расслабиться, — сказала Гермиона, записывая ингредиенты и рецепт.              — Грейнджер, я не собираюсь накачивать тебя…              — Оно не меняет сознание, а просто подавляет негативные эмоции. Ты не перестанешь быть собой. Это просто поможет сосредоточиться на… на хороших эмоциях, — покраснев, она повернулась, чтобы отдать Драко рецепт. Гермиона протянула руку, молча умоляя его взять пергамент.              Драко несколько раз открыл и закрыл рот, а потом медленно подошёл к ней и взял рецепт. Гермиона старалась не смотреть на его длинные пальцы.              — Если ты сваришь его, — сказала она, — то я буду готова через пятнадцать минут.              Драко на мгновение остолбенел, глядя на рецепт. Она попыталась прочитать текст снова, проверяя, нет ли там ошибок…              — Мне жаль, Грейнджер, — прошептал Драко, и Гермиона перевела на него взгляд. Челка спадала ему на лицо, и он всё ещё изучал ковёр. — Я не хотел… чтобы это случилось с тобой.              — Ну, я так предполагаю, что однажды это должно было произойти, — не подумав, сказала она. Малфой поджал губы, и, прежде чем он успел заговорить вновь, Гермиона перебила его: — В этом нет твоей вины, Драко. Обещай мне, что не будешь себя корить.              Его глаза округлились, и Грейнджер покраснела. На этот раз Драко просто кивнул.              — Хорошо, что это будешь ты, — сказала она.              Сердце пропустило удар, а разум будто завибрировал, когда взгляд Драко переместился к её лицу.              Блять. Да что с ней не так?              Гермиона чувствовала, как по телу разливается тепло.              — Увидимся через пятнадцать минут, — пробормотала она и резко повернулась, чтобы скрыться в ванной комнате.              Оказавшись в безопасности — за дверью ванной, она закрыла покрасневшее лицо руками и прокляла всех богов за свою глупость. Гермиона провела ладонями по спутанным волосам и поняла, что принятие ванны не помешает.              Она быстро набрала воду и расчесала волосы. Борясь с безумной идеей использовать специальные гели и лосьоны, которые казались ей слишком душистыми для повседневного использования, Гермиона быстро вытерлась полотенцем и приготовилась к… этому.              Она сосредоточилась на текущих задачах. Если мысли уходили куда-то дальше, то её охватывала паника.              В её в гардеробе были ночные пеньюары, которые она никогда прежде не носила. Гермиона выбрала длинную шёлковую сорочку до колен, и отсутствие нижнего белья смущало её.              Вскоре Драко снова постучал в её дверь, и Гермиона пригласила его войти.              Он переоделся в пижаму. Его взгляд пробежался по ней, прежде чем Драко отвернулся и протянул ей один из двух флаконов, которые принёс с собой.              Гермиона быстро выпила содержимое, и её сердце сразу же перестало биться с такой дикой скоростью. Комната больше не вращалась. Эта комната просто была её спальней. Человек перед ней не собирался причинять ей боль. Это был Драко.              Охватившая Гермиону уверенность подтолкнула её к кровати. Она слышала, как Малфой проследовал за ней.              — У тебя есть… — он прочистил горло. — У тебя есть какие-то предпочтения… как бы ты хотела, чтобы всё это произошло?              Гермиона моргнула, и единственным ответом, который крутился в голове, было: «нежно».              — «Произошло»?              — Я имею в виду, что если ты не хочешь смотреть на меня, то можешь лечь на… — он оборвал себя, и его щёки снова залились румянцем. — Тебе необязательно лежать на спине, — поправил Драко.              Гермиона прикусила губу, перебирая все варианты, которые приходили на ум, но ей всё равно стало не по себе. Если она будет лежать на животе, то будет чувствовать себя незащищённой, а на четвереньках — животным.              — Я буду лежать на спине, — сказала она тонким голосом.              Драко кивнул на кровать за её спиной и, словно осознав происходящий ужас, побледнел.              — Я не буду целовать тебя и не буду прикасаться к тебе больше, чем это необходимо, — Драко кивнул, словно убеждая себя в этом. — Я применю заклинание смазки. Всё пройдёт быстро, и я постараюсь, чтобы максимально безболезненно.              Гермиона промычала согласие, а разум прогонял снова и снова слова «смазка» и «быстро». Эту задачу просто необходимо выполнить. Ничего более.              Пока Драко хранил молчание.              — Что-то ещё? — прервала тишину Гермиона.              Его взгляд впервые за долгое время остановился на её лице.              — Нет, ничего, — он хрустнул суставом на пальце. — Ладно, когда будешь готова…              Грейнджер подошла к кровати, словно к виселице. Она спорила с самой собой о том, стоило ли ей забраться поверх одеяла или откинуть его, прежде чем она, наконец, отбросила его в сторону и устроилась посередине кровати, укрывшись. Она в ожидании уставилась на свой балдахин.              На мгновение у неё проскользнула мысль: а не ушёл ли Драко? В комнате было тихо, только треск поленьев в камине касался слуха. И тут Гермиона услышала, как он подошёл ближе к кровати.              Она блуждала в лабиринте мыслей и вспоминала о солнечном свете, который заливал класс МакГонагалл во время занятий, и о том, как лучи касались волос Драко, сидящего у окна.              Он откинул одеяло.              Думала о том, как Малфой преследовал снитч и как его бёдра стискивали метлу.              Матрас просел, когда Драко сел с краю.              Вспоминала его голос, который раздавался в классе Снейпа, когда Драко знал ответ на сложный вопрос. Как опережал Гермиону, пытаясь её превзойти.              В тишине спальни его вздох казался слишком тяжёлым.              Она думала о тех ночах, когда лежала в своей кровати, — точно так же, — только с пальцами в трусиках и мыслях о нём, судорожно дыша в темноте спальни…              — Тебе удобно?              Она истерически рассмеялась, а через секунду прикрыла рот рукой.              — Извини, — начал он. — Наверное, это глупый вопрос…              — Нет-нет, — вздохнула Гермиона. — Мне… удобно.              Он расположился с ней под одеялом. Гермиона сжала губы, пытаясь сосредоточиться на мыслях о том, как хотела его и как мечтала об этом.              — Сейчас я использую заклинание смазки.              Она быстро кивнула и сложила руки на животе, чувствуя себя Белоснежкой, лежащей в стеклянном гробу.              Только Драко сказал, что не будет её целовать.              Это было проявлением уважения с его стороны.              Чтобы сохранить дистанцию.              Эту задачу нужно было просто выполнить.              Но Драко медлил.              Кончик палочки загорелся светом, и раздался шёпот, а потом внутри Гермионы растеклась тёплая влага. Она задержала дыхание, сжав простынь пальцами и сдвинув бёдра вместе.              — Ты в порядке? Это…              — Всё в порядке. Просто… немного странно.              Она пошевелила бёдрами, и капли смазки скользнули вниз по коже. Гермиона вздрогнула.              — Поначалу будет и правда странно, — нерешительно сказал Драко. — Совершенно естественно ощущать влагу или…              — Я знаю, что такое возбуждение, Драко. Большое спасибо, — отрезала она.              Повисла мёртвая тишина, а затем через мгновение Гермиона услышала, как Драко сглотнул, и сделала то же самое.              Он придвинулся к ней и оказался совсем рядом. Грейнджер чувствовала исходящее от него тепло. Она знала, что от неё требовалось раздвинуть ноги и позволить ему войти в неё, но Гермиона колебалась, не сводя глаз с балдахина. Драко навис над ней, а затем осторожно склонился и одновременно коснулся коленом внутренней стороны её бедра.              Гермиона поздно поняла, что так и не раздвинула ноги, поэтому, когда попыталась это сделать, ударила его.              — Прости, я…              — Прости, ты…              — Я могу…              Они в замешательстве встретились взглядами, и это было ужасно. Просто кошмарно.              Драко нависал над ней, его волосы спадали на лицо, так и умоляя Гермиону откинуть их назад. Свет от прикроватной лампы отбрасывал тени на его острый подбородок и скулы, пока лунное сияние касалось другой половины лица. Его алебастровая кожа казалась бледной и гладкой, совсем нетронутой… и если бы Гермиона могла коснуться её, то наверняка бы почувствовала шёлк под пальцами.              Она опустила взгляд и увидела, что Драко всё ещё был в одежде для сна.              — Почему ты до сих пор в рубашке?              Его серые глаза снова встретились с её — Гермионе стало интересно, к чему было приковано его внимание до этого?              — Я думал… я думал, так тебе будет комфортнее… — сказал Малфой.              Гермиона смотрела на него, всё ещё держа руки на животе. Драко облизал губы, и Гермиона почувствовала, как от этого напряглись её соски под тонкой материей сорочки.              Она снова дёрнула ногами и нахмурилась.              — Ты же всё ещё в штанах? Как ты собираешься сделать это?              Драко то сжимал, то разжимал челюсти. Его руки упирались в подушку по обе стороны от головы Гермионы, держась над ней.              — Я могу… снять их, если хочешь.              Дело было не в её предпочтениях, утверждала про себя Гермиона. Речь шла о практичности. И практичность стала причиной её быстрого кивка. Практичность была причиной радости от того, как ловко, но неторопливо Драко стянул с себя рубашку. И практичность заставила Гермиону хмыкнуть, когда он покраснел под её блуждающим взглядом.              Драко нервно дёрнул ногами, чтобы стянуть с себя пижамные брюки, но внимание Гермионы привлёк шрам от Сектумсемпры, спускающийся вдоль его гладкой груди. Она жаждала протянуть руку к его коже. Заклятие оставило глубокий след под сердцем, спускалось ниже по животу к…              Гермиона снова подняла взгляд к потолку и прислушалась к тяжёлому дыханию Драко, пока он снимал одежду под одеялом. Этот звук казался таким чувственным и пробуждающим образы, которые она представляла в своей голове, лёжа в кровати с рукой в трусиках.              И через несколько мгновений Гермиона решила помочь Драко устроиться меж её ног. Она раздвинула их, чувствуя, как его рука случайно коснулась талии. Она приподняла сорочку, и та собралась у неё на животе, в котором ощущались тревожные спазмы.              Драко вновь опёрся одной рукой на подушку сбоку от её головы. А другой…              Гермиона увидела, как его рука несколько раз дёрнулась. Костяшками пальцем он задел кожу на её животе…              — Прости…              — Прости…              Она закусила губу, ожидая и предвкушая.              — Что-то не так?              — Нет, — быстро ответил Драко. — Я просто… начну.              Он коснулся её бедра пальцами, и Гермиона вздрогнула, но не издала ни звука. Его ладонь двигалась вверх к бедру. Драко замер, а его пальцы заскользили по её коже.              Его длинные пальцы, держащие перо и метлу.              Затем Гермиона почувствовала, как он движется к её лобку. Он был уже так близко…              — Я собираюсь… начать прямо сейчас.              Гермиона кивнула и затем почувствовала его пальцы, порхающие у неё между ног. Гермиона судорожно вздохнула тогда же, когда Драко выдохнул.              Она закрыла глаза, чувствуя напряжение в ногах и животе.              — Расслабься, — прошептал он. — Если можешь.              Она кивнула, сосредоточившись на его словах. Гермиона могла бы думать об озере со спокойной водой и о закрытой книге, в которой были все мысли о нём, но идея о том, чтобы забыться, каким-то образом потерять возможность помнить об этом… не казалась ей правильной.              Поэтому Гермиона вглядывалась в напряжённое и сосредоточенное лицо Драко, когда он толкнулся внутрь неё, растягивая стенки и ища правильный угол проникновения.              Она сильно прикусила губу, зажмурив глаза. Это было неестественно. Её тело отвергало это. Она не могла этого выдержать…              — Расслабься, пожалуйста, — попросил Драко хриплым голосом.              Гермиона хотела возразить ему и сказать, что уже расслабилась, но тут почувствовала его руку на своём бедре и большой палец, скользящий по кругу на её коже. Дыхание Драко коснулось лица Гермионы.              Грейнджер сделала глубокий вдох и почувствовала, как он вошёл глубже. Она пискнула в тот момент, когда с его губ сорвался низкий стон.              Гермиона распахнула глаза и увидела, как Драко зажмурился от боли и как его рука возле её головы задрожала. Она сосредоточилась на его образе, чувствуя успокаивающее поглаживание его большого пальца на бедре, в то время как другие впиваются в её кожу так сильно, что наверняка останутся синяки. Она видела, как Драко резко втянул воздух, словно не дышал несколько часов.              Гермиона чувствовала ощутимое давление внизу живота, словно что-то должно было вот-вот произойти. Она сосредоточилась на дыхании и на том, как обнажённая грудь Драко казалась ещё более бледной в лунном свете…              Он толкнулся глубже. Гермиона беззвучно ахнула и заметила, как лицо Драко исказилось от удовольствия — его веки затрепетали, челюсть расслабилась, а тело била дрожь.              Его рука тряслась, а затем он рухнул на локоть. Теперь его живот соприкасался с её. Его бёдра продолжали двигаться. Гермиона наблюдала, как его глаза распахнулись, взгляд замер на её груди, прикрытой шёлком, прежде чем он быстро сомкнул веки.              Гермиона крепко сжимала простыни, стискивала ткань пальцами, когда Драко отпрянул от неё. Но он по-прежнему был так близко к ней. Она могла дотянуться и сомкнуть руки в замок на его шее. Или провести пальцами по рёбрам, обтянутым бледной кожей. Или, наконец, зарыться в его волосы и пропустить их между пальцев.              Гермиона крепче вцепилась в простынь.              — Всё в порядке? — облизнув губы, спросил Драко.              Гермиона подумала, что, может быть, именно сейчас он поцелует её. В знак благодарности, что она не сопротивлялась и позволила ему стать первым, и в качестве заботы он нежно прижмётся своими губами к её.              — Да, — ответила она.              Драко медленно и плавно отстранился, а затем снова вошёл в неё.              Гермиона открыла рот.              Ох.              Ох.              Драко тяжело дышал ей в лицо. Он немного вышел из неё и следом толкнулся вперёд, и звук, который вырвался из его горла, дарил Гермионе удовольствие подобно шоколаду.              Рука, которая гладила её бедро и сильно сжимала плоть, легла на талию. Гермиона вздрогнула, чувствуя напряжение в груди — пальцы Драко были всего в нескольких дюймах.              Он входил в неё нежно и неглубоко, мягко погружаясь в её тело.              Но его глаза оставались плотно закрытыми. Даже когда Драко разомкнул губы, тихо постанывая ей в ключицы, он не смотрел на неё.              Чёлка упала ему на глаза, и Гермиона почувствовала расцветающее тепло в груди и желание откинуть волосы с его лба, прикоснуться к нему. С её губ сорвался тихий стон.              Драко остановился, облизывая губы и держа веки сомкнутыми. Он не двигался и убрал руку с талии.              — Мы можем остановиться, — хрипло сказал он. — Этого должно хватить. Мы можем остановиться.              Тело Гермионы напряглось. Тем не менее, Драко этого не видел.              — Ты… — пробормотала она. — Ты уверен? Ты закончил?              Он покачал головой, его руки снова начали дрожать.              — Этого будет достаточно для медосмотра.              У Гермионы скрутило живот. Всё вот-вот закончится. Драко не будет нависать над ней. Она ещё не успела запомнить его запах и черты лица.              Он начал приподниматься, и как только Драко чуть вышел из неё, вдоль позвоночника пробежали мурашки.              — Что, если ты ошибаешься? — выпалила Гермиона. — Что, если этого недостаточно?              Он попытался привести дыхание в норму, но головка его члена всё ещё находилась внутри Гермионы.              — Я уверен, что это…              — Мы должны продолжать. Ты должен закончить, — решительно заявила она.              Перестав сжимать простынь из-за онемения пальцев, Грейнджер положила ладони ему на руки.              Драко распахнул веки и впервые посмотрел на Гермиону с тех пор, как вошёл в неё. Она, должно быть, выглядела нелепо — его взгляд быстро скользнул по её волосам, розовым щекам и приоткрытым губам и спустился вниз к вздымающейся груди.              Его зрачки, заполнившие радужку, были глубокого тёмного цвета, и Гермиона крепче стиснула его руки.              — Нам не обязательно… — начал Драко, но она приподняла бёдра, и член полностью вошёл внутрь.              Драко открыл рот. Его глаза метнулись от её глаз к губам, и Гермиона снова дёрнула бёдрами.              Он застонал, закрыв веки и вытянув шею. Одним медленным толчком он вернулся в то положение, в котором был несколько секунд назад. Гермиона захныкала, пока Драко оставался неподвижным.              Он плавно качнул бёдрами, смотря Гермионе в лицо, а затем перевёл взгляд на её грудь.              Гермиона задалась вопросом, что произойдёт, если она обнажит её.              Черты лица Драко исказило болезненное удовольствие, и Гермиона задумалась о другом, когда его тело снова задрожало, совершая лёгкие толчки.              — Ты вошёл… до конца?              — Почти. Всё и так хорошо, — стиснув челюсти, ответил он, не раскрывая век.              Такой нежный, ласковый. Превозмогающий боль.              — Ты можешь… Ты можешь войти полностью.              Драко вздрогнул всем телом. Гермиона чувствовала это каждой клеточкой.              — Всё в порядке, — напряжённо прошептал Драко.              — Драко, — возразила Гермиона и шире раздвинула ноги, чтобы дать ему эту возможность…              Драко погрузился в неё, как брошенный в воду камень.              Гермиона ахнула, вжавшись головой в подушку, и схватилась за его плечи. Драко выругался, держась рукой за её ногу — Грейнджер не знала, что следует сделать: опустить её или подогнуть, но в приступе удовольствия Драко ухватился за колено, когда она всё же согнула его…              А потом он вовсе закинул её на талию, широко раскрыв бёдра и раздвигая их, и вошёл максимально глубоко.              Драко опустил голову Гермионе на плечо, хрипло простонав — звук, от которого внутри неё всё затряслось и который подействовал удивительно расслабляюще.              Она пыталась дышать. Драко так сдерживался — или, может быть, Гермиона просто не осознавала, насколько глубоко он находился внутри неё, или, может быть, дело было не в том, что его член казался слишком большим для неё, а в том, что Драко был повсюду — он крепко прижимался к ней своим телом, их животы и рёбра соприкасались, а тяжёлое дыхание обдувало её ключицы.              Возможно, дело было и в том, и в другом.              Малфой издал восхитительный звук ей в кожу, когда ещё крепче сжал колено и сильнее навалился на неё.              — Ох! — слетело с её губ, и Драко выскользнул из неё. Гермиона ещё не привыкла ощущать его так глубоко, но она подняла вторую ногу, чтобы тоже закинуть её на талию.              Грейнджер закрыла глаза, и Драко снова толкнулся.              — Прости, — прошептал он, и Гермиона уже собиралась спросить его «за что?», когда Драко вышел из неё и вновь толкнулся внутрь, бормоча очередное извинение.              Он уткнулся лицом ей в шею, не останавливая толчки, входя в её тело, сотрясая кровать, удерживая её колено мёртвой хваткой. Гермиона открыла рот от наслаждения и прошлась руками по его плечам, пальцами зарываясь в волосы, когда он прохрипел ей на ухо привычное «прости», теряясь в удовольствии.              Удовольствии, которое она доставляла ему.              Удовольствии, которое он нашёл в ней.              Гермиона закатила глаза и сосредоточилась на ощущении шелковистых волос Драко между пальцев, его дыхании, резких толчках, трепете в своём сердце, когда Драко ускорил темп.              Он провёл губами вдоль её челюсти и уткнулся носом в шею, издавая стоны при каждом толчке.              Гермиона сжала его волосы, притягивая к себе, и оказалась с ним лицом к лицу — их дыхания сплетались, когда Гермиона касалась губами уголка его губ.              Мгновение спустя его язык проник в её рот. Он скользил, касался её языка, вырывал прекрасные звуки из её горла, пока по комнате разносились громкие звуки шлепков.              Прежде чем Грейнджер смогла насладиться этим прикосновением, Драко разорвал поцелуй и схватил её за подбородок свободной рукой.              — Посмотри на меня, — потребовал он.              Гермиона распахнула глаза и моргнула несколько раз, чтобы прояснить зрение. Серые глаза Драко пылали огнём.              — Ты хочешь кончить? — спросил Малфой, ожидая ответа. Он замедлил темп, лишь плавно войдя в неё.              Её соски напряглись, и Гермиона быстро закивала.              — Да. Пожалуйста. Пожалуйста, Драко, мне нужно…              Его горячие губы прижались к её. Рука скользнула вниз по шее, крепко сжала грудь, а затем скользнула вниз к соединению их тел. Через мгновение его пальцы оказались между ног Гермионы, спускаясь ниже до той точки, к которой она прикасалась, думая о его пальцах, о нём и об этом моменте…              — О Боже, — простонала Гермиона Драко в губы, и его язык снова оказался внутри неё, пальцы быстро порхали по её клитору, а член входил глубже и глубже.              Малфой рисовал круги, снова и снова, пока Гермиона не оторвалась от его губ, чтобы сделать глоток воздуха.              — Да-а.              — Вот так? — дразнил он.              — Да!              Пальцы стали двигаться настойчивее, давили сильнее, опускались ниже, чтобы увлажнить, и снова поднимались, чтобы прикоснуться к ней.              Другой рукой Драко стискивал её кожу, широко раздвигая ноги, растягивал стенки и входил глубже, пока ноги Гермионы не начали дрожать.              — Пожалуйста, — прошептал он ей в шею, пока её ногти царапали кожу его головы. — Пожалуйста, Грейнджер, я дам тебе всё, что ты хочешь…              Гермиона прогнулась в спине. Пальцы ног подогнулись. Драко ускорился и стал двигать пальцами в сводящем с ума ритме, увеличивая темп бёдер.              — Я… я…              — Да, я дам тебе всё, пожалуйста, Грейнджер, пожалуйста…              Из Гермионы вырвался громкий стон, звук завибрировал у неё в горле. Она впилась руками в плечи Драко, запрокинув голову назад. Он прижался губами к её челюсти, когда стенки её влагалища начали пульсировать вокруг члена. Гермиона вскинула бёдра, и её ноги обессилено упали на матрас. Драко поглощал её стоны и, наконец, развязав узел нервов внутри Гермионы, коснулся груди.              Грейнджер всё ещё дрожала, её тело сотрясалось, когда Драко отпустил её ногу и вновь взял её за подбородок. Он прижал лоб к её лбу, застонав. Малфой двигал бёдрами хаотично и беспорядочно, погружаясь глубже.              А затем его губы оказались на её губах.              — Блять! — прорычал он, замирая. Его член пульсировал глубоко внутри неё. Драко прикоснулся к груди Гермионы, а следом большим пальцем скользнул по соску. Его язык лениво блуждал в её рту в поисках последних капель удовольствия, прежде чем Гермиона придёт в себя.              Она поцеловала его, медленно и томно; их языки снова сплелись друг с другом. Гермиона вкладывала в этот поцелуй всю свою благодарность за то, что он был в ней и что он стал первым.              Его тело всё ещё дрожало, когда Драко, наконец, крепко поцеловал её и нежно провёл большим пальцем по соску. От этого прикосновения у Гермионы по телу растеклось тепло.              Драко лежал на ней, всё ещё находясь внутри — ноги Гермионы были широко раскрыты, коленями она прижимала его к себе. Он крепко держал её за подбородок, словно Гермиона могла исчезнуть, и целовал её медленно и головокружительно.              Драко стиснул её грудь пальцами, и Гермиона потеряла возможность нормально дышать. Она запрокинула голову. Драко снова взял её в плен своих губ, прежде чем Грейнджер успела отвернуться.              Она почувствовала лёгкость, словно слабый ветерок может подхватить её и унести прочь. Но Драко продолжал водить пальцами по её груди, поглаживая кожу, как будто они ещё не закончили, что только возбуждало Гермиону.              Отстранившись, Драко вывел влажный круг языком у неё на шее, опустился до ключиц и медленно, но одурманивающе, вышел из неё, отчего Гермиона прогнулась в пояснице, пока Драко осыпал её грудь поцелуями.              Одной рукой он сжал бедро, другой касался груди, а его губы опустились на прикрытый шёлком сосок.              Гермиона глубоко вздохнула, выгнувшись навстречу его губам. Бретелька ночнушки соскользнула с плеча, когда рука на её бедре двинулась выше, поглаживая кожу.              — О. Драко, подожди…              — Тш. Доверься мне.              Он коснулся губами обнажённой груди и нежно всосал сосок в рот. Гермиона притянула Драко к себе за волосы, ногами обвивая его талию, когда его ладонь скользнула вверх по бедру, вновь разжигая в ней огонь.              Он провёл языком по соску, и Гермиона посмотрела вниз, наблюдая за Драко. Его глаза казались тёмными, пока он наблюдал за её лицом, а затем он перевёл взгляд на грудь.              Пальцы, опустившиеся между ног, подогнулись, а затем указательный беспрепятственно скользнул внутрь неё. Внутри было влажно от возбуждения. Гермиона покраснела от смущения, и Драко прикусил сосок зубами. Грейнджер вскрикнула, и он ввёл второй палец.              — О Боже мой.              Драко касался большим пальцем скопления нервных клеток, подгибал и скользил внутри пальцами, в то время как его вторая рука терзала и сжимала один из её сосков, а губы ласкали другой.              Гермиона откинула голову назад, и ухватилась за подушку под головой.              — Драко, я…              — Давай, Грейнджер.              Не останавливаясь, Малфой касался влажных складок, и когда стенки её влагалища начали снова пульсировать, Драко оторвался от её груди, чтобы поцеловать и впитать те звуки, которые она издавала.              Гермиона дрожала всем телом от накрывающих волн удовольствия. Она разомкнула губы, и Драко скользнул языком внутрь, подобно пальцам, которые касались её.              Грейнджер дрейфовала в незнакомом состоянии, чувство облегчения нахлынуло на неё, стоило ей только осознать, что Драко, прикасаясь к ней, подарил ей второй оргазм.              Он хотел её и хотел доставить ей удовольствие.              «Пожалуйста, Грейнджер, я дам тебе всё, что ты хочешь».              Её мышцы расслабились, а тело обмякло. Вытащив из неё пальцы, Малфой мягко целовал её, пока Гермиона не провалилась в сон, ощущая его вес на себе. Она всё ещё чувствовала Драко в себе, словно кто-то увековечил это в её памяти, подобно вырезанной скульптуре из мрамора.