Совершенно счастливый или абсолютно несчастный

— Ты обещал. Бан Чан со вздохом посмотрел на Чонина, который надул губы и укоризненно смотрел на него своими невозможными лисьими глазами. Да, когда-то он пообещал сводить мелкого в честь выпуска из школы в парк аттракционов на весь день. Да, только вдвоём. И было это аж в средней школе. Кто ж знал-то, что он это запомнит? — У тебя занятий никаких нет? — Ой, никто не умрёт от одного дня отдыха! — фыркнул Чонин, водрузив свой подбородок на плечо хёна и часто-часто хлопая ресницами. А Чан всерьёз задумался о том, что локации для приземления надо будет выбирать гораздо тщательнее — такие вот диванчики, на одном из которых они сидят, однажды до добра не доведут. Потому что зарвавшиеся младшие про личные границы не слышали ничего от слова совсем. Хан вон досиделся, прилипнув к Минхо намертво — встречаются теперь. Да и остальные не отставали. А Чонин… Ну маленький он совсем, понимаете? Что доказывать, если вот он, собственной персоной, просится в парк аттракционов? Однако это не мешает здорово так напрячься, когда на тебя уставились в упор, да ещё и на непозволительно коротком расстоянии. Да, мелкий ещё. Да, самый младший. Но уже такой рослый и статный… Так. СТОП. — Ладно, обещал же, — сдался Бан Чан, потому что… потому. Попробуй ему отказать, тут же призовёт в помощь товарищей, а четырёх настырных мелких Чан просто не вывезет. Да и обещания выполнять надо. — Завтра! — просиял Чонин. — Я уже и билеты взял! — А если бы я отказал? — опешил Чан. Мелкий на это только брови поднял. «Да неужели?» — читалось во взгляде.

🎡 🎢 🎠

Пришлось тащиться в окрестности Сеула ни свет ни заря и вот они у входа в Everland ждут открытия. — Куда пойдём? — обречённо спросил Чан, когда им вручили брошюры с программой мероприятий на день. Этот парк был огромным. Если уж они продают билеты на два дня сразу, что о многом говорит. Светящийся удовольствием Чонин быстро просмотрел брошюру и сейчас оглядывал первую зону парка. — Хочу туда, — ткнул он пальцем в нужную сторону и помчался к волшебному поющему дереву, игнорируя красоту вокруг. Чан покачал головой и последовал за ним. Ни ярмарка, ни заведения в зданиях, что были копиями мировых достопримечательностей, мелкого не интересовали. Только дерево. Окей. Когда он поравнялся с Чонином, тот уже несколько минут стоял под деревом, закрыв глаза и блаженно улыбаясь. — Хён, а ты будешь загадывать желание? — повернулся к нему Чонин. — Как-то не планировал, — усмехнулся Чан, на что мелкий вцепился ему в руку и снова пристроил подбородок на плечо, невинно моргая. — Совсем ничего не хочешь загадать? — лёгкий шёпот коснулся уха, вызывая по телу дрожь. «Просто дайте мне сил пережить этот день» — вздохнул про себя Бан Чан, боясь думать, что его ждёт дальше с такими атаками. — Загадал. Куда дальше? А дальше Чонин с упорством танка протащил его в третью зону, игнорируя зоопарк. Чан помнил про его позицию по эксплуатации животных, потому не удивился. — Ну что, хён, сперва аттракционы или пофоткаемся? — лукаво спросил Чонин, горящими глазами осматриваясь вокруг. — Давай сперва фотки, — улыбнулся его энтузиазму старший, не в силах сопротивляться этому сгустку энергии. Чонин с готовностью достал телефон, запечатлев на память их довольные лица на фоне колоритных домиков, стилизованных под европейскую архитектуру. — А теперь «T-Express»! И Чана уже тащат, крепко схватив за руку. Не успел он отойти от крутых виражей, как Чонин несётся дальше. Лабиринт ужасов, особняк с призраками, дом вверх дном — младший хотел быть везде и сразу, попутно фотографируя их во всех локациях. И везде, ВЕЗДЕ он радостно хохотал, цепляясь за Бан Чана, который уже начал мысленно перебирать всех святых. Чонина не привлекали только сад «4 сезона» и розарий, но заметив усталость Чана, он устроил небольшую передышку у фонтанов, а затем увлёк в ближайшую кафешку. — Хёну надо набраться сил, следующая зона самая интенсивная. Сильно только не наедайся, там с нас всю душу вытряхнут, — подмигнул Чонин, широко улыбаясь на тихий вздох ужаса. И снова американские горки, потом качели-корабль и аттракционы, которые действительно были испытанием для вестибулярного аппарата. — Я больше не выдержу, — предупредил разбушевавшегося младшего побледневший Чан. — Ты умирать завтра собрался и поэтому отрываешься на полную? Тот звонко рассмеялся и повёл хёна в очередное кафе, но уже на полноценный отдых. — Осталось совсем немного, — пообещал ему Чонин, заказав им кошмарно большую порцию мороженого, своим наполнением обещавшую скорую смерть от переизбытка сахара. Бан Чан скептически осмотрел сооружение, включавшее в себя различные посыпки, мармеладки, печеньки, шоколад и вафельные трубочки. — Какой ужас, — не удержался он. — Давай нормальной еды возьмём? — Всё, что захочешь, — блеснули лисьи глаза, пока их обладатель доставал телефон. — Скажи «кимчи». Они сфотографировались с мороженым, не отказав себе в удовольствии покорчить гримасы на его фоне. Чонин что-то быстро напечатал и показал экран Чану. Под новым постом в инстаграм было написано красноречивое «Надеюсь, мы выживем. Запомните нас молодыми и красивыми!». Они ещё долго смеялись над получившимися кадрами. — Куда теперь? — спросил Чан, когда они действительно отдохнули от фонтанирующих эмоций. Они ещё не были в пятой зоне. Да и аквапарк обошли стороной. — Колесо обозрения, — улыбнулся ему Чонин, изрядно поумерив свой пыл. Устал, наверное. — А Лунный парад смотреть будем? — Чан ожидал, что помимо аттракционов, младший потащит его на все шоу, что были на их пути. — Посмотрим, что будет после колеса, — задумался Чонин и вновь взял его за руку, увлекая сквозь толпу. Пока они стояли в очереди, Чан разглядывал такое непривычно напряжённое для сегодняшнего дня лицо Чонина. Слегка прикушенная губа и взгляд, неотрывно направленный на аттракцион, выдавали нервозность. — Ты в порядке? — забеспокоился Чан. Вдруг младший боится высоты? Хотя раньше за ним этого не замечалось… — Узнаешь после, — Чонин не смотрел на него, лишь сжал его ладонь, которую так и не выпустил, покрепче. — Я сойду с этого колеса либо совершенно счастливым, либо абсолютно несчастным. — Что ты имеешь ввиду? — тихо спросил Бан Чан. Младший лишь дёрнул подбородком, мол, погоди. Они молча дождались своей очереди. Зайдя в кабину, Чонин выпустил его руку и устремил свой взгляд на открывающийся им вид. — Красиво, — решил прервать молчание Чан, но младший не дал ему говорить дальше. — Я люблю тебя, — сказано было тихо, но прозвучало как гром среди ясного неба. — И я так долго ждал этого момента, ты не представляешь. Всё думал, что пройдёт, остынет, изменится. Тем более, что ты меня ребёнком считаешь. Но вот я совершеннолетний и ничего из моих чувств к тебе не остыло. Чонин оторвал взгляд от парка, лежащего перед ними как на ладони и посмотрел наконец на замершего Бан Чана. — Давно? — спросил сдавленно он. — Со средней школы, — лисьи глаза смотрели со смесью нежных нот, окрашенных грустью. — В любом случае, спасибо за этот день, хён. Даже, если он единственное, что мне останется, я буду рад и этому. — Не единственное, — выдохнул Чан, беря его за руку и утягивая на выход, потому что колесо сделало свой круг. Он вёл Чонина за собой, минуя толпу, стремясь уйти подальше от тех, кто может отвлечь. — Не единственное, — повторил он, шепча уже в губы, что приоткрылись в судорожном вдохе. — Не единственное.