Eikwon

      Аманимуш — столица Иквон. Огромные и пустые стальные коробки и бездушные небоскрёбы, покрытые голограммой с рекламами ерунды. Многоэтажные шоссе, по которым мчатся машины — всё это не самое привлекательное, что может быть в столице. Однако жители Аманимуш мечтают, чтобы их единственной проблемой была депрессия и недосып.       В городе свирепствуют зомби. Постоянно. Зомби — существа без души, существа плоти. Их души плутают где-то по городу, а их плотью управляют демоны, поэтому зомби не страшны ни падения с высот, ни ожоги, ни порезы. Их плотью управляют демоны. Демоны не чувствуют боль, они монстры. К счастью, правительство использует специальных роботов, которые нейтрализуют зомби, тем самым освобождая жителей от ужасных тварей. Тем более, даже ангелы с их силой и крыльями не всегда способны с ними справится. Так что, несмотря на коррупцию, мошенничество, растущую преступность в столице, жители терпят это, ведь партия и правительство защищает граждан.

***

      — И он просто взял и сказал тебе такое? — спросила Сора, ангел с каре и безумными глазами. Она вместе со своей родной сестрой Каваками Суши сидела в гостиной их дома и пыталась успокоить свою вечно плачущую сестру. Суша, к своему большому сожалению, залила своими слезами тетрадь возлюбленного, из-за чего тот наорал на неё.        Это сильно ранило итак ревущую из-за сильных эмоций Каваками, из-за чего она ещё больше разревелась, из-за чего намокли остальные тетради. После чего та убежала в уборную, чтобы уменьшить поток слёз из своих глаз. К сожалению, Суши плакала постоянно. Это что-то вроде врождённого дефекта. Из-за всплеска эмоций её глаза наполнялись слезами. Из-за постоянных слёз, Каваками практически ничего не видела.       Эта особенность сильно мешала жить бедному ангелу, а издёвки со стороны как и детей, так и взрослых, лишь подливали масло в огонь.       — Да, именно так, и… Я не смогла подавить в себе силу, — ответила та.       — Перестань, Суши, всё нормально, он не заслуживает твоих слёз. Скоро мы будем дома.       — Сора…       Каваками Суши привыкла к тому, что её сестра, Аоши Сора — сумасшедшая, и вечно что-то бубнит себе под нос, но несмотря на это, Аоши всегда поддерживала Каваками, так что такой небольшой недостаток был никчёмен. А такая поддержка со своим дефектом Суши крайне необходимо, особенно, когда слёзы выступают из-за безответной любви или агрессии, тогда слёзы становятся чёрными, а сама Суши превращается в чудовище, которое она не способна контролировать.       Каваками называли постоянно никчемным существом, неспособной на что-либо. Её сестру, напротив, старались сторониться, сумасшедшая ученица могла в любой момент вытворить что угодно.       Суши продолжала плакать, захлёбываясь слезами, а Сора, обнимая свою сестру, бубнила что-то себе под нос. Внезапный щелчок в дверном замке и скрип двери отвлёк девушек от разговоров: пришли их родители. Они зашли в комнату. Выглядели они, как два уставших и измученных ангела, которые горбатятся на работе, чтобы прокормить своих ангелочков. Они очень любили своих детей, но глубоко в душе они были разочарованы в них: одна — плакса, другая — поехавшая. Сделать из таких уважаемых ангелов казалось им попросту непосильно. Они себя корили за то, что они не смогли справиться с такой важной задачей — воспитание своих детей.       Да и из-за постоянной работы они попросту не могли позволить себе воспитание детей. За последние годы зарплата постоянно уменьшалась, из-за поломок зомби и постоянных работ по восстановлению аварий, из-за чего приходилось работать сверхурочно. Выходной был один на месяц, который существовал специально по рекомендации совета оздоровления, органа правления, отвечающим за здоровье граждан. Однако, в этот единственный выходной хотелось лишь спать, но даже этот отдых не покрывал требования организма.       А пока зарплата сокращалась, цены на продукцию росли. Это всё объяснялось демонами, в последние несколько лет они буквально высасывали из города жизненные силы: постоянные аварии на производствах привели к снижению продуктов и росту цен.       Многие производства обзавелись специальной системой охраны, которая способна распознать зомби и предотвратить разрушения, что значительно снижало количества разрушений, до тех пор, пока её не ломали зомби. Бездушное тело становилось марионеткой демона, которая могла нанести непоправимый ущерб окружающим. Убить зомби нельзя, можно лишь уничтожить тело. Что происходило с душами людей — загадка, никто, даже ангелы не знали.       Родители Аоши и Каваками как раз работали в совете Охраны, которая обеспечивала безопасность граждан. И за последние несколько лет в городе снизилась численность зомби, что сильно помогало измученным гражданам хотя бы не сходить с ума, а мест в дурке уже не хватало.       Родители ангелов вернулись домой не одни: с ними была девочка с чёлкой, закрывавшей её глаза. Выглядела она неважно: бледная и костлявая, с бинтами на частях тела, которые ещё не успели зажить. Зажатая и одетая в оверсайз, она смотрела в пол, опасаясь визуального контакта.       — Аоши, Каваками, поприветствуйте Аки Ною, она теперь ваша новая сестрёнка, — глава семейства объяснил своим дочкам, — Аки, это Каваками Суши и Аоши Сора, твои новые сёстры. Ноя недавно лишилась своих родителей из-за взрыва на лаборатории. Её родители, что работали там и создавали прототип оружия против зомби погибли. Она только-только восстановилась, но ей ещё нужен покой. Ноя, будь как дома.       — Спасибо, — ответила Ноя совершенно равнодушно, -рада знакомству.       — Взаимно, — ответили Суши и Сора.       — Мы отведем в комнату, — начала Каваками, вытирая слёзы.       Они повели Аки в их общую комнату, которая находилась наверху. Поднявшись по лестнице, представляющей небольшие парящие платформы, девочки очутились перед одной единственной дверью, которая впустила девочек в комнату. Комната была небольшой: девочки спали на двухъярусной кровати. Помимо этого было два рабочего стола.       Над одним из столов парила третья кровать, которую использовали как диван, поэтому на нём были разбросаны подушки невпопад. В углу сидел огромная розовая шиншилла с крыльями, на которой спокойно дремала крылатый кисик Костик. Когда девушки зашли, он приоткрыл глаз, увидел с ними незнакомку, потянулся и мягкими прыжками очутился около Ное. Сказав своё «Мяв» Костик потерся о ногу Аки, после чего прыгнул на шкаф с книгами.       Окон в комнате не было. Вместо них была люстра со звёздочками, которая могла показать ночное небо. На одном из комодах стояли аквариум с медузами, которые плавали там в своё удовольствие и меняли цвет, в зависимости от настроения. В этот раз их выбор пал на тёмно-синий цвет, который из-за их прозрачности, приобретал какой-то неоновый оттенок. Впрочем, медузы плакали в своё удовольствие и никого не трогали. Не жизнь, а мечта.       Сора с Сушей залезли на диван и стали убирать излишек подушек.       — Мы сейчас постелим тебе белье. Чувствуй себя как до-       — Покорми меня! — резко раздался звук из рюкзака Аки, — Покорми меня!       Ноя достала из рюкзака то, что походило на брелок с Тамагочи и нажала на пару кнопочек, покормив тем самым своего питомца пиццей.       — Спасибо, -ответил виртуальный питомец, — я наелся.       И над ним появилось три сердечка.       — Кто это? — спросила Суши.       — Выглядит мило! — прокомментировала Сора.       — Амаки Уш, — безразлично сказала Аки, — зелёный дракон.       — Тебе его родители подарили, — случайно ляпнула Сора.       — Сора! — воскликнула Суши       — Да…-ответила также безразлично Ноя, — родители…

***

      — Итак, класс, данная формула поможет вам решить большинство задач, — проговорил учитель, написав на доске какие-то буковки.       Аки Ноя сидела на средних рядах, около окна.       За окном была пасмурная погода. Тёмно-серые облака висели уже долгое время над городом, а по улицам, усыпанными домами, напоминающих выставку Арт хауса, ходили зомбари. Впрочем, обычный день, да и зомби отлично вписывались в такую обстановку. Если бы происходящее за окном было бы лишь картиной, на которую смотрел бы изощрённый и строгий критик, то он бы воскликнул, что ходячие трупы придают этому пейзажу свой настрой, свою атмосферу, что трудно было бы представить картину без их участия; вернее, можно было, но тогда она не была бы такой яркой, бросающейся на тебя и в твои глаза.       Аки Ноя с пофигистическим видом смотрела на непонятных существ, одержимые демонами. Существами без душ, чьё тело управляют загадочные демоны, которые скрываются непонятно где — так странно, и одновременно…       — Аки, — позвал учитель, — почему бы тебе не решить задачу?       — Да, — ответила спокойно Ноя.       Взяв стилус для доски, Аки подошла к доске и машинально начала решать задачу. Просто и непринужденно. Весь класс записывал решение Нои, а учитель стоял и следил за каждым её движением.       — Садись, — указал ей учитель, когда решение с ответом были записаны.       Аки, опустив глаза (хотя, поднимала ли она их когда-нибудь?), пошла к своему месту. Учитель продолжил что-то бубнить, а Ноя смотреть на зомби, которого уже сжигали дроиды — специальные роботы правительства, которые наводят порядок в городе и защищают людей от одержимых демонами. Любопытно, как они запрограммированы распознавать зомби? Могут ли они спутать уставшего человека с живым трупом? Многие люди стали подходить на зомби, те же ходячие мертвецы.       Внезапно девочка, сидевшая на второй парте упала в обморок со стула. Весь класс встрепенулся. Потеря сознания — первый признак одержимости.       Сначала демон отделяет душу от тела. Таким образом тело становится свободным, и демон спокойно управляет им, как марионетка. Далее, одержимая может делать всё, что угодно. Ломать другим кости, кусать, душить, убивать. Одержимые не способны чувствовать. Они лишь марионетки. Кукловоды ведь не чувствуют боль своих кукол, так ведь?       По крайней мере по такому принципу рассуждала Аки Ноя, которая привыкла всё анализировать только фактами, а факты говорили о том, что демонам было всё равно на их «куклу».       Сейчас перед Ноей лежала такая «кукла», остальные в классе постарались отойти как можно дальше, ведь в такой ситуации каждый сам за себя, лучше быть дальше всех, когда на тебя наброситься чудовище. Да и помочь жертве ты уже не можешь.       Аки Ноя взяла свой канцелярский нож в одну руку (зачем он ей нужен — непонятно, видимо, для успокоения), и осторожно подошла к лежащему телу. Аккуратно наклонившись Ноя проверила сонную артерию. Нащупав пульс, она с облегчением вздохнула. Жива.       Обычно демоны убивают своих жертв сразу, использовать трупы намного проще, чем бессознательное тело, чей хозяин будет биться до последнего.       Аки осторожно подняла девушку и перекинула её через плечо.       — Я отведу её в медпункт, — сказала Аки, выходя из класса.       В коридоре уже столпилась толпа учеников, которые с недоумением смотрела на Ною и девочку, которая находилась без сознания.       — Жива, — ответила Ноя, — но будь она зомби, вас бы уже здесь не было.

***

      — Так что же всё-таки случилось с той девочкой? — спросила Суши, которая, как всегда была в слезах. Скорее всего было бы удивительнее застать её без них, нежели с ними.       — Она очнулась в медпункте… А потом заснула, — ответила Аки, не отрываясь от Тамагочи.       — Что с ней случилось? — уточнила Каваками.       — Недосып или переутомление… — невнятно ответила Аки.       — Покорми меня! -послышалось от рюкзака Нои, — покорми меня!       Аки Ноя достала из рюкзака её Тамагочи — Амаки Уш и начала кормить его яблоками.       — Ого, вот это аппетит у твоего тамагочи, — заявила Сора, — он мне изменил?       — А? — спросила Ноя.       — У Аоши Соры очень странный… Характер, иногда она говорит случайные фразы.       — И часто это… Происходит?       — Я не уверена.       — Понятно… Амаки… Хочешь мороженое?       — Спасибо, -ответила Уш, — я люблю тебя!       Девочки втроём сидели в столовой за одним столиком и уплетали борщ. Помимо них в столовой, которая представляла собой огромный залом, заполненный столами со специальными скамейками, которые не только стояли, но и парили в воздухе. Забраться на такой стол можно было с помощью специального устройства, который высаживал учеников за нужные столы.       За таким парящем столом и сидела наша компания. Уплетая борщ с булочками, девочки не замечали, как о них шепчутся ученики. Точнее, игнорировали, до тех пор, пока в Суше не прилетела помидор. Его кинул один из идиотов. Больше его назвать никак было нельзя, потому что он добавил:       — Хей! Бесполезный ангелочек! Только нюни распускать и можешь?       Все близ сидящие заржали. Видимо, они тоже были идиотами, которым больше делать нечего было, как смеяться над тупыми идиотами. Сора же решила вступиться за сестру, но Каваками лишь, всхлипывая, добавила:       — Не стоит… Он того не стоит, Аоши…       После чего помидор прилетел уже Ное, которая в это время играла со своим Тамагочи.       — Хе-хе, что с твоей рожей? Небось такая же бесполезная, как твои ангелы!       Ноя проигнорировала комментарий в её стороны, лишь оттёрла пятно от томата салфеткой, и продолжила общаться со своим Тамагочи.       — Что ты там бубнишь? Родители могли позволить тебе иметь лишь такое в качестве игрушки?       Снова тишина. Аки Нои было просто плевать на идиота, она была занята более важным делом: она кормила своего виртуального дракончика клубничкой. Такое поведение может вывести из себя идиота.       — Ты какого демона меня не слушаешь? А? Глухая?!       Он запрыгнул на скамью, где сидели девочки и выбросил Аки на пол. Та грациозно приземлилась на свои ноги, согнув их. Идиот же спрыгнул перед ней и схватив её за горло приставил к стене.       — Совсем страх потеряла дура?! — прокричал идиот.       Аки Ноя же взглянула ему в глаза, и тот начал трястись. Поборовшись с собой, он опустил Аки и упал на колени, пытаясь отдышаться. Ноя же безразлично забрала свой рюкзак с парящей скамьи и вышла из столовой. Её провожали взгляды очевидцев.       Столовая начала потихоньку оживать, когда Аки вышла из столовой.       — ПОКОРМИ МЕНЯ! — закричал Амаки Уш, — Я ГОЛОДЕН!!! ПОКОРМИ МЕНЯ!!!       Ноя безразлично дала своему тамагочи несколько кусочков пиццы, пока он не сказал своё «Спасибо, я наелся!»