Она любила...

      Насколько было ироничным выйти замуж за того, кого ненавидела больше всего на свете? Та маленькая девчонка, что сводила весь свой мир до него одного, должно быть, умерла бы от счастья, а сейчас Селене казалось, что смерть — единственная возможность избежать ненавистного замужества.              Для собравшихся праздник выглядел грандиозно, как того и требовалось ожидать, зато Селена, не без удовольствия, в каждой мелочи отмечала фальшь: будь то вплетённые в её волосы ленты, цвета, что не нравился Селене, или праздничная речь, написанная Мэри.       Парчовое платье было тяжёлым, по фигуре сидело плотно, едва ли позволяя Селене дышать, зато отлично демонстрировало высокое положение и важность всего происходящего. А ещё, на что больше всего и сетовала девушка, издевательски шуршало при каждом её движении, никак не позволяя отвлечься от ненужных мыслей. Незнакомые люди с натянутыми улыбками, пустые слова поздравлений и тошнотворно-сладкий запах цветов, которыми был украшен весь зал.       Запах стал главным олицетворением “праздника”. От него кружилась голова и сбежать хотелось лишь сильней, но Селена стойко шагала вперёд с высоко поднятой головой. Она точно не казалась счастливой, но и сломленной её никак нельзя было назвать, а это, по её мнению, уже было небольшой победой.       Деймон встречал её улыбкой правителя и протянутой рукой в качестве приглашения встать рядом. Упёртость или желание продемонстрировать собственную силу, Селена не знала, но не подав ему руки в ответ, поднялась сама, с отвращением вспоминая о прикосновениях, что Деймон оставлял на её коже в их общем прошлом. Не так давно она была зависима от него, а теперь даже не была уверена, что вообще любила когда-нибудь по-настоящему. Может, просто хотела быть любима хоть кем-то, вот и потерялась тогда в собственных чувствах?       Каждое слово пролетев мимо ушей девушки, растворялось в огромном помещении. Она выглядела такой несчастной, что Деймон не сводил с неё хмурого взгляда, явно, как и Селена, думая о чём-то совершенно далёком.       Жених и Невеста? Всего лишь лишь сделка. За столько лет она совершила их такое множество, что и эта не должна была вызывать у неё никаких трудностей, но почему тогда было так тяжело? Это ведь даже не было по настоящему.       Зато кое-что другое было реальным — чувства к мужчине, что не поднимая глаз, стоял за спиною жениха. То самое “тяжёлое”, что причиняло настоящую боль.

— Ты правда веришь в другие жизни?

— Я… верю тому, в чём уверена…

      А что если она застряла здесь навсегда? Не в этом, так в миллионах других миров, что с ними будет тогда?       Селена молила, чтобы он взглянул на неё хоть раз. Так бы она точно знала, что поступала правильно. Так бы ей было труднее ответить… Она бы сбежала, оставила всё, бросилась на растерзание двух народов. Селена бы сделала всё, стоило ему только поднять на неё взгляд.       Вокруг всё смолкло в ожидании, и Роб с надеждой подняв голову, смотрел в её янтарные глаза. Он жаждал услышать “нет”, хотя знал, что верным ответом будет только “да”.

      — Обещай, что вспомнишь меня в следующий раз.

      — Главное, найди меня.

      — Лилит? — Голос бывшего короля испуганно дрожал.       Он предполагал, что его дочь собиралась дать отказ, потому так затянула с ответом, но Селена давно привыкла доводить любое дело до конца, к тому же для неё ничего не могло быть важнее сделки. Верно?       — Я согласна…       Неожиданно для самой девушки, слеза скользнув по щеке вниз, разбилась о её свадебный букет. Букет белых Лилий. Она смотрела на них с отвращением, точно зная, что возненавидела эти цветы на всю жизнь, словно это именно они были причиной всех её сожалений.       Так вот что несло в себе ненавистное ею имя Лилит? Сожаления…       — Это было просто ужаснейшей затеей, — Лиам качая головой, отказывался мириться с происходящим.              Он нервно постукивал ногой, и даже рука Берта у него на плече, не помогала никак успокоиться. Стоящая с ними рядом Мэри впервые допустила мысль, что это было действительно так, может и не стоило всё это подобных жертв их королевы. Но дело было сделано и уже никакие “может” не имели значения.       И пока Деймон услужливо улыбался, принимая поздравления, Селена утешала себя единственной мыслью, что это всё было не навсегда.       — И ты права.       Низкий голос Таролога звучащий за её спиной, заставил девушку вздрогнуть, но она не спешила поворачиваться, тая надежду, что это не очередной её сон. Уж больно не хотелось открыть глаза и вновь оказаться в мире, где Селена только что стала его женой…       — Неужели ты настолько не рада нашей встрече?       — Ты же здесь не за любезностями, просто отправь меня куда нужно, не будем медлить с этим.       — Так просто? — Таролог наклонив голову, рассматривал спину девушки. — А где же миллион вопросов, бушующая в тебе ярость, ненависть?       — Какой от этого толк, если всё равно ничего не меняется?       — Так уж ничего, Лилит?       Селена, проглотив комок в горле вместе с ненавистным ей именем, медленно обхватила ладонями свои плечи. Её мысли вновь вернулись к Робу, больно уколов в самое сердце. Был ли во всём этом смысл, если он даже никогда не сможет назвать её настоящим именем? А любил он действительно её или это лишь образ той, кем Селена никогда не являлась?       — Все твои поступки совершаешь ты, а не имя, которым названа, — Тар прекрасно знал всё, о чём девушка думала и хотя прямых вопросов Селена не задавала, её мысли, как стая испуганных птиц, метались в поисках надёжного укрытия. А что могло быть надёжнее ответов на гложущие её вопросы?       — Я очень устала, можем ли мы просто покончить с этим?       — У тебя есть вопрос, так задай мне его.       — И ты правда ответишь?       — Это твой вопрос, Лилит? — Таролог продолжал сверлить хрупкую фигуру.       Она перебирала вопросы, точно зная, что осмелившись спросить, не получила бы ответа ни на один из них, пока не добралась до одного из самых важных — вопроса её сердца.       — Почему он не может помнить меня?       — А разве не этого ты добивалась в вашу первую встречу? Чтобы он ушёл из твоей жизни и никогда не вспоминал.              Селена удивленно обернулась, открывая глаза.       — Я ведь не знала...       — Ты много людей оттолкнула от себя, хотя могла полюбить любого из них или они тебя. Кто же в этом виноват? — В голосе Таролога слышалась явная насмешка. — Может, это я? Или они?       Опустив голову, девушка не решалась спрашивать что-либо ещё, задумываясь над всем тем безумием, что происходил в её жизни. Селена вспоминала различные детали тех или иных событий, пока в груди не вспыхнул странный клубок эмоций, что отчётливо нашёптывал сознанию:       — Виновата сама.       Тишина затянулась, как и их прибывание здесь. Таролог вздохнул, намереваясь дать подсказку, прежде, чем вновь исчезнуть:       — Может, дело всё в том, что ты для него не та?       — Что это значит? — Селена испуганно смотрела на него, желая незамедлительно получить ответ.       — Надеюсь, на этот раз ты будешь куда благоразумней, — Тар развернулся, медленно удаляясь от девушки. — Удачи тебе.       — Нет, постой!       Если прошлые встречи с Тарологом заканчивались повиснувшими в воздухе вопросами и загадками, то в этот раз не осталось ничего кроме сомнений. И прежде чем Селена провалилась в темноту, в ней поселилось зерно неуверенности: А могла ли она стать когда-нибудь лучше?       Знакомый парк, всё тот же шум толпы и запах, что раздражал так же сильно, как и цветочный, всего несколько мгновений назад. На ней её красный костюм, в котором она вышла на работу утром, только когда она успела сломать каблук? Девушка сидела на скамье, а рядом находилось несколько человек, что полушёпотом переговаривались, странно поглядывая на неё. Селена чувствовала лёгкое головокружение и тошноту, но всё равно активно мотала головой, осматривая знакомую местность с неверием, отчаянно ища в ней какой-нибудь подвох. Всё было так, но в тоже время совсем… по другому.       Неужели она действительно была дома?       Ни шатра, ни полицейских, ни той женщины. Может она ударилась головой и всё это ей лишь приснилось?       — Мисс, вы в порядке?       Блондинка смотрела в упор на мужчину, что махал у неё перед лицом ладонью, стараясь выяснить, была ли она в порядке. Смотрела, и не могла поверить.       — Роб…       — Мы с вами знакомы? — Он удивлённо заморгал, разглядывая лицо девушки.       Что-то внутри неё заставило Селену болезненно сжаться. Мысленно девушка проклинала и Таролога, и Роба.

      — Ты же обещал меня вспомнить…

      Хотя в чём именно пыталась его обвинить Селена, если первопричиной всего была именно она, девушка и сама не знала. Но принять правду всегда сложно, порой даже невыносимо, а если скинешь вину на кого-то другого, то и жилось проще. Именно по этому принципу блондинка и жила все эти годы, обвиняя всех, кроме себя.       А жила ли?       Рядом с Робом стояла молоденькая девушка, что испуганно таращилась на Селену, изредка поглядывая на мужчину. Она жалась к нему, что-то нашёптывая в ухо, тем самым и привлекая к себе внимание блондинки, что пройдясь по паре взглядом, остановился на их переплетенных ладонях.       Ступор. Кажется, что её сердце вдруг остановилось, больно ударив под рёбра. Только вот Селена почему-то продолжала дышать, хотя мысленно и молила о смерти.               Всего лишь сплетённые пальцы, но кто же знал, что в чём-то настолько безобидном могло скрываться столько боли для неё?       Прикусив внутреннюю сторону щеки, блондинка чувствовала солоноватый вкус крови, но лучше так, чем расплакаться здесь у всех на виду.       — Не слишком ли это жестоко?— Девочка наблюдала за Селеной с любопытством, от чего-то испытывая вину за ту боль, что ей приходилось сейчас чувствовать.       — Ни один урок не даётся просто, Прима, — Таролог говорил снисходительно, едва ли воспринимая девочку всерьёз.       

      — Может, дело всё в том, что ты для него не та?

      — Простите, я обозналась, вы просто очень похожи на моего знакомого… — девушка говорила тихо, сквозь плотно сжатую челюсть, надеясь, что это не восприняли грубостью с её стороны.       И с каких только пор она стала волноваться о чувствах других людей?       — Вы помните, как вас зовут?       — Се… — Селена, вздрогнув, замолчала.       Страх скручивался в узел, нарастая с каждой секундой всё больше. Если она могла произнести своё имя, значит ли, что всё происходящее реально? Неужели она действительно вернулась в свой мир?       — Простите?       — Меня зовут Лилит, — девушка была готова задохнуться, произнося это имя. Она и не думала, что однажды оно станет её спасением... или только его виденьем.       — Лилит?       Обычно хмурый вид Роба заставлял Селену улыбаться, больно уж был он похож на насупившегося ёжика, но сейчас так хотелось расплакаться из-за возникшего чувства несправедливости. Но так ли это было несправедливо по отношению к ней? Правда ли она не заслужила всего этого?       — А помните что-нибудь? Вы потеряли созн…       — Всё хорошо, вы не должны переживать об этом, — перебив его, Селена понадеялась, что покажется им грубиянкой и они оба поскорее захотят оставить её.       — Может, стоит вызвать скорую или мы могли бы вас проводить?       Мягкая улыбка девушки, перевернув внутри Селены всё, оставила после себя чувство собственной никчёмности. Слишком милая, слишком понимающая. Даже если бы Селена захотела, как она могла бы соперничать с кем-то вроде неё?       — Нет, не стоит, я здесь не одна, сейчас позвоню и меня заберут.       Со стороны Прима напоминала разъяренного быка. Она зло выдыхала воздух, явно недовольная поведением Селены, цокая на каждое сказанное ею слово.       — Она так просто сдалась?              — Она поставила его выше себя.       — Если это произошло так скоро, разве…       — Урок всё ещё не выучен, Прима, это лишь начало, — под пытливым взглядом девочки, Таролог качал головой, наверняка зная о её намерениях. — Не смотри на меня так, думаешь, если бы мы щадили её, она смогла прийти к этому?       — Ты учишь её не быть жестокой, но сейчас я не вижу в тебе особой разницы.       Лицо Тара невозможно было разглядеть, но отразившуюся на нём раздражённость Прима чувствовала отчётливо.       — Ступай, Прима.       Громко фыркнув, девчушка, словно только того и ждала, двинулась в сторону блондинки, всё так же сидящей на скамейке.       — Лилит!       Селене пришлось честно себе признаться, никогда ещё она не была так счастлива появлению Примы. Ведь если она здесь, значит, не всё ещё было потеряно. А может, дело было и не только в этом.       — Прима…— имя девочки сорвалось нежностью с её губ, мешаясь с лёгким порывом ветра.       — Т-ты в порядке? — Девочка замерла в нескольких шагах, с некоторым недоверием глядя на Селену.       — Угу.       Беззаботно пожав плечами, Прима развернулась, чтобы получше рассмотреть девушку Роберта. Она разглядывала её с подозрительным прищуром, заведомо испытывая антипатию и предвзятость.       — Я так испугалась, позвонила Лиаму, а он не раздумывая сказал, что приедет. Куда ты пропала? — Прима произносила первое, что приходило в её голову, для создания иллюзии нормального разговора.       — Я упала в обморок.       — Говорила же тебе, что столько работать вредно, но ты меня никогда не слушаешь.       Когда брюнетка, поежившись от взгляда девочки, в очередной раз прижалась к Робу, Прима, наконец отвела взгляд, бухнувшись на скамейку рядом с Селеной. И стала весело болтать ногами.       — Сейчас тебе лучше?       — Главное, что ты в порядке, — пробурчала под нос блондинка, отворачиваясь.       И хотя звучали эти слова едва ли в доброй манере, Прима улыбалась, понимая, что сказано это было от чистого сердца.       — Вижу, что вас можно оставить в надёжные руки вашей… эм…       — Сестры, — не задумываясь слетело с губ девушки.       — Проследи за своей сестрой, хорошо, малышка? — брюнетка не переставала приторно улыбаться. — А мы тогда пойдем, да, Роб?       Дёрнув его за рукав, девушка взглядом указывала на выход из парка, на что мужчина нехотя кивнул, с трудом отрывая взгляд от лица Селены.       — Ах, да, — Роб говорил отстранённо, решившись напоследок заглянуть в янтарные глаза, что казались ему до боли знакомы. — Всего доброго.       Селена смотрела в спину удаляющейся паре, думая, это ли испытывал Роберт, когда она шла под венец к Деймону. Или все эти чувства лишь игра Таролога, а настоящие испытывала только она?       — Малышка, — Прима закатила недовольно глаза. — Сама ты малышка.       — Но ты же действительно ещё совсем малышка, — усмехнулась Селена.       — Ты тоже раздражаешь меня!       — Как здорово, что хоть что-то остаётся неизменным.       Шум толпы и работающих аттракционов не позволяли спокойно думать и тем более расслабиться. Наверное, правильным решением было бы отправиться домой, но блондинка не чувствовала в себе ни сил подняться, ни желания вновь оказаться в пустой квартире.       — Так ты правда собираешься позволить ему быть с другой?       — Не всем в этом мире позволена роскошь взаимной любви, думаю, что это и мой случай тоже.       — Какая глупость, — скуксившись, девочка перестала болтать ногами. — С чего ты это взяла?       — Он всегда забывает и с каждым разом ему всё труднее вспомнить. Может, так и должно быть? Может, он просто не должен вспоминать?       — Странные вы всё же.       — Вы?       — Взрослые!       Соглашаясь, Селена кивала головой, глядя куда-то вдаль, за пределы этого парка. В этом Прима была явно права. Чем взрослее становился человек, тем сильнее он заключал себя в рамки, запрещая быть себе настоящим и из-за дня в день всё сильнее отдаляясь от своего внутреннего ребёнка. И зачем только, если ребёнком всегда всё было проще?       Блондинка громко усмехнулась своим мыслям.       — Точно странные… — Прима покрутила указательным пальцем у виска, скосив глаза в кучку. — А ты знала, что любовь сквозь преграды самая чистая и искренняя?       — Что? — Селена удивлённо перевела взгляд, вновь включаясь в разговор.       — Не важно предназначена ты ему или нет, если бы не любил, то не смог бы вспомнить, сколько ты не старайся.       Девушка смотрела на Приму, в неверии хлопая глазами, пока сердце наполняясь надеждой, заново вспоминало, как биться.       — Вот так сдаться? Это совершенно на тебя не похоже, — себе под нос бурчала девчушка. — Да и с каких пор ты вообще поверила в судьбу?       Как оказалось, судьбы вершители лишь мы сами, иначе для чего было всё, задуманное Таром? А если и происходящее сейчас было нужно только, чтобы она прошла через это? Значит, Селена была готова принять и сделать всё, чтобы однажды…       — Селена!       Девушка оглянулась, услышав знакомый голос за спиной. Стоящий на приличном расстоянии от неё Роб нежно улыбался. Мужчина ожидал лишь её одну, там, в своих объятиях, а готовая сорваться к нему на встречу Селена, точно знала, что окажись в его надёжных руках, почувствовала бы, что вот он — дом.       С самого первого их мгновения, стоило ей лишь прижаться к его напряжённой спине, всё что она испытывала рядом с Робом — родное тепло и необходимое ей спокойствие, словно для Селены небыло более правильного места, кроме его объятий.       — Лилит!— Прима, сложив руки на щеках девушки, без особого труда повернула ту к себе, задорно улыбаясь. — А правда, что в вашем мире едят вату?       Селена стряхнув ладони со своего лица, обернулась вновь, но Роба там уже не оказалось.       — Да, правда… — еле слышно произнесла Селена, фокусируясь на девчонке, что с сияющим лицом разглядывала такой чужой для неё мир, пиная при этом камушек у себя под ногой. — Знаешь что, пойдём и купим тебе немного.       — Что-то ты сегодня слишком добрая.       — Будешь ворчать, я перестану ею быть.       Прима усмехнулась, и не дожидаясь ее, побежала к небольшой палатке неподалёку, чтобы разглядеть какие-то безделушки, пока Селена поднимаясь со скамьи, вновь бросала взгляды за свою спину.       Заросшая тропинка была пуста, а на её душе тяжестью скреблись сомнения. Девушка не знала будут ли они когда-нибудь вместе, но была готова пойти на всё, чтобы попытаться. Ведь больше она не боялась остаться одной, как это было когда-то с Деймоном, теперь Селена боялась потерять именно Роба.       Теперь она знала, что любила.