Искупаемся на источниках, Какаши-сенсей?

      — Наруто, может, не сто́ит?       Беловолосый устало опустился на деревянную скамейку и тут же шикнул. Шёл мелкий дождь, скамейка оказалась сырой.       — Какаши-сенсей, я не спрашивал у вас, хотите ли вы этого или нет, это было предложение, — напротив Какаши стоял этот усатый лис и уже полчаса уговаривал его «сходить развеяться», — я же вас не на свидание зову, в конце концов, а на горячие источники. Мы только что вернулись с миссии, вы дико устали, я же вижу. Даже я устал.       Тот скептически скосил на него глаз не прикрытый повязкой.       — Не свидание, говоришь…       — Ну если вы хотите, сенсей, то можем назвать это так, — Наруто хитро прищурился и широко улыбнулся, — пошалим там немножко.       — Ты забываешься, мой драгоценный ученик, я ведь могу это и всерьёз принять.       На слова ученика сердце беловолосого отозвалось какой-то ноющей болью. Он практически всё время бегал от Наруто, стараясь практически с ним не пересекаться, и виделись эти двое, в основном, только на миссиях.       Но, как бы он не бегал от этого парня, понимал, что бегает, скорее, от своих чувств к нему. С каждой новой миссией, с каждой новой тренировкой (коих не было в последние месяца три) он все яснее начал осознавать, что вся его выдержка летит к чертям. Стоит только посмотреть на молодое, обнаженное до пояса, тело, как тут же бросает в жар и все мысли опытного шиноби летят в бездну, оставляя после себя звенящую пустоту в голове и нарастающий жар внизу тела. А сейчас этот пацан, ничего не подозревая, наводит его на греховные мысли.       — Какаши-сенсей, я очень хочу расслабиться на горячих источниках, а, так как практически все на миссиях, то позвать я могу только вас. Ну либо Шино, — парня передёрнуло, — но я слишком восприимчив к его жукам. Меня аж в дрожь бросает от этого, даттебайо! Ну же, не упрямьтесь, не съем же я вас. Да и кусаться тоже не собираюсь.       — Боги, Наруто, — беловолосый тяжело вздохнул, — если я соглашусь, ты отвяжешься?