Мой замысел

Бункер. Чертовски надоевшая деревяшка с названием «стол». Очередная бутылка самого дешёвого вискаря. На этикетке красуется счастливая блондинка из мечты всех одиноких алкоголиков и призывает предаться с ней мысленным утехам. Бобби бы оценил: его названный сынишка идёт по стопам названного папашки и становится алкашом. «Нет, Дин, именно это ты и имел в виду! Хочешь знать, в чем я исповедовался? Мой самый тяжкий грех?». Первый шот. Дин поморщился, с громким стуком опустив рюмку на поверхность. Проклятый стол, он хотел бы разнести его на куски, впрочем, как и всё здесь. «Я постоянно подводил тебя… И больше так не могу». Второй шот. Пойло обжигало горло. Дин покрутил в руках рюмку. Гладкое стекло, красивая гравировка в виде знака хранителей. «А вдруг ты снова решишь, что на меня нельзя положиться?». Третий шот. «У кого ты попросишь помощи вместо меня? У ещё одного ангела?». Рюмка полетела на пол и с громким треском разбилась. «Или, может, у вампира? Ты представляешь, какого это смотреть, как твой брат…». — Хватит! — прокричав это самому себе, Дин схватил бутылку и начал вливать виски прямо в горло. К чему эти прелюдии? Только бы уснуть. Только бы. Но мысли роем скопились вокруг его души и беспрестанно жалили ее. Дин знал, что никакое пойло не сможет заглушить эту боль, этот образ церкви и это чувство вины. Но пил. Затем просыпался: на полу, на диване, на толчке; и снова шёл пить. «Хватит, довольно! Неужели ты и правда так думаешь? Всё это домыслы, абсолютно пустые». А пустые ли они? «Да, иногда мы ссоримся, и я в сердцах мог ляпнуть что-то, что задело тебя за живое, но, Сэмми, пойми, чтобы спасти тебя, я убил Бенни». Да, он убил Бенни, он убил Сэма, да он просто последняя сволочь. Неужели это кара? «Так что не смей даже думать, что на свете есть что-то, что я когда-нибудь ставил выше тебя? Никогда в жизни, никого, пойми же наконец, умоляю!». Но ведь он и правда любил их всех. Ну или думал, что любил. Впрочем, имеет ли это значение? Все, кого он когда-либо любил, сейчас устраивали счастливый ужин в раю. А ведь всё, о чём только могла мечтать его семья, сбылось. Врата ада закрыты: больше ни одной сделки, ни одной убитой матери, ни одного похищенного детства. Все будет хорошо, да только рассказать об этом некому. Предательский ком возник в горле мужчины, затрудняя дыхание. Не сейчас. Держа бутылку за горлышко, Дин резко двинулся в сторону, подальше от этого места. Но координация была сегодня не на его стороне. Чёртов подъём! Дин лежал на полу рядом с осколками разбитого стекла и наблюдал за тем, как остатки дешёвого виски впитываются в его рубашку. Он прикрыл глаза и попытался восстановить рваное дыхание, но выходило плохо. Всё равно… Он один. Совершенно один. Парня словно приковало к холодному полу. Он не знал, сколько он так пролежал, да и ему было плевать. — Хватит… — шмыгая носом, Дин с трудом поднялся и стряхнул с себя осколки. Он медленно поплёлся мимо множества приборов, предметов мебели. Это был настоящий ад. Всё вокруг напоминало о Сэме и отравляло, высасывая из него последние силы. Стол, за которым он читал книги, компьютер, в котором умело взламывал очередную базу данных, коридор, по которому он добирался в свою комнату, да, блин, воздух, которым он дышал. Чушь! Все это так глупо, но почему-то лезет в голову. Винчестер вдруг замер. Идея настигла его спонтанно, но казалась абсолютно естественной и правильной. Как будто на секунду его организм накачали кислородом. Дин поспешил в свою комнату. Одна, вторая, третья — и вот, наконец заветная дверь. Он прикоснулся к ручке и тут же замер. Он здесь не был почти две недели с того момента, как… Дин встряхнул головой, гоня прочь эти мысли, и распахнул дверь. Прочь, прочь, прочь. Вот он — его маленький дом. В этих нескольких метрах красовалась вся его жизнь, как на ладони. Он окинул взглядом уже слегка выцветшие семейные фотографии, сетку с любимым оружием, аккуратно заправленную кровать и другие мелочи для армейского уюта. Идея укреплялась в нём с каждой секундой. Дин присел на кровать и приготовился совершить одновременно самый простой и самый сложный поступок в его жизни. — Ну всё, Сэмми, я иду к тебе, — Дин достал из кармана своего верного никелированного спутника и, пройдясь подушечкой пальца по длинным путам объёмного рисунка, уверенно перезарядил его. Кровь прилила к голове, сердце отбивало бешеный ритм. Он шумно выдохнул. — Иду, — прошептав это, Дин начал медленно подносить оружие к правому виску. Однако сказать было легче, чем сделать. Рука дрожала и выдавала с головой все его переживания. — Ну давай же, трус несчастный, — Дин закрыл глаза. ДЗЗЗЗЗЗЗЗ. Голова вдруг зажужжала. Или не голова? Да, пить надо было меньше. Источник вибрации Винчестер обнаружил в заднем кармане джинсов. Замешкавшись, он встал и все-таки достал телефон. Неизвестный номер… — Чёрт… Да? — Дин не знал, кто ему позвонил, но застрелиться, зная, что там, возможно, кому-то нужна помощь, он не мог. Потерпит ещё немного. — Дин, это я, Кас, — парня ошарашило. — Кас… — Дин не знал, что сказать. По правде говоря, после смерти Сэма он молился ему так, как не молился никогда. Но, так и не дождавшись потом ответа, он уже успел вычеркнуть это чудо в перьях из своей жизни. И сейчас парень испытывал что-то среднее между приятным облегчением и желанием направить пистолет на существо на другом конце линии. — Дин, не мог прийти на зов я твой, случилось непоправимое. Заклинание то было не испытанием, а ловушкой Метатрона. Конечно, ловушкой! Тупая, наивная твоя башка. Ты снова доверился не тому! И даже не удосужился прийти и рассказать мне об этом сразу… Дина переполнила злость, и он поджал губы, чтобы не сказать это вслух. Его ангел был очень обидчив. За этими мыслями он почти пропустил рассказ Каса. — И для заклинания забрал он благодать. — Стоп, погоди. Что значит забрал, Кас? — Я теперь человек, Дин. Очешуеть. При других обстоятельствах, Дин тут же расспросил бы его об этих ощущениях, любимой пицце или красотке из журнала, но сейчас было не время и не место. — Но…ты же сказал, что слышал мой зов. Как же тогда…? — Не знаю, я слышу голоса, как прежде. Но теперь я человек совсем. И… честно, не знаю, как мне дальше быть. «Ну и заслужил» — пронеслось в голове у Дина, но все же оставить этого идиота так он не мог. Что-то внутри него щемило от волнения. — Где ты? — За мной слежка Дин, не могу сказать я пока точно. — Кас, где ты? — сухо и с расстановкой опять произнёс Винчестер, понимая, что начинает нервничать сильнее. — После Сэмми… — Дин запнулся и сглотнул. Прочь. — Короче, плевать я хотел на твои благородные намерения, Кас. Мы всё разрулим, вместе. В конце концов, один мозг хорошо, а два — лучше. — Два мозга? Дин рефлекторно усмехнулся, он вдруг словно нашёл недостающий кусочек пазла. — Забей… Не вынуждай меня ехать и самому тебя искать. Повисла недолгая пауза. — Кас? — Дин, я услышал кое-что, что должен рассказать тебе не медля, — судя по голосу, его ангельский друг был явно шокирован. — Да черт бы тебя побрал, Кас. Скажи, где ты, а потом поговорим. — Дин… — Засунь себе свои голоса… — Винчестер осекся. — В конце концов, что там может быть, что бы меня шокировало? Опять апокалипсис? Или какой-нибудь король… Но Кас снова его прервал. — Дин, послушай меня! Брат твой, Сэм, жив он. Повисла пауза. Он слишком хорошо помнил эту смерть. — Это же невозможно, Кас… Не ты ли тогда вещал, что после испытаний его не излечить? А я… Он умер у меня на руках. Если только… — Дин потер пальцами уставшие глаза. — Дело здесь не в воскрешении, Дин, — будто прочитав его мысли, заключил Кас. — А в чем тогда? — Твой брат теперь ангел Божий. На этих словах Дин рассмеялся. — Что? Нет, но если так, то это же… — Дин от волнения прошёлся рукой по своим волосам, — Очешуеть…ну, чудно. — Нет, Дин, не чудно ни капли. Улыбка спала с лица парня. — Почему? — недоумевая, спросил он, — Считай, апгрейд за всё то дерьмо, что он пережил. В чем проблема-то? — Это не телефонный разговор, боюсь, — после некоторого обдумывания сказал Кас, — Я в Айове, недалеко от места под названием Эмери парк. Если успеешь найти меня раньше всех остальных, то поговорим. На этих словах ангел бросил трубку. — Стой! Кас! Вот жучара, — ругнулся Дин. Он отложил телефон и начал ходить взад вперёд. — Вот это да… Все вокруг казалось сном. Кас — человек, Сэм — ангел. Кас. Он всегда появлялся тогда, когда казалось, что хуже уже некуда. И всегда оказывалось, что есть куда. Но тем не менее он всегда давал надежду, и она не раз выручала его и его семью. Дин заставил себя остановиться и попытался собрать мысли. Впрочем, какая разница, что там с Сэмом. Он жив, Кас жив — это главное. Значит, и контрольный выстрел подождёт. Он сегодня не один. Дин сделал глубокий вдох, улыбнулся и направился к ящикам в поисках чистой одежды. Нужно вытащить эту ангельскую задницу из опасности.