Слепень

В полной тишине кардинал медленно прошествовал к постели заключенного, тяжело опустился на стул и ещё тяжелее вздохнул: - И тут вы. - Какая п-приятная встреча, - светским тоном отозвался лежащий человек, - А я, знаете, что-то такое подозревал, ожидал какой-то такой шутки с-судьбы. - Рокэ, мне же придётся... - Сделайте одолжение. - А как же ваше... "Не проиграть, когда победить невозможно"? - Я и не проиграю, padre. - Знаете, Рокэ, вы не Овод. Вы Слепень на моём сердце. - Квентин, у вас есть сердце? - Есть и болит! Поэтому помолчите, я пытаюсь думать. Ваши кэналлийцы, тьфу ты, гарибальдийцы-карбонарии, конечно, уже готовят побег? - Padre, ну кто же прямо отвечает на такие вопросы, да ещё и кардиналу? - Ох, Рокэ, я думал мы сможем договориться. Как знаете. - Постойте, padre. Постойте! Квентин?!... ~ К горлу канцлера был переставлен нож. Обычный нож, какие не использовали даже самые захудалые грабители с Татуина. - Вы оба совершаете ошибку, - бесполезно напомнил Верховный Канцлер. Окделл с бластером наперевес стоял рядом. - Молодой человек, а вас мне вдвойне приятно видеть в рядах заговорщиков. К слову, вы уже знаете, кто был вторым пилотом, на крейсере, когда погиб ваш отец? Ответить юноше Рокэ не дал. - Замолчите, Квентин и набирайте код от ангара. Попытка у вас одна. И кстати, нас поссорить вам не удастся. - Я знаю кто. - мрачно ответил канцлеру сын Эгмонта и угрожающе поднял оружие.