бессонница

1. Ночью среды Кисе не мог заснуть. Он ворочался то в одну сторону, то в другую, громко вздыхал и перепробовал все удобные и не очень позы для сна. Но так и не заснул. Несколько раз он закрывал глаза, в надежде заснуть, и открывал через минуту и это уже становилось невыносимо. Невыносимо это стало не только для Кисе, но и для Аомине, чей сон прерывался каждый раз, когда блондинчик на другой стороне кровати поворачивался и шуршал одеялом. — Ну ладно, — пробурчал в темноту Дайки, — что у тебя случилось? — Я заснуть не могу, — послышалось хныканье с другой стороны кровати. — Так это понятно. Тебе кошмар приснился? — Аомине опёрся головой о руку и прижался горячей спиной к холодной спине Рёты, мгновенно почувствовав секундную дрожь и табун мурашек, пробежавших по спине модели. — Да нет же — А что тогда? — Ну.. — Кисе повернулся лицом к Дайки, тот же спустил ладонь на спину блондина, начиная медленно поглаживать гладкую кожу, — Да ладно, это очень глупо — припрятав улыбку в шее синеволосого, неловко посмеялся Рёта, получив в ответ ухмылку Аомине и почувствовал ладонь, которая мягко начала гладить волосы на его затылке, прижимая ближе к родной груди. — Ну уж нет! Всё равно ты меня уже разбудил, так что просто скажи то, что тебя так волну- — Зачем мужчинам соски? — Кисе… — выдохнул Дайки после минутного молчания. — Во-первых я предупреждал, а во-вторых – я не вижу в своём вопросе чего-то нелогичного, ну то есть… Зачем они им? — Кисе, я- я не знаю… — Вот и я о том же! — Если я скажу, что они исключительно выполняют роль эрогенной зоны, ты успокоишься? — Ну… Наверное. — Тогда спокойной ночи. — возмущённо пробурчал Дайки, перевернувшись в противоположную сторону. Почувствовав, как Кисе неуверенно прижался к спине Аомине, он повернулся обратно и прижал любимого к себе, с усмешкой прошептав: „Идиот” 2. Кисе казался нескончаемым. Дайки казалось, что после полного школьного дня, нескольких часов тренировки, товарищеского матча и съёмок, его неугомонный парень уж точно не сможет испортить его сон своими странными мыслями. После третьего громкого шороха в большой кровати, ему перестало так казаться. — Рёта! — Что бы ты выбрал между вечной любовью и безграничным богатством? — на этот раз, модель сразу озвучил мучавшый его вопрос, ещё и непривычным для него холодным голосом. — Тебя, — сказал Дайки, повернул голову в сторону Кисе, который явно не ожидал сразу услышать серьёзного ответа на свой вопрос, – желательно спящего. — Я рад, — слегка неуверенно, но спокойно ответил он, потом свёл глаза с потолка и посмотрел на Дайки, — Я бы тоже, наверное, не потянул бы без тебя даже со всеми материальными возможностями мира. — Ты же мой болванчик — Аомине за плечи приобнял Рёту, получив толчок в грудь. Синеволосый на это лишь ухмыльнулся и поцеловал Кисе в макушку; почувствовав, как разровнялось дыхание блондина и тело в его руках медленно расслаблялось и думал, что же его такой любимый придурок начудит завтра и как он будет выкручиваться. 3. Вечером следующей пятницы Дайки поймал себя на мысли, что готов смириться с несносным блондинчиком, с которым живёт; и всё же решил сегодня оттянуть возвращение домой, мол, пусть сначала Кисе заснёт. Смена синеволосого уже полчаса как закончилась. Чтобы убить время, он решил сделать то, что давно откладывал на потом: уборка своего кабинета. Почти за год работы в этом кабинете у него набралось немало мусора. В шкафчиках, ящиках и в разных папках лежали давно ненужные бумажки, а иногда и находилось что-то, что уже давно было признано безвозвратно потерянным. На столе завибрировал телефон. Аомине, который в этот момент копошился в очередном ящике, буркнул себе под нос “чёрт” и встал с пола. Ноги и спина затекли от долгого сидения в неудобной позе на жёстком полу, голова закружилась, глаза заболели от тусклого света. Кое как переставляя ноги через папки и бумаги, раскиданные по полу, Дайки дошёл до большого рабочего стола. На экране белыми буквами высвечивается “кисёнок😾” – так себя записал Рёта несколько далёких лет назад, когда увидел, что записан у своего парня в телефоне “Кисе Рёта”. Аомине из-за этого пригрозил вовсе удалить блондинчика из контактов, а то и в чёрный список кинуть, но само собой даже не подумал тронуть этот самый контакт. Секунду посмотрев на их фото, (которое тоже Кисе поставил) он нажал на кнопку ответа и приставил телефон к уху. — Да? — Дай-ччи, ты скоро? Я жду тебя, чтобы лечь и, держу в курсе, невероятно устал! Дайки улыбнулся про себя. Никому другому он не позволит так бессовестно издеваться над ним и его принципами. Каким бы грубым, холоднокровным, гордым и прямолинейным не был Аомине, один лишь тёплый щенячий взгляд янтарных глаз этой блондинистой прелести, и он готов забыть всё на свете, все тараканы характера и эгоистичные принципы, давно заседшие в голове. Одним только писклявым и невероятно сладким “Аомине-ччи” Кисе может уговорить его перейти на тёмную сторону; на долю секунды подержав смуглую ладонь, Кисе может унести его на край света. — Жди, я скоро, — ответил синеволосый и, не в силах скрывать улыбки умиления, оставил и папки, и бумаги, быстрыми шагами стремясь выйти из офиса и дойти наконец до своей квартиры, крепко прижать к себе Рёту и заснуть, не думая ни о чём.