Возвращение на пьедестал

Женя взяла разгон для бомбочки, посмотрела на подругу и улыбнулась. Она разогналась и плюхнулась в воду, Мила лишь засмеялась. Телефон Жени засветился. На дисплее появилось «ЭГ» и сбоку сердечки. — Жень, — крикнула она, — тебе звонят. Женя быстро выплыла из бассейна и подошла к лежакам, она вытерла быстренько руки о полотенце и посмотрела на входящий вызов. Она тяжело вздохнула и взяла трубку. — Алло. — Жень, привет. — Здравствуйте. — Ты почему на смс не отвечаешь? Я тебе писала, и не раз. — Нам не о чем говорить. — Я думала мы взрослые люди, и можем спокойно поговорить. — Вы сами недавно опровергли это, не так ли? Мне пора, — она бросила трубку. Отлично, не до свидания, ничего. Просто «мне пора». Женя была невыносимая. Может зря она вернулась в Хрустальный? У них явно не складывалось. Отношения были натянуты как никогда. После её возвращения в родные стены, они так и не смогли найти общий язык. Вроде все обсудили, все обиды вроде как простили. Но недосказанность оставалась. И Женя не хотела это обсуждать. Как бы Этери не долбилась к ней в дверь. Девушка не желала её открывать. А после того, как она не пустила ту на соревнования, из-за формы, и дала ей несколько дней отдыха, Женя вообще перестала реагировать на неё. И о какой работе могла идти речь, когда Женя элементарно не хотела разговаривать? Исчезла с радаров, в соц. сетях не отсвечивает, никто не знает где она. А женщина всего лишь хотела обсудить ситуацию, договориться о будущем, что им теперь делать? Но Женя как будто стала другим человеком. И что там в Канаде с ней сделали? Её Женя стала чужим человеком, неужели эта проклятая олимпиада поменяла её так? Женя легла рядом с Милой на лежак. Солнышко приятно согревало её мокрое тело. Было хорошо. Она отдыхала у подруги в загородном доме. Только она, Мила, бассейн и коктейли. С Милой они познакомились на последних стартах. Мила не была фигуристкой, она занималась административной составляющей в федерации. Они подружились, Жене нужен был человек не со льда. Задолбали её уже все конкретно. Хотелось отдохнуть от всего. Мила повернулась к Жене. — Жень, — она улыбнулась, — ты классная. — Спасибо, мне много кто это говорит. — Ты мне нравишься, — она взяла её за руку. — Мил…я… — Ничего не говорили, — та усмехнулась, — у меня же никаких шансов, я знаю. — Я…не… — Я знаю, у тебя есть кто-то, и даже подозреваю имя этого человека. Женя удивлённо посмотрела на подругу. — И кто же это? — Тренер твой, точнее тренерша. Женя прыснула смешком. — Ерунду говоришь. — Я вижу как вы смотрите друг на друга. Не обманывай меня, а тем более себя. — У нас нет ничего. И это была наглая ложь, Женя настолько была влюблена в тренера, что иногда хотелось от этой любви повеситься. Ничего не складывалось именно из-за этого. Личное и лёд нельзя смешивать, поэтому было тяжело. Именно тогда она ушла после олимпиады. Из-за своих чувств. И зачем вернулась, непонятно. Всё шло по известному и очень нехорошему месту. Обиды не забыты, претензии остались. Только ходить и делать вид, что всё хорошо, становилось с каждым днём сложнее. Девушка стала старше и умнее. И осознание того, что в спорте ей мало что светит, нагоняло её каждый день всё больше и больше. А хотелось оставаться в строю. Но Этери не хотела этого понимать, как и тогда в 2018. Это удручало. — Прости, не хочу обсуждать тренера. Давай просто расслабимся. Мила кивнула и взяла телефон в руки, она подключилась к колонке и включила музыку. Телефон Жени опять завибрировал, она увидела сообщение от Этери. — Жень, так ведь нельзя, давай просто поговорим? Женя психанула, и зачем она дала ей выходные? Чтобы доставать? Отлично. В ЧС вас, Этери Георгиевна! Этери не поверила своим глазам, Женя заблокировала её. Дожили. Девушка сидела в кабинете у Тутберидзе, она смотрела в одну точку. Напряжение между ними было огромное. — Вы правда хотите, чтобы я ушла? — Да, — выдохнула женщина, эти слова давались ей тяжело, как и решение, принятое ею. — У нас не складывается, Жень. Тебе лучше будет тренироваться в другом месте. Хочешь я договорюсь? Женя усмехнулась. — Я сама в состоянии решить этот вопрос. Только я не понимаю, почему вы так решили? — Потому что ты не считаешься с мнением твоего штаба, ты даже нормально не хочешь поговорить, ты внесла своего тренера в чёрный список, так что я решила больше не тянуть кота за причинные места. Пора принимать взрослые решения. — Это было на эмоциях, я прошу за это прощение. — Да у тебя всё на эмоциях, ты нестабильная какая-то. — Хоть бы раз ты нормально села и озвучила что у тебя там в голове. Так ты только принимаешь сомнительные решения, а потом сетуешь, почему же так с тобой поступают? Может проблема в тебе? — Может, — девушка встала, — но я не хочу уходить от вас. — А это нужно было обсуждать раньше. — Вот так просто выгоните меня? — Я тебя не выгоняю. — А что тогда? — Я предлагаю тебе перейти в другой клуб. Девушка замолчала. Похоже, на этот раз, всё было серьёзно. Этери дошла до точки кипения. И в этом была виновата только Женя. Какой бы упрямой она не была. И как бы не верила в свою правоту, сейчас вина лежала только на ней. Ведь женщина действительно пыталась нормально с ней всё обсудить. Но её обиды закрывали глаза. Не давали здраво мыслить. Женя кивнула. — Переход, так переход. Какие бумаги нужно подписать? Блондинка от такого офигела. Она не ожидала что Женя вот так легко согласиться. Она ждала как минимум разборок. Но та просто согласилась. Может у Жени в голове хоть какой-то здравый смысл был. Этери удивилась, но виду не подала. Она протянула той бумаги. Девушка всматривалась в договор. — Жень, там всё стандартно. — Можно попросить вас об одолжении? — Да, конечно. — Я уйду потому что решила закончить карьеру, но не потому что вы от меня отказываетесь. Бровь женщины поползла куда-то наверх, казалось она выйдет за пределы лица. — Жень, я не отказываюсь от тебя. — Отказываетесь, стало слишком сложно со мной, понимаю, зачем вам такая заноза в заднице. У Жени потекла слеза. Она быстро смахнула её. — Если я вам не нужна, то больше никому не буду. — Тебя возьмут куда захочешь, я уверена. — Только я больше никуда не хочу. Девушка прижала бумаги к себе и вышла. На телефон Этери поступило смс: «Мой агент свяжется с вами, когда бумаги будут подписаны». Класс, она потеряла свою Женьку, окончательно. Конечно так продолжаться не могло, Женя много себе позволяла. И думала, что ей продолжат это спускать с рук. Нет, она любила Женьку, но она вела себя слишком свободно. Как будто никто ей не указ. Может в Канаде так и было. Только она не в Канаде. Рычагов давления на неё просто не было. Зазвездилась, девочка. Популярность ударила в голову. Этери пыталась, честно пыталась наладить с ней контакт. Раз не вышло, нечего мучить и себя и её. Женька пропала, она не появлялась в мире фигурного катания слишком долго. Этери всё понимала, сначала дала той выдохнуть, затем пыталась связаться с ней. Та, как будто под землю провалилась. Подруги ничего не знали про её жизнь. Может её и в стране уже не было? Никто не знал. В соц. сетях не было никакой информации, она сама её не давала. Женщина беспокоилась, может что-то случилось? Конечно с новой олимпиадой ей было не до Женькиного затворничества. Но мысли иногда сами возвращались к брюнетке. Особенно, когда кто-то вспоминал её. Она звонила даже Жанне. Но та сказала, что не скажет ей, где Медведева, потому что та сама просила этого не делать. Если Жанна знала, где была её дочка, то уже не стоило переживать так сильно. Женька тем временем пыталась просветлить свою голову, понять, что она хочет от этой жизни? Восстановить душевное равновесие в России было сложно. Все тыкали пальцем в неё. Все знали её. Поэтому она приняла приглашение Милы и укатала с ней на год в Америку. Там она была счастлива. Не так как рядом с тренером в свои лучшие годы, но хотя бы не вспоминала о том, что стала ненужной даже Этери. Мила была хорошим антидепрессантом. Она вынимала её из той задницы, которую она сама себя затащила. И в какой-то момент, они оказались в одной постели. И Женя особо не переживала по этому поводу, она не испытывала к ней романтических чувств, но любить себя позволяла. Хотя её аж трясло, когда она натыкалась в новостях на блондинку. Она бы так и пряталась в Америке, если бы на катке не увидела как одна девочка не может нормально оторвать руки от бортика. Она вызвалась показать ей, как стоять ровно на коньках, Мила улыбалась. — Тебе бы тренировать детей, — пошутила та. А девушка поняла, она не может жить без льда. И если дорога в спорт ей закрыта, почему не начать учить детей? В Америке по большому счёту она была никем. Значит нужно было возвращаться в Россию. История только начинается.