Искушение для Инкуба

      Сквозь приоткрытое окно в кондо проникает прохладный ветер с улицы, шаловливо развлекаясь со шторами и пылью на столе. Заглянув в комнату, Крис улыбается довольно, просачиваясь тем же невидимым созданием в помещение, присаживаясь на постель своей жертвы. Разглядывает умиротворенное лицо юноши, раздраженно фыркая на обломанные шесть попыток до этого. В некотором роде Чан мог уже просто уйти, оставив в покое студента, которому хватает проблем и без него, однако никто еще так долго и упорно не сопротивлялся ему и его харизме. Задетое самолюбие саднило противно, провоцируя добиться тщедушной душонки.       Прислушиваясь к тихому дыханию, Бан наклоняется к манящим, слегка приоткрытым, губам. - Лино-я, ты такой сочный и сладкий, - языком пробует нижнюю губу, трепещет ресницами, - давай поиграем. – Голосом, пронизанным вяжущей патокой и алкогольными нотами виски вовлекает в свои сети Крис.       Ладонь скользит по груди вниз, добираясь до края просторной футболки. Поддевая ее пальцами, дразняще щекоча впалый живот с лёгким очертанием кубиков пресса, Чан мажет губами по щеке, вслушиваясь в сбивающееся дыхание, нависая сверху. Парень под ним реагирует, поддается ласкам. Просачиваясь сквозь сон, Бан стоит в темном пространстве, обнимая со спины застывшего изваянием Ли. Тело расслабленно, отдано на растерзание добившегося своего инкуба. В руках появляются красные веревки, скользящие по накаченным рукам беса, Чан облачается в привычный для себя белый костюм, через чьи нескромные прорези можно разглядеть перекаты мышц на спине, изучить кубики на крепком прессе. Крис ставит мокрый след на шее окутанного алыми сетями Минхо, наслаждаясь сорванным вздохом.       Уже забираясь под одежду, мягкая веревка плавно обматывается вокруг талии, останавливаясь узлами. Избавляя от футболки, отбрасывая ту в неком направлении темного пространства чужого сознания, Бан изводит, снова целует шею, уже голое плечо и связывает свою жертву, точно паук. - Как же ты надоел. – Демон удивлённо моргает, откидывая концы веревки от внезапных палящих ощущений на ладонях от красного пенькового каната. Тот растворяется в пространстве, оставляя после себя развевающуюся в тьме синим углем пыль. Инкуб шокировано разглядывает оборачивающегося парня, оттолкнувшего Чана на несколько шагов, ведь глаза горят по-настоящему адским пламенем цвета морского дна. - Хочешь поиграть? Давай.       В руках постепенно, звено за звеном появляются цепи, вынуждающие сделать ещё шаг назад. Крис разворачивается, надеясь сбежать куда-нибудь из вдруг очерченного белыми границами пространства, как на шее появляется металлическая хватка. - Как ты... - хватая пальцами давящий ошейник, Чан дергает его, с трудом поддевая, однако прыткие путы фиксируют конечности. - Это моя голова. Не лезь туда, куда не просят, - дёрнув на себя, Ли притягивает, точно за поводок, к себе накачанное тело, оглаживая ладонью все оголенные участки спины. Проводит носом по линии роста волос на затылке, ловя дрожь в свои руки. Притесняет ближе, дотягиваясь к уху и обдает мочку горячим дыханием, прикусывая, и дразняще выдает: "поиграем?"       Задыхаясь от металлического хомута, агонии внезапного возбуждения и страха, Чан хватается руками за свои оковы. Царапает светлую кожу и порывается дернуться для побега, вслушиваясь в глумливое издевательство прямиком на пунцовое ухо. Ему дают свободу на долю секунду, чтобы в обманном маневре столкнуть на возникшую среди большого ничего постель.       Крис валится на двуспальную кровать, руками упираясь в матрас, решая, как быть дальше. Минхо не торопится присоединяться, изучая глазами пойманного демоненка. Как только упертый инкуб дергается с мягкого матраца прочь, истинный дьявол кровожадно смеется, возвращая цепями на исконное место. Убирает надоедающие руки в стороны сверкающими цепями, устраивая на кровати распятие. Стыдливо дергаясь, Чан старается применить все свои силы, вызывая лишь смех и азарт у Ли. Парень подходит ближе. Ведёт пальцами по тут же втянутому животу, ухмыляется жалким попыткам уйти от рук. - Ты слишком одет, - одежда на Бане становится фейерверком, языками дьявольского пламени исчезая с тела. Нагая натура, цепи, интимное освещение берущее начало откуда-то из реальности, так заманчиво притягивающей серостью и свободой. Красный, будто девственник, Крис отчаянно дергается, только бы прикрыться. Удается лишь слегка согнуть ноги в коленях, скрутиться на бок, носом тыкаясь в подушку. Перед таким наглым и уверенным парнем ему стыдно, неловко и робко. Ореховые глаза жгут не менее жадно, чем иссиня-черные языки пламени тот злосчастный белый костюм. Мускулы, подсвеченные аквамарином и тусклым белым привлекли внимание, заостряя внимание на малейшем выступе и изгибе, перекате и впадинке. Горло стягивает от противной пленки засухи, ужасно хочется пить. - Так лучше... Шесть дней ты приходил ко мне, пытаясь трахнуть. Что ж, сейчас покажу, как это делать.       Ступая на кровать, Минхо ведет лишь взглядом, но цепи, подвластные его мыслям тут же натягиваются, вынуждая обнаженное тело предстать в полной красе. Ладонь касается щиколотки, пробегаясь дразняще-игриво по металлическому браслету кандалов, а после с упоением неторопливо идет вверх. Под пальцами чувствуется легкая дрожь, попытки уйти от горячей кожи, щекочущих и возбуждающих ощущений. Будто не Бан был инкубом, который всегда возбуждал своих жертв, а наоборот. Весь путь оставленный ловкой рукой Ли полыхал, сбивал дыхание и будоражил. Аккуратно, вдоль икроножной мышцы, выше к бедру, невесомо преодолевая под коленом, ловя новую волну мурашек, Минхо ведет дальше. Переходит к внутренней стороне бедра, подбираясь к стоящему колом возбуждению. Подтягивается ближе, продавливая матрац между разведенных ног пленника. Пальцы сжимаются на красной головке, тут же вышибая глухой стон. - А ты точно инкуб? Выглядишь невинным, – рвано, специально небрежно, Ли проводит по члену, вгрызаясь глазами в эмоциональные гримасы Криса.       Испарина покрывает весь лоб, каплями стекая по вискам на стандартно белые наволочки. Минхо настроен запятнать их и лежащего на них беса. Вновь провокационный толчок рукой вырывает уже более высокий стон из груди. Наклоняясь к пунцовому лицу, Ли с упоением изучает закусанные губы, поплывший взгляд тут же зажмуренных глаз и даже целует в щеку, когда от него пытаются отвернуться.       Все естество инкуба кричит о желании, пока внутри идет ярый протест против происходящего. Языком перехватывая очередную каплю, даря за такое шоу под собой новый короткий толчок, Хо смакует на языке соленую сладость, безумно улыбаясь. Оставляет след от языка шире, во всю щеку, спускается к шее, прикусывая до вскрика и дерганья. Звон цепей переливом симфонии Баха разлетается по необъятному темному пространству. Сжав пальцы в весомой хватке на изнывающем члене, Ли перехватывает дыхание инкуба, запрокинувшего голову, лишь бы поймать спертый воздух. Кадык красиво упирается в сверкающий металл ошейника, гипнотизируя дьявола ночи.       Подтягиваясь, прикусывая адамово яблоко, Минхо вновь садится ровно между ног Чана. Берет свободной рукой под коленом, вынуждая согнуть ногу, за отказ или попытку как-то избежать послушания парень усиливает хватку на эрегированном члене. - Прекращай, Чан-и, иначе тебе же будет хуже, – для достоверности больно сдавив половой орган, Ли слушает, как тихо скулит пленник. Мучитель подтягивает ногу так, как ему удобно, оставляя благодарный поцелуй на острой коленке, чтобы после пристроится к сжатому кольцу мышц. Оставшиеся на дьяволе шорты для сна с нижнем бельем мешали и портили картину. Обходясь с ними тем же образом, как и с одеждой Криса, Ли упирается своим возбуждением в невинного Бана. – Вот, как это делается.       Двигая бедрами, Минхо толкается вперед, только проскальзывая, сталкивая их возбуждение. Использует сознание, воплощая в нем необходимые предметы и использует смазку. Ему не хочется тратить время на длительную подготовку, поэтому спустя несколько толчков пальцами, когда те стали входить уже не так туго, до него долетает: - Да трахни ты меня уже.       Чана ведет от дикого желания и искрометного доминирования. Плавит от некого осознания, что берет не он, а его, разрушая все привычные моменты и взгляды в жизни. С этим Ли Минхо он сам чувствует себя искушённым, сломанным и жалким, и все, чего так хочется в данный момент – получить уже наслаждение. Разрядку любым способом, скинуть цепкую руку с члена или поддаться в нее несколько раз, доводя себя до пика. Контроль мыслей уже тоже не в его власти, там всюду этот дьявол. - Какой ты быстрый, – обрывая зародившуюся у Криса фразу, Ли вгоняет свой член полностью, вслушиваясь в выкрик. Убирает надоевшие и брякнувшие на ногах цепи, закидывая красивые икры для удобства на плечи, медленно принимаясь двигаться.       Внутри все дерет и саднит, мешает лютый коктейль из боли и оргазма, опаивая им комкающего простынь над собой Чана. Минхо надрачивает ему, вынуждая вернуться к приятным ощущениям, хлюпая смазкой от движений бедрами. Вколачивается в натянутое струной тело, пока за стоном боли не приходит нежданное наслаждение. Запоминая эту точку, Ли снова проходится членом по простате, до тех пор, пока Бан сам не насаживается на его член, изливаясь в дрочащую руку. Инкуб пачкает живот, сжимая в себе член и красиво выстанывает его имя.       Ли убирает все цепи, кроме оставшейся на шее. Нагибается к искусанным губам, вовлекая в мокрый поцелуй, толкаясь в разомлевшее тело, пока вновь не чувствует возбуждение Криса. Чан хватается руками за своего дьявола, оставляет красные полосы ногтей, мстительные укусы на губах и стонет прямиком в рот парню. Ускоряя толчки, Хо кончает внутрь, продолжая двигаться. Отстраняется, не забыв напоследок зубами оттянуть нижнюю губу после поцелуя, чтобы перевернуть тело под собой в другую позу и снова войти в оттопыренный кверху зад. Комкая подушку, прижимая ту к лицу, Бан стонет от каждого толчка, тянется к своему возбуждению, вновь оказываясь скованным, но уже прямиком над головой. Минхо входит во вкус, вколачивается в тело, доводя себя и парня до пика, кончая вместе без стимуляции руками. Вновь укладывает на испачканные простыни уставшее и изможденное тело, разглядывая поплывший взгляд, тонкую нить слюны в уголке рта, тяжелое дыхание и красную отметину на шее от натиравшего ошейника. Но этого мало. Ли кусает ключицы, грудь, ореолы сосков, спускаясь метками ниже, сталкиваясь с ленивым сопротивлением, в миг остановленным слабым шлепком по бедрам. Теперь Чан выглядит идеально. Проникаясь жалостью к выжатому парню, Ли доводит себя третий раз сам, марая своей спермой почти бессознательного Бана. - Приходи ещё, - под зловещий смех Минхо Крис проваливается в некое подобие сна.       Солнце, старательно пробивающееся сквозь плотную гурьбу туч в пресловутой реальности, будит чуть раньше будильника на мобильном телефоне парня. Поднимаясь на постели, Ли оглядывает комнату, замечая рядом с собой ночного визитера со своими метками, обнаженного и обессиленного. Гость сопит, кряхтя от лишних движений и кривит симпатичное лицо, когда старается лечь иначе. Хо смотрит на него с несколько минут прежде, чем подняться на ноги. Скидывая вещи в открытый рюкзак, Ли вновь кидает взгляд на заворчавшего Чана. Он подходит ближе к кровати, запоминая забившегося в угол беса, схватившего во сне его подушку, прижимая ту к груди. - Если после такого он вернется, то он явно извращенец. – Потрепав по волосам спящего, Минхо уходит в душ, заканчивая со своим внешним видом. Натягивает на вымытое тело одежду, поправляя в зеркале мелкие детали и покидает квартиру, запирая своего гостя. – Через окно сбежит, как и пришел. – Резюмирует парень, пряча ключи в широкой сумке.