Трудный возраст

      Горячие губы легко и почти не касаясь скользят по коже. Приглушённый свет добавляет интимной обстановки. В комнате пахнет чем-то жутко сладким и приятным.       У Коко сбилось дыхание, жар разливается по всему телу, сердце бьётся так быстро что кажется сейчас не выдержит - разорвется, обливая кровавым фонтаном внутренности. А Хаджиме и не против. Это та смерть о которой он может только мечтать.       Не хочется прощаться с жизнью в случайной перестрелке или уличной драке. Хочется умереть вот так, нависая над Сейшу, целуя его красное и такое красивое личико. Хочется провести так всю оставшуюся жизнь, просто целуя его пухлые губы, небольшой носик и край алого шрама.       Коко кажется что он готов отдать все за возможность убедить Сейшу что это не уродство. Это не погрешность отличающая его от Акане. Это произведение искусства, не меньше. Хаджиме знает что изуродованная кожа не чувствительна, но не может перестать касаться ее. Она завораживает, притягивает. Коко не уверен в какой момент своей жизни осознал и принял свой фетиш на шрамы. Но теперь совсем не скрывает желание любоваться ими, наслаждаться, поклоняться...       Коко так же хорошо помнит как ненавидел этот шрам. Это было около 5 лет назад, во времена когда Инуи только получил ожог. Но кажется что в прошлой жизни. Шрам не позволял воспринимать Сейшу за Акане. Служил вечным напоминанием о собственной ошибке, о слабости, о горе что пришлось пережить. Сейшу тоже был не дурак. Сразу понял почему его друг не смотрит ему в глаза, почему отводит взгляд от его лица. Первое время прятал отметину под бинтами, после маскировал отрастающими волосами. Со временем и вовсе стал поворачиваться к Хаджиме правой стороной лица. Как бы невзначай прикрывал левый глаз ладошкой или капюшоном при разговоре.       Коко никогда не просит себя за это. Он сам виноват, что привил Сейшу ненависть к своему отражению в зеркале. Не простит, но сделает все, чтобы исправить хотя бы эту свою ошибку. Будет восхищаться и поклоняться любимому человеку до тех пор, пока сам Инуи не увидит тоже прекрасное, что видит в нем Хаджиме.       И Коко целует, целует, целует алый шрам. Шепчет романтическую ерунду на ухо и снова целует. Это интимнее секса, лучше любых подарков, говорит больше чем сотня признаний в любви.       Инуи плавится на бардовых простынях, растекается лужицей и купается в этой нежности. И шепчет что-то несвязное о благодарности и вечной любви.       Коко любит Сейшу и его шрамы, принимает его таким. Сейшу сходит сума и задыхаться от светлого чувства переполняющего изнутри.