Трудный возраст

      У Сейшу по квартире ходит смерть. От нее веет холодом и запахом дорогих сигарет. Она чувствует себя уютно в маленькой, пропитанной запахом старости и алкоголя, квартирке, хотя предпочитает роскошь.       Седая затягивается сигаретным дымом сидя на стиральной машинке. Она чувствует свою власть над глупым человечишкой и позволяет себе лишнего. Накручивает пепельно белые пряди волос на палец, прокусывает свою алую губу до крови и смотрит черными угольками глаз с искорками азарта и возбуждения. Играет со своей жертвой, привлекает внимание. Просит как ребенок смотреть только на нее. Сейшу окидывает ее флегматичным взглядом и возвращается к бутылке дешевого алкоголя.       Седая обижено фыркает. И Сейшу почти слышит как она думает:" Серьезно? Нет, погоди... Ты серьезно променял меня сейчас на бутылку водки?".       "Не драматизируй."- Мысленно отвечает человек, полностью уверенный, что его поняли. Поняли по оттенку его молчания. Всё-таки они так давно знают друг друга, что слова им не нужны.       Ненавидимое людьми божество обожало Инуи с детства. Следовало по пятам, ревниво отбирала всех дорогих ему людей. Притворялась его тенью, оберегала свою любовь.       Смерть это не старушка с косой в черных балахонах. Она любит менять свой облик и приходить к Инуи под покровом ночи. Поначалу это была милая девушка с изумрудными глазами. Сейчас это мальчишка с бледной кожей в ярко алом кимоно. На губах кривая ухмылка, а в зрачках плещется жажда крови. Инуи ее игнорирует. Лежит в ванной прям в одежде под внимательным взглядом черных глаз. Вода холодная, а ткань неприятно липнет к израненному телу. Но Сейшу наплевать. Жжение в груди и разрывающая сердце тоска, куда сильнее тянущей боли в спине.       Смерть вкладывает в протянутую руку лезвие. Бледные пальцы уверено сжимают холодный метал. Пальцы длинные, но кривые с как-то неестественно выпирающими костяшками под тонкой кожей. Как у мертвеца. Может это потому что Сейшу уже мертв? Может его сердце уже давно перестало биться.       Так давно что он и не помнит что чувствовал тогда. Там в далеком детстве. Умер на пыльном подоконнике их любимой библиотеке. Не пережил поцелуй свое персональной смерти. С тех пор просто существовал. Позволяя гнить и разлагаться телу и душе.       Обжигающе горячая кровь стекает по тонким запястьям. Лезвие выпадает из дрожащих рук. Медленно, но верно силы вместе с жизнью покидают уставшие тело. - Глупо это все.- Шепчет Смерть как то грустно, разочарованно почти.       Инуи не хочет знать что она имеет в виду. Но смерть продолжает. - Было столько возможностей прожить эту жизнь красиво. А в итоге мы медленно гнили изнутри десятилетия. Что бы умереть в гордом одиночестве. - Ага, мы все проебали.- Инуи соглашается спокойно, у него было много времени, чтобы смериться с суровой реальностью.       А вот смерть фыркает на эту прямолинейность и грубость. - Ты даже не знаешь жив я или не нет. - Продолжает гнуть свою линию седая. Получает в ответ надменную ухмылку.       Потому что Сейшу знает. Чувствует на каком-то недостижимом другим людям уровне. Чувствует что кусочек его души погиб где-то в середине февраля. Знает что встретится с ним по ту сторону жизни.       Седая крутит зажигалку в руке нервно. Запах крови явно вызывает в ней отвращение и что-то похожее на жалость. Ее чуть трясет, старый огонек в глазах медленно затухает. Сам силуэт размытый, полупрозрачный. Толи Инуи это чудится из-за большой потери крови, толи смерть вслед за ним решила уйти на покой.       Не человек увлечённо наблюдает как вода медленно окрашивается красным. Жутко ухмыляется своим мыслям, но ничего не говорит. Наверное понимает: уже поздно. Они уже ничего не исправят. Они уже мертвы.       Холод и боль разливается по телу волнами. Кровоточащие запястья онемели. "Вот и все"- хочется сказать Инуи в знак прощания, но сил нехватает даже на это. - Вот и все,- говорит Смерть, растворяясь в темноте.