Довериться Мародёру

Северус проснулся в шесть утра на груди Сириуса. Зельевар плохо помнил, когда уснул, но просыпаться вот так было приятно. Нежно пройдясь подушечками пальцев по груди гриффа, улыбнулся. — Какая нежная кожа у зельеваров… «Зелье!» Северус мгновенно вылетел из постели и побежал к котлу, который оставил на ночь. Он должен был вставать трижды, чтобы добавить ингредиенты, проверяя консистенцию для первой стадии. За последний месяц у него было одиннадцать неудачных попыток, и вот двенадцатая удалась, но как? Жаркие руки обвились вокруг груди Снейпа, который стоял спиной к гриффу, а тот зарылся лицом в волосы зельевара. — Ты? — Ты слишком сладко спал. И не услышал, когда сработал Темпус на палочке. Я решил тебя не будить, учитывая, что ты каждый шаг расписал на пергаменте. — Спасибо. Сириус, первый этап завершён. Наконец-то. Осталось ещё пять по моим расчётам. — И что дальше? — Стазис. Буду брать по чуть-чуть отсюда, готовя дальше. Спасибо большое. — Ты заслужил отдых. За последний месяц помешался на зелье, толком не спишь. Время есть, Северус. Ты готовишь не бульон, здесь без ошибок и времени никак. Северус развернулся в объятиях Сириуса и улыбнулся ему. Он хотел поцеловать парня в щеку, но тот увернулся и встретился губами с губами слизеринца. — Я не чистил зубы! — возмутился Снейп, отвернув голову. — Я тоже, и? — Это не гигиенично. — Мне плевать на гигиену, правила и всё остальное, когда дело касается тебя. Знаешь, о чём я мечтаю? — прошептал на ухо змею лев, кусая мочку уха. — Не знаю. — Я мечтаю отсосать тебе, чтобы ты спустил мне в рот, а я всё проглотил. Мечтаю, чтобы во время минета ты насаживал меня на член так, чтобы я давился воздухом и слюной, — Северус застонал, когда губы коснулись его шеи, — мечтаю поставить тебя раком, чтобы полюбоваться твоей дырочкой, — его губы спустились на соски змея, который уже задыхался от возбуждения, — мечтаю вылизать языком твой анус, проталкивая внутрь, — Сириус опустился на колени, целуя пупок, а после потираясь щекой о крепкий стояк любимого, — мечтаю засунуть внутрь тебя пальцы, задевая простату, и слышать твой стон, а после насадить на свой член, заставляя тебя взорваться в экстазе. Вот мои мечты… Он приспустил пижамные штаны слизеринца, взял в руки член парня, задевая пальцами паховые волоски, и прошелся языком по стволу. Снейп на мгновение замер, но, когда язык снова прошелся по уздечке, а губы сомкнулись на головке, сочившейся смазкой, не сдержал пошлого, гортанного стона. Сириус понял, что ему дали жёлтый свет. До зелёного ещё далековато, а вот жёлтый он заслужил. Оттянув губами крайнюю плоть, заставил ноги Снейпа подогнуться, и тот быстро ухватился рукой за стол для ингредиентов. Дрожь прошла по всему телу. И не только дрожь. Его буквально трясло от кайфа. Блэк развернул парня к этому столу ягодицами и прижал к нему. Опора появилась, и Северус смог зарыться рукой в волосы Бродяги, который насаживался со всей дури на член брюнета. Он и правда давился слюной, задыхаясь, но не останавливался. Понимал, что зельевар долго не протянет, поэтому отстранился и вобрал в рот яички парня, готовые взорваться в эйфории. — Сириус, вернись… Сириус… Пошлая, победная ухмылка замерцала на лице гриффиндорца, который смотрел в омуты змея. Не отрывая взгляда, снова насадился на член, и в этот раз Снейп крепче зарылся в волосах лорда, насаживая до основания и спуская в рот. Он пошло застонал, слыша вибрацию стона и Блэка, глотающего сперму. Отдышавшись, Северус открыл глаза, пока гриффиндорец вылизывал член. Лорд был доволен. Он победил в этой схватке. — Ты вкусный. Он поравнялся с тяжело-дышащим после оргазма Северусом, который ухватив Блэка за шею, страстно припал к желанным губам. И губы отвечали остервенело, безумно, жадно. Снейп понял, что тот обнимает его только одной рукой, поэтому опустил взгляд на правую руку. Она была вся в кончине, а на штанах гриффиндорца в области паха было мокрое пятно. — Уступлю тебе душ. — Да ты душка, — ухмыльнулся Блэк, кусая губы слизеринца. — Из нас двоих ты без штанов стоишь. — Зато я чист. Вылизан. Бродяга засмеялся, прошёлся рукой по шрамам на груди любимого, чмокнул того в нос и быстро ретировался. Стоять в липкой кончине было не совсем приятно. Северус же натянул штаны и пытался понять, что произошло. В какой момент он так легко сдался? Неужели желание отключает напрочь мозг? Но так было только возле Блэка. Больше ни у кого не было над ним такой власти. Это страшило и будоражило одновременно. То, что сделал Сириус, было крышесносно. И змей соврёт, если скажет, что не желает повторения. Из мыслей его вывел поцелуй в лопатку. Блэк пах его шампунем, что заводило с полуоборота. Будто меченный Северусом. — Пойдём на завтрак вместе или врозь? — Пока врозь. Сириус тяжело выдохнул, но ничего не ответил. Как бы ему не хотелось показать всему миру, кого выбрал глава рода Блэк себе в пару, выбор оставался за Снейпом. — Можно узнать хотя бы причину? Северус, я не отсасываю каждому партнёру. Мерлин, да я делал это впервые в жизни! Снейп сглотнул и обернулся к Сириусу с усмешкой на лице. Он прикоснулся рукой к своим волосам, которые после ночи были уже не такими пушистыми, к длинному носу, тонким губам, а после шрамам. — Змейка, ты такой дурак! Сириус крепко обнял его, целуя в шею. Прижавшись к тёплому и любимому гриффиндорцу, Северус прикрыл глаза, пытаясь скрыть слёзы. — Даже моя мать отказалась от меня, Сириус… — Я не тороплю. Мне плевать на моих фанатов и фанаток, желающих получить статус в мире и мои деньги. Мне нужен ты. До последнего шрама. Ты по-своему прекрасен, Сев. У тебя римская внешность. Твой отец страшный. Твоя мать такая себе. Но ты идеален для меня. Для меня, Северус. И плевать на мнения остальных. Задумайся над моими словами. Сириус нежно поцеловал губы слизеринца, которые отчаянно отвечали, боясь, что Блэк исчезнет из его жизни. — Я не уйду из Большого зала, пока ты не позавтракаешь. Тебе нужны силы. К тому же, сегодня ЗоТИ. Энергии сожрёт немерено. — Я приду, — пообещал Северус. Сириус знал, что ему не соврут, и на прощание поцеловал в висок. Тот постоянно пытался касаться слизеринца. Сколько он помнил, даже мать меньше дарила тепла и ласки.

***

Сириус явился на завтрак последним. Мародёры сидели хмурыми, почти отчаянными, но увидев Блэка воодушевились. — Ты взял Карту? — вместо приветствия спросил Сохатый. — Нашу? Нет. Я её и в глаза в этом году не видел. Ты проебал карту? — до Сириуса дошло произошедшее. Поттер отвернулся от Бродяги, который в ужасе смотрел на всех троих Мародёров, пока взгляд не застыл на Ремусе, который подмигнул Блэку. Гриффиндорец примерно понимал, почему Люпин выкрал карту: ребята решили узнать имя любовника Блэка. В очередной раз он был признателен Лунатику за его мудрость и сообразительность. Когда вошёл Северус, Сириус выдохнул. Аппетит вернулся, но стоило ему начать есть, как Регулус подошёл к ним с розами в руках. — Лили, я хотел бы начать нашу дружбу, раз ты друг моего брата. — Спасибо, — приятно удивилась девушка, забирая белый букет. Сириус смотрел в полном ахуе на брата и на букет. Регулус сел возле Северуса и Барти, которые выглядели не менее шокированными, а вот Джеймс резко выскочил из Большого зала. Всё это показалось крайне подозрительным. Уроки ЗоТИ и Чар прошли спокойно, но букет белых роз не выходил из головы Сириуса. Его брат не дарил бы Лили розы ради дружбы, зная, как она подставляла Северуса. Здесь было нечисто. А может, Регулус сделал это назло Джеймсу? Вот это больше походило на правду. В любом случае, если Реджи будет угрожать опасность, он точно пойдёт к брату. После урока Сириус вошёл в комнату и застыл на месте. Питер и Джеймс рылись в его вещах. — Я сказал, что не брал Карты! Какого хуя вы роетесь в моих вещах, олень рогатый и крыса писклявая? Ремус вошёл к ребятам и удивился бардаку. Лунатик тяжело вздохнул, но ничего не сказал. Питер всегда выполнял прихоти Джеймса, а тот, видимо, ударился в паранойю. — Но кто-то её же украл! — запищал Петтигрю. — Это был не я! Ясно? Я вечер и ночь провёл… Неважно с кем и где. Но не здесь. — Мантия на месте, значит, ты брал карту, чтобы не попасться Филчу! — рычал Поттер. — Дебил! Сириус вспыхнул и ушёл на улицу дышать свежим воздухом, слыша вслед, чтобы немедленно вернул карту. Под ивой парень нашёл брата, обратился Гриммом, который удивил студентов, и лёг на колени брата, летающего в облаках. Регулус погладил Гримма по голове. — Букет мне прислал Джеймс. В записке написано было: «Умоляю, прости. Я ошибся. Давай поговорим. Сохатый». Я не желаю с ним говорить, — рычание брата вызвало тёплую улыбку, — не вмешивайся. Он не подойдёт без разрешения. Прощать не собираюсь. А ещё хочу посмотреть, насколько он настойчив. И ему нужно моё прощение ради тебя или ради чего-то ещё. Сириус тяжело выдохнул, расположившись на коленях брата. Слова на Сохатого явно произвели эффект, раз тот решил поискать прощения у Регулуса. К ним подошёл Лунатик, погладив Бродягу за ушком. — Нужно поговорить. Блэк вновь стал человеком, вызвав своим превращением восторг поклонников, тяжело вздохнул и поплёлся за другом. — После того, как ушёл от вас, вернулся не в библиотеку, а в башню. Там услышал слова Джеймса, что он хочет узнать имя твоего парня. Но ворвалась МакГонагалл, которая начала отчитывать Питера с Джеймсом за то, что те надоумили первокурсников полетать на мётлах без профессора. Я по-тихому проскользнул в спальню, схватил карту и вернулся. Потом декан обратилась ко мне, и я заверил, что больше такого не допущу. В общем, они не очень-то умны. Джеймс с самого утра уже на метле летал, пытаясь выпустить пар, но это не особо помогло. — А если тебя решат проверить? — Я надёжно спрятал. — Спасибо. Северус пока не готов. Знаешь, что он мне утром заявил? Что у него ужасная внешность, а я слишком шикарный. Вот что творится в его голове? — Ты знаешь его лучше нас. Ты мне скажи. — Его семья ужасна, но он не виноват в этом. У него дурацкая привычка за секунду из состояния полного счастья дойти до состояния уныния и самобичевания. Как мне ему доказать, что он видит беды там, где их нет? — Будь рядом. Чем он сейчас занимается? — Зельем. Нет! На ЗоТИ он сказал, что хочет изменить записи, значит, скоро подойдёт к Регулусу. — Вот и ты иди. Будь рядом. Больше ничего. Блэк задумался, обернулся псом и поплёлся к брату. Если Ремус прав, это должно сработать. Северус и правда сидел возле младшего Блэка, дописывая что-то. Гримм обошёл ребят и уставился на обоих. Регулус улыбнулся и посмотрел на друга, который решался пригласить к себе Сириуса или нет. Вчера, пока гриффиндорец был рядом, ему было легко создавать зелье. Он действовал, как вдохновение. Сириус опустил уши и хвост, ступая ближе к брату, но холодная ладошка схватила его за лапу. — Согрей меня. Блэк был счастлив, виляя хвостом. Снейп улыбнулся, когда тот положил свою голову на протянутую ногу слизеринца. И Муза вернулась. Северуса буквально озарило. — Любовь окрыляет? — улыбнулся Регулус. Перо Снейпа замерло и друзья переглянулись. Хитрый, но добрый взгляд Регулуса говорил, что Северуса поймали на горячем. Он по-доброму улыбнулся, кивнул и продолжил писать, не видя, что Бродяга прикрыл глаза от наслаждения. Он стал вдохновением любимого. Видя эту сцену, школьники шептались. И, конечно, до Мародёров дошёл слух о Сириусе, лежащем в облике Гримма на коленях Северуса Снейпа. Лунатик незаметно подложил карту в чемодан Поттера, а тот, желая знать правду, начал вновь её искать. Нашёл, чему удивился. Лили тоже подошла посмотреть. — Нюниус? — воскликнул Поттер. — Не советую его так называть. Сириус будет злиться, — заявил Ремус. — Ты знал. — Я учуял запах, — признался Лунатик. — И что в этом плохого? Они счастливы. — Этому оборванцу нужны деньги Сириуса! — продолжал шипеть Поттер, не давая кому-то вставить слово. — Ошибаешься. — Я убью этого сальноволосого гада! — Повтори! — прорычал у двери Блэк. — Повтори, что ты сказал! Джеймс поднялся на ноги и поравнялся с Бродягой. Тот был готов к бою. Схватке. Драке. В общем, честь своего парня он будет отстаивать до конца. — Теперь понятно, почему ты за него просил. Он дырку свою подс… Договорить Джеймсу было не дано: Сириус набросился на гриффа с кулаками. Он буквально повалил его на пол, избивая лицо. Лили выхватила палочку и применила к Бродяге Экспеллиармус. — Так, значит? Я просил не приближаться к Реджи, а? — Поттер стушевался. — Да, он мне всё рассказал. Розы! Розы, сука! Ты просишь у него прощение? Да как язык повернулся? Лили, он изменил тебе с моим братом! Зная, что он в него влюблён, трахнул Регулуса, а после бросил ему это в лицо, оставив одного! Ты не заслуживаешь ни Лили, ни, тем более, Регулуса! Эванс тяжело выдохнула. Она понимала, что не простит измену, но теперь даже дышать стало легче. — Это к лучшему. Мне другой нравится, — она мельком посмотрела на Люпина, но тот всё заметил и улыбнулся. — Доволен? Лили и я больше не пара. Что дальше? — Не лезь к моему брату! Не смей обзывать Северуса! Или клянусь, Альфард пустит твою семью по ветру! Сириус подошёл к своей кровати и попытался выдохнуть. Он всегда выбирал Джеймса, а тот не хочет принять выбор друга. Сделал больно его брату. Бахнув со всей дури ногой по тумбочке, Бродяга осел. — Сириус… — Джеймс заговорил ломанным голосом, вытирая кровь на губе. — Сириус, я эгоистичный кретин, я… Регулус… — Блэк зарычал, услышав имя брата. — Я влюбился в него полтора года назад! Сириус фыркнул, вскочил на ноги, но его удержали за руку. — Постой! Поттер упал на колени, глядя на друга снизу вверх. — Я боюсь своих чувств к нему… Боюсь отца… Мне не хватает твоей решимости… Он никогда не позволит мне быть с Реджи… — Я бы позволил… — Моя фамилия… — Я бы благословил вас, заявив магии Рода, что Реджи нижний партнёр. И тогда, при ритуале свадьбы, он бы стал Поттером, а кровь Блэков позволила бы зачать в нашем мэноре маленького или маленькую Поттер. Знаешь, в чём твоя проблема, Джеймс? Ты никогда не думаешь. Единственное, за что я благодарен тебе, так это за то, что ты спас Северуса в то полнолуние. — Сириус, не уходи. Помоги мне! Я… Я смирюсь с тем, кого выбрал ты. Не мне с ним жить! Я не знаю, как искупить вину перед Регулусом! — Я тоже не знаю. Ты и о Лили ничего не знал. Она с тобой была, благодаря моим советам. Взрослей, Сохатый! И включай мозги! Блэк выдернул руку, оставляя спальню. На выходе Блэк заметил, что Лили держала Люпина под руку, шепча что-то. Скорее всего, желает поговорить. Он будет рад за друзей. И был бы рад, если бы Джеймс стал парнем Регулуса, но не после того, как он размазал братишку по стене.