Пицца
9 октября 2022 г., 23:03
Весь следующий рабочий день он усиленно игнорировал вопросы Алекса о том, каким таким волшебным способом он излечил тёмную от обмороков и от ненависти к нему. Под конец не выдержал и сказал, что просто умело пользуется языком, специально не став уточнять. Заперев свой кабинет, он направился к тридцать седьмому и постучал.
— Угу, — отозвалась девушка из-за двери.
Он зашел. Она сидела за столом без маски и что-то быстро печатала по делу вчерашнего ограбления. Волк прогулялся по кабинету, отметив, что злорадная телепатка специально не запросила ни одного дополнительного стула, чтобы сидячее место в её помещении было только одно — её кресло.
— Что случилось? — не отрываясь, с напускной серьёзностью спросила она, но её выдавали красные щеки.
— Рабочий день закончился. Пришёл узнать как метка и отвести тебя домой.
— Побаливает, — коротко буркнула она, опустив голову сильнее.
— Сюда может кто-то войти?
— Без стука — нет.
— Давай тут, — он почувствовал расплывающееся внутри уютное тепло и предвкушение. Самые обольстительные его волчьи феромоны пошли в ход сами собой.
Тёмная вздохнула и слишком резво стянула кофту. Он даже не успел толком обрадоваться, но потом увидел под ней футболку с широким вырезом, оголяющую метку. Он улыбнулся — готовилась, затем обошел её со спину и наклонился к уху:
— Не отвлекайся, пиши, — доверительно сказал он.
Телепатка напустила равнодушный вид, при этом замерев всем своим существом и неестественно выпрямив спину. Он провел языком по метке, почувствовал, как приятно тряхнуло все внутренности, тёмная усиленно начала что-то печатать. Он мельком посмотрел на экран и ухмыльнулся, увидев, что она напечатала набор букв, лишь бы изобразить работу.
Он медленно оперся руками в обе ручки кресла, нависая сзади и снова припал к её шее. Метка уже не была красной и болезненной, он придирчиво обнюхал её и довольно кивнул, отметив, что пахнет она как полагается его метке. Вопрос оставался лишь в том, как он умудрился поставить её на человеке.
— Есть где почитать об этом? — прочитав мысли, осторожно спросила тёмная, — Какие-то источники исторические?
— Прогуляюсь до библиотеки, — нехотя оторвавшись, ответил он, — Может там что есть. Если совсем ничего, спрошу у мамы.
— А чего не сразу к маме? — она слегка склонила голову и поёрзала, видимо, пытаясь отвлечься разговором.
— Если спрошу «Мам, а чисто гипотетически можно поставить мету человеку? И чисто гипотетически что с этим делать? Нет, я точно не ставил, просто интересно», она всё поймёт мгновенно.
— И что, отругает?
Он оторвался, перевесился чуть вперёд, и посмотрел ей в глаза:
— Нет, просто настоит на свадьбе.
Тёмная нервно сглотнула и оперлась на спинку кресла. Он вернулся назад и ещё пару раз влажно обвёл метку языком, потом привычно в затуманенном сознании любовно потерся о неё щекой и прижался губами сверху.
— Всё? — почему-то шёпотом спросила она.
— Всё, — не спеша обходить её и убирать руки с кресла ответил он.
— Тогда я продолжу работу. Спасибо, иди отсюда.
Он снова принюхался, голодно пялясь в её затылок. Страхом и злостью не пахнет, но опять есть этот едва уловимый сладкий сводящий с ума аромат. Он не знал, как называется этот запах, знал только то, что тот состоит из смешения человеческого хорошего настроения, желания, игривости, и говорит волку буквально «иди ко мне». Она говорила, чтобы он уходил, но не хотела этого на самом деле.
Оборотень кивнул сам себе, обошел стол и уперся в него руками. Тёмная подняла смоляные глаза и столкнулась с его изумрудными.
— Заканчивай, — вкрадчиво сказал он, — Я тебя жду.
Она помолчала пару секунд, потом всё-таки отвела глаза, стерла напечатанное и выключила компьютер. Затем встала, натянул кофту обратно и посмотрела на него. Они молча вышли из кабинета, а затем и из управления и неспешно пошли в сторону её дома.
— Тебе не жарко? — щурясь от яркого солнца, спросил волк.
— Нормально. Привыкла, — она автоматически оттянула рукава и вся поёжилась в одежде.
Адам не знал, что сказать, просто шёл рядом. Ему хотелось что-то говорить, что-то делать, он ощущал кучу щемящих внутри невысказанных эмоций. Он знал, что отчасти его бешеная тяга к девушке обусловлена тем, что на ней стоит его метка, но он так же помнил о том, что не меньше его тянуло и до укуса.
Он покосился на небо и удовлетворённо заметил на нем тучу. В голове автоматически сложилось дальнейшее развитие событий: сейчас зарядит дождь, они вымокнут до нитки, он сделает щенячьи сиротские глаза, напросится к ней домой и ещё хоть сколько-то времени проведет с ней наедине. Внезапно тёмная свернула в противоположную от дома сторону. Он мысленно дал себе по лбу за то, что опять забыл о том, что она читает мысли. Тёмная однако шла, смотрела в телефон, кажется, абсолютно его не читая.
— Ты не домой.?
— К Сэмми, — ответила она и, видимо, опомнилась, — Забыла предупредить. Иди домой, волк.
Он недовольно зафыркал. Она окинула его взглядом с ног до головы, покопалась в голове, почему-то тронула метку и явно с трудом сказала:
— Ладно, пошли со мной.
Она сказала это настолько тихо и неразборчиво, что он даже не сразу понял. А когда понял, чуть не завилял хвостом.
Визит к сироте оказался для волка приятным напоминанием дома. Тихая тёмная и вежливый Сэмми не сравнятся с его большой шумной семьёй, но всё равно создавали примерно ту же атмосферу. Они прогулялись по парку, посмотрели мультики про котят, телепатка проверила у него домашку и сделала с ним задания на неделю вперёд.
На улице вечерело, мальчик, уже зная, что время скоро закончится, вздохнул и поправил очки, обнимая девушку за пояс.
— Может пиццы? — предложил Адам, — Как раз успеем.
— До ближайшей остановки минут десять пути, потом ещё ждать автобус, — Хельга ласково погладила мальчика по голове, перебирая волосы, — Вряд ли успеем.
— Давай на мне, — оборотень улыбнулся в ответ на её удивленный взгляд.
Сэмми просиял и задергал её за футболку, смотря снизу вверх с надеждой.
— Не переломаешься? — с сомнением спросила она, окинув волка с ног до головы, — Ладно мальчик, тут ещё и я.
Снимая рубашку, он посмотрел на неё снисходительно, подозревая, что спросила она его об этом либо из вежливости, либо чтобы подразнить. Он быстро перекинулся, дернул лапой, привычно щелкая бедром и встряхнулся. Сэмми каждый раз впечатляющийся как впервые с восторгом ткнулся в шерсть, обнимая его за шею. Он довольно зафыркал и посмотрел на сомневающуюся тёмную.
— Не бойся, — подумал он специально для неё, — Не уроню. На мне очень даже удобно скакать.
Потом быстро осмыслил последнее предложение, начал оправдываться перед собой и перед ней, что мол не то имел в виду и к весьма к конкретному моменту не отсылался. Затем понял, что снова сам себя закопал и сник, виновато опустив голову. Тёмная вздохнула и оторвала от него мальчика. Потом усадила верхом на него и осторожно попыталась залезть следом. Волк быстро припал к земле и замер, давая им устроиться поудобнее.
— Держись, — посоветовал Сэмми и положил её руки на шею зверя, — С непривычки будет потряхивать.
Как только она послушно вжалась в его спину, придерживая сироту, он поднялся на лапы и побежал. Тёмная взвизгнула, а потом внезапно перешла в заливистый смех. Он даже обернулся на ходу, чуть не протаранив мусорку. Она радостно смеялась, обнимая одной рукой Сэмми, а второй крепко держалась за него. Когда она улыбалась по-настоящему, шрам на её губах из грубого рубца превращался в белый змеистый узор, подчеркивающий то, насколько розовые у нее губы. Он снова чуть не влетел в дерево, пришлось отвернуться и всё-таки смотреть под лапы.
