На подножии к звёздам

Ещё один глоток вновь вызывает раздражающее покалывающее чувство в горле, а ощущение газированных пузырьков резким потоком расплывается по телу, заставляя невольно вздрогнуть. Словно вкус адреналина посещает тело Томми, отчего парень, с громким глухим звуком поставив кружку на барную стойку, издаёт хриплый выдох, что помогает звонкому смешку выскочить из его груди. В глазах будто сверкают маленькие искорки, а пальцы невольно сжимают ручку кружки сильнее. Парень переводит взгляд на недовольного трактирщика, потирающего тарелки сухой салфеткой по ту сторону стойки. — Ещё, столько же! — с ноткой жадности произносит, почти восклицает Томми, улыбаясь так, словно он только что вызвал кого-то на дуэль, со стопроцентным выигрышем у себя в кармане. Хозяин таверны, всё это время следивший не только за азартной выпивкой юнца, но и за порядком в своём заведении, лишь фыркает на это, но всё же лениво и неохотно берёт опустошённую кружку из рук неугомонного подростка и подставляет под кран у небольшой круглой бочки, откуда, по нажатию небольшого рычажка, начинает литься светло-розовая жидкость. Томми тут же думает, что наблюдение за наливанием очередной порции газировки – не столь интересное занятие, так что, ухмыльнувшись, он поворачивается в сторону всего помещения. Парень подмечает, что время стремительно бежит к полудню, по крайней мере, стрелки на запылившихся настенных часах над дверью показывают около одиннадцати часов. Обычно в такое время этот небольшой городок оживлён как никогда в течение дня. Многие лавочки со всякими безделушками уже открыты и издают довольно много шума, ставни домов с треском и глухим стуком открываются, приветствуя новый летний день, несмотря на то, что почти полдень, и музыка, которую исполняют местные бродячие музыканты в надежде, что прохожие дадут им одну хотя бы медную монету уже разливается вдоль улочек, заставляя толпу ожить и прийти на звук. Ну или же закрыть руками уши и уйти от этого места подальше. Однако так происходит лишь в центральном районе городка. В районе же, где находится Томми и распивает свою газировку, пытаясь завести бурный диалог с барменом, время тянется значительно по-другому. Оно отражается на светлых стенах домов и кирпичных крышах небольших домиков вдоль улицы медовым, словно густым цвета светом, лучами солнца подсвечивая солнечную пыль, витающую в воздухе, будто придавая этому месту ещё больше старости, хотя возрасту заведения и так можно позавидовать. Время будто создаёт запах старинных книг в пожелтевших обложках, что готовы рассыпаться в труху, лишь прикоснувшись к ним. Атмосфера создаётся всеми посетителями, всеми до одного, даже теми, кто заглянул в таверну лишь раз в своей жизни – всё это отражено и запечатано в стенах – цвета, свет, запах, даже воздух смог немного смягчиться и состариться, что очень заметно, если сравнивать с тем, как дышится снаружи. Несмотря на стрелки на часах, в таверне незначительно, но меньше людей, чем обычно в это время. Тёплые солнечные лучи сочатся из окон, полуприкрытых плотными ярко-бордовыми шторками, и падают на всё, что попадается на пути – толстенные столы, будто они сделаны из целого и необрезанного ствола тёмного дуба, такой же массивности и глубокого цвета стулья стоят вокруг – где-то их не хватает, а где-то наоборот, их перебор – и, на вид, тонкие, не особо внушающие доверия половицы, что местами всегда издают тихий скрипучий звук, несмотря на вес наступающего. Внимание Томми сразу же привлекают несколько взрослых особей, сидящих у самого окна, за большим столом, на котором уже как несколько десятков минут располагались колоды карт. Компания включала в себя не только мужчин, что было довольно необычно для такого рода мест, но и пара молодых девушек всё кружатся вокруг них, приторно звонко смеясь и периодически перешёптываясь друг с другом, косясь на своих друзей – или женихов, как знать. На эту группу людей Томми частенько оборачивался – настолько шумно они себя вели и продолжают вести. Томми мог бы позавидовать, хоть от его шумности и так хоть уши закрывай – хотя Томми может даже громче – однако он понимает, что не тому ему следует завидовать. Но их страстные партии всё же завлекали, и парень время от времени мог застать себя откровенно наблюдающим за игрой. Однако, не только та компания завладела вниманием Томми. Иногда, подсознательно, его взгляд метался к юноше, сидящему через несколько столов от самого Томми, прямо рядом с огромным и, кажется, давно не поливаемым странным растением в горшке, чьи широкие тёмные листья перекрывали почти весь вид на этого парня, из-за чего любитель газировки досадно хмурится и закатывает глаза. Возможно, этот человек, которого Том ни разу не видел, смог заинтересовать его лишь тем, что он выглядит так, будто бы он одного возраста с Томми, несмотря на то, что герой его ни разу не видел в городе, хотя от такой коммуникативной личности, как Томми, вряд ли ускользнёт хоть один человек его возраста. Резко у нашего героя всплывает мысль, что ему было бы интересно знать, откуда этот парень и что же он делает здесь в это время? Может, он бы также легко, как и всегда, найдёт общий язык и заведёт хотя бы одного друга. Однако, вопросы Томми тут же перестают нести смысл, когда он неосознанно переворачивает "стрелку" вопросов на себя. Что же сам Томми здесь делает? Он же не должен просто сидеть здесь, в этой таверне на окраине чужого ему города, днями и пропивать все деньги, хоть и с большим трудом, но доверенные ему старшим братом. Не должен изо дня в день нагло врать себе, что найдёт и получит всё, что нужно по щелчку пальца, как ему это удавалось в детстве. Как бы то ни было, Томми прекрасно понимает, что Признание необходимо для его.. дальнейшей жизни, как минимум, он наконец сможет вернуться домой, а его отец простит и забудет всё легкомысленное поведение сына. Последовать династии и получить корону, такую блестящую и манящую к себе.. Мечта. Подперев щёку рукой и покручивая в руке кружку, он задумывается: а как же всё таки ему получить Признание? Он же не собирается подходить к каждому встречному и спрашивать, нужна ли ему помощь, он не настолько глупый. Что же, однако и такого "неглупого" и до невозможности активного и ни о чём не заботящегося человека, как Томми, посещают столь навязчивые мысли, подобные тому, кем вы хотите стать, когда повзрослеете. Возможно, в какой-то мере это и есть смысл мыслей Тома. Дабы отмахнуться от этих надоедливых и неприятных мыслей, снова, Томми со снисходительным видом – чтобы добиться таких же мыслей в голове – поворачивается обратно к стойке, уже замечая на ней свеженалитый напиток. Уже не с таким большим энтузиазмом, как раньше – это видно даже на лицо, он хватает кружку и, вздохнув, практически залпом выпивает все содержимое, что не могло не вызвать очередной хриплый выдох. Он запускает пальцы в свои волосы, тупо смотря в одну точку. Сложно. Странное осознание жизни, что обычно наступает на одной из стадий опьянения, хоть герой и не пил алкоголь – сколько бы парень не уговаривал кого угодно продать его ему — посещает Томми на этот момент, отчего он приподнимает брови, пока очередной громкий хохот со стороны столика с шумной компанией не "будит" его. Раздражённо цокнув языком, он допивает остатки из стакана, краем глаза замечая что-то новое, что-то более оживлённое, чем всё происходящее до этого. В таверну начинают заходить люди, всё больше, пока их количество не достигает порядка четырёх-пяти человек. Все они одеты в тёмную одежду, на одном из них был даже длинный плащ, что, по мнению подростка, не слишком удобно и обычно для простых горожан. Томми слегка щурит глаза, когда видит, что они расходятся в разные стороны в заведении, что, несомненно начинает вызывать какие-то подозрения у парня. Двое из них подходят к стойке, и Томми тут же улавливает резкий едкий запах табачного дыма, подавляя желание издать характерный для отвращения звук. Хочется отпустить колкий комментарий, или же просто фыркнуть на них, но лишь подняв глаза на этих типов, у Томми немного отвисает челюсть, прежде чем он в спешке поджимает губы. Они выглядят слишком.. опасно. Опасно, чтобы понять подростковые "шутки". Эти двое грузных мужчин усаживаются сбоку от Томми, на высокие стулья, отчего они становятся ещё выше, перекрывая вид ко всему залу, отчего мальчик смотрит на них слегка недовольными и впечатлёнными глазами. Как бы Томми не любил привлекать к себе внимание, сейчас ему этого делать ну никак не хочется, поэтому, чтобы не сильно выделяться, он поворачивается к себе, утыкаясь носом в свой пустой стакан, просто чтобы не посмотреть в лишнюю сторону. — Хэй, малой, — слышит Томми сквозь поток мыслей. Хоть голос и пытался казаться мягче, чтобы, видимо, не спугнуть Томми, у него это не вышло. Грубая и хриплая реплика заставила волосы на затылке Тома "зашевелиться", и он судорожно поворачивает голову вбок. Встречаясь с тёмными, можно сказать, чёрными глазами, Томми еле слышно сглатывает, предвкушая, что же с ним сделают. — сколько вон тот парень здесь сидит? Томми ещё несколько секунд смотрит непонимающим взглядом перед собой, прежде чем наконец посмотреть на руку незнакомца, что указывает вбок. Резко отклонившись назад, держась за край столешницы, он видит вновь того парня, сидящего за полусухим растением. Его вид всё ещё был довольно сосредоточенным и слегка напряжённым, однако то, что он делал, хоть Томми также не может видеть что, выглядит как довольно организованный процесс, но герой решает не углубляться в подробности. Однако он уже успел слегка приревновать тот факт, что не только ему приглянулся тот факт, на что он мысленно закатывает глаза. Томми пожимает плечами, однако в ту же секунду, подумав, что такой ответ может не удовлетворить спрашивающего, прочищает горло, взглянув на часы на стене позади. — Я сижу тут уже около часа, однако тот парень пришёл позже, может, около четверти часа назад?.. — в голосе Томми звучит странная неуверенность, несмотря на то, что сам он старается выглядеть твёрдо. Незнакомец кивает, ничего не ответив. Не понимая, что он должен чувствовать: облегчение, что ничего серьёзного и страшного не произошло, или недовольство, что он не получил ответа, Томми надувает губы, вновь прищуривая глаза. Он облегчённо взъерошивает свои и без того пушистые и непослушные блондинистые кудри, прежде чем положить оба локтя на стойку и прикрыть глаза.

* * *

Парень всё также продолжает сидеть, как и прошедшие полчаса, держа в руках небольшой листочек с картой на ней. Глаза необычного пурпурного цвета бегло перебегают к осмотру пути от одной точки, помеченной на этой карте тёмными пометками к другой, зачёркивая грифелем старые метки. Юноша про себя вспоминает, что, хоть и путь до этого городка был неблизким, отдыхает он тут уже долго, в районе недели. "Отдыхом" парень называет освоение территории и поиск полезных ему вещей, что пригодятся в будущем. Ведь все места до этой точки на карте – которую парень пометил жирнее остальных – не были такими масштабными, чтобы их не обойти в один день. Но, к сожалению подростка, этот неизвестный ему город – не финальная точка. Лишь проходная, как и многие другие. Когда в очередной раз пересыхает в горле от столь мощного потока мыслей в голове, парень машинально тянет руку к кружке с чаем, стоящей на столике перед ним всё это время, впервые за долгое время поднимая взгляд и оглядывая всё помещение. Что-то успело измениться, парень замечает лишь больше людей и оживлённость места. Пару больших мужских фигур в чёрной одежде слегка смущают юношу своим присутствием, однако он не горит желанием интересоваться чем-либо. Однако когда он осознаёт, что диалог между одним из тех "фигур" и каким-то активным и шумным мальчишкой его возраста идёт о нём, он настораживается, немного замирая. Хотя в следующую секунду подумав, что это тоже может выглядеть странно, он продолжает чтение, всего лишь затаив дыхание. Он ничего не ожидает и не хочет ожидать, однако что-то подсказывает ему, что лучше уйти отсюда. И, желательно, как можно скорее. Он, как и обычно, начинает складывать свою карту к себе в небольшую походную сумку на боку, на ходу вспоминая, что также нужно не забыть заплатить за свой ягодный чай, что он пил всё времяпровождение в этом заведении. Он был и вправду вкусным. Когда он встаёт из-за стола – ни резко, ни медленно – люди в тёмных одеждах тут же быстро переглядываются, кивая. Это не ускользает от внимания как парня с фиолетовыми глазами, так и Томми. Позже, оба краем глаза замечают и движения со стороны друг друга. Момент спустя парень поднимает голову и замирает на месте, поняв, что фактически окружён теми огромными "типами". Он растерянно и шокировано хлопает ресницами, однако выпрямляется, дабы показаться уверенно стоящим человеком, хоть и ощущает лёгкую дрожь в коленях. В случае чего, он будет готов бежать, однако желание узнать, что им понадобилось от подростка, который даже не местный, потихоньку достигает своего пика. — Пройдём-ка с нами, дружок, — глубоким басом произносит один из мужчин, кладя свою массивную руку на плечо парню. Он, уже успев вздрогнуть, нахмуривает брови и высвобождает своё плечо от несильной хватки, соответственно показывая свой отказ. Дыхание затаивается и позже учащается, а руки непроизвольно сжимаются в кулаки до слабого, еле слышного хруста костяшек. Чувствуется ему, что-то грядёт..

* * *

Томми устремляет свой взгляд на группу людей сравнительно недалеко от него, и, в которой, происходит что-то. Томми не уверен, хорошее это или наоборот – в любом случае будет интересно наблюдать. "Хотя куда интереснее участвовать в этом" — с досадой проносится у него в голове, однако он тут же себя успокаивает тем, что это также выглядит и опасно. А этому миру он точно ещё понадобиться целым. А когда он видит, что что-то блестит среди этой новообразовавшейся толпы, он склоняет голову в непонимании, сводя брови к переносице. — А он точно нужен ей живым? — приглушённо спрашивает тот самый, чью руку юнец оттолкнул мгновение назад. Пурпурные глаза в подавленной панике мечутся от одного человека вокруг него к другому, высматривая хоть малейший проход, чтобы выбраться отсюда живым. — Что вам нужно? — голос подростка звучит негромко, однако твёрдо – решительность в крови растёт, несмотря на только лишь накаляющуюся обстановку. — если ничего серьёзного, то я попрошу выпустить мен.. — Не уверен, что это несерьёзно, — перебивая, ухмыляется мужчина напротив, лишь сужая кольцо из людей вокруг парня. — мы и вправду настоятельно просим тебя пройти с нами, хочешь ты того или нет. Тебе всего лишь нужно решить, проследовать за нами мирным путём или... — он притихает, поднимая бровь и переводя взгляд на мальчика, якобы давая время на придумывание второго варианта. Тёмные брови, слегка прикрытые пепельными волосами сдвигаются к переносице. Парень поднимает голову, будто глядя на своих "собеседников" сверху вниз. Он знает одно – никуда ему не надо, а особенно с ними. Мысли в голове мечутся, судорожно вспоминая, не успел ли он натворить чего-нибудь незаконного за время своего пребывания в этом мелком городишке. В глубине души молясь, что то, что он перелез через забор одного из крупных магазинов в центре города несколько ночей назад не является огромным преступлением, он понимает, что его душа чиста. Практически. В таком случае, что им нужно? Рука по привычке и предчувствию тянется к небольшой рукоятке сбоку. — Я не думаю, что должен делать этого. Какие для этого основания? — парень пытается выкупать почву этой конфузной ситуации так аккуратно, как он может, прикусывая губу, чтобы следить за своими словами в ожидании дальнейших событий. Ему также интересно, выйдет ли он отсюда живым. А особенно его интересует этот вопрос, когда краем глаза он видит две такие же по массивности фигуры по бокам, тем самым запирая парня в центре круга. — Что ж, в таком случае, мы вынуждены вывести тебя отсюда, — насмешливым голосом делает определённые выводы этот огромный тип, что подросток считает не слишком то и уважительным ко всей серьёзности ситуации, да и к настрою самого парня. Хотя, не об уважении ему думать сейчас, далеко не об этом. В глазах растёт паника, когда чужие руки касаются его собственных. Внутри него что-то одёргивается, и юноша, уже заботясь лишь о своей сохранности, со всей силы ударяет кулаком по чужой руке, освобождая свою и, тем самым заявляя о том, что он не сдастся без боя. Боя?.. Потирая ушибленное место на руке, один из типов вытаскивает то, чего подросток и остерегался. Оружие. А именно нож. Не такой большой, складной, однако, судя по чистоте блеска, он полагает, что острый. Не хочется ощущать его у себя в груди или в боку, если быть признательным. Парень с вызовом произносит у себя в голове: "Вы достали оружие? Прекрасно. Позвольте и мне похвастаться". На первый взгляд, слишком самоуверенно для одного молодого парня напротив нескольких огромных и грузных мужчин. Однако, если сам себе не прибавить решительности – никто не прибавит. Даже если это происходит таким способом. Наконец пальцы в плотных перчатках полностью обхватывают рукоятку и одним ловким и умелым движением вынимают меч из ножен, находящихся на поясе. Словно будучи чересчур переполненным странной энергией, меч издаёт странные трескающиеся звуки, а на самом лезвии видны тонкие и яркие фиолетовые... разряды? Они не страшны самому парню – по крайней мере, все части тела, за исключением головы у него закрыты – но воздух вокруг остальных людей в таверне начинает словно сгущаться и пахнуть железом. Резким движением парень пинает крайне стоящего человека в живот, на что тот, гулко вскрикнув, пошатывается. Однако он встаёт и, пусть и покачиваясь из стороны в сторону, пытается ударом попасть парню меж глаз, но промахивается – парень успевает пригнуться. Однако от удара в бок ему не удаётся уклониться, отчего ему в мгновение прилетает сильный толчок в плечо, и юноша шипит от пульсирующей боли, стараясь устоять на ногах. Он решает действовать, наконец. Пора с этим заканчивать. В следующий момент перед глазами мальчика встают лишь кровяные брызги и пятна, как только он взмахивает мечом и делает глубокий прорез точно по центру тела одного из типов, после чего бездыханное тело падает на месте, продолжая изливаться кровью и издавать хрипящие звуки. Услышав громкое бормотание со стороны зала и поняв, что всё-таки эту перепалку заметили, внешне парень будто не заботится ни о чём, однако внутри он ахнул – неужели его невезению пришлось опуститься до такого уровня?.. Не став наблюдать, как под их – уже бывшем – "товарищем по команде" разливается лужица тёмной алой жидкости, а тело подрагивает от передозировки электрических разрядов, остальные начинают приближаться к парню, видимо – желают схватить его одной большой толпой. Однако парень, чьи растрёпанные русые волосы уже частично перекрывают глаза, прытливо уворачивается от попытки быть проткнутым насквозь и проскальзывает между членами банды – как юноша уже успел назвать их у себя в голове – освобождая себя от "порочного" круга из людей. Сквозь внутреннюю панику и порыв мыслей он не слышит грохот падающих стульев, встречающихся ему на пути к выходу, трусливые возгласы и топот той самой шумной компании, понявшей, что дело начинает пахнуть жареным и крики хозяина за барной стойкой, приказывающие прекратить то, что сейчас происходит. Хотя, парень и сам не понимает что происходит. Он незаметно вздрагивает, когда вновь видит всплески крови перед его глазами, возможно даже капнушие на его одежду. Он, скорее, удивлён, когда от него не бегут. И вправду странно. Ненароком касаясь лезвия меча, парень подталкивает его в сторону своих недоброжелателей – казалось, как он смог их заработать, не будучи родом из этого города – нанося ещё больше ущерба им и всему заведению заодно, наводя панику. Это огромное оружие – по сравнению с комплекцией тела парня этот меч выглядит довольно массивно – выглядит в руках юноши столь громоздким и неподъёмным, что в голове просто не укладывается – как этим мечом только владеет его хозяин? Однако видно, что им удобно блокировать удары, которые пытаются нанести парню эти "типы" чем только попадётся под руку – будь то оторванная ножка стула или стакан, взятый с барной стойки. Хоть силы у них и много, раз им по рукам оторвать у стула ножку, однако проворотливость встала на сторону юноши, чему способствует тот факт, что пока что он получил лишь пару синяков на плечах и несколько царапин на щеке из-за неудачной попытки защититься от летящих во все стороны осколков стекла. Когда не "поле боя" остаётся лишь пара живых, за исключением бармена за стойкой, он, устало замахнувшись, прорезает тело одного из них, отчего тот тут же падает, и оборачивается на последнего – находящегося на полу – направляя на него меч. Однако, прищурившись, парень осознаёт, что перед ним такой же подросток, как и он. В глазах читается трусливая беспомощность, как и у всех остальных. Юноша сжимает в руке меч сильнее и поджимает губы. Хотя, этот парень выглядит довольно безобидно. Как люди из той шумной компании. Однако он не может гарантировать себе безопасность, пока он не знает все мотивы человека перед ним. Время покажет и выкинет все карты наружу. Будучи "прикованным" к стенке барной стойки, блондину преграждают доступ к любым действиям, особенно с хорошим исходом, поэтому Томми ничего не придумывает, как начать бегать глазами, оглядывая незнакомца с ног до головы. В попытках разглядеть что-либо на лице юноши, Томми не замечает, как рука с мечом лишь перебирает его, наставляя ещё глубже, приближая острие к шее подростка. Паника в груди нашего героя лишь нарастает, а сам Томми непроизвольно отклоняется дальше, будто бы желая пройти сквозь барную стойку, а желательно провалиться сквозь землю и вообще не появляться здесь в ближайшее время, пока всё здесь не утихнет. Он хочет рукой аккуратно хотя бы отодвинуть от себя этот проклятый заряженный меч, но понимает, что стоит ему сделать лишнее движение, неважно чем – этот безумец перережет его точно также, как и тех огроменных типов. Томми не понимает, что ему следует делать, чтобы добиться того самого хорошего исхода, и от этого исходит страх и странная предательская дрожь в руках, которую Томми всё никак не может успокоить. Как только Томми раскрывает рот, чтобы в разрядить обстановку какой-нибудь лёгкой шуткой, как тут юноша перед ним, в последний раз сжав рукоятку меча в пальцах отводит конец лезвия в сторону, убирая его обратно в ножны. Томми хочется плакать, смеяться – все эмоции посещают его на тот момент, отпуская его сердце, будто бы освобождая от смертельной хватки сильной юношеской руки в чёрных кожаных перчатках. — Что это было?! — слова вырываются изо рта прежде чем Томми успевает подумать. Поняв, что он не удержал своих выскочившихся слов, Томми слегка супится, однако взгляд становится увереннее, будто у него всё под контролем. Томми даже в этом уверен. Отряхивая руки – непонятно от чего – парень вновь смотрит на Томми. На этот раз его взгляд чуть мягче, чем раньше, и не "падает" на него как огромный груз, однако в лице читается такая же строгость. Он изгибает бровь в непонимании. — Что? — его голос звучит уверенно, но тихо и приглушённо, будто он думает, что за ним следят. Томми хмурится, оглядываясь на раскиданные по половине таверны тела, до сих пор истекающие кровью, и щурится ещё сильнее, глядя в глаза своего "собеседника". — Ты их убил! — восклицает Томми, внезапно всё больше осознавая всю абсурдность ситуации. Ладно бы какой-то мужик на подобии тех это сделал, но.. подросток его же возраста? — И? Томми замолкает, уставившись на парня напротив и непонимающе хлопая ресницами. Он наконец встаёт на ноги и всё также смотрит на незнакомца, на более высоком уровне чем раньше. Этот парень чуть выше Томми. — "И"?! Просто "и"?! Ты убил их, — Томми вскидывает руку, показывая на лежащие тела. Некоторые может и живые, раз периодически у них вырывается болезненный стон. — это как минимум.. незаконно! — своими возмущёнными возгласами Томми пытается достучаться до незнакомца, будто бы припугнуть его, но, глядя в наполненные серьёзностью глаза, ему становится понятно, что эти слова не пробили юношу. — И что я по-твоему должен был сделать? Я не знал, что они могли сделать со мной. Это был простой способ самообороны, — размеренно и спокойно разъясняет он Томми, словно тот был пятилеткой, ничего не понимающей в жизни. "Простой", вот оно как. Томми недовольно вздыхает, понимая, что ему нечем возразить и нечего дополнить. Однако признавать своего рода поражение он не намеревается ни за что. Уже развернувшись и собравшись идти на выход, странник слышит из-за спины оживлённый голос: — Стой! А откуда у тебя меч? — это заставляет его остановиться и притормозить с ответом. Однако, болтливость Томми сама спасает всю ситуацию от неловкой паузы. — ты новый член в Ордене? Почему тогда меня туда не взяли, вот чёрт?! Томми обиженно скрещивает руки на груди, надувая губы. Это очень сильно сбивает с толку второго юношу. Во-первых: о чём он вообще? Во-вторых: как он к этому пришёл спустя три секунды после совершенно другого вопроса? — Я ни малейшего понятия не имею о чём ты говоришь, — холодно отрезает более высокий мальчик, прищуривая глаза и смотря на Томми, явно желая, чтобы тот уже отстал. — То есть ты не отсюда? — голубые глаза Томми будто засветились от любопытства, однако другой парень лишь закатывает глаза на это, не имея никакого желания отвечать на эти вопросы, да и к тому же рассказывать что-либо о себе какому-то легкомысленному парню, которого он впервые в жизни видит. Уже сделав первые шаги в сторону выхода, юноша слышит тихий звон в кармане своих штанов. Точно, деньги.. Мелочь, что он отобрал специально за заказ в этом заведении, чтобы не потратить лишнего, он так её и не отдал. Развернувшись на каблуках, он, делая вид, что не замечает Томми, растерянно стоящего возле высоких стульев, делает неспешные, не вызывающие подозрения, шаги к стойке. Непринуждённо смотря на запуганного хозяина этой таверны, забившегося в углу, он спокойно протягивает руку, в которой сжимал несколько медных монет, и кладёт их на выцветшую от времени деревянную поверхность, следя за тем, чтобы они не издали слишком много шума, как издают катящиеся по полу металлические деньги. Именно в этот момент Томми может разглядеть лицо юноши в более хорошем освещении – не в том, котором он видел этого странника будучи на полу. Волосы у него, оказывается, не такие блондинистые как у Томми, хотя герой изначально думал именно так, а, скорее, более пепельного, пыльного оттенка. Они не столь длинные или же растрёпанные, а недлинная пышная чёлка гармонично свисает сбоку, подчёркивая островатый подбородок, и в целом резкие черты лица, как для подростка. Цвет бровей от цвета волос отличается кардинально – брови намного темнее, и это довольно резко бросается в глаза, отчего создаётся впечатление, что волосы когда-то были покрашены. Губы представляют из себя тонкую прямую линию, что не отображает, общим счётом, никакого намёка на какую-нибудь эмоцию – в целом, ничего на лице этого также не показывает, отчего со стороны невольно можно задаться вопросом: "Он вообще что-то чувствует? Или такие вещи у него каждый день происходят?". Веки наполовину прикрывают необычные глаза цвета лавандовых лепестков, что герой не раз видел в саду своего отца. Томми находит это.. в какой-то мере странным, если не пугающим. Томми хмурит брови, когда видит веснушки. Да, обыкновенные веснушки в областях под глазами, на носу и даже немного на висках. Они не слишком яркие и аккуратно "лежат" небольшими кучками на лице. Необыкновенного в них лишь то, что по цвету они точно такие же, как и глаза. Их можно сочесть за фиолетовую краску, брызнутую на щёки, однако это было бы так глупо – ходить так, ничего с этим не делая! Томми начинает сомневаться, что это "существо" – у человека ну не могут быть столь необычные черты и особенности лица – дружелюбно. Может, ему вообще повезло, что он остался жив. В любом случае, это "существо" довольно хорошо.. приспособлено к жизни. По крайней мере в этом мире. А может, есть и другие?.. Видимо, боковым зрением заметив, что его настойчиво разглядывают, юноша переводит свой прищуренный взгляд на Томми. Выражая своё недовольство от посторонних пристальных глаз, он отходит от барной стойки, однако Томми уже и не видит ничего перед собой. Он уже начинает витать в облаках, обдумывая увиденное и вообразимое им же, не замечая, как этот юноша уже неспешной походкой скрывается в дверях таверны, аккуратно прихлопнув деревянными затворками, чтобы не образовать новых трещин тёмных досках – вдобавок к содеянному не хватало ему ещё поломать что-то. Однако, когда Томми "просыпается" и выскакивает из дверей заведения наружу, на шумную улочку – этого парня и след простыл. Вот отстой. Томми разочарованно и очень медленно, будто бы кто-то замедлил время, оборачивается на хозяина-бармена, смотря на него так, будто он, и только он во всем виноват и знает, куда пошёл тот парень. Ведь это довольно неприятно – упустить возможность узнать что-нибудь о необычных фиолетовых веснушках и об ужасающих умениях человека, такого же возраста, как и Томми. Парень закрывает глаза и нахмуривает брови, ощущая, как настроение внутри начинает портиться, сгущаясь в одну маленькую серую тучку. Чтобы оно не опустилось ниже плинтуса, поливая всё кислотным дождиком, и Томми не начал грубить каждому встречному – а позже вечером и получать нагоняи по этому поводу – парень прямо с места дотягивается до барной стойки и кидает на неё несколько монет, даже не считая, хватает ли за то количество газировки, что он выпил за почти час – а её было ой как много – и фактически вылетает за дверь, ни о чём не заботясь. Сразу в лицо ему устремляются полуденные солнечные лучи, согревающие и прожигающие всё подряд. Приятный лёгкий ветерок еле-еле колышет маленькие зелёные листочки на кустах около ювелирного магазинчика напротив и мягко обдувает лицо, немного охлаждая его под напором дневного света сквозь ясное небо, на котором не красуется ни одно, даже самое маленькое облачко. Томми наконец отводит глаза от этого яркого диска на небосклоне, жмурясь от режущей боли в глазах, и оглядывается на продолжение улочки, наплевав на размытые круги перед глазами. Количество людей с утра не поменялось – хотя прошёл всего час – однако переулок будто стал ещё более шумным: Томми замечает больше открытых лавочек и шумных продавщиц, а клумбы, находящиеся рядом с дверями для красоты и просто как газон успели стать ещё зеленее и пышнее. Вздохнув полной грудью, Томми ещё раз, в последний, оглядывается на таверну, в которой сегодня, мягко говоря, произошёл какой-то бред, и размеренными шагами, которые со временем начинают становиться быстрыми, направляется вдоль по улочке, сам не понимая зачем, куда, и что дальше ему делать. Спустя несколько минут спешного пути в "никуда" под палящим солнцем и будучи в белоснежной, пока ничем не испачканной, что удивительно, кофте с длинным рукавом, парень, периодически трагично-измученно вздыхая, принимает решение направиться к своему спасению на ближайшие несколько десятков минут – небольшому фонтану, о местоположении которого знают лишь местные жители или же частые посетители этого района, такие как Томми, например. Он не отличается особой композицией или красотой, однако свои функции выполняет на ура, отсюда и популярность среди местных горожан. Многие растения тоже полюбили это место и уже давно перебрались поближе, ведь сухой климат региона, в котором находится город, не даёт ни людям, ни кому-либо живому спокойно отдохнуть в знойные летние периоды. Однако сколько бы Томми не презирал палящее солнце и отсутствие частых дождей, как компенсацию, он поистине любит лето. Оно отражается в его голове тёплыми воспоминаниями из детства, когда он был ещё более впечатлительным ребёнком, чем сейчас. Когда его жизнь была чуточку беззаботнее и наивнее, нежели сейчас. Проходя мимо небольшой площади, парень слышит детские радостные возгласы. Повернув голову в сторону, он видит резвящихся ребят с широкими улыбками на лице, от которых даже Томми становится чуть веселее. В сознании всплывают воспоминания о старом друге, о бесчисленном количестве времени проведённом вместе, о том, что они вместе организовали «банду Иннита», где Томми, разумеется, был лидером со своим собственным именем, как кодовое, а его друг, взявший скромное скрытное имя Дэо был настоящей правой рукой Тома. К сожалению, из-за того, оба мальчика, будучи в раннем возрасте, не решались выйти за границы имения Иннитов, людей в банде было всего двое, однако и в таком коллективе Томми было очень весело, и сейчас, вспоминая эту шуточную затею, он знает, что его детство было очень даже неплохо и нескучным. Получая тепло от старых воспоминаний и углубляясь в них, Томми наконец достигает своей цели, чуть не споткнувшись о выпирающий камень на площади – уже чуть больше, чем та, с играющими детьми. Томми садится на край бортика фонтана, чувствуя, как его ноги нагреваются со стремительной скоростью, будто бы он был на разогревающейся сковородке. Не посчитав этот фактор слишком критичным, он поворачивается в сторону улицы, оглядывая местность. Как и в другой части района, здесь не видно ни одного облачка на небе, однако место здесь обогащено множеством навесов и укрытий от солнечных лучей. Люди выглядят чуть более оживлённо, да и в воздухе витает какая-никакая влага. Окуная руку в холодную воду, Томми проводит ею по лицу, освежая себя и свой настрой на день. Закатав рукава повыше, он окунает сразу обе руки, наслаждаясь прохладой водой. Брызги от фонтана, попадая ему на лицо, иногда щекотят его заставляя улыбнуться и звонко хихикнуть, сморщив нос. Невольно потянувшись и непроизвольно зевнув, парень вскидывает руки за голову, начиная задумываться, что же ему делать оставшийся день. Можно было, конечно, вновь посетить библиотеку неподалёку, однако, от скуки перечитав весь литературный отдел, желание Томми иметь что-то общее с книгами у него упало до нуля. Вчера подросток помог продавщице из продуктовой лавочки перенести все продовольствие на полки и даже помог каким-то детям разрешить их маленький спор, однако.. Томми нужно что-то большее. Что-то, что даст ему возможность получить Признание. Томми смотрит на своё запястье, на котором красуется браслет. На вид, самый обыкновенный, с тремя бусинками на чёрной нитке – две красные и одна белая. "Получишь Признание – я приду и доставлю тебя обратно" — сказал старший брат Томми, всунув этот браслет ему в руки, перед тем, как выставить за дверь. Проведя рукой по бусинкам, Томми вздыхает, кладя голову на руку. Спустя два месяца к нему так никто и не пришёл. Любому человеку покажется, что это не так уж и много, однако для Томми время тянется ну невыносимо долго. Чем бы заняться, чтобы оно тянулось не так ужасно и скучно? Поисками Признания, разумеется. Но.. где?..