Лицом к лицу

      — Они… изменились. Стали похожи на запрограммированных дроидов. Станг, ты знаешь, что вообще случилось со всеми ними? Случится ли то же с нами?

~~~

      С самого того дня, когда «Scarlet Star» вырвались в открытый космос на собственном корабле, Корк не переставал радоваться. Он наслаждался каждым днём, каждой минутой, которые проводил на борту их патрульной канонерки. С которой Вепу пришлось ещё здорово повозиться, чтобы в самый ответственный момент не оказаться в другом конце рубки с оторванным штурвалом в руках. Солар пытался помочь с ремонтом, и иногда ему даже удавалось. Корка же интересовали другие вещи:       — Нашему кораблю нужно имя, — однажды заявил он, вбегая в рубку.       Корк влюбился в их корабль с первого взгляда ещё на штраф-стоянке. Он будто всегда мечтал об этом и заранее знал, что и как должно быть: где хранить оружие, припасы, а где следовало оборудовать ещё парочку спальных мест. И оттого так странно было услышать, что он не знал с самого своего вылупления из пробирки, как будет называться его корабль. Однако это не помешало ему генерировать на ходу и выдавать самые нелепые варианты названий. Солар предлагал различные эпитеты, кажущиеся невероятно вычурными. А Веп, до этого самого момента убеждённый в адекватности и порядочности собственных мыслей, почувствовал себя четырёхлетним кадетом, перечисляющим всё крутое, что знал.       К концу обсуждения в датападе Бэкера под ладонью Вепа набрался целый список вариантов, подписанных именами авторов идей:       Корк: боевой ящер       Сол: отважный, доблестный       Веп: ранкор       Корк: бешеная банта       Сол: бесстрашный, призрачный       Веп: мифозавр       Корк: ядовитое возмездие       Сол: непобедимый, безжалостный       Корк: безжалостный слизень       Веп: мстительный крайт-дракон       Сол: потерянный, искомый, кажется, пора перекусить…       Согласились все – с последним. И решение в тот день принято не было. И в следующий тоже. Потом рядом с набранными вариантами появились их мандалорские эквиваленты, однако яснее от этого не стало. Никакое имя их транспорту не подходило. Поэтому:       «Возвращаемся на корабль», — говорили друг другу они. И верили, что название появится само, когда придёт время, – так заявил Солар. С чем Корк, мнение которого имело особый вес, согласился. А если его всё устраивало, то и Сола с Вепом тоже.       Они просто продолжили прокладывать свой непростой путь во вселенной, границы которой отодвинулись настолько, что стали и вовсе незримы. Корк и раньше не чувствовал, что мощность двигателя и запасы топлива его сдерживают, а теперь, когда их транспорт обзавёлся гипердвигателями, койками с подушками, арсеналом оружия, – и вовсе ощутил себя абсолютно свободным. Он хотел посетить все миры, о которых знал: полюбоваться архитектурой и озёрами Набу, побывать на Мандалоре, вернуться на Ди'лаваан, добраться до Татуина… Может быть, однажды. Пока же долг – свой собственный, а не навязанный политиками – звал Корка и его братьев в совершенно другие пожираемые войной миры.       Теперь, обретя новые крылья, «Scarlet Star» могли действовать решительнее: подходить ближе и быстрее, подбирать больше пострадавших и обречённых на гибель солдат, сражаться за их жизни, противостоя погоде, природе и военной машине, перемалывающей в ненасытной мясорубке одну жизнь за другой. Десятки имён, номеров, благодарных улыбок, крепких рукопожатий и один на всех вопрос:       — Кто вы такие?       Всем они отвечали одинаково, не уставая повторять свою историю о том, как, почему и ради чего бросили Республику.       — Если вы не за Республику, но противостоите сепам, значит, вы – враги наших врагов, — рассуждал как-то один из спасённых солдат. — А враг нашего врага…       — Наш друг, — подхватил другой.       — Нарудар! — припомнил мандалорское высказывание третий.       Услышав это, Солар воодушевлённо поднял голову. «Нарудар», ну конечно, вот оно! Сол переглянулся с Корком. Тот выглядел так, будто подумал о том же: похоже, теперь они знали, как следовало назвать их новый дом. Наконец-то.       А ещё то время у Вепа ассоциировалось с невероятной духотой ремонтного дока, в котором он ремонтировал их «крылатый дом», пока Солар и Корк гуляли по городу, закупаясь припасами. Солнце страшно пекло, и все поверхности, на которые проливался его свет, раскалялись до предела. Уже к полудню становилось настолько жарко, что клону приходилось снимать и броню, и рубашку, что была под ней, и оставаться в насквозь мокрой, липкой от пота майке. Ещё и ремонт частенько требовал применения физической силы, а рычаг отстыковки компрессора и вовсе не поддавался, как бы ни напрягались мышцы сильных рук солдата.       По какой-то причине тогда в доке появилась целая группа девушек разных рас и цветов, постоянно отвлекающих его от работы. Они будто не знали, что оплата за стоянку была почасовой! Каждый раз, стоило ему только появиться на трапе канонерки, устраивая смоченное прохладной водой полотенце на шее, они кокетливо улыбались ему, обсуждали его, комментировали внешность, действия, хвалили впечатляющие шрамы, мускулы и всё зазывали подняться на борт, чтобы что-то показать… Но не помочь с ремонтом. Веп смахивал катящийся градом пот со лба и вежливо отказывался, стараясь объяснить, что он и его братья торопятся… Они не давали договорить и при упоминании братьев просто затягивали многозначительное «у-у-у».       Женщины. Он никогда не поймёт женщин.       А когда вернулись Солар и Корк, Веп вздохнул с облегчением, ведь теперь ему и не придётся пытаться! Потому что теперь они просто свалят отсюда.       Их возвращения он ждал как окончания войны. С ящиками, полными запасов, Сол просто прошёл мимо съедающих его глазами девушек, будто и не заметил их, Корк испуганно пробежал следом, обогнал его и взбежал по трапу первым, а Веп быстро захлопнул за собой и братьями шлюз.       На самом деле он планировал, покончив с ремонтом, найти, где можно было бы принять прохладный душ, чтобы смыть с себя грязь, песок и пыль, но желание убраться из доков как можно скорее оказалось сильнее, чем отвращение к самому себе и своей вони. Тем более что Солар был слишком тактичен и терпелив, чтобы делать ему замечания, а Корку было всё равно. Так, духота и жар покинули планету вместе с ними. И усилились вдвое, когда буквально на следующей же остановке на другой планете…       Они шли по городу со стоянки к местному рынку и почуяли запах дыма. Затем увидели трескучее зарево, выкрасившее тёмными красками небо, услышали тревожные голоса людей… В памяти каждого отчётливо вспыхнули горящие цветочные поля – Ди'лаваан, где они никого не могли спасти. И только опомнившись через мгновение, Солар и Веп заметили, что Корка рядом уже не было.       Похоже, на этот раз он решил всё-таки попробовать противостоять стихии. Клон просто не смог пройти мимо беды. Было ли это попыткой попросить прощение и искупить вину перед теми, кого не смог защитить и спасти, либо же искреннее желание помочь? Инстинкт солдата, быть может? Но этот человек, который подбирал всё, что плохо лежит, крал одежду с сушилок и из прачечных, – просто прыгнул в фонтан, намочив броню и куртку, выскочил из него и бросился в горящее здание на глазах у десятка перепуганных горожан и собственных братьев, которые не успели его остановить.       — Корк! — Солар было кинулся следом, но Веп поймал его за плечи, оттащив назад. Он и сам готов был побежать за ним, но исключительно ради того, чтобы выволочь на улицу и отчитать за сумасбродство, за то, как напугал его. Они не ожидали этого.       В этот момент Веп думал лишь о том, что не может потерять ещё и Солара, если что-то всё же пойдёт не так, если ему придётся бежать за Корком и вытаскивать его из огня. Ничего не предвещало беды, и вот уже через минуту вся их жизнь, миссия оказались на грани.       Мгновения тянулись мучительно долго, прежде чем солдат-клон выбежал на улицу с завёрнутыми в его куртку женщиной и ребёнком в руках. Он натужно кашлял и повалился на колени, как только спасённых забрали из его рук. Броня солдата дымилась, и он принялся срывать её с себя, отчаянно ползя к фонтану, чтобы просто упасть в воду и остыть. Клон чувствовал себя как консервированная нерфятина, согретая на костре.       — Во имя тысячи миров, Кор’ика! — воскликнул Солар, перевесившись через борт фонтана и нависнув над ним. Он хотел попросить его никогда больше так не делать, не убегать, не уходить без предупреждения, но знал, что Корк не способен пообещать ему это. — Ты вытащил их!       — Всех? — с надеждой спросил он, вынув из-под воды голову. Его лицо было в чёрных пятнах сажи, шея – в ожогах.       Солар оглянулся на Вепа, а вместе с ним – на гудящую толпу, сгрудившуюся вокруг такой же перемазанной в саже тви’лечки, прижимающей к груди кашляющую дочь. На её плечах всё ещё была куртка Корка. Женщина плакала, но не рвалась обратно в дом, не кричала о том, что внутри остался кто-то, кого нужно было непременно спасти. Клоны не знали наверняка, зато могли предположить:       — Вроде, всех, — кивнул брату Солар.       — Джейт, — выдохнул Корк и снова уронил голову в воду.       Он спас всех.       Они всегда старались спасти всех.       Но случалось и такое, что им не удавалось…       — Мы уже здесь! Без паники!       Двое солдат – один без сознания и другой, что удерживал его за руку и сам еле держался за скалистый край уступа – висели над пропастью. Почти как Бэкер и Веп на Джеонозисе, когда Солар и Корк пришли им на помощь. То спасение стало для них началом долгой и крепкой дружбы. Вот только к этим двум на помощь сверху никто не торопился.       На поверхности и в небе вокруг гремела война, вспыхивали взрывы, воздух прорезали бластерные заряды и пронзительные крики.       Клон, в руках которого были его собственная жизнь и жизнь другого солдата, терзался мучительным выбором, отпустить выскальзывающую бесчувственную руку или острый уступ, ранящий пальцы, но сулящий спасение. Он бы врагу не пожелал оказаться перед таким выбором.       — Корк, подойди ближе! — потребовал Солар, едва сохраняя равновесие на краю шатающегося трапа канонерки, и снова обратился к солдату, болтающемуся в нескольких метрах от него. — Держись! — Протянул к нему руки, приближаясь, но слишком медленно… — Держись! Нет!       Корабль бросило в сторону от пронёсшегося мимо снаряда, который точно угодил бы в один из двигателей. Опущенный трап дёрнулся, и прильнувшего к нему Солара подбросило в воздух. Мёртвой хваткой он вцепился в края, чтобы не сорваться следом, и снова взглянул вниз, где тяжело ударились о скалы два тела в пластоидной броне.       — Нет…       — Сол! — выглянул в шлюз встревоженный Веп и, обнаружив его всё ещё на борту, выдохнул. С облегчением, но не без печали. — Станг.       — Вниз, — оглянувшись на него, выговорил Солар. — Давай вниз. Сейчас.       — Спускаемся, Корк.       — Принято, — откликнулся голос, и Сол опустил голову на ребристую поверхность трапа, всем телом ощущая каждый даже самый незначительный манёвр снижающейся канонерки.       Надеяться было особо не на что, но и не проверить было никак нельзя. Тот клон мог бы попробовать спастись – нужно было лишь разжать пальцы, сомкнувшиеся на запястье другого. Но разве он мог бросить брата? Бэкер тоже ни за что не отпустил бы Вепа. И хотя долг медика вынуждал его спасать себя, чтобы спасти потом многих других, Бак твёрдо решил: он либо вытащит Вепа, либо погибнет вместе с ним.       Так же решил и этот клон.       Стремительно несясь навстречу скалам, он притянул брата к себе, закрыв своим телом и надеясь смягчить чудовищный удар. Шанс маленький, но всё же был. Однако в этот раз Сила была не на их стороне: оба солдата были мертвы.       «Scarlet Star» облажались. Солар облажался.       И принять свои ошибки, как и себя с протезом, ему помогало лишь одно.       Если иногда Солара можно было найти у барной стойки (буквально рядом с собой), то Корка следовало искать в переулке за баром – где-то у мусорных контейнеров. Стоило ему один раз найти там датапад, за возвращение которого он получил вознаграждение, а потом браслет, который как-то удалось продать за неплохие деньги, – он искренне поверил, что подобное может повториться и стать стабильным способом заработка.       И проблем больше доставляло скорее это, чем количество выпитого Соларом, потому что с помойки Корк мог принести что и кого угодно, в том числе плешивого тука-кота или бездомного латеронца. Подвыпивший же Солар был совершенно безобидным и в какой-то мере милым: никогда ни на кого не бросался, не требовал налить ещё после осознания того, что ему хватит, и не сопротивлялся, когда Веп забирал его домой.       Именно поэтому он чувствовал себя рядом с ним в безопасности, мог даже позволить и себе немного выпить. Тем более что Корк не пил. Совсем. Никогда.       Веп иногда задумывался, каким был бы Корк, если б выпил: стал бы он ещё чудаковатее, чем обычно, или же наоборот сделался угрюмее всех на свете? Насколько бы ни было любопытно, ЭРК не собирался проверять. Зато он прекрасно знал, что Солар под действием алкоголя начинал нести нелепицу не хуже Корка.       И после этого случая с двумя разбившимися клонами было точно так же. Сначала он раскаивался, затем вспоминал Джеонозис, где под прикрытием Корка выволок из голодной пасти обрыва Бэкера, из последних сил держащего Вепа. А потом съехал с темы совершенно в другое русло.       — Я хочу, чтобы Далия-Джей была моей матерью. И матерью Корка, — рассудительно заявил он, чем действительно озадачил Вепа.       С самого кадетства большинство солдат-клонов просто не оперировали такими понятиями, потому что не знали их определения и значения. Можно ли нуждаться в том, чего не знаешь? Но маленький Солар довольно быстро узнал, что такое семья, забота, кто такой отец и кто такая мать – потому что Ши-ра объяснила ему. И это заставило его задаваться вопросами о том, почему у него не было родителей, почему у них, клонов, не было семьи. В поисках ответов он находил лишь, что всё больше нуждался в том, о чём многие и не догадывались. И ему казалось: он почти обрёл это, потерял и почти обрёл вновь.       — Она ведь единственная, кто с ним справляется! — живо продолжил клон. — Потому что я с ним не справляюсь совсем. Он просто неуправляемый. Вот где он сейчас? Где она? И почему она не может просто усыновить нас? Чтобы она кормила нас оладьями, обнимала, успокаивала, когда у нас случаются п-панические атаки…       Веп внимательно слушал, облокотившись на барную стойку. Далия-Джей – нашёл кого вспомнить. — То есть чтобы она делала всё, что делаешь ты? — улыбнулся он.       — Я… — Сол запнулся, поднял палец, прося подождать, и выпил ещё немного. После продолжил: — Я не готовлю. Как вообще можно нас сравнивать?       — И всё же, — мягче ответил Веп, — ты делаешь так много.       Солар тяжело вздохнул, как делал всегда, когда осознавал всю абсурдность своих заявлений. «Так много». Как же! Особенно сейчас, да?       Происходило с ним такое крайне редко, практически никогда, в самых крайних случаях. И едва ли Солара можно было винить за то, что он хотел просто забыть, что сегодня им не удалось выполнить свою миссию.       Потом по пути домой, даже ещё не протрезвев, но видя, что Веп уже почти несёт его на себе, Солар пытался крепче встать на ноги и начинал, спотыкаясь, бесконечно извиняться за своё состояние.       Веп же заботливо придерживал его и с доброй улыбкой говорил:       — Бэкер сказал бы: «делай что хочешь, пока не потянет сунуть дуло пистолета в рот». — Затем усмехался. — А оружие я у тебя уже забрал.       — Спасибо, Веп… — прозвучало облегчённо, как будто тот и в самом деле вытолкнул его из-под дула бластера.       Самым трудным во всём этом было, пожалуй, не выволочь Солара из бара, не дотащить его до стоянки, а взобраться вместе с ним по лесенке на верхнюю палубу канонерки. Протиснуться в проём, в другой, третий и, опуская увесистое тело в кровать, не упасть рядом. От усталости ли или по старой памяти, желая отринуть настоящее и окунуться в беспечное детство, когда всё было проще. Когда не было войны, бессчётных смертей, незнакомого и опасного внешнего мира.       Можно было просто повалиться на кровать Бэкера, вырвать из его рук датапад с очередным скучным учебником и попытаться защекотать брата до смерти, чтобы не хмурился так и не строил из себя такого серьёзного. Или просто лежать рядом, не вслушиваясь и не понимая ни единого слова из того, что тот вслух зачитывал монотонным голосом. Наслаждаться теплом, мягкой подушкой, тем, как укрывает его, словно одеяло, тень, защищая от ослепительно белого света и тревог.       Как давно это было: и Бэкера больше не было с ними, и Веп больше не был ребёнком и не мог так просто… Как Корк, броситься к Солару со своей койки, рухнув на него с объятиями и радостной новостью, что нашёл какую-то новую самую любимую песню.       Или мог? Или он всё же был их командиром и не должен был…       Сол растёкся по своей койке. Теперь он не казался таким виноватым и несчастным, лишь жутко уставшим.       Ничего, уже завтра он будет в порядке, и всё станет как прежде. Уже завтра они спасут кого-то. Обязательно. У них получится – Веп точно знал.       Но было кое-что, о чём он не догадывался, что «Scarlet Star» и не надеялись застать, – близился конец войны.

***

      «Я вижу их. Вижу всех, кого собственноручно проводил на встречу с кир’ам. Когда закрываю глаза, чтобы уснуть, я вижу их. Они стоят передо мной, вокруг меня. У их ног – на коленях те, кто не может стоять на ногах. Они просто смотрят на меня – беззлобно, но и без благодарности. Ведь я – медик и не спас их. Лишь был рядом до их последнего мгновения».       В кабине пилота играла музыка. Не та, которую предпочитало большинство солдат-клонов, иная. Ведь уже с самых первых дней пребывания на борту патрульной канонерки ST-70 появилось правило: кто за штурвалом, того и музыка играет. Поэтому Корк так радовался, когда приходил его черёд управлять кораблём. И потому так вздыхал Веп, когда за штурвал садился Солар, который тишине иногда предпочитал свою любимую классическую музыку.       К счастью, сейчас он был рядом – помогал наложить шину на повреждённую ногу очередного солдата, оказавшегося у них на борту. Трое других, переживших крушение, сидели рядом, весело переговариваясь. Сверху доносились мягкий женский вокал и ритмичная музыка. Трап постукивал в приоткрытом шлюзе, с которого свешивался Веп, наблюдая, как приближается огромный боевой лагерь Республики, укрытый под скалой.       Небольшие махинации с транспондером, проведённые парочкой ранее подобранных пилотов, позволяли им подходить ближе, не тревожась быть идентифицированными как противник, и доставлять ребят к самому порогу ВАР. Поэтому Веп уже мог различить на территории лагеря взлётно-посадочное поле, транспорт на нём, коробки мобильных бараков… Он совсем не скучал по ним. Кама трепетала на ветру.       — Расчётное время прибытия: две стандартные минуты, — объявил привычно задорный и живой голос Корка. — Готовьтесь к высадке и не забудьте оценить качество поездки.       Веп усмехнулся, и не оглянувшись на пассажиров, что принялись собирать своё снаряжение. Он продолжал смотреть вперёд, вытянув в сторону руку и рассекая кистью ветер. Сейчас он просто наслаждался жизнью: свой собственный прекрасный корабль, Корк, которого он научил нормально управлять им, они вот-вот выполнят свою очередную миссию спасения… О чём ещё можно было мечтать? Жизнь была прекрасна. И даже музыка была не так плоха. Девчачья, конечно, но всё же не так плоха.       Он прикрыл тенью глаза от яркого солнца и вгляделся во взлётно-посадочное поле, на котором происходило что-то… странное. Они не собирались садиться прямо там, это было бы нагло и опрометчиво, но всё же Вепа смутило количество солдат, стягивающихся туда. И выглядели они так, будто готовились вот-вот схлестнуться с кем-то.       — Что-то не так? — произнёс голос Солара, выглянувшего рядом.       Веп неуверенно покачал головой, и «странное» зрелище скрылось за стенкой мобильного барака, за которым плавно опустился на посадочные опоры «Нарудар». Трап упёрся в землю, и под речи благодарности по нему зашагали солдатские ботинки. Клоны хлопали друг друга по плечам, пожимали друг другу руки, улыбались и обещали постараться не погибнуть сегодня.       Каждый раз, когда это происходило, был как первый. К этому невозможно было привыкнуть, хоть раз за разом и звучали одни и те же слова из одинаковых уст и произнесённые почти одинаковыми голосами. Корк махал рукой вслед уходящим, Солар удовлетворённо улыбался, и Веп, глядя на них, хотел порадоваться, похвалить, поздравить их. Но что-то действительно было не так.       Заметили это и их пассажиры, отошедшие всего на несколько метров с раненным товарищем на руках, и замедлившие шаг.       — Здесь как-то… тихо, — сказал один из них, переглянувшись с их спасителями. — Ладно, разберёмся. — И они зашагали дальше. — До встречи, парни.       Он был прав: для лагеря, кишащего сотнями солдат, здесь было слишком тихо. И не только здесь.       В это мгновение, казалось, смолкла вся Галактика.       — Отдыхать, — беззаботно хлопнул в ладоши Корк и скрылся за проёмом шлюза. Солар поспешил за ним.       Последним на борт поднялся Веп. Шлюз за его спиной успел начать закрываться, но клон ударил по кнопке управления, ведь ему показалось: он услышал звуки выстрелов и гудение… светового меча?       Двигатели зашумели, и канонерка резво взмыла в воздух. ЭРК прильнул к краю шлюза, ухватившись за него рукой, и свесился наружу. За мгновение до того, как обзор полностью закрыли скалы, Веп успел увидеть то, что теперь никак не мог объяснить: сотни солдат-клонов с оружием в руках, нацеленным на бегущую девочку-подростка со световым мечом в руках.       Учения? Тренировка? Нет, конечно же, нет. Он ведь знал, что это не так.       — Корк, ты..?       — Да, я видел, — отозвался Корк. — Что… Что это? Что это за..? Веп!       Ему совсем не понравилась тревога в голосе брата, поэтому клон сразу же захлопнул шлюз и почти взбежал по вертикальной лесенке на верхнюю палубу, ворвался в рубку. Канонерка повисла в воздухе, Солара нигде видно не было, а Корк мирно сидел в кресле пилота. С виду всё было в порядке, разве что музыка не играла.       — Что там? — подойдя ближе, поинтересовался Веп и взглянул на мигающий приёмник.       «Выполнить Приказ 66. Выполнить Приказ 66. Выполнить Приказ 66. Выполнить…» — услышал он и нахмурился, прижав ладонь ко лбу. От монотонности голоса почему-то сильно заболела голова.       — Не понимаю, к стангу… Что за ди’кутла бред? — Веп треснул кулаком по приборной панели, надеясь исправить странный глюк, и обратился к Корку: — И это передают по всем каналам, да?       Сидящий прямо рядом с ним Корк не ответил. Тогда Веп бросил на него спокойный взгляд, ожидая застать брата увлечённым собственными идеями и мечтами, как это часто с ним бывало. Однако в этот раз Корк выглядел как-то… иначе. И смотрел прямо на него. Абсолютно пустыми неподвижными глазами. Его зрачки сузились.       — Кор’ика? — Он поводил рукой перед его лицом, но не получил никакой ответной реакции. Это не на шутку напугало его. — Сол! Эй, Сол! — позвал Веп, оглянувшись в сторону переборки, как вдруг почувствовал крепкую хватку, в которую угодила его рука. — Сол, тащи свой шебс сюда: с Корком что-то не так!       Солдат дёрнул рукой в попытке высвободить запястье, но пальцы Корка сжались только крепче, не давая и пошевелить кистью. — Какого..?       — Я слышу, Веп, что ты имеешь ввиду?.. — в проёме переборки показался Солар, но вопреки ожиданиям Вепа, вместо того, чтобы броситься разнимать их, Сол просто замер на месте, уставившись на приёмник точно таким же вмиг опустевшим взглядом. Словно банта в свете фар спидера.

«Выполнить Приказ 66. Выполнить Приказ 66. Выполнить…»

      — Эй, чего встал? Помоги мне! — раздражённо бросил ему Веп, взглянув на пришедшего, но сразу растерял всю решимость, увидев Солара таким же потерянным. Не успел он опомниться, как другая рука Корка впилась ему в горло, а сам клон рванулся со своего места и без особых усилий сбил его с ног, прижав к полу. — Крифф, что ты творишь?!

«Выполнить Приказ 66. Выполнить…»

      — Вы уличены в неподчинении Приказу… — забормотал Корк.       — Что ты несёшь?! — проорал Веп, не решаясь противостоять ему. Он не хотел, не мог причинить Корку вред! И потому против него Веп был абсолютно беспомощен. Лишь отчаянно вцепился в его механические пальцы, сжимающие шею, желая просто сделать вдох. Но неожиданно на него обрушился удар, затем ещё один и ещё. — Кор’ика!.. — Тяжёлый кулак снова врезался в челюсть. Кровь брызнула на пол.       Солар, равнодушно наблюдавший за вялой перепалкой на полу рубки, забрал из пассажирского кресла DC-15S – прицелился.       — Сол, нет!       Он нажал на спуск.

— Выполнить Приказ 66.

***

Орд-Мантелл

      Солнце висело в зените, когда солдаты в серой пластоидной броне переступили порог, бегло оглядывая содержимое стеллажей с инструментами и запчастями.       — Добро пожаловать в «Магазинчик Арк», — дежурно приветствовала женщина за прилавком и вернулась к своему голо-журналу и разговору по комлинку. — Нет-нет, они пока сами справятся – походят, посмотрят… Продолжай, Ди, я слушаю. — Она уже беспечно отвернулась от потенциальных клиентов, как вдруг ощутила сразу два взгляда одинаковых глаз, пытливо впившихся в неё. — Ке’пэре, — вполголоса обронила женщина и опустила комлинк, решив всё же уделить гостям чуть больше своего внимания.       Солдат, которого она без труда идентифицировала как клона, подошёл ближе. Женщина в кресле за прилавком, и не пошевелившись, спокойно посмотрела снизу вверх на него, на рисунки на его броне, на геометричную татуировку вокруг глаза.       — Вы назвали имя, — вполголоса проговорил он и наклонился ближе. — Вы работаете с ней?       — Предположим, — просто ответила женщина, игнорируя оказываемое на неё давление.       — Где найти её? — подступил к прилавку второй.       — Зачем?       — Мы знакомы.       — Хм. — Обычно клиенты говорили: «нашлась работёнка» или «есть дельце». Другие – не-клиенты – говорили: «за ней должок» или «тут просили передать ей «привет». — Да неужто? — Солдаты напряжённо нахмурились.       И что дальше? Не прижмут же они её к стенке в её же собственном магазинчике? Муж был в соседней комнате. Только ей даже не понадобится его помощь, чтобы уложить на лопатки этих двух недо-мандо. Так что пусть только попробуют.       — Не решайте за неё.       Убедить её были способны только слова.       Женщина с недоверием оглядела их, но всё же поднесла комлинк к губам.       — Эй, Далия-Джей, тебя тут разыскивают какие-то ребята одинаковой наружности. Говорят, вы знакомы. Забежишь на огонёк? — она прищурила глаза. — Или мне вышвырнуть их пинком под шебс?