Шанс все исправить

      Рождественские каникулы уже начались, и в доме Уизли царила предпраздничная суматоха. Молли хлопотала на кухне, где ей помогала Джинни. Близнецы носились по дому, проверяя свои новые изобретения. Артур пытал Гермиону расспросами о маггловском мире, а Гарри с Роном играли в волшебные шахматы. Билл и Чарли вели тихую беседу, не обращая ни на кого внимания. Сириус и Римус веселились, наблюдая за проделками близнецов, - в них по-прежнему был жив дух Мародеров. Праздник проходил замечательно, все беззаботно веселились и будто бы забыли о нависающей над всеми угрозой.       Лишь после полуночи все разошлись по комнатам, и только Гермиона осталась в гостиной. Девушка сидела у камина, дочитывая трогательный роман о трагичной любви. Последние главы дались ей особенно тяжело. Главный герой погиб, а его возлюбленная вышла замуж за богатого мужчину, которого так и не сумела полюбить, поскольку ее сердце навеки было отдано главному герою романа, погибшему на войне.       Гермиона тихо плакала, понимая, что прочитанная ею история была очень похожа на ее будущее, о котором рассказал Гарри. - Грейнджер, ты плачешь?       Фред спустился вниз попить воды и никак не ожидал встретить заплаканную Гермиону. Они не говорили с тех пор, как она дала ему пощечину в гостиной Гриффиндора. Он, конечно, пытался извиниться, но вышло неудачно.       Не желая отвечать на его вопрос, девушка, утерев слезы, опустила взгляд на книгу, лежавшую у нее на коленях. Она не знала, как себя вести, - ей было ужасно стыдно за свой поступок. Она не должна была поднимать на него руку, и теперь не знала, как ей извиниться. Она простила Фреда в ту же секунду, как только замахнулась для пощечины, и даже на его извинения она не отреагировала лишь потому, что стыдилась смотреть ему в глаза. - Гермиона, ты меня слышишь? – Фред подошел к креслу на котором сидела девушка и опустился на пол у ее ног. – Эй, посмотри на меня, – парень осторожно прикоснулся к ее лицу и наконец-то сумел встретиться с ней взглядом.       Зрительный контакт только усугубил ситуацию, Гермиона лишь сильнее расплакалась. - Эй, ну что случилось, это из-за книги? – легкий кивок стал подтверждением, и парень тихо рассмеялся. – Ну все, все, хватит тебе плакать. Иди сюда, – Фред немного приподнялся и прижал девушку к себе, даря ей утешение. – Это просто книга, Гермиона.       Девушка обняла парня в ответ, сжимая в кулачках его свитер. - П-прости мен-ня. За то, что случ-чилось в гостиной, – она прижалась к нему еще сильнее. - Глупышка… - Фред прижался к ее волосам, источающим аромат лаванды, и улыбнулся. – Я не злюсь, хотя это и было немного обидно.       Спустя несколько минут, когда девушка немного успокоилась, Фред немного отстранился и снова взглянул ей в глаза. Расстояние между их лицами составляло лишь пару сантиметров, и юноша мог поклясться целым миром – в эти секунды его сердце почти остановилось. - Ты красавица, Гермиона. Даже когда плачешь… - робкий шепот парня казался ужасно громким в столь уютной тишине гостиной, которую нарушал лишь треск поленьев в камине.       Они продолжали смотреть друг на друга, боясь сделать первый шаг, боясь быть высмеянными и отвергнутыми. Фред решился первым. Легким движением руки, парень заправил локон девушки ей за ухо и поцеловал. Ему не удалось сдержать облегченный вздох, когда она ответила на его поцелуй, робкий и нежный. - Лучше? – слегка отстранившись, спросил парень у Гермионы. - Гораздо, - она тепло улыбнулась парню и получила такую же улыбку в ответ. - Позволите ли проводить вас до комнаты, мисс Грейнджер? – Фред поднялся на ноги и подал девушке руку в своей элегантно-клоунской манере. - Вам сложно отказать, мистер Уизли, – Гермиона вложила свою ладонь в его руку.       У комнаты, в которой уже спала Джинни, Фред снова поцеловал ее, и действовал он на этот раз чуть смелее. - Разрешите откланяться, миледи, – чуть отстранившись прошептал парень. - Желаю вам приятных снов. - Доброй ночи, мистер Уизли, – подростки тихо рассмеялись.       Фред дождался, пока за девушкой закроется дверь, и довольно громко произнес: «Есть!». Ответом ему был тихий смех Гермионы, смутивший парня и заставивший раскраснеться, как никогда раньше.

***

      Фред и Гермиона не были единственными, кому не спалось этой ночью. Гарри тоже не мог уснуть, ему был необходим свежий воздух. Когда он вышел в коридор, то застукал двух воркующих голубков у комнаты Джинни. Влюбленные были так увлечены друг другом, что даже не заметили его.       Улица встретила его зимней прохладой, и впервые за этот вечер Гарри наконец-то сумел вдохнуть полной грудью. Северус так и не пришел. Гарри весь вечер бросал взгляды на дверь в надежде, что она сейчас откроется и он увидит его, но ожидания не оправдались. Гарри уже и забыл, как проявляет себя любовь, даже взрослых людей она без труда превращает в глупых подростков, ожидающих чуда.       Гарри оглядел прилегающие окрестности, но что-то в них было не так, он чувствовал на себе чей-то взгляд. У одного из деревьев стоял темный силуэт, увидев который, парень расплылся в глупой широкой улыбке и направился в его сторону. Северус все-таки пришел. - Ты в трауре даже в Рождество, – Гарри стоял очень близко, чему Северус противиться не стал. - А тебя смущает мой внешний вид? – мужчина вопросительно поднял бровь. - Нисколько, – Гарри продолжал улыбаться. – Я рад, что ты пришел. Давно здесь? - Пару часов. - Почему не стал заходить? - Я уже отвечал, мне бы никто не обрадовался. Не хотел портить праздник. - Ты бы его не испортил. По крайней мере, не мне.       Мужчина тихо рассмеялся и помотал головой, откровенность Гарри приводила его в замешательство. - Смейся чаще, Северус. Тебе идет.       Мужчина поднял взгляд на парня и, не давая себе возможности передумать, втянул парня в горячий поцелуй. Гарри тут же прижал мужчину к дереву и стал отвечать не менее жадно. Парень распахнул полы мантии Северуса, руки добрались до ягодиц мужчины. Сжав их, Гарри прижался пахом к пульсирующему члену Северуса, с губ которого сорвался первый стон.       Они долго целовались и терлись друг об друга, как школьники, пока в груди не закончился воздух. - Лучший подарок на рождество, – еле дыша проговорил Гарри, уткнувшись носом в шею мужчины. - Другого у меня нет, – произнес Северус, обнимая парня и прижимая к себе еще сильнее. – Мне совершенно нечего тебе дать. - Ошибаешься. Ты решил подарить мне полгода счастливой жизни. - Мы что-нибудь придумаем. - Я все еще надеюсь на это…