Тигрёнок

Оптимус никогда не думал, что работа в полиции может его ещё чем-то удивить. Убийства, грабежи, нападения, изнасилования, преследования, причинение вреда здоровью, причинение вреда имуществу и многое другое. Пока в городе не начались пропажи, ладно взрослые, подростки, дети. Праймус с ними, в многом сами виноваты, но зачем кому-то нужны младенцы ? Грубо говоря, новорожденные. Преимущество отдавалось к малькам из семейств не благоприятного устроя. Оптимус против этого ничего не имел, тем более, через месяц им загадочный почтальон оставлял фотографию улыбчивых малышей с подробной информацией об их здоровье, как они живут и с "от всей души" обещанием заботиться об новых членах "Общины". Все бы ничего, но родителей убивали, причем извращенно. Пила ? Да, пожалуйста, тело до невозможности накачивали алкоголем буквально лопая его чем-нибудь. Отсидел за кражу бижутерии ? Задушат золотой цепочкой или выльют раскалённое серебро на голову. Проблема скорее была в том, что даже если ты отсидел и исправился, а Оптимус знает немало таких людей. Кто под эффектом был, кто действительно на коленях каялся. Тебя все равно настигнет учесть стать жертвой вершителей самосуда. Так чего Прайм вообще начал думать об "Общине" сейчас ? Стоя у тупика закоулка, а за его спиной воют сирены с подкреплением захвата. Он сверкает глазами под тенью фуражки. Дождь моросит барабаня по крышам машин, по треснутой плитке выложенной на дорожке. Ультра Магнус стоя чуть позади приказывает убрать оружие, вызвать врачей, а пока послать сюда экспертов. Капитан игнорирует все это. Он в упор прожигает, сквозь не сильную стенку дождя, взглядом своих темных синих, как океан, глаз сидящего у кирпичной стенки парня. Под реалистичной, а может настоящей ? Маской тигра сверкали два голубых глаза. Рот маски открывался, розовый язык вываливался от тяжёлого дыхания. Желтоватые клыки блестели от влаги, железные когти царапают плитку. Прайм не знает как, но маска имеет мимику. Он ежится, кажется, что перед ним настоящий зверь с телом человека. Если бы не впалые внутрь глаза, что ещё больше предавали отталкивающих чувств. Словно надели череп и из глазниц, бросающих тени на лицо, выглядывают глаза. Это первый человек из Общины которого они вообще видят за все двадцать лет их бесчинства. Прострелянная пулей из верного револьвера Магнуса нога была спрятана под телом юнца. Юнец захлопнул пасть маски, она оскалилась показывая зубы, верхнее веки нахмурились, а уши прижались. Безымянный встаёт на колено и ладони. Словно зверь перед броском выгнулись его лопатки. Такие тонкие, мокрая одежда прилипла переливаясь складками по телу. Капитан полиции поднял руку не позволяя подойти своему другу. Все же что-то объяснить загнанному в угол зверю бесполезно, когти, зубы. Рэтчет явно мог пострадать. В голове каша из неясности, шока, отвращения и липкого неприятного страха. Безумная мысль, это ведь подросток ? Ну, по телу можно сказать вполне смахивает на совершеннолетнего. Может не поздно реабилитировать ? Может первообщинец поможет им ? Оптимус медленно подходит к загнанному в угол, парень рычит и шипит, его брови удивлено вскидываются когда Прайм небрежно бросил свой пистолет в сторону. Он садится на корточки и тянет руку вперёд. Голубоглазое нечто повернул голову к выкинутому оружию, недоверчиво щурится, но садится прямо. Он тянет дрожащую от холода, боли и напряжения руку к руке полицейского. Ультра Магнус напрягается, но услужливо не мешает. Парень в маске положил ладонь на большую ладонь Прайма. Голова наклонилась к плечу, уши встали торчком, а глаза раскрылись теперь же напоминая большого золотистого котенка. Китайский золотой тигр с едва заметными полосками.

***

Оптимус успел хапнуть стресса сполна, из его нервов буквально вязали свитер. Месяц парень жил у него дома. Удивительно, но отпечатков у него не было, Рэтчет отметил, что их сначала пытались выжечь, остались шрамы от ожогов у первой фаланги, но поняв что они восстановятся в любом случаи, срезали пришив Подушечки кошачьих лап. Так же с ногами. Взять корешок волоса, слюну и вообще все что могло бы подтвердить тесты было сущим адом. Когда-нибудь пробовали держать восточно европейскую и брать у нее мазок ? Тут такая же ситуации, правда понадобилось больше двух людей. Кто держал голову прямо, кто пасть что бы Уилджеку не откусили руку, а кто тело, потому что гибкости юнца могла позавидовать черная мамба. Открыв пасть маски ждала не очень приятная картина. Маска на прямую была связана со ртом и похоже лицом тоже, разжав челюсти с клыками после рта маски шел рот человека, причем язык был не прерывно вшит в язык зверя. Все попытки снять маску сопровождались воплями боли. Рэтчет предложил снять хирургическим способом, да и тут проблема. Маска можно сказать вросла в голову парня в стыках. Все тонкие детальке, нет не так, каждая деталька была попросту важна. Если повредить ухо – то пострадает ухо человека. Остановились на снятии когтей. Прайму пришлось почувствовать себя отцом, парень не говорил с ним, рычал, скулил, шипел. Сука, драл ногтями его обои ! Причем смотрел и делал ! Драл и мебель, сначала Альфа Трион, приемный отец и участник свыше, думал, что Оптимус завел себе питомца. Помыть горе кота было трагедией, голову с короткой гривой золотистых, как свежая рожь, волос ещё позволял трогать. И не дай Праймус ты тронешь его живот, Прайм один раз так офигел что когда его ударили лбом об бортик ванной нифега не понял. Пришлось заново учить пользоваться приборами, нормально есть, что с такой челюстью было проблемой. Пить было сущим адом, парень пил из-под крана, пил из тарелок. От туда куда мог пролезть его язык. Пить из кружек было попросту невозможно. Постепенно первообщинец привык к Оптимусу. Большой кошкой ложился клубком в ногах или под боком капитана. Позволял чесать свою шею и под челюстью. Прайм понимал это не правильно. Банду они так и не нашли, единственное последнее появление их было в день пропажи этого голубоглазого. Он вылез через окно перепугав людей. Сбежал глубоко в лес, и все. Община больше не появлялась. Все прекратилось так же резко, как и началось. Зато через неделю появились новости уже в другом регионе страны. Ультра Магнус с мату предлагал попросту усыпить "тварь безмозглую" что решила их возможности поймать маньяков. Большая часть была солидарна, даже Джаз присоединился к этому едкому высказыванию. Но все быстро остыли. Делать теперь нечего, что сделано то сделано. Проблема была в том что с региона просили все данные по делу, с удовольствием спихнули пожелав удачи. Да вот не задача. Попросили и блондина тоже. Прайм вежливо их послал, он не мог позволить себе отдать им парня. Долгие суды, нервотрёпки, с помощью Магнуса и Альфы Триона суд признал голубоглазого не совсем вменяемой жертвой запретив его включать в дело. Отдали на полное попечительство Прайма. Оптимус окончательно забрал парнишку к себе. Брал на работу. Если капитан уходил на выезды – то Тигрёнок, Да-да, они обозвали его так, начинал жалобный вой, попытки сбежать через все куда пролезет голова. С горем его успокаивали Джаз и Рэтчет. Джаз позволял слушать свою музыку, как с ребенком смотрел мультики. Рэтчет же популярно объяснил что того будет ждать если он ещё раз сломает окно. Тигрёнок быстро приластился к эксперту. Тот общался жестами и записками. Хах, он был прав, тому было девятнадцать. Блондин написал Прайму, что попросил своих сородичей уйти, продолжать жить не трогая людей. Ведь это могло быть опасно для них. Его послушали, но Тигрёнок больше никогда не упоминал об Общине. Любая попытка вытянуть, где эти выродки заканчивалось плачевно для того кто вопрос задавал. К примеру Проулу сломали руку одним укусом маски. Назвав парня психопатом больше не подходил. СМИ и журналисты попросту задолбали всех. Последнее общение чуть не закончилось трагедией. Его попросту выдернули от Прайма, так он это себе представлял, о чем-то спрашивали. Его осматривали как диковинку. Парень испугавшись очень наглого журналиста, что полез ему в глаза карандашом поддался стрессу. Повалил мужчину сжав челюсти на шее человека. Успокоить зверя оказалось сложно, Рэтчет разговаривал с напуганным юнцом пока Оптимус разжимал пасть с горла. Журналист отделался испугом, Тигрёнок сжал клыки только поверхностно. Сразу после этого блондин подрагивая, опустив уши прижался к Оптимусу спрятавшись лицом под его подбородком. Капитан чувствовал как бешено колотится сердце паренька. Как его трясет от испуга, от поднявшегося шума. Люди перепугавшись не заметили как напугали голубоглазого. Время шло, наконец Рэтчет дал добро на снятие маски. Они провели столько опытов, столько времени и нервов для изучения этого причудливого аксессуара. Операция прошла без разрешения Тигрёнка. От наркоза тот отходил плохо, сначала был вполне ясный забавный бред, потом начался жар. Быстро устранив возникающую проблему врачи разрешили забрать того на сохранение домой. Прайм с каким-то не ясным чувством наблюдал, изучал и рассматривал лицо, которое видел впервые. В местах, где маска вросла в голову были и останутся шрамы. Худое бледное лицо с павшими щеками. Видимо маска была сделана на совесть, кожа дышала. Потому что как объяснить ее "чистоту" Оптимус не знал. Ну может были мелкие впалые точки которые бывают после насильственного выдавливания угрей у стыков скул и висков. Такое часто можно встретить на носу у людей или же подбородке. Светлые брови, резкие переходы черт лица. Челюсть с привычки приоткрыта хватая воздух ртом. Нос был пока закрыт. Дыхательные трубки от носа маски в носоглотку парня были удалены, как и все вмешательства. Тигренок протяжно зевнув перевернулся поближе к теплу. Он поймал руку Прайма уткнувшись в нее лицом. Видимо запомнил уже полюбившийся запах человека. Капитан и не против. Когда блондин проснулся, Оптимус сразу сунул ему зеркало, тот испугался, выронил предмет, подскочил на кровати и вжался в стенку. Потом ещё долго руками проверял отсутствие маски на голове. Более смело рассматривал себя в зеркалах. Первый день мог сидеть часами смотря на себя. То как он по-детски сиял впервые пробуя пить из кружки. Пробуя чай, пробуя молоко, сливки. С боязливым взглядом трогал свой кончик языка на котором в скором времени сняли швы. Ел Тигренок плохо, работать челюстью, своей челюстью, было неудобно, больно из-за чего первое время реабилитации он ел только супы или пюре. Глотал не жуя. Начались страдания логопеда, с мордой тигра было попросту невозможно говорить. Изначально врачи боялись что у Тигрёнка могли атрофироваться связки. И вот этот ад кончился. Блондин все ещё был диким, но медленно и верно становился человеком. Налаживал пугливо отношения в участке. Оказывается он очень дружелюбный. Даже Магнус это признал. Правда объяснить что у того теперь есть своя личная кровать было попросту нереально. Голубоглазый нагло продолжал спать кошкой с Оптимусом. Прайм чувствует тепло в теле рядом с ним. Он любил гладить эти светлые волосы, любил что тот разрешает прикасаться к себе, любил его мурлыканье, хотя тигры этого делать не умели. Оптимусу нравилось когда Тигрёнок тёрся об него головой, когда мял пальцами его бок или живот. Капитан чувствовал удовольствие, когда парень позволял себе ластиться к мужчине. Оптимус чувствует смешанные чувства, хотелось не отпускать. Быть как можно чаще рядом, видеть как тот улыбается, делать так что бы он улыбался. Что бы засыпал под боком, крутить в пальцах мягкие светлые пряди. То как во сне Тигрёнок прижимается ближе к теплу, как прячет свое лицо в шею капитана. Какими иголками торчат его волосы по утрам, как сонно сев прячет лицо в ладони. Тигрёнок совсем скоро приносил домой полевые цветы, варил какие-то народные лекарства и дарил Прайму. Апогеем стали самодельные открытки, попытки готовить. Дома что-то делать. Самым дорогим подарком юнец считал мертвых мышек. Серьезно, он давил мышей где найдет и приносил Оптимусу. Птицы тоже милости не знали. Один раз Тигренок так распотрошил голубей, Прайм подвоха с супом ни понял пока ему не показали останки предполагаемой курицы. С белым другом он ещё долго обнимался, а кому не расскажи смеялись. Парень обнимался, бодался, кусался, ластится, ревновал и мог по долгу всматриваться в капитана томным взглядом. Оптимус отнекивался, мало ли. Это было неправильно, Прайм врал сам себе, юнец не мог чувствовать к нему взаимности. Все же он был первым человеком, что принял паренька. Правда Прайм не на шутки перепугался, когда Тигрёнок притащил ему сердца своих маленьких жертв, сбросил на грудь спящего Оптимуса и улёгся спать в его ногах с окровавленными руками, лицом и одеждой. Веселое было пробуждение. Капитан попросту не понимал для чего тот это делает. Сейчас же полицейский заседал в своем кабинете. Почему-то Тигрёнок поднялся с диванчика. Оптимус поднял на него взгляд с вопросом. Парень неловко покрутил головой, переступил с ноги на ногу и выдохнув встал прямо. Прайм терпеливо ждёт, блондин показал на себя хрипло, совсем тихо сказав вообще свое первое слово. — Бамблби. Сложил крест руками на своей груди, указывает на Прайма. "Бамблби любит тебя" капитан ошарашено открыл глаза, его брови подскочили на лоб. Он вскочил из-за стола. Желание вскрикнуть "ОНО ГОВОРИТ !?" было велико, но его вытесняло "ну-ка, я не "услышал" тебя, повтори". Бамблби наблюдает как ошалело мужчина открыл рот от шока. Он боязливо присел в коленях и потерявшись о грудь человека прижался обнимая. Капитан прокрутил все что сейчас случилось. Бамблби, красивое имя, ласковое, звонкое. Приятный, даже через хрип, голос. То как его обнимают, словно парень боится отпустить, что Оптимус рассыпется или ещё хуже оттолкнет от себя. Прайм не хочет этого делать. Опускает одну руку между лопаток, второй гладит мягкие волосы. Бамблби мурлыкает, улыбается, закрывается носом в форму мужчины. Как котенок пальцами легонько царапает спину капитана, так делают котята, мнут живот матери что бы получить молоко. Блондин открывается посмотрев своими голубыми глазами на Оптимуса, улыбается от уха до уха. И тихонько просит опуститься ближе быстренько потянув уже за плечи. Прайм позволяет себе наклониться к лицу блондина. Ожидал чего-нибудь в стиле романтики, ага, щас ! Бамблби лизнул его в щеку. Ла-адно, в принципе Прайм понял, что тот хотел показать этим жестом. Как бы играясь целует в лоб. Показывает что нужно делать. Бамблби поморщился прикусив высунутый язык. Это вызывает улыбку, Оптимус прикрыл глаза когда блондин снова утыкается в него. Сжимает сильнее. Его человек, и он никому и никогда его не отдаст.