Просто такая странная любовь…

Гигантских размеров съёмочный павильон озаряется светом софитов, оповещая всех об окончании предпоследнего мотора четвёртого сезона Команд. Баттл Фантастических и Тайных. То самое питерское дерби, которое так сильно ждали фанаты обеих команд. Но это игра! Поэтому одна из фанбаз должна была прочувствовать горесть и разочарование, услышав финальный счёт, что и произошло с командой Фантастических и их поклонниками… 72:66… Максимально обидное поражение. Да, могло быть какое-нибудь 72:71, но разрыв в 6 баллов тоже очень обидно. Особенно для Игоря, который всю игру вывозил на себе. Как ему самому казалось. Но виду подавать было нельзя, он же не обиженка какая-то, да и с девчонками их команда хорошо общается. Поэтому, после объявления результатов, Игорь отправился обнимать весь состав команды «Тайных», слыша в спину громкое «Съёмки окончены, снято» Сегодня в жюри, в великому счастью Бобкова, не было одной небезызвестной питерской звезды импровизации, поэтому, как он думал, счёт получился честный, но на счете, ведь, все не заканчивается..? Эта самая «звезда» сейчас сидела где-то в гримерке, а может и ходила за съёмочной площадкой в павильоне. В любом случае, желания сталкиваться с Арсом было ноль. Именно такая температура заморозила чувства Игоря, когда… — Честно говоря, я ожидал от тебя большего, Игорёк, - тихо проговорил Попов, случайно (нет) проходивший мимо, готовясь к съёмке финального пула и финала сезона в целом, — Ожидал, что вы возьмёте третье место … — Ваши ожидания – ваши проблемы, - поморщился Бобков, цитируя классика, стараясь сохранить в голосе ту нотку отвращения к человеку перед собой, но эти интонации Арсения абсолютно не смутили, поэтому он лишь усмехнулся, отмечая, что Игорь, наконец, начал показывать свои клычки, переставая быть нюней, как до этого, — Ещё есть вопросы? Повернувшись лицом к мужчине и тяжело дыша, о чем свидетельствовала резко вздымающаяся грудная клетка, парень уставился на Попова, поджимая губы, пытаясь максимально, на сколько это возможно, скрывать свои эмоции и чувства к стоящему перед собой. Ему казалось, что это работает идеально. Пока Арсений хищно не улыбнулся, быстро оглядываясь по сторонам, и не схватил его под локоть, уводя в свободную гримерку, которая находилась рядом с ними, закрывая дверь изнутри. Со стороны все это наверняка походило на дешевую драму, но Арсению не привыкать было сниматься в ублюдском кино, поэтому он чувствовал себя в своей тарелке. Но так как это не была игра в похищение, мужчина быстро отпустил руку Игоря, чтобы дать ему немного свободы, думая, что тот убежит в другой угол комнаты, но парень просто немного отряхнул руку, будто его не просто Арсений там подержал, а какой-то очень грязный человек оставил на голой коже мерзкое пятно. Отряхнул и остался стоять на месте, довольно близко к мужчине, поднимая на него свои красивые, но уже такие пустые глаза, не выражающие ничего, кроме отвращения. Наверное… — Говори, че хотел, и я пойду. У меня разбор полетов с Антоном и… — Ты так изменился за год, - еле слышно перебил Попов, поправляя лезущую на глаза парня чёлку, пока тот лишь отводил от него взгляд, уставившись в потолок. Мужчина знал, что Игорь любит, когда Арс так делает. Любил. Год назад точно любил. — Что тебе от меня нужно? - так же переходя в шёпот спросил Бобков, решаясь посмотреть мужчине напротив в глаза. Голубые, яркие. И все такие же чарующие. Только в этот раз парень знал, что эти чары не приведут ни к чему хорошему. Тот просто хорошо притворяется. Слишком хорошо. — Я видел табличку у одной из фанаток «Игорь, выходи за меня». Забавно, правда, что они всегда на что-то надеятся? Так по-детски наивно, - усмехнулся Арс, приподнимая уголок губ, облокачиваясь о стенку позади себя, складывая руки на груди и гордо поднимая подбородок, — А им, вроде, и по восемнадцать всем есть… — Кто-то и в тридцать наивный до жути, - Игорь рассматривает лицо Попова. Губы тонкие, огромные мешки под уставшими глазами. За что он тогда зацепился, дурак… — Арс, я думал, что ты наигрался. Пожалуйста. Давай закончим все это… Начинающий импровизатор не планировал этот разговор, особенно после проигрыша, особенно сейчас, когда сил не остаётся ни на что. Поэтому голос предательски дрожит, а на глаза наворачиваются непрошеные слёзы. Получается, что не отпустил, хотя так был уверен в обратном… — Игорь… — Ты обещал мне, что все будет хорошо. Ты обещал! И я все терпел, ждал, понимаешь, блять! А потом говорил мне… Говорил, что у меня ничего не выйдет, – плотину прорвало и эмоции, которых, казалось, быть на должно, особенно после такой паузы на «подумать» длиной в год, начали фонтаном хлестать из души парня. Обида на Арсения сейчас особо сильно чувствовалась внутри, будто ножом резали только недавно начавшие заживать шрамы. Шрамы, оставленные самим же Поповым, — Зачем тебе эти игры, Арс? Отпусти меня уже, наконец. Пожалуйста! На щеке начинает высыхать соленая и мокрая дорожка от крупной слезы, которая решила стать показателем истинной боли Игоря. Он любил. И любит, получается… Но знает, что сам никогда отпустить не сможет, как бы не старался. А он старался! — Ты хочешь уйти? Правда? Выдержав паузу в гробовой тишине, когда казалось, что все звуки снаружи замолкли и исчезли, спросил старший, хмуро глядя на парня напротив, который даже не дослушав вопроса принялся кивать, с силой прикрывая глаза, отчего слёзы полились нескончаемым потоком, но было абсолютно не до этого. Игорь безумно хочет сбежать из плена голубых глаз, которые мешали ему жить. Хочет освободиться от оков отношений, которые, хоть и закончились, но не давали сделать и шага в сторону свободы. Невыносимо… — Тогда иди, – натягивая максимально фальшивую улыбку из всех возможных проговорил Арс, открывая дверь, давая парню возможность покинуть эту гримерку, а за одно и разорвать последнюю нитку, которая держала их странные и нестабильные отношения. Арс надеялся на поцелуй, как в романтических фильмах; на примирительный секс; на все, что угодно, лишь бы иметь возможно и дальше играться с парнем… Но, не раздумывая ни мгновения, Бобков почти выбегает из гримерки, на ходу стирая слёзы, зная, что сможет, в случае чего, оправдаться за красные глаза перед всеми их проигрышем. Но дойдя до своей команды, Игорь вновь расплакался, уткнувшись в грудь Гриши, пока друг успокаивал его, смеясь и говоря, что четвёртое место - это не плохо и надо радоваться. А Бобков и радовался. Радовался возможности наконец почувствовать себя свободным…