мы встречаемся, но только в моей голове

— Я одинок, разочарован, сломлен, возможно, потерян среди продажных капиталистов, стремящихся нажиться на моём страдании, и тех, кто позволяет себе не думать, избегает реальность и глобальные проблемы человечества. — О, это я. — Да, это ты. Если бы Чонгук был тем самым парнем из подростковых фильмов нулевых, которому поручили проводить экскурсию по школе для какого-нибудь симпатичного новенького или не-такой-как-все-девочки, у него явно возникли бы проблемы с описанием их столика. — Юнги-хён, ты закончил? — Да, хён, не то чтобы кто-то из нас действительно хотел узнать, как ты. Чистая вежливость. С другой стороны, ему бы никогда не поручили проводить такие экскурсии. Он не уверен, что в их школе вообще когда-либо такое проводилось, может это всё выдумка американских режиссёров? Или Чонгука просто никто о таком не уведомлял. Неважно, в любом случае, он недостаточно популярен\активен\заинтересован в чём-либо, помимо подростковых фильмов нулевых (нужное подчеркнуть). А вот Чимин мог бы. — Никто из вас, уродов, не знает, что такое вежливость. — Эй, а как же я? — Поговорим об этом, когда ты перестанешь пытаться достать языком своего носа. — Но Чимин смог! — А ещё он смог сдать математику на высший балл, не хочешь повторить? — Эй, люби меня и принимай мою тупость такой, какая она есть! — Неоспоримой и всеобъемлющей. Да, Чимин точно смог бы. Кажется, нет ничего, что у него бы не вышло. Юнги-хён на это сказал бы, что это идеализация, но Чонгуку всё равно. У него в голове Чимин обнимает его со спины, своими крохотными ладошками скользя по немного липкой от пота футболке и оставляя их в районе живота. Он кладёт подбородок ему на плечо, мягко целует в щёку и тихо шепчет: «Привет, крольчонок» своим мягким и нежным голосом, которым общается только с ним. — Сокджин-хён, Юнги-хён опять меня обижает словами, которые я не понимаю. — Крошка, не слушай его и возвращайся к просмотру Свинки-Пеппы. — Ты потакаешь его деградации. — Нет, я просто поддерживающий родитель. — Ты ему не родитель. — Никакого кинк-шейминга в этом доме, просто позволь им эти ролевые игры, у Сокджин-хёна разыгрался материнский инстинкт, это нормально в его возрасте. Намджун с привычным шумом снимает рюкзак, потому что у не получается делать тихо и аккуратно буквально ничего, так что бутылка апельсинового сока падает со стола, а Чонгук вздрагивает, возвращаясь из мира фантазий. Из Лучшего мира. А ведь Чимин только начал рассказывать про свой день, хихикая Так мило и очаровательно, повторяя, что он скучал. О да, он тоже скучал. До сих пор скучает. — Намдужн, а ведь я считал тебя последним адекватным человек здесь, — Юнги со всей свойственной ему драматичностью поднимает бутылку сока и ставит её обратно на стол. — А как же Хосок? — Вчера он купил эти хлопья. — О нет… Неужели.? — Да, грёбанные Lucky Charms. — Ага и из-за этого он не разговаривает со мной уже практически сутки, — сам Хосок до этого погружённый в волшебные клавиши пианино на телефоне (как будто это как-то связано с умениями играть) до сих пор не осознаёт всю тяжесть своего преступления. — Изыди жертва яркой упаковки, я надеюсь ты умрёшь от того, что однажды тебе не хватит денег на кислород, ведь именно к этому миру ты и стремишься! — Я видел, как ты ел их этим утром. — Твои деньги, не мои. — Как вообще можно есть сухие хлопья? — нос Тэхёна покраснел от того, что парень усиленно пытается опустить его вниз и приблизить к своему языку, — это же отвратительно! Две лавочки по бокам от одного большого столика на большом фуд-корте их школы рассчитаны на 8 человек. Сейчас их за столом шестеро, но Чонгуку всё равно тесно. Интересно, это из-за его чувств или потому что Тэхён привык залезать на лавочку с ногами? — Чонгук, ты с нами? Кажется, он действительно долго молчал, потому что Хосок кладёт ладонь ему на плечо и улыбается так понимающе, что становится страшно. Он же не настолько очевиден, да? Внутренний голос напоминает, что Чимин стоит у него на заставке. Справедливо сказать, на этой фотографии есть и Тэхён. Ну, его ухо есть точно. А Тэхён любит свои уши. — Не волнуйся, мелкий, Чимин уехал всего на неделю. Уже в субботу будет снова с нами, сможешь смотреть на него и…смотреть и…смотреть сколько захочется. Сокджин отвешивает Тэхёну подзатыльник за бестактность, хотя наверняка он выразил общую мысль. Но легче от этого не становится. А инстинкты Чонгука кричат ему отрицать, хотя мама посоветовала бы молчать и просить адвоката. — Это тут причём? Я… мне всё равно. Просто устал, волнуюсь из-за теста по истории. Это срабатывает с родителями, но явно не с хёнами. Они все переглядываются своими Знающими взглядами, когда Сокджин решает заговорить так осторожно, словно он обезвреживает бомбу замедленного действия. А Чонгук совсем не замедленный. Он между прочим занял третье место в школьных соревнованиях по лёгкой атлетике. Второе занял Чимин. — Послушай, Чонгук-и… если ты когда-нибудь захочешь поговорить о своих чувствах к Чимину, не обязательно со мной, с кем угодно из нас… нет, ну, наверное, лучше со мной, потому что остальные здесь совсем ничего не понимают в любви… — Эй, я встречался с девушкой! — И понял, что ты гей, да, Тэхён, мы все помним эту чудную историю, — Тэхён плакал два дня, называл себя разбивателем сердец и повторял, что его бабушке было бы за него стыдно, — В общем… Мы всегда здесь для тебя. Чонгук чувствует себя немного задетым. И уязвлённым. И раздавленным. Почти как Юнги-хён по пятницам, когда выпьет пару стопок соджу. — А может мне не нужно, чтобы вы всегда были здесь для меня? И вообще не нужно, чтобы вы были здесь. Я не просил лезть ко мне в душу, можете…не лезть? Блять? Пожалуйста? Чонгук разрывается между тем, чтобы быть грубым, показать, насколько он зол внутри, и вежливым, потому что это всё ещё его хёны. Хёны, которые хотят для него только добра. В итоге он просто взлетает со своего места, заставляя Тэхёна поджать ноги, подхватывает рюкзак и уходит. Наверное, это было излишне драматично. Он обязательно извинится. Чёрт, ему прямо сейчас хочется развернуться и извиниться. Но вместо этого он ускоряет шаг и сворачивает в сторону парковки, где стоит велосипед его старшего брата. Теперь это велосипед Чонгука. Хотя он его всё ещё так не воспринимает. У него вообще проблемы с восприятием. Когда он смотрит на тот же велосипед, он видит рассыпанные тетради. Наполовину раскрытые и исписанные они лежали на сухой грязи, из-за чего некоторые страницы стали серыми. Неудачный поворот. Он видит глубокую царапину на ноге его брата от вылетевшей спицы. Тот боялся показывать маме ущерб, нанесённый джинсам и его лодыжке, поэтому они вдвоём вспоминали уроки первой медицинской помощи в ванной, в итоге заляпав кровью всю плитку и запачкав полотенце. Они не придумали ничего лучше, чем кинуть его в стирку, из-за чего у матери потом чуть не случился сердечный приступ. Фантазия женщины успела обрисовать более яркие и кровожадные картинки произошедшего, поэтому узнав о «велосипедном инциденте» она лишь вздохнула с облегчением. А потом посадила их обоих на домашний арест. Чонгук тогда узнал, что такое «соучастник преступления». Чонгук смотрит на вещи и не видит их. Он видит себя через эти вещи. И с людьми, наверное, так же. И поэтому ему нравится Чимин. Он начинает нравится себе, когда находится рядом с ним. Потому что это Чимин. Он доезжает до дома за 14 минут, которые можно было бы округлить до 15, но за минуту можно взять вопрос по «Что? Где? Когда?», поэтому Чонгук никогда не округляет. А ещё он возвращается значительно раньше, чем у него заканчиваются уроки. Кажется, ему придётся придумывать себе алиби для учителей, чтобы они не звонили маме. Родители на работе, поэтому дом приятно пуст и наполнен одиноким мяуканьем весьма самодостаточной кошки по кличке Хей. Она всегда встречает его, когда не спит, а ещё мурчит у него на груди, когда у неё достаточно великодушное для ласки настроение. На самом деле, на часах только час, а по расписанию Хей должна кушать только в три, но она так жалобно мяукает, что Чонгук сдаётся и насыпает ей немного корма. — Только не рассказывай маме. Если она узнает, что я тебя перекармливаю, меня перестанут кормить совсем… Она ничего не отвечает и возможно теория о том, что хозяева и их питомцы похожи, действительно верна. Интересно, о чём Хей размышляет в своей маленькой голове? Мечтает ли она о коте с упаковки нового корма? Чонгук придирчиво рассматривает этого рыжего представителя семейства кошачьих и потенциального зятя, когда его телефон вибрирует, давно позабыв о том, что такое звучный режим. Новое сообщение. От Чимина. Чёрт, ему уже успели нажаловаться. (Не)вероятно и совершенно (не)предсказуемо. «Меня нет три дня, а ты уже успел поссориться с хёнами (◕‿◕)»

«Я говорил, что меня нельзя оставлять надолго! 1!»

«Три дня (◕‿◕)»

«Знаешь, что успел сотворить Господь за три дня?»

«Ты… Ты Не сравнил себя с Богом прямо сейчас» Да, но я мог бы сравнить с ним Тебя. (Чонгук никогда это не отправит)

«Но у нас так много общего! Ты не веришь в нас обоих ;)»

«Это неправда. Я верю в тебя. И верю в то, что ты уже сегодня возьмёшь себя в руки и извинишься. Что бы там ни произошло». — ЗачемЗачемЗачем он так пишет. Это давление на подсудимого, Хей, ты свидетель, запиши это в протокол! Мать Чонгука прокурор и видимо это всё же как-то сказалось на его воспитании. Вот только Хей никак не реагирует на данное заявление своего хозяина, даже наоборот, спешит ретироваться с места преступления ближе к окну, где можно наблюдать за птицами и мечтать о чём-то большем, чем 40 грамм сухого корма для котят в день.

«И ты даже не хочешь услышать мою версию происходящего?»

«Прости. Ты прав. Тэхён мне вообще ничего не объяснил, просто попросил поговорить с тобой»

«Ты слушаешь всё, что он тебе говорит?»

«Конечно нет, однажды он два часа убеждал меня в том, что на луне живут кролики. Но тогда дело не касалось тебя»

«Разве я не кролик?»

Чимин придумал так его называть. Ладно. Это ложь. Вообще-то так с детства называла Чонгука его бабушка, но это не считается. Все бабушки придумывают милые прозвища для своих внуков, но не все Друзья делают так же. И не все из них Чимины и Чонгуки. «…ты не живёшь на луне»

«Я мог бы»

«Чонгук (」°ロ°)」»

«Там родился мой друг. Его зовут Лунтик, знаешь такого?»

«Тэхён плохо влияет на тебя»

«Тебе не нравится мой друг Лунтик?»

«Мне не нравится твой друг Тэхён»

«Он Твой друг в первую очередь»

«В первую очередь он один из твоих хёнов, с которыми ты успел поссориться, кстати говоря, почему?» …иии они вернулись к тому, с чего начали.

«Мне казалось, я так хорошо перевёл тему»

«Да, ты хорош в этом»

«Только в этом?»

«Чонгук.»

«Чимин»

«Поговори со мной» И Чонгук просто сдаётся. С Чимином всегда так. Но с этим согласится абсолютно любое существо способное чувствовать чувства. Даже Юнги. А Юнги вообще не человек, он камень. Это просто Чимин. Он как тёплое молоко без пенки, способен растопить любое, даже самое твёрдое, печенько. (а Куки как известно та ещё половинка орео)

«хорошо. я был задумчив и погружён в свои мысли. ребята начали настойчиво лезть мне в душу и говорить о вещах, о которых я не хотел говорить, и я вспылил, и мне уже жаль, я знаю, что они хотят для меня всего самого лучшего, знаю, что это была помощь, а у меня всё ещё проблемы с тем, чтобы принимать помощь, но главная проблема в том, что она мне не нужна. я их не просил об этом, они тоже поступили плохо, разве нет?»

Чонгук так агрессивно нажимает на экран, что в какой-то момент он благодарит за взаимопонимание свой Т9, потому что он снова погружается в эти эмоции с головой, готовый ими захлебнуться в любой момент. Он просто считает, что это несправедливо. Что он один виноват. Что он должен будет извиниться. «Во-первых, да, они поступили плохо, они не должны были давить на тебя и давать советы, о которых ты не просил. Во-вторых, да, ты не должен был быть грубым. В-третьих, я не знаю, о чём вы ребята говорили, но… Гуки. Ты же знаешь, что Я тоже здесь для тебя?» «Всегда»

«Я знаю, хён. Спасибо»

«Ты злишься?»

«Да, злюсь»

И самое отвратительное, Чонгук без понятия, почему он злиться. Потому что он на самом деле Не может поговорить об этом с Чимином? Потому что он сказал то, что он и так знал, но не хотел признавать? По крайней мере до вечера? И Чимин был не виноват. На самом деле, он просто был собой. Замечательным, поддерживающим другом, которого Чонгук был не достоин. Потому что Чимин сейчас должен отдыхать на свадьбе своей тёти, а не переписываться с проблемным Чонгуком, который не умеет держать свои эмоции при себе.

«Я просто скучаю по тебе. Очень»

«Я тоже, кроль. И я бы очень хотел тебя обнять прямо сейчас, чтобы ты не дулся (´｡• ᵕ •｡) ♡» И в голове Чонгука снова возникают эти образы: маленькие руки на его животе и тот самый нежный шёпот. чёрт, он в полном дерьме.

***

Они познакомились, когда у Чонгука не было одного переднего зуба, а Чимин всем хвастался своим чёрным поясом, который был кожаным поясом его отца, но это уже детали. Чонгук понял, что влюбился, когда Чимин, имея настоящий синий пояс по карате, выбил зуб Джисону за то, что тот обзывал Чонгука кроликом (это было в плохом контексте). Джисон тогда оправдал своё первое место по лёгкой атлетике и бежал так быстро, как только мог, а Чимин взмахнул своей невероятной чёлкой (тогда ещё черного цвета) и спросил: — Чонгук-а, ты…выйдешь за меня? Ну, ладно, возможно, всё было немного не так, но у Чонгука тогда был стресс вообще-то! На самом деле, Чимин спросил: — Чонгук-а, ты в порядке? О, он определённо был не в порядке. И он не в порядке до сих пор. Потому что вот уже практически год он живёт на два мира: реальный и лучший. И во втором Чимин целовал его в нос, сушил полевые ромашки, которые Чонгук ему дарил каждую среду, а ещё был невозможно взаимно в него влюблён. И ключевое слово здесь Невозможно. — Чонгук? Ты уже дома? На первом этаже прозвучал хлопок двери и шуршание пакетов. Хей спрыгнула с подоконника, чтобы встретить отца Чонгука. Чёрт, сколько он вот так пролежал в своём отчаянии? (по-другому назвать водяной матрас нельзя, почему он вообще когда-то решил, что это хорошая идея) — Да, я…ушёл с последних двух уроков, не говори маме, пожалуйста… Кажется, фраза «не говори маме» одна из самых популярных в их доме. Не то чтобы Чон Джихё была таким уж тираном, скорее… напоминала Миранду Пристли, которая при желании может тебя посадить за решётку. — Что-то случилось? Отец достал с холодильника свои очки, в которых ему было пока что стыдно ходить по улице и принялся проверять сроки годности на упаковках. Чонгук невольно вздрогнул, увидел пачку хлопьев Lucky Charms, но промолчал. — Эмоциональная нестабильность. — Думаешь нам стоит записаться к психотерапевту? Он улыбнулся, но всё же оторвался от пачки молока, которой уже заинтересовалась Хей (ей нельзя, может быть аллергия на лактозу, но саму Хей это мало интересует), и всё же подошёл ближе к сыну. — Не называй эмоциональной нестабильностью любые негативные эмоции, которые ты ощущаешь. Чувствовать — это нормально. — Я думал, что чувствуют чувства, а эмоции можно только испытывать. — Интересный филологический вопрос, чтобы уйти с темы, молодой человек. Но если не хочешь рассказывать — ладно, можешь послушать о том, как меня сегодня впервые за много лет спросили о языке цветов, я думал современная молодёжь таким уже не увлекается, но один парнишка сегодня хотел подобрать букет, который говорил бы о первой невинной влюблённости. Есть ещё в мире романтики… Да, его отец был флористом, и именно так он однажды покорил маму Чонгука. Он любил повторять, что они занимаются одним и тем же, просто Джихё сажает, а сам Чон Хван выпускает посаженную красоту на волю, отдавая в добрые руки. Джихё спешила напомнить, что работает она не с малолетними преступниками и те, кого она сажает далеки от цветов жизни, но всё равно с улыбкой принимала бесчисленные герберы, гортензии и другие цветы, названия которых Чонгук не знал. Он как раз заканчивал пытаться оторвать Хей от колбасы, когда в его голове что-то щёлкнуло. — Пап, а… сыновьям работников магазина цветов полагаются скидки? — Ну, тем, которые сбегают с уроков и не называют причин вряд ли, конечно… — Ну, пап! Это правда важно, я…хотел спросить, а не мог бы ты составить и для меня такой букет…который первая невинная любовь… Хей ударила его лапой по лицу, и он был с ней полностью солидарен, ведь он только через секунду понял, что сказал… — О, милый, неужели кто-то занял место в твоём сердце? Он не мог сказать отцу. Прежде всего он до сих пор не рассказал своим родителям о своей ориентации (в которой сам до конца не разобрался), и он не знал, как они отреагируют. Да, они были современными родителями, которые смотрят со своими детьми не самые семейные фильмы от нетфликс и наливают ребёнку вино дома, чтобы он не пил его где-то под забором, но это было совершенно другое. И хотя его семья была очень любящей, поддерживающей и заботливой, в голове всё равно проносились мысли о том, как отец кричит на него, мать кидает в него вещи и просит убраться куда подальше, звучат фразы типа: «Ты мне больше не сын!», Хей разочарованно мяукает и очевидно ей не сдался такой хозяин, и вот он остаётся совсем один посреди пустой улицы, без дома и денег даже на метро, где ему суждено провести остаток своей никчёмной гомосексуальной жи… — Это Чимин не так ли? Что. — Что? Откуда ты… как ты… как ты узнал? Что? Нет! — Нет? Как жаль…мама расстроится. Она постоянно повторяет какой Чимин хороший мальчик, и как вы друг другу подходите. Однажды вечером мы начали выбирать цветы на ваши свадьбу… Окей, возможно Чонгук не такой скрытный в своих чувствах, как он думал ранее… — И вы…вам типа окей? Вы не осуждаете меня за то, что я гей или типа того.? — В этом мире я осуждаю только две вещи: американское правительство и цены на красные розы, поверь, они того не стоят. А ваша мальчишеская любовь — это прекрасно, Гук. Так ты хотел подобрать букет для Чимина, чтобы признаться ему в любви? Когда у него день рождения? Мы можем взять его цветок и отталкиваться от этого! — Я…мне нужно подумать обо всём…этом, осознать, принять и я пойду, да. И он сбегает от проблем второй раз за день. Не зря у него третье место по лёгкой атлетике. Как почти взрослый и почти рациональный школьник он решает закрыться в своей комнате и выпить самый сладкий и отвратительный по мнению Сокджин-хёна, которого никто не спрашивал, коктейль в стеклянной бутылке, спрятанный у него в шкафу, потому что мама тоже такие любит и выпьет быстрее него. Ему приходится помучатся с крышкой минут 5, пока он всё же не надавливает ей со всей силы на край стола, вызывая морю облегчения от торжественного «пшик» и такое же море под столом от пролившейся ярко-оранжевой жидкости. Главное вытереть пока не пришла Хей, в их семье хватает двух алкоголиков. Для полноты драмы он включает что-то грустное из The 1975 и готовится страдать, ложась прямо на полу, потому что от покачиваний на водном матрасе его может начать мутить. Одной рукой, чтобы не двигать свою задницу в слишком узких джинсах, он пытается достать до розетки и включить свою единственную совсем не хипстерскую гирлянду, которую Юнги-хён не устаёт презрительно называть ПТЭЭ (пустой тратой электроэнергии). Да, вот так почти как в фильме. Когда его глаза закрываются, он снова оказывается в другом Лучшем мире, а Чимин лежит прямо на его грудной клетке, отпивая прямо из его бутылки и облизывая свои покрасневшие от поцелуев губы. И Чонгук почти чувствует, как его маленькая ладошка выводит непонятные зигзаги на его грудной клетке, иногда опускаясь к низу живота и задирая футболку. Джинсы словно становятся теснее, когда он представляет, как Чимин нежно и влажно целует его шею, прорисовывая дорожку прямо к линии челюсти, иногда посасывая кожу, чтобы оставить красноватые отметины. Он так нуждается и жмётся ближе, практически ложась сверху, чтобы быть одним целым, чтобы потереться своим стояком о бедро Чонгука и… — Я дома! — Ты сегодня пришла пораньше? — Слушание по делу тех братьев отложили. Адвокат тянет время, словно это ему как-нибудь поможет… Чонгук проклинает слышимость в этом доме и этого чёртового адвоката, делает музыку громче и как раз собирается сделать ещё один глоток, зная, что в его комнату всё равно не войдут без стука, когда его телефон снова неприятно вибрирует прямо на краю стола, грозя упасть в лужу коктейля в любую секунду. «эй йо, птичка, я возле твоего дома, вываливайся из гнезда0))» Только Тэхён может считать, что это забавно. И он бы проигнорировал его, если бы не горький опыт прошлого.

«Буду через 5 минут, только не кидай камни в окно. Пожалуйста»

За эти 5 минут он успевает разобраться с зачатками стояка, взять рюкзак, поздороваться с мамой, попрощаться с мамой, прощаясь, убедить её в том, что последний урок отменили и закрыть дверь прежде, чем Хей удастся совершить побег. Больше, чем он сделал за весь день. — Я готов! Тэхён стоит прямо посреди газона, игнорируя тропинку в двух шагах от него, и вот почему его мама не думает, что Тэхён хороший мальчик. Руки у него широко раскрыты и на лице играет снисходительная улыбка, кажется, что прямо сейчас ему должны вручать Оскар, не меньше. — К чему.? Понимать Тэхёна — это привилегия Чимина и ничья больше, поэтому Чонгук иногда даже не пытается. — Принимать извинения, конечно же. Давай, ты был не прав, я был не прав, мы жмём друг другу руки, ты спрашиваешь, почему моя рука липкая, я многозначительно смотрю в твои глаза, через секунду ты всеми фибрами души выражаешь отвращение, но говоришь: «Как же я рад, что у меня есть такой друг как ты, Ким Тэхён, мне с тобой так повезло!» — Кажется, ты сказал всё за меня, вау, можем идти? — Засранец! Тэхён всё равно заставляет Чонгука пожать ему руку, совершая удушающий захват, и Чон снова задумывается о том, чтобы попросить Чимина показать парочку приёмчиков карате. Чтобы некоторым друзьям неповадно было. Потом Тэхён радостно рассказывает о событиях, которые успели произойти за те два урока, на которых он отсутствовал, а их каким-то образом оказалось невероятное количество: тот самый Джисон, что однажды занял первое место по лёгкой атлетике, а ещё дразнил Чонгука, сломал ногу, ударив школьный автомат со снеками (нет-нет, Чонгук ни разу не злорадствовал, ему просто жаль, что он этого не увидел), их учительница по рисованию ушла в декрет, хотя Тэхён считает, что это просто прикрытие, и на самом деле, её похитили инопланетяне для исследований, ведь это, конечно же, более вероятно, Намджуна отправили к директору за то, что он очень яро отстаивал свои пацифистские идеи на уроке истории, а Сокджин обещал его дождаться как настоящая жена декабриста, а потом Юнги вспомнил, что жёны декабристов между прочим отправились вслед за своими мужьями, и Сокджин вскочил посреди урока и побежал за своим мужем, потому что считал это достаточно романтичным, и теперь они оба отсиживают наказание как настоящие революционеры, Хоби дали главную роль в школьном спектакле, а Юнги напомнил, что это всё бессмысленно и ушёл в депрессию, но это ненадолго, ведь Сокджин не даст ему уйти из семьи, он вчера пересмотрел «Лило и Стич» и хочет, чтобы они всемером набили «Охана — значит семья». — Но ведь Скоджин-хён против татуировок? — Это было до того, как он стал женой революционера. Теперь у него новый имидж. — Ты считаешь мою влюблённость в Чимин-хёна глупой? Переводить тему — это почти как переводить реплики с английского из компьютерных игр. У Чонгука получалось через раз. — Я? Ты выбрал меня для этого разговора? Я избранный?! Из всех хёнов именно Мне выпала честь стать ушами для твоего нытья, плечом для твоих слёз и… — И заменой боксёрской груши, если ты сейчас не прекратишь. — Мы в разных весовых категориях, я вешу 67, а ты завис на Чимине. — Я люблю его. И это первый раз, когда Чонгук говорит об этом вслух. Он множество раз представлял, как скажет об этом Чимину лично. На каком-нибудь безлюдном пляже, когда солнце уже сядет за горизонт, Чонгук наклонится к самой шее своего хёна, мягко коснётся нежной кожи губами и прошепчет что-то о том, какая луна сегодня красивая. А Чимин застесняется, покраснеет, толкнёт его своим крохотным кулачком в плечо и заявит, что луны пока даже не видно! Но Чонгуку не нужно видеть, он чувствует и тогда, после трогательного четвёртого поцелуя, три слова останутся между их приоткрытыми губами, повиснув в воздухе… — Эй, ты меня слышишь вообще, Кукиет? Я говорю, гиблая это затея. Чимину нравится кто-то другой. Что. Картинка в голове тускнеет, потому что такого в сценарии не было. Не должно было быть. Просто Не Могло быть. Чимину нравится кто-то другой. Кто, кто не Чонгук. И именно так в сказке под названием «Чимини-хён мой п-п-парень» (автор Чон Чонгук) появился таинственный злодей. И Чонгук был серьёзно намерен найти его и устранить.