Хихимия

Хихимия Удивительная вещь самогон! Словно колода карт, перемешиваясь, создает он уникальные комбинации -стюардессы, сопровождающие в полете сознания над горизонтом бытия. Очередной раз убедившись в этом холодным утром первого января, я явно отморозил себе не последнюю часть мозга - другого объяснения тому, что я принял решение прийти в лицей при ПТУ, нет. Тем не менее, мое место работы подпирал фундамент, для пущей стойкости укрепленный человеческими костями, о происхождении которых никто не привык задумываться - видимо, влиял тот самый особый лицейский воздух. Не задумывался и я, оказавшись в первый раз в кабинете директора - Авокадус Александры Натальевны, с распростертыми объятиями тисков принимавшей меня на работу хихимиком - да, хихимиком, потому что, произнося это слово, она кокетливо посмеивалась, упоминая какого-то маленького Некоглая. Несмотря на то что тиски ее пока что были не раскалены, лицейский воздух постепенно нагревался, и вскоре я заметил причину - Кириешко Сметана Гриборьевна расталкивала боками, требуя еще часов математики, что Александра Натальевна и считала причиной повышенной сложности моей работы, я же был готов с ней поспорить. В то время я согласен был взяться за любую работу, кроме, конечно, той, что IUt, потому что большинство работодателей видели во мне вместо скромного романтика поехавшего алкаша, которого нельзя допускать до детей. Сие же замечательное розовое здание, окрашенное кровью грешников, приняло меня таким, какой я есть - и я остался благодарен ему, сполна отплатив вложением в фундамент. Но все по порядку. Окинув томным взглядом группу, что подбросила, как кукушка, судьба на мой произвол, я сразу же приметил одного пацана - кажется, его звали Легенда. Такой красивый, подумал я, и без двойки в полугодии. Как благородный рыцарь, я решил добиться его - ну или добить, как пойдет. По завету Авокадуса я решил проводить по контрольной каждый урок, нет, не потому что я хотел их чему-то научить, подобные цели не ставят в таком элитном заведении, а для выполнения особого плана по экзекуциям - пятилетку за год. На уровне развития группа как раз была как пятилетки, поэтому особого труда мне это не должно было составить. После первого же рабочего дня меня вызвала в кабинет Сметана Гриборьевна. Я сначала испугался, что меня используют как ученика для отчитывания, но я даже не представлял, насколько подобная роль могла мне понравиться. Я вошел в кабинет, опустив глаза, а она попросила прикрыть дверь. Она предложила мне сыграть в очко, не успел я поинтересоваться, в 21 или 101, как огромная модель многогранника рассекла мой внутрениий мир. В попытках ощупать ее анальными чакрами я предположил, что это та самая пирамида, которой посвящали в клуб пирамидоголовых и понадеялся, что я вчера вытер жопу, собирая фекалии для опытов, ведь сия драгоценная субстанция могла бесследно исчезнуть в недрах чьей-то шевелюры. Свет очка, однако, боясь возможного инсульта жопы в первый же день моей работы, не стала засовывать пирамиду слишком глубоко. Все же мне понравился этот вечер, впечатления которого усилил бокал шампанского с эксклюзивным пердежом бактерий, а особенно заключительная часть - тетя Света подарила мне милую фиолетовую плетку, подарок, который я всю жизнь хотел увидеть занесенным над собой на 23 февраля вместо очередных носков и бритв. С готовым для заполнения схемой Горнера решетом на ягодицах я покинул кабинет, полный радостным предвкушением тех половинок пары, которые мне предстояло провести наедине со своими лабораторными крысами. В лицее все воспринимается по-особому, то же течение времени - на русском за одну секунду в верхнем мире в лицее проходит 7 часов, ну а во время моих контрольных все наоборот - стрелка спидометра не просто отклоняется, а описывает окружность. Как хихимик, с уверенностью могу назвать причиной лицейский воздух - тот, который я и решил воспроизвести в одном из своих опытов. Опыты проводить при учениках, естественно, для лохов, поэтому я решил воплотить незабываемый экспириенс в полном одиночестве, впрочем, мнимом, как корень из -1, потому что вскоре я услышал шорох в шкафу. Поначалу я думал, что фекалии, которые я там спрятал, начали жить своей жизнью, что было недалеко от реальности - оттуда вывалились Легенда и еще какой-то пацан - не помню имени, назову Гигачад - выясняя, кто из них dungeon master, а кто fucking slave, но я, как boss of the gym, всего лишь заправил бонг - именно так делается лицейский воздух - и они мгновенно утихли. Только вооружившись своей любимой плеткой, я собирался перейти в наступление, но мой план оказался надежным, как часы Шиккарда - Григорий, кем-то украденный у Сметаны Гриборьевны, параболически залетел мне по яйцам, и я заспидранил опускание от Светочки, причем дистанционное - в тот момент она подвозила кого-то в академ, у нее была жертва посерьезнее. Я терпеливо ждал своей участи, но Легенда и Гигачад, казалось, забыли о моем существовании - они пытались померяться членами с минимальной погрешностью. В итоге они сошлись на том, что решили сыграть в очко, достали карты... Именно в эту секунду нужно было зайти Александре Натальевне, чтобы созерцать меня с бонгом в голой жопе, источающей тот самый лицейский воздух и сохранившей на себе модный узор в клетку. Пока пацанов уводили рисовать плакаты о памяти ветеринаров, я не мог встать, но внезапно заигравший гимн сделал все за меня. Так как гимн в лицее был вместо звонка, я понял, что началсь первая пара, и хотел было поспешить на нее, но Авокадус остановила меня - не пристало такой важной особе не уйти куда-то на пол-урока. Легким движением сорвав с нее рубашку, я остался удовлетворен видом черного кожаного лифчика. Несмотря на то что мое очки уже представляло из себя бензольное кольцо, она хотела продолжения, и я, увидев женские сиськи, упал в обморок - ведь я видел их в первый раз. Когда я очнулся, ее не было, как я понял, она через 3 кабинета услышала шутку про робототехнику и побежала играть в дартс, где на мишени у нее была фотка Гигачада. Я забрал себе оставленный ей лифчик как трофей, а поскольку негоже приличному человеку ходить с ним в сумке, я решил его примерить. Под конец первой пары лицей надышался воздуха, и остаток дня прошел как по маслу. Я провел реакцию серебряного зеркала, но в качестве отражения группа увидела заранее заготовленное мной говно. По классу Сметаны Гриборьевны путешествовал многогранник, филигранно попадая в спящих лицеистов. Все три очка Александры Натальевны отражали уже пятую партию в дурак онлайн. Все было на своих местах, кроме двух вещей, и я наконец понял каких - лучше бы не понимал. В своем кабинете я, как обычно, занимался хихимией. Я временно одолжил у тети Светы печать с двойкой, чтобы тратить еще меньше времени на проверку работ. Но в какой-то момент я так устал даже от этого, что решил выйти в окно, но оно, к сожалению, было сломано Чебоксаровым, до этого неудачно предпринявшим такую попытку. И я пошел на другой способ самоубийства - нет, не принять яд, его уже растащили местные дединсайды, а использовать топор, но, порывшись в недрах шкафа, я не обнаружил даже его. Пока я размышлял, кто помимо меня мог протащить в анусе целый топор, дверь скрипнула. Это были они. Я никогда прежде не думал, как прекрасен шашлык. Я воспринимал его существование как должное, тем не менее, его душистый запах, его необыкновенный вкус поддерживали за руки меня, идущего по канату над пропастью, и только благодаря им мне не суждено было стать углем - углем, который кому-то дарили на день рождения в соседнем кабинете. Тем временем надо мной нависал топор в руке Легенды и плетка в руке Гигачада, и я принял свою судьбу - я был не против лишиться чувств только ради того, чтобы больше не видеть их работы. Но, похоже, чувства никуда не делись - анальными чакрами я почувствовал учителя информатики ТФТЛ, который объяснял мне, как работает рекурсия.